Долго не мог отдуплить, от чего у некоторых персонажей зуд ставить под постами клоунов или какашки. И не лень им? А потом, как Понял!!! Это не реакция на контент, это их факсимиле (личная подпись). Сразу всё встало на место. Отреагировал недоумок и подписался - Сирожа - Клоун, Какашка-Иммануил и....... Кто с чем себя ассоциирует, а эти инвалиды духа сделали свой выбор. Что ж, нам остаётся, поржём над убогими.
Итак, перепись аборигенов цирков, курятников и отхожих мест начинается. Раз ... Два ... Три .....
Типичный пейзаж в Квинсленде начала XX века. Вместо пастбищ — бесконечное море из колючих зеленых лепешек высотой в человеческий рост.
Представьте, что вы просыпаетесь утром, а из-под плинтуса в вашей гостиной лезет кактус. Вы срубаете его топором, выбрасываете за забор, а через неделю на этом месте поднимается стена из мясистых зеленых лепешек высотой с человеческий рост. Еще через месяц ваша спальня превращается в непроходимые джунгли, а корова во дворе умирает в муках, потому что ее язык забит тысячами невидимых иголок.
Это не синопсис малобюджетного хоррора. Это реальная жизнь австралийских фермеров в начале XX века. Пока весь мир был занят глобальной политикой, Австралия умудрилась ввязаться в затяжную и разорительную войну против обычного сорняка. Войну против Опунции..
Ошибка на миллиард долларов
Всё началось, как это обычно бывает у колонистов, с благой и совершенно непродуманной идеи. В 1788 году первый губернатор Нового Южного Уэльса Артур Филипп привез в Австралию несколько кустов бразильской опунции. Цель была чисто прагматичной: на кактусах живет кошенильная тля, из которой делают дефицитную ярко-красную краску для мундиров британской армии.
Заброшенный дом австралийских фермеров. Опунция не просто росла вокруг, она буквально ломала стены и выдавливала окна, выживая людей с их собственной земли.
Крафтовое производство краски как-то не задалось, а вот кактус прижился. Фермеры быстро сообразили, что колючее растение — это идеальная живая изгородь. Забор строить дорого, а тут посадил пару веточек, и через год ни одна овца не убежит.
Никто не учел одного: на родине, в Америке, популяцию кактусов сдерживали сотни видов местных насекомых, грибков и болезней. В Австралии у опунции не было вообще никаких врагов. Земля здесь была жирной, климат — идеальным. И кактус сорвался с цепи.
Скорость, с которой умирает надежда
Отчаяние рождает безумие. Поняв, что обычная вырубка только помогает кактусу (каждый отрубленный и упавший на землю кусочек тут же пускал корни), люди перешли к тяжелой артиллерии.
Сначала в ход пошли спецмашины. Инженеры конструировали огромные стальные катки, которые тащили за собой тракторы, пытаясь раздавить плантации. Результат? Кактусы превращались в кашу, которая через пару дождей прорастала с утроенной силой.
Рабочие станции по борьбе с сорняками опрыскивают плантации раствором мышьяка. Адский труд, который приносил больше вреда людям и скоту, чем самому растению.
Тогда правительство Квинсленда создало целую экспериментальную станцию по химическому уничтожению. Ученые не придумали ничего лучше, как заливать поля чистейшим ядом. Жидкий мышьяк, смешанный с серной кислотой, распыляли тысячами галлонов. Земля превращалась в выжженную пустыню, фермеры травились насмерть парами мышьяка, птицы гибли на лету, а опунция... желтела, сбрасывала пару листьев, а через год снова зеленела на пропитанной ядом почве.
Это был тупик. Страна проигрывала войну растению.
Маленький аргентинский спаситель
В 1920 году была создана Коллегия по борьбе с опунцией. Ученые поехали в Америку с одной целью: найти то, что ест этот чертов кактус на его родине. Они перепробовали сотни насекомых, пока в Аргентине не наткнулись на невзрачную серую бабочку — кактусовую огневку (Cactoblastis cactorum).
Австралийцы панически боялись повторения истории с кроликами, поэтому пять лет держали бабочку в карантине. Ее пытались кормить томатами, бананами, пшеницей, яблоками — ученые проверяли, не переключится ли насекомое на культурные растения, когда кончатся кактусы. Но огневка оказалась фанатично преданной своему делу монофагом: ее гусеницы ели только опунцию и ничего больше. Если опунции не было, они просто умирали от голода.
В 1926 году первые три миллиарда яиц огневки были выпущены на волю. То, что произошло дальше, биологи до сих пор называют самым успешным примером биологического контроля в истории человечества.
А вот и главные виновники победы. Личинки кактусовой огневки (Cactoblastis cactorum) выедали мясистые стебли изнутри, превращая «зеленую чуму» в сухой пергамент.
