Я преподаю английский, а в свободное время собираю истории стран, которые помогают лучше запоминать новые слова. И вот у Лихтенштейна история оказалась на целый сериал.
В Лихтенштейне проживает около 40 000 жителей на 160 км². Страна, размером со спальный район, расположилась между Швейцарией и Австрией.
Лихтенштейн landlocked , это значит, что он не имеет выхода к морю. Причём его соседи тоже landlocked. А в таком случае, страна называется double-landlocked - дважды заперта. В мире таких стран только две: Лихтенштейн и Узбекистан
Армии у страны нет, поскольку ее disbanded (распустили) еще в 1868. Оказалось, что содержание армии из 80 человек слишком дорого для маленького княжества.
В процессе поиска информации я наткнулась на одну забавную историю, вероятно байку.
В 1866-м этих 80 солдат отправили на австро-прусскую войну, они не участвовали ни в одном бою и вернулись в полном составе. А с ними еще 81-й человек. Кто он был - итальянский друг, австрийский офицер связи, случайный попутчик - спорят до сих пор. Но в Лихтенштейне историю любят и часто пересказывают.
Страна без армии, впрочем, не значит страна без приключений. В 2007 году 170 швейцарских солдат на учениях в плохую погоду crossed the border (пересекли границу) и зашли примерно на полтора километра вглубь страны. Конечно, после осознали ошибку и развернулись. А Швейцария извинилась, на что пресс-секретарь Лихтенштейна ответил: "Мы не знали об этом, пока нам не сообщили."
Армию содержать не стали - дорого, но деньги тут считать вообще-то умеют.
Зарегистрированных компаний в Лихтенштейне вдвое больше, чем жителей. Здесь headquarters (штаб-квартиры) Hilti (строительные инструменты) и - сюрприз - Swarovski. Да, те самые кристаллы, которые все считают австрийскими. Музей в Австрии, а штаб-квартира - тут. GDP per capita (ВВП на душу населения) - по некоторым рейтингам первое место в мире. Маленькое тихое княжество без армии и без моря - зато с хорошими доходами.
И последнее, но не по степени увлекательности. Женщины получили suffrage (избирательное право) в 1984 году. Последними в Европе. Референдум проводили трижды - в 1968, 1971 и 1973 и каждый раз мужчины голосовали против. В 1984 случилось чудо с перевесом в 119 голосов - 51,3% - и женщины получили право участвовать в голосовании.
Слова из этого поста, которые стоит запомнить:
landlocked /ˈlændlɒkt/ - не имеющий выхода к морю
to disband /dɪsˈbænd/ - распустить (организацию, армию)
to cross the border - пересечь границу
headquarters /ˌhedˈkwɔːrtərz/ - штаб-квартира
GDP per capita - ВВП на душу населения
suffrage /ˈsʌfrɪdʒ/ - избирательное право
Хотите больше читать на английском - вот мой тг канал ✨
История о том, как древнее святилище стало оплотом Габсбургов, потом карьером для местных жителей, а под занавес — резиденцией мексиканской кинозвезды.
Посвящается всем, кто думает, что Лихтенштейн — это просто точка на карте между Швейцарией и Австрией, где регистрируют компании и прячут деньги. Оказывается, там ещё и замки с драмой похлеще сериалов.
После Калленберга с его королевским чаем и собачьим кладбищем мне казалось, что основные замковые сюжеты уже описаны: средневековье, войны, романтичные реставрации, возвращение домой — ну что может быть ещё?
А вот что: замок, который начинался как церковь с кладбищем. Который строили не рыцари, а священники. Который потом стал крепостью Габсбургов. Который сожгли, разобрали на камни, а через сто лет собрали заново усилиями одного одержимого архитектора. А потом в нём поселилась мексиканская актриса.
И всё это — на скале, где люди жили ещё до изобретения колеса.
Добро пожаловать в замок Гутенберг.
Короткая справка для тех, кто потерял карту (и не знает, где Лихтенштейн)
Замок Гутенберг (Burg Gutenberg) стоит в городе Бальцерс, на юге Лихтенштейна, на голой базальтовой скале высотой около 70 метров. Это один из пяти замков княжества и один из двух, сохранившихся до наших дней в целости.
В отличие от Вадуцкого замка, где живёт княжеская семья, Гутенберг — музей.
И парк вокруг него открыт для всех желающих бесплатно.
Первое письменное упоминание замка датируется 1263 годом. Но это если считать «замком» уже готовое здание. А если считать местом, где живут люди — то цифра совсем другая. И вот тут начинается самое интересное.
5000 лет назад: Рёссенская культура и бронзовая статуэтка
Скала, на