То, что происходит на ринге во время соревнований по боевым искусствам, может показаться грубым насилием - резкие, непредсказуемые движения, прыжки и искусные блоки, удары руками и ногами. На самом деле каждое движение, совершаемое соперниками, подмечают и оценивают несколько арбитров, число которых иногда доходит до пяти. Участники состязаний провели долгие часы в подготовке к этим нескольким минутам на ринге, и движения, которые они проводят с быстротой молнии, делаются не случайным образом, но на основе трудных уроков и изнурительных тренировок.

В любом поединке всегда случаются неожиданности, потому что каждый участник пытается применить новый прием, который вывел бы противника из равновесия, - и все-таки происходящее подчиняется определенным правилам. Побежденный терпит поражение, а победитель побеждает благодаря точным оценкам и решениям.

В действительности противники, стоящие на ринге, являются не врагами, а товарищами - не только потому, что они уже знакомы друг с другом и могут быть хорошими друзьями вне зала, но и потому, что они вместе добивались своих достижений. Сама по себе схватка является формой совместных усилий по достижению новых результатов, и, если она проводилась должным образом, победитель выигрывает нечто большее, чем только свое имя, начертанное на призе, а побежденный покидает ринг с важнейшим уроком на будущее: он никогда уже не потерпит поражения так, как сегодня.

Такие уроки - уроки, приносимые поражениями, - неоценимы. Ничто не способно нагляднее указать на брешь в вашей обороне, чем противник, проникающий в нее; проблема своевременности ни в чем не проявляется так явно, как в той ситуации, когда ваш кулак ударяет по воздуху.

Во времена моего участия в сражениях на ринге основное правило из тех, что я сам для себя установил, заключалось в том, что я никогда не должен был дважды терпеть одинаковое поражение. «Учись на своих ошибках» - старое правило, но просто удивительно, как часто люди забывают о нем. Это означает понимание того, что поражение вызывается нашими собственными неправильными действиями.

Оно случается не из-за слепоты арбитров или судей, не потому, что мат был слишком скользким или в правила были внесены неожиданные изменения. Подобные оправдания просто накладывают искусственную повязку на раненое самолюбие; если вы не смогли извлечь урока из собственных неправильных действий, вы лишь обрекаете себя на повторение прежних ошибок.

Поэтому следует работать еще тяжелее, беседовать с другими людьми и усваивать то, чему они вас учат, и продолжать тренировки - не существует никаких оправданий тому, что человек не выполняет свое домашнее задание, что он не занимается подготовкой.

Разумеется, вы можете потерпеть поражение, даже если находитесь в своей лучшей физической форме. Это приводит нас к еще более важному аспекту подобных ситуаций, аспекту как простому, так и очевидному, - к тому, что некоторые назвали бы Дзэн. Даже после пересечения той черты, когда вы уже овладели своим искусством и достигли в нем вершин совершенства, существует вероятность, что каждое ваше поражение является результатом одной и той же проблемы: вашего разума.

На соревнованиях 1967 года я зарегистрировался как участник и узнал, что мне доведется сражаться с молодым учеником, который только что получил черный пояс. В то время меня считали лучшим в стране, и он прекрасно осознавал этот факт. Бедный парень так нервничал по поводу поединка со мной, что перед началом схватки непрерывно бегал в туалет. Увидев, как он мучается, я почувствовал сочувствие к нему. Я положил ему руку на плечо и попросил не волноваться.

Конечно же, я проиграл. Мой рейтинг лучшего бойца не смог ничем помочь, ибо мой разум вышел из-под контроля. Моя жалость к этому парню стала формой самоуверенности: я расслабился, а он оказался достаточно хорош для того, чтобы увидеть свой шанс и воспользоваться им. Самым наглядным примером является гнев. Я видел очень много поединков, судьбу которых решило то, что один из соперников приходил в ярость - это, безусловно, является наилучшим методом потери самоконтроля и помрачения разума. Однажды я использовал этот прием против Скиппера Маллинза на международных состязаниях. Мы проводили последний раунд нашей схватки. Он опережал меня по очкам и поэтому избегал близкого контакта и бегал по краю ринга, пытаясь затянуть время. Я сказал ему:

- Почему бы тебе не выйти на ринг и не сразиться, как подобает мужчине?

Это сработало: он рассвирепел, подскочил ко мне, и я одолел его. Многие годы я подтрунивал над ним по поводу того, как он потерял хладнокровие - и, в результате, победу в схватке.