Великий пир
Гусеницы огневки действовали как идеальная армия. Они прогрызали дыру в мясистом листе кактуса, забирались внутрь целой колонией в сотни голов и выедали его до состояния сухой прозрачной кожицы. Более того, внутри поврежденных листьев тут же заводились бактерии и грибки, превращая оставшиеся ткани кактуса в гнилую жижу.
Огневки продвигались по Австралии со скоростью лесного пожара. К 1932 году — всего за шесть лет — сплошные стены из кактусов превратились в воспоминание. Около 90% всех плантаций опунции были уничтожены.
Земли, которые еще вчера считались мертвой зоной, снова стали пригодными для сельского хозяйства. Фермеры возвращались в свои дома, которые когда-то бросили.
В городке Бунарга благодарные жители скинулись и построили «Мемориальный зал Кактобластис» — единственное в мире общественное здание, возведенное в честь насекомого-спасителя. Там до сих пор висит портрет маленькой серой бабочки, которая сделала то, что не смогли сделать тысячи людей, вооруженных топорами, тракторами и мышьяком.
Тот самый «Мемориальный зал Кактобластис» в городке Бунарга. Памятник великому пиру маленькой бабочки, которая спасла экономику целой страны.
29–30 августа на Moscow Raceway пройдет ВТБ Финал Гран-При Российской Дрифт Серии. Сразу четыре пилота претендуют на главный титул RDS GP, так что цена каждой ошибки особенно высока.
Главная интрига — чемпионская гонка
Первые две строчки личного зачета занимают пилоты Fresh Racing — Томми Кайли и Сергей Кузнецов. Третьим идет Антон Козлов из Carville Racing: от лидера его отделяют 133 балла. При этом за победу в одном этапе можно заработать до 272 баллов, поэтому все трое подходят к финалу с реальными шансами на чемпионство.
Действующий двукратный чемпион RDS GP Аркадий Цареградцев находится на четвертой позиции. Для защиты титула ему понадобится практически идеальный финал и серьезная осечка соперников. Но именно Цареградцев уже доказал, что умеет выигрывать чемпионат после старта финального этапа с четвертого места.
Многое может решиться уже в квалификации. Если претенденты окажутся друг против друга в сетке ТОП-32, борьба за титул начнется гораздо раньше финального заезда.
Fresh Racing близка к командному титулу
В командном зачете Fresh Racing опережает «Systeme Electric Одержимые Моторспорт» на 453 балла. Шансы соперников выглядят небольшими, но в дрифте прогнозы легко меняются за один заезд.
За второе и третье места также продолжат бороться Takayama Forward Auto и Carville Racing.
Чемпион RDS Open на старте
Финальный этап станет шансом проявить себя не только для лидеров RDS GP. По уайлд-кард на старт выйдут Сергей Давидадзе, Владислав Ерофеев и Анатолий Щербак — действующий двукратный чемпион RDS Open.
А еще на Moscow Raceway снова выступят юниоры в рамках учебно-тренировочных сборов Aimol Junior. Среди них Тимофей Колобов, Степан Попов и Лука Мигаль.
За событиями можно следить на трибунах Moscow Raceway или в прямом эфире RDS TV. Квалификация доступна бесплатно после регистрации, парные заезды — по подписке.
Кто заберет чемпионский титул — решится в последние выходные лета.
Реклама. ООО «Русская Дрифт Серия», ИНН: 7724805877
Активисты Астраханского отделения РГО обнаружили в Приволжском затоне опасную пресноводную гидромедузу Craspedacusta sowerbii, входящую в топ-100 самых опасных инвазивных видов в мире. Учёные оценивают риски для экосистемы дельты Волги от этого тропического хищника из Амазонки, который создаёт угрозу пищевой конкуренции для местных видов рыб.
Случайная прогулка на катамаране по Приволжскому затону обернулась для астраханца Дениса Пряхина важным биологическим открытием. Заметив в толще воды полупрозрачных существ, напоминающих медуз, он вместе с членом Астраханского отделения РГО Максимом Ивановым отловил несколько экземпляров.
Именно оперативность активистов позволила в кратчайшие сроки передать живой материал учёным. Через социальные сети им удалось связаться со старшим научным сотрудником Каспийского филиала Института океанологии РАН Степаном Подоляко. Тот переадресовал запрос гидробиологу и научному сотруднику Астраханского государственного заповедника Марии Бирюковой.
Проведя детальный анализ образцов и специализированной литературы, эксперт вынесла вердикт: в городском водоёме поселилась пресноводная гидромедуза Craspedacusta sowerbii — один из ста самых опасных видов-вселенцев в мире.
Родиной этого тропического вида являются воды Амазонки. Большую часть года гидромедуза существует в форме микроскопических полипов. Видимая стадия проявляется эпизодически, обычно в пик летнего тепла. Такая скрытность делает вторжение «тихим» и особенно коварным. Краспедакуста — активный хищник, питающийся зоопланктоном.
