Рад снова всех приветствовать! Я пережил долгую паузу, немного закопался в жизненных проблемах, но решил, что пора возвращаться к тому, что люблю. Продолжаем публиковать самые лучшие посты на Реддите за последнюю неделю без политической повестки. Поехали:

1. Влюбленные мужчины

На протяжении 10 лет пожилой мужчина каждый день слушал голосовое сообщение от своей покойной жены. Когда оно было сл- учайно удалено, 11 инженеров по телекоммуникациям работали 3 дня, чтобы его восстановить...

- В год, когда не стало моего папы, он оставил мне голосовое сообщение на мой день рождения, которое я, наверное, прослушала уже сотни раз. У меня сохранилось множество его резервных копий.
- У меня то же самое. Я советую людям моего возраста сохранять голосовые сообщения от своих родителей/близких, даже если они кажутся самыми обычными и простыми. Забыть их голос - это то, чего вы точно не захотите...

2. Она никогда не забудет этот момент

- О боже, она дотронулась до меня
- Да?
- С ума сойти... О, теперь я обожаю кормить колибри!)))

3. Мальчуган пробрался на игру своего старшего брата и каким-то образом в итоге получил свою самую первую красную карточку

4. Жизненный цикл вишни

5. Немного доброты может многое изменить

- Сценарий А:
Этот парень нашел случайную, очень хотевшую пить собаку, и вместо того, чтобы помочь ей, решил снять её на видео.

Сценарий Б:
Этот парень использует свою собственную собаку, которую он приучил просто стоять рядом с питьевым фонтанчиком и ждать, пока кто-нибудь пройдет мимо и даст ей воды. А затем чувак это снимает. В любом случае это кажется довольно мерзким.

- Скажу так: в лучшем случае это парень из разряда «любителей ловить жизненные моменты», и он снимал не страдающую собаку у фонтанчика в течение 2 минут, пока кто-то совершенно естественно не предложил ей попить. Но что меня невероятно беспокоит — и беспокоит уже целое десятилетие — так это количество контент-фермеров по всему миру, у которых есть сотни видео, где они спасают щенков и котят из опасных ситуаций. Типа... да б-дь!, в какой-то момент уже ни капли не правдоподобно, что вы сами не подвергаете этих животных опасности, не издеваетесь над ними, не морите их голодом, не топите их наполовину, а потом снимаете контент. Иногда это совершенно очевидно одни и те же, б-дь, животные в дико разных экстремальных сценариях. Не в смысле «у них вроде как похожий окрас», а «эй, у них абсолютно такая же шерсть, узор и 2-3 точно таких же шрама на том же самом месте».

6. Официант передал мне записку с советом сходить к врачу

Уважаемый сэр!

Я врач, и не мог не обратить внимания на родинку у вас на правом плече. На первый взгляд она выглядит подозрительно. Рекомендую показаться дерматологу или пластическому хирургу, чтобы её тщательно осмотрели.

С наилучшими пожеланиями, T.D.

P.S. Ваша жена и малыш — просто прекрасны!

7. Бейсболка, которую жена и дети сделали мне своими руками на День отца

8. Ну и рука у звезды НБА Келси Плам — закинула свёрнутую футболку папе на верхние ряды трибун

- Сама Келси потом говорила, что за этот бросок футболки в Сан-Антонио получила больше любви и внимания, чем за что-либо ещё в карьере — и это при том, что она двукратная чемпионка женской НБА. Видос с тех пор разлетелся по соцсетям и стал легендарным.

PS Пост на Reddit, видимо, всплыл снова в честь Дня отца — мол, вот вам идеальное «папа поймал»)))

9. Пацан повторил сальто назад за мужиком

10. Бро приехал на стройку с таким видом, будто работает тут уже сто лет 😂

11. Мастер боевых искусств и инструктор по ножевому бою Дуг Маркайда показывает, насколько смертельным может быть «керамбит» в руках профессионала

Чтобы я мог постоянно делать вот так и держать дистанцию с тобой. Тогда я могу работать на дальней или ближней дистанции. Но как только я сближаюсь, всё кончено. Вот насколько это быстро.