В схватках мастеров боевых искусств нет места ярости, желанию отомстить противнику по какой-либо реальной или воображаемой причине. Постороннему наблюдателю это может показаться парадоксальным, но «бой» в состязаниях в боевых искусствах обычно - и в идеале - никак не связан с гневом.

Ринг не имеет ничего общего с яростью, гордостью или самоуверенностью - ни с чем таким, что могло бы затуманить ваше видение или омрачить разум. Недостаток контроля над эмоциями способен превратить вполне обычный день в такой день, о котором человек будет потом сожалеть. Самоконтроль, которому вы учитесь на мате, послужит вам и вне него. Невозможно выиграть поединок, потеряв контроль над своим разумом; то же самое можно применить и ко всей нашей жизни. Если вы способны управлять собой и своим поведением, другие люди будут относиться к вам с уважением, устраняющим любые возможные причины конфликтов.

ххх

В конце трудного для съемок моего телевизионного сериала я заглянул в небольшой техасский бар, чтобы выпить кружку холодного пива. Я был в костюме своего персонажа, перепачканном после сцены схватки в грязи. Я уселся в дальней кабинке, наслаждаясь играющей музыкой «кантри» и своим пивом. Передо мной возник мужчина, достаточно крупный для того, чтобы его тень полностью скрыла столик, и заявил, что я занял его кабинку. Угрожающим голосом он предложил мне освободить кабинку для него и его друзей.

Мне не понравился тон его голоса и угроза, подразумевающая возможные последствия в том случае, если я не выполню его требования, но я ничего не сказал, поднялся и перешел в другую кабину. Несколько минут спустя в бар вошли другие участники моего шоу и присоединились ко мне.

Я заметил, что тот мужчина поглядывает на меня. Потом он встал и направился к нашему столику. «Начинается, - подумал я. - Местный громила пытается сделать себе имя в драке с Чаком Норрисом».

Войдя в кабинку, он, словно не замечая остальных, уставился прямо на меня и сказал:

- Ты - Чак Норрис. Я кивнул.

- Старик, - сказал он, - пару минут назад ты мог надрать мне задницу. Почему ты этого не сделал?

- Что бы это доказало? - спросил я.

Он на некоторое время задумался, потом улыбнулся и протянул мне руку:

- Без обид?

- Конечно, - сказал я и пожал его руку.

Я избежал столкновения и обрел нового друга. Я выиграл, проиграв. Я вспоминаю одну историю, которую мне рассказал мой приятель, мастер боевых искусств. Он приостановился на перекрестке, ожидая возможности пересечь широкую улицу. Водитель машины позади нетерпеливо посигналил. Наконец, потеряв терпение, он вышел из машины и начал угрожать моему приятелю и требовать, чтобы тот нажал педаль газа.

Мой друг опустил стекло и сказал:

- Хотите подраться? Ладно, только у меня больная спина, так что вам придется помочь мне выбраться из машины.

Человек посмотрел на моего приятеля, удивленно покачал головой и вернулся в свою машину.

К счастью для этого нетерпеливого водителя, ситуация была сведена к шутке. Он даже не догадывался, насколько серьезные последствия могла иметь для него возможная драка.

«Тайная сила внутри нас», Чак Норрис, 1997г.

— Саша, а давай зарабатывать деньги, — предложила Маша.

— Как это? — заинтересовался Саша.

— А вот так.

Маша поманила его пальцем поближе. Они встали посреди двора и принялись что-то оживлённо обсуждать, поглядывая по сторонам так, словно собирались ограбить банк.

В субботу они уже стояли на парковке возле ресторана быстрого питания «Вкусная точка». Середина июля. Жара была такой, что асфальт казался мягким. Ещё немного и на нём начнут оставаться следы от кроссовок.

Каникулы давно вошли в свою ленивую фазу. Все интересные игры были переиграны по нескольку раз. Большинство друзей разъехались по бабушкам, лагерям и дачам. Поэтому идея заработать собственные деньги казалась невероятно взрослой.

Вооружившись двумя тряпками, пластиковой бутылкой воды и предпринимательским оптимизмом, дети заняли позицию на парковке.

План был прост. Мыть машины. Получать деньги. Покупать мороженое.

План выглядел безупречно. На практике за несколько часов не произошло ничего. Парковка пустовала. Солнце припекало. Тряпки сохли быстрее, чем успевали намокнуть.