В замкнутых водоёмах она способна выедать до 20% кормовой базы планктоноядных рыб. Этот вид внесён в международный список опасных инвазивных видов наравне с красноухой черепахой. Единственной эффективной мерой борьбы с ним остаётся полное осушение и вымерзание водоёма.
Сейчас образцы гидромедузы зафиксированы и готовятся к передаче в Институт океанологии им. П. П. Ширшова РАН. Предстоящий генетический анализ поможет проследить путь проникновения вселенца в регион. Впереди масштабная работа: оценка состояния популяции, исследование распространения медузы по городским водоёмам и прогноз её дальнейшего расселения по дельте Волги. Астраханское отделение РГО продолжит мониторинг ситуации совместно с научным сообществом.
Ты знаешь, полностью согласен. Вот пустыня — тоже очень хрупкая экосистема, которая легко нарушается, когда появляется пресная вода. А люди все равно зачем-то туда лезут со своими оросителями и опреснителями. Варвары. Там ведь весь биом нарушается именно что с катастрофическими последствиями — сама пустыня перестает существовать. Все эти великие пески, верблюжьи колючки, местные кактусы, ящерицы, стервятники и само палящее "белое солнце пустыни" относительно быстро исчезают, а территория превращается в обычный и опостылевший лес, каких сотни — тропический или лиственный, с соответствующими животными. Скукота.
Сравнение с зоошизой прямо в центр попало. Очень тонкая параллель между прикормом стаи голодных агрессивных хищников, приносящих потомство пару раз в год, и высаживанием деревьев, которые зрелости достигнут только через 40-50 лет, если смогут дожить, конечно. Какой ты молодец, углядел такую тонкую, но прямую связь.
"Природа острова во многом уникальна и как любая малая экосистема достаточно хрупкая."
Ога. А хрупкая она потому, что в 1945-ом японцы выжгли на южной части Сахалина практически ВЕСЬ лес!
Я пацаном на летней практике в конце 80-х в ЛесПромХозе высаживал новые лиственницы, которые потом высаживали на сопки, которые выжгли японцы.
Но давайте про кроликов в Австралии лучше рассказывать, которые, кстати, были не самыми разрушительными для экосистемы континента.
"Никого не научили проблемы, которые огребли люди с интродуцированными видами?"
Вы в курсе, что в Австралии нет своих хвойных деревьев? Совсем.
Но хвойные леса таки есть. 200 км на запад от Сиднея, за Голубыми Горами есть целые парки из сосен или лиственниц. Конечно они привнесли в экосистему новые виды - грибы. Из несъедобных - мухоморы. Из съедобных - рыжики и маслята. Грибы принесли с корневой системой саженцев. Грибы есть, а насекомых, которые откладывают на них яйца, которые потом превращаются в червей в грибах - нет. Собирал неспешно полтора месяца назад. Ни одного червя:
Австралийские рыжики
И главное - местные в массе своей вообще не понимают, что это такое - дикие грибы!
Я в детстве в Крыму любил сажать деревья и однажды решил перед двором посадить целый ряд вишни. И весной красиво цветёт, и летом ягоды, мы даже из мелких веток зимой вкуснейший чай готовили. Ну и найти саженцы в посёлке было легко - она корневой поросли много даёт, накопать у любого двора можно было. Разметил, посадил на одинаковом расстоянии, несколько лет поливал, принялись прямо все деревья.
Вот прошло уже четверть века. Полтора месяца назад я задумчиво курил и вспоминал своё детство... перед огромной, выше моего роста, кучей срубленной вишневой поросли. Рядом с топором, косилкой с фрезой и лопатой. Я давно тут не живу, но каждый год приезжаю помогать матери по хозяйству. И каждый год вместо того, чтобы потратить полчаса на работу с косилкой и подстричь траву, приходиться брать тяжёлый инструментарий и рубить этот почти неубиваемый сорняк. Деревья, что я сажал, давно уже заболели (была аномально холодная зима, их побило морозом) и их срубили. Но их потомство разрастается с настойчивостью маньяка. О "красоте, цветах и ягодах" речь не идет, мелкие слишком, а не трогать их несколько лет не получится - администрация сразу требует "привести придворовую территорию в порядок". Было такое, что два года не трогал - перед двором образовывались натуральные джунгли, где десятки мелких деревцев путались ветвями, забивали друг друга, некоторые отмирали и засыхали, формируя прочный "каркас" зарослей.
Поэтому я понимаю, что сажать, подрезать, вырубать нужно имея полноценные знания в этой области. Моя ошибка простительна, я ребёнком был, а родителям, как и многим в 90-е и нулевые, не всегда было до того, чем занимаются их дети. А тут вроде взрослый мужик, но все туда же "мне нравятся кедры, пусть везде растут кедры, больше нужно кедров.
Молодцы в этой ситуации только власти Калининградской области - привлекли энтузиаста и экономят на озеленении. Но тут по бумагам смотреть надо, может он и не знает, по какой цене они у него саженцы покупают за бюджетные деньги