Но керамбит можно также просто воткнуть, а затем вытащить и оттолкнуть. Его также можно использовать, чтобы зацепить здесь и оттолкнуть тебя, заставляя подставиться под моё лезвие. Но в любой момент, если я просто хочу сделать разрез здесь, здесь или здесь и использовать разные части, чтобы контролировать тебя, можно сделать это с помощью керамбита во время движения.

Так что, будь он в вытянутом положении или внутри... А когда я внутри, есть разные части, которые можно использовать. Я могу использовать кончик, могу использовать край тыльной стороны. Я также могу зацепить здесь, чтобы контролировать руку... или контролировать здесь, или контролировать там, на обухе лезвия. Но в любой момент, если хочу использовать внутренний изгиб, я могу сделать и это.

Теперь, менее летальный способ — это также использовать кольцо. Кольцо, а не кастет, чтобы просто постучать. [стучит по ладони] Аккуратно. Так что, даже если я не хочу причинять тебе боль... Но если я хочу причинить тебе боль, я возвращаюсь к лезвию и делаю разрез.

Керамбит — это не прощающее ошибок оружие. Это словно пережевывание своей добычи. Но это потому, что он просто хочет использовать все эти разные возможности, пока работает..

12. На матче чемпионата мира по футболу на стадионном экране показали QR-код. После того как болельщики его отсканировали, тысячи фонариков на телефонах внутри стадиона синхронно зажглись и устроили на трибунах единое световое шоу»

13. У народа Га в Гане гробы делают такого вида, чтобы они отражали профессию покойного, его характер или то, что он сильно любил при жизни:

14. Дважды в год на Гавайях солнце выстраивается так идеально, и предметы перестают отбрасывать тени

15. В Японии из-за невыносимой и порой опасной летней жары в этом детском саду установили выдвижную крышу, чтобы дети могли играть в тени

16. Одно надгробие на двух сестёр-близнецов: одна прожила всего два дня, вторая - 101 год

Близнецы Эмили и Минни Додсворт родились 10 ноября 1910 года. Эмили умерла через два дня после рождения, 12 ноября 1910 года — причина смерти, согласно официальной записи в архиве Новой Шотландии, аспирационная пневмония. Её сестра Минни Грейс Додсворт прожила сто лет и умерла 8 января 2011 года

17. Мако Нисимура — бывшая член (участница) японской якудзы, которую считают единственной женщиной, официально принятой в этот традиционно мужской преступный мир

18. Прямо над океаном...

На сегодня всё! Всем лучей добра!

Друзья, как вы заметили, меня не было довольно долго.

Скажу честно: в моей жизни наступил сложный период, из-за которого на время пришлось отложить переводы. Сейчас я потихоньку возвращаюсь в строй и пытаюсь наладить привычный ритм. Я не хочу грузить вас подробностями или просить жалости. Но не скрою — сейчас любая ваша финансовая поддержка была бы для меня просто невероятным подспорьем и стимулом не опускать руки.

Рад снова быть с вами! Подписывайтесь на профиль, чтобы не теряться. А если у вас есть возможность немного поддержать автора в трудную минуту — кнопка доната ниже. Это правда очень поможет 👇.

В соседнем дворе жил парень по кличке Тагай.
Невысокий, жилистый, с вечно разбитой губой и мрачным, тяжелым взглядом бывалого бойцовского пса. Дрался часто. Иногда даже по расписанию: утром с этим, после обеда с другим... Казалось, что у человека два состояния: драка и подготовка к драке.
Родители ставили его детям в пример наоборот:
– Будешь плохо учиться – станешь как Тагай.
Хотя Тагай учился хорошо, и радовал мать не только своими синяками, но и отметками в дневнике.

Однажды увидел меня и пригласил подраться за домом, чисто по приколу. Просто подошел и нежным вкрадчивым голосом говорит:
– Идем помахаемся.
Ну, не позориться же. Пошли махаться на пустырь у нас за домами. Он, естественно, оказался опытнее и сильнее, вздул меня. Потом стоял надо мной, пока я лежал на пыльной земле, вытирая кровь из носа. Долго смотрел. Затем протянул руку, и помог подняться. Подвел к дырявому крану, торчащему посреди пустыря, помог умыться. Хлопнул по спине и, что самое неожиданное, пробормотал:
– Извини.
Я видел, как он уходит, немного поникший, ссутулив плечи, пока я вытирал остатки крови с лица и футболки.

После той драки он часто начал замечать меня на улице, подзывать, здороваться. Весело хватал за плечи, тряс, представлял друзьям со словами:
– Кто посмеет его тронуть – лично отмудохаю.

День за днем: мы постепенно подружились. Он пригласил меня к себе домой, показал свой вечно заляпанный грязью мопед, на котором любил кататься вечерами. С матерью познакомил. Она оказалась у него маленькой щупленькой женщиной, которая, хихикая, шутила, какой у нее сын хулиган:
– Ничего не могу с ним сделать, Раф. Уж такой, какой есть. Хорошо, что хоть учится нормально.

Так и бродил он два года по нашим дворам со своей компанией, устраивая битвы за авторитет, территорию или девчонок. Я в его похождениях не участвовал, но мы часто, бывало, сидели за гаражами, раскуривая одну сигарету на двоих и лузгали семечки. Таскал ему из дома лед, когда он приходил побитый под мои окна.
Я вечно укорял его:
– Ну нахрена тебе это надо! Успокойся!
А он отмахивался, потирая ушибленные места:
– Я никакому козлу спуску не дам!

А однажды за меня вступился, когда я столкнулся с тремя враждебно настроенными сверстниками. До сих пор помню, как он оставил пыльный отпечаток своей ноги на футболке одного из моих оппонентов, влетев в него с разбегу. Оппоненты, увидев Тагая, как-то резко утратили интерес к конфликту и спешно ретировались.

Потом Тагай с матерью переехал в другую страну. Перед отъездом он отыскал меня, приобнял за плечи и нежным вкрадчивым голосом сказал:
– Ну что, помахаемся напоследок?
Мы рассмеялись, посмотрели друг на друга, потом он больно ткнул меня кулаком в грудь и кивнул головой:
– Бывай, Раф.
– Бывай, Тагай.
И ушел, оставив за собой воспоминания, смешанные со вкусом крови и земли на губах и запахом пыльных летних дворов, где он вел свои бесконечные войны.

Десять лет назад мне перепало наследство. Не какой-то капитал, не акции-облигации, а старый дом. В деревне, которую забыл Бог, люди и, кажется, само время. Почти безлюдная глухомань. Из живых – лишь несколько стариков, доживающих свой век в тлене и тишине.

А когда-то здесь кипела жизнь : стояли крепкие избы, были полные закрома, звучал гул голосов от зари до зари. Лихие девяностые перемололи не только нерушимый Союз, но и тысячи таких вот деревушек. Перерезали им жилы. Работы не стало. Связи, что держались веками, порвались, как гнилая бечёвка. Дороги разломало, размыло, а потом и электричество украли — подонки срезали провода на цветмет, оставив людей в каменном веке. Молодёжь и те, кто мог, рванули кто куда. Остались здесь лишь ветер, руины, да тишина – густая, как кисель.

Мне тоже пришлось уехать. Родители наотрез отказались бросать родную землю. Так и состарились здесь, и друг за другом ушли, не дождавшись сына. Судьба крутила мной, словно щепку в омуте, долгие годы. А теперь я здесь лишь редкий гость. Наезжаю на пару дней весной, чтобы кресты поправить на могилах, летом – по грибы, по ягоды, по осени – с ружьем по тайге пройтись. И всегда – гуманитарку привожу для оставшихся стариков: продукты, лекарства, керосин, гвозди, свечи – всё, что в этой новой древности стало ценной валютой.

Однажды не свезло. По-крупному. Шёл через заросший двор соседней, давно умершей усадьбы, и земля под ногами ухнула – провалилась. Сгнившие доски перекрытия старого погреба не выдержали. Рухнул вниз, в кромешную тьму, с грудой обломков и столетней пыли. Придавило так, что дышать стало больно. Руку прижало балкой, ногу свело судорогой. Кричал, звал – тишина в ответ была глухой, будто меня уже похоронили. Отчаяние подбиралось холодными щупальцами. Мысли путались : вот и конец пришёл, сгину тут, ак последний олух, и никто не найдёт.

Но она пришла. Помощь. Но не от местных, от которых я ждал.

Сверху, в овале пыльного света, появилось лицо. Незнакомое. Старик. Борода, седая, как иней, странная, не нашего времени одежда – домотканая рубаха навыпуск, порты, через плечо – холщовая котомка. В руках – посох, простой, суковатый. Он ничего не спрашивал, не суетился. Спустился в яму как-то легко, не по-старчески. Его руки, сухие и крепкие, раздвинули балки так легко, будто они были из картона. Вытащил меня на свет, словно мешок с картошкой. Боль отступила, уступая место ошеломлению и дикому, животному облегчению.

Я, конечно, поблагодарил, запинаясь. Привёл в свой дом, накормил тем, что было – тушенкой, хлебом. Старик ел мало, больше смотрел на меня, да слушал как живу. Ибо прорвало меня. При этом всё время сверлило чувство : я его где-то видел. Не просто мельком – а так, что это лицо врезалось в память. Но где? Когда? Он был молчалив, говорил мало, голос – низкий, спокойный, без старческой хрипоты. Предложил переночевать. Он кивнул.

Утром его не было. Ушел не простившись. Следов на росистой траве — тоже. Будто изпарился. Но на кухонном столе лежала интересная вещица. Деревянная свистулька. Аккуратно вырезанная, ладная, полированная временем или руками до гладкости кости.

И в этот миг память рванула, как открытая плотина. И я всё вспомнил. Мне десять лет. Лето. Густой лес за огородами. Грибы. Неудачный шаг – и резкая, острая боль в лодыжке. Нога распухла на глазах, ступить не могу. Паника безпомощного ребёнка. Одного. В глухом лесу. И вдруг – он. Такой же. Тот же бородатый дед в архаичной одежде, с тем же посохом и котомкой. Такие же глаза – и это самое странное. Не старческие, не мутные. Но ясные, глубокие, с какой-то неземной тихой добротой. Он присел, приложил ладонь к моей распухшей ноге. Произнёс что-то – шепоток, слова которого я не разобрал, но звук был, словно журчание родника. Боль отступила сразу, спала, как морской отлив. Я смог встать. Привёл его домой, родителей не было. Накормил, напоил чаем. Он рассказал, что давно, ещё задолго до революции, неподалеку была другая деревня, сгинувшая в огне. А он пришёл навестить родные могилы. А уходя, подарил мне свистульку. Такую же.

Помню, как вернулся отец, увидел свистульку, и лицо его стало удивлённым.
«Где он?!» – воскликнул отец. Я показал направление. Отец выбежал на улицу – длинная, прямая деревенская улица до самой околицы. Пусто. Ни души. Спрятаться негде. Да и зачем?
Старик изчез, словно его и не было.
Отец, бледный, вернулся, полез под навес, достал оттуда старую ржавую коробку из-под «леденцов». Внутри, на вате, лежали две свистульки. Точь-в-точь, как моя.

«Это от твоего деда, – сказал отец глухо. – Ему этот странник подарил первую, когда вытащил его, пацанёнка, из проруби. Река, тонкий лёд… Деда уже затягивало под него течение. Явь или бред – не знаю, но по словам деда, очутился он потом на берегу, сухой, с этой дудкой в руке».

Он взял вторую свистульку. «А эту – мне. В тринадцать лет. Заблудился на болоте, нарвался на трясину. Засосало по грудь. Уже прощался со всем… А он появился. Вытянул. Будто из воздуха возник – да и в воздух обратно ушёл. И эту… оставил»

Мы молча смотрели на три одинаковых фигурки. Три поколения. Три спасения. Один и тот же спаситель, не старевший ни на день.

И вот теперь, держа в руках четвёртую свистульку, я думаю. Ломаю голову не над «как» – тут уже ясно, что законы нашего мира для этого странного деда вовсе не указ. Я думаю над «зачем».

