И мы мчались по тропинке, босиком по нагретой земле, пока не добирались до того самого места. Там река резко изгибалась, подмывая берег, и в обрыве зияли темные дыры — гнезда ласточек. Мы замирали, наблюдая, как птицы стрелой влетают в свои норки, едва касаясь крыльями земли.

— Видел? Беги обратно!

И мы, уже согревшиеся, неслись, чтобы снова нырнуть в воду. Теперь берега заросли ивняком, народ здесь больше не купается, и лишь изредка в зарослях притаится рыбак...

Циркулярная пила

В саду стоял исполин — грохочущая циркулярная пила. На массивной станине вращался стальной диск, острые зубья которого крошили дерево в щепу, а вокруг, будто искры, летели золотистые опилки. После работы на этой пиле, дед был запорошен опилками, словно снегом в метель. Движущей силой этого монстра был мотор от вагона — тяжеленный, прожорливый, но неутомимый. Дед сам варил для него основание, сам монтировал, и теперь станок ревел, как зверь, готовый вгрызться в любое дерево. Сосед, директор Уралтрансмаша, иногда заходил с просьбой что-нибудь распилить. В благодарность приносил дефицитные диски — не простые, а с победитовыми напайками, драгоценными в те времена. На этой пиле кроили всё: и дрова на растопку, и тонкие палки для гороха, и добротные доски для рам. Станок стоял под навесом, открытый всем ветрам, но непоколебимый, как крепость, пока однажды зимой не нашлись умельцы, возжелавшие прибрать его к рукам. Видно, наслышаны были, какая это удача — пила, которая пилит всё подряд. Но монстра не так-то просто было увести. Тяжёлый, вросший в землю, он лишь скрипнул, сдвинулся на пару сантиметров — и остался стоять, будто насмехаясь над воришками. Мы бы и не узнали о их замысле, если бы по весне не нашли станок — сдвинутый, но непобеждённый.

На пожаре

Было это в августе, после первого курса. Я лежал в саду на диване, по телевизору шел концерт «Любэ». Можно любить «Любэ» или не любить «Любэ». Но большинство их песен знаешь наизусть. Вот я лежал и подпевал. Вечерело. Началась реклама, я перевел взгляд в окно и увидел на соседнем участке всполохи огня выше берез. Все выбежали, побежали туда — горела беседка. Хватались за ведра, хорошо, в бочках была вода. Потушили быстро. А тут и пожарные подъехали, которых я вызвал. Стали проливать пожарище. Рядом березы, баня, еще чуть-чуть — и огонь перекинулся бы дальше. А там и до дома недалеко. Пожарные залили все вокруг и уехали. На утро звонок: «Приезжайте, дайте показания». Под дождем поехал в МЧС, рассказал, как было. «Пили там все выходные, не затушили как следует», — говорю. Сотрудник посмотрел на меня недовольно. Но ничего не сказал. А я-то при чем? Прибежал первым, тушил, пожарных вызвал. Видно, не стоило. Хозяин потом приезжал, благодарил. Только пить так и не перестал.