— Наверное, все на дачи уехали, — вздохнул Саша. — Пошли домой.

— Ещё пять минут, — сказала Маша.

Это были самые важные пять минут в их маленькой предпринимательской карьере. Именно в этот момент на парковку медленно въехала большая зелёная машина.

Из машины вышел мужчина в красной майке и синих шортах. Подходить было страшно. Очень страшно. Одно дело строить бизнес-планы во дворе. Совсем другое разговаривать с настоящими взрослыми людьми.

— Может, спросим? — неуверенно предложил Саша.

— Конечно спросим. — Маша решительно направилась к машине.

— Дяденька, дяденька, а можно мы вам фары или диски протереть?

Мужчина посмотрел сначала на Машу, потом на Сашу, потом на их тряпки. И улыбнулся.

— Ну давайте попробуем.

Через секунду добавил:

— Только у меня наличных нет.

Дети переглянулись. В их бизнес-плане такого пункта не было.

— Ничего страшного, — неожиданно нашёлся Саша. — У меня мамина карта есть.

Мужчина засмеялся.

— Ну вы точно современные предприниматели.

Телефон звякнул. Саша посмотрел на экран. Потом ещё раз.

— Пятьсот рублей! — заорал он так громко, что несколько голубей, разморённых жарой, взлетели с соседнего фонаря.

Мужчина уже шёл к выходу с парковки и только махнул рукой не оборачиваясь. Работа закипела. Точнее, закипела настолько, насколько она может кипеть у двух детей ростом чуть выше капота. До крыши они не доставали. До середины лобового стекла тоже. Зато фары были натёрты до блеска. Колёсные диски сияли так, словно автомобиль готовили к выставке. Пару раз они даже поспорили, какой диск блестит сильнее. Минут через двадцать работа была закончена. Дети отошли на несколько шагов и критически осмотрели результат. Зелёный внедорожник выглядел примерно на пятьсот рублей чище. А может быть и на все шестьсот.

Спустя полчаса Саша и Маша сидели во «Вкусной точке». Перед ними стояли картошка фри и два молочных коктейля. Маша выбрала клубничный. Саша шоколадный. Они много раз бывали здесь раньше, с родителями. Сидели за этими же столиками. Ели такую же картошку. Пили такие же коктейли.

Но сегодня всё было другим. Картошка казалась вкуснее. Коктейль гуще. Даже музыка играла как будто лучше. Саша старательно растягивал удовольствие, откусывая маленький кусочек от каждой соломки картошки. Маша улыбалась так, будто только что открыла собственную корпорацию.

А на парковке под солнцем стоял зелёный автомобиль. И его фары, казалось, тоже блестели. От счастья.

(с) Александр Васильев

Ещё одна грань этой темы — в стихах.

"Тьма сжимает пространство. И только в гранях зеркал вспыхивает фрагмент лица. Случайный блик, заставляющий сомневаться. ... Это Я? Или это просто игра света?"

Где я в отражении?
Где я настоящий?
Перешагнуть эту грань,
Что за кругом битых зеркал.

Что увижу я там, где начинается степь.
Где очертания стен рассыпаются в тлен.

В степи, где горизонт затих.
Дом чужой, чьим прахом мир накрыт.
Стоит он в пустоте, как застывший вздох.
В его разломах бесконечности поток.

Среди развалин — книга, чей сюжет разбит...
Путь жизни пройден, как рваный ритм.

Читаю страницы, вижу себя.
В каждом слове — Мой путь. Моя мгла.
В конце лишь пустая страница.
Кто автор? Кто вёл меня сквозь года?

"Пустая страница не означает финал; это чистый лист. В этой тишине... единственным ориентиром остаётся лишь твой собственный ПУЛЬС, бьющийся в пустоте."

В кругу зеркал среди множества Я.
Искал отраженья, в бездне скользя.
Пытаясь собрать свою суть по частям —
Разрушил я мир... и самого себя!

Слова закончились, чистый лист...
Замерло время. лишь далёкий блик...
Нет больше лиц, нет здесь зеркал...
Я просто замер... я просто устал!

В этой тиши, в этой мертвой точке.
Где нет начала... и не будет новой строчки.

"Нет больше разницы между вдохом и пустотой. Личность превращается в точку на пустой странице, где чернила заменены тенью. Борьба с тишиной окончена; само существование застыло в предчувствии первого звука, что разнесёт этот мир... в щепки..."