Он ведь явно не ангел в привычном стандартном понимании. Слишком… локальный, что ли. Возможно, привязанный к этой земле, к пепелищу той сгоревшей деревни, или к нашему роду. Страж? Дух места, взявший на себя обязательства перед нашей семьёй – что когда-то, возможно, приютила его или оказала какую-то услугу в седой древности? Или мы, мужчины нашей крови, просто каким-то образом попадаем в особые «разрывы» реальности рядом с этим местом, а он – хозяин этих ворот, изправляющий сбой, возвращающий нас в нашу временную линию?

А может, всё проще и при этом страшнее. Может, мы для него – вехи. Как столбы, отмечающие для него течение нашего, человеческого времени. Дед, отец, я… Каждые сорок-пятьдесят лет он является, чтобы убедиться, что время еще течёт, что род еще живёт. А спасение – вовсе не цель, а побочный эффект, знак внимания, как мы порой подкармливаем птиц зимой. А свистулька – метка. Печать, с надписью – «Посетил».

Конечно. Хочется докопаться до сути, сорвать покров с этой тайны. Но одновременно – страшно. Потому что некоторые двери лучше никогда не открывать. Потому что, узнав правду, можно понять, что ты – не хозяин своей жизни, а всего лишь персонаж в чьей-то долгой, очень долгой истории. И что для тебя великий случай – всего лишь эпизод в ритуале, смысла которого ты никогда не постигнешь.

Я кладу свистульку в ту же старую коробку. Теперь их четыре. Защёлкиваю крышку. И смотрю в окно, гляжу на умирающую деревню, на лес, на сопки. Где-то там, меж сосен и времён, бродит вечный Странник. Он не изменится. Изменимся мы. Уйдём. Придут другие. И, возможно, в свой час, в час безысходной беды, упав в прорубь, увязая в трясине или проваливаясь в чёрную яму, они увидят над собой то же самое нестареющее лицо – с глазами, полными бездонной древней доброты. И получат свой деревянный знак.

И, наверное, в этом есть своя суровая и безконечно странная справедливость. Мир не безразличен. Он просто следит за нами по своим непостижимым законам. А хранители у него – не крылатые юноши с лаврами, а бородатые старики в домотканых портах, пахнущие хвоей и вечностью. И спасают они не за награду, а потому что так надо. Так было. Так есть. Так будет.

Пока длится род. Пока жива память. Пока в старой железной коробке лежат четыре деревянные свистульки, хранящие тишину ушедших времён.

(С)
______________________

Может, есть в вашем роду очень важный человек – судьба которого имеет огромное историческое значение. Который должен вспомнить и выполнить свою сверх-задачу – для которой пришёл на Землю.  Возможно, он ещё даже не родился на сегодня. Вот и спасает незадачливых продолжателей рода Хранитель – чтобы было, кому  продолжить род, и сделать то, для чего он предназначен.

Или "бойся своих желаний".

Сегодня утром мне вручили цветы и непонятную палку в чехле, а еще в придачу всяких маленьких баночек.

Сначало я не поняла, зачем мне "селфи" палка, а потом как поняла....

Все встало на свои места

Мне подарили удочку и всякие штуки к ней!

Я часто гуляю на берегу Волги и часто общаюсь с местными рыбаками. Вернее как общаюсь, они рыбачат, я молча наблюдаю за уловом и слушаю музыку в наушниках.

Иногда они ловили прям увесистых лещей, судаков или щуку.

Однажды, вернувшись домой, я в шутку бросила фразу: "Мне нужна удочка, буду рыбачить!"

Прошло много времени с того момента и сегодня вот это - "получите распишитесь".

Я честно, не представляю, что я буду с этим делать и как это будет выглядеть (лишь бы никого не травмировать), но обязательно попробую себя в новом качестве - рыбака!

Осталось купить леску и посмотреть хоть какие-то видео о рыбалке

Буду очень признательна за советы для новичка (На что вообще ловить? Нужно копать червей? Нужно чем-то прикармливать рыбу?)

А вот и локация для будущей ловли, мое излюбленное место для созерцания:

Всем хорошего настроения! Пожелайте остаться с обоими глазами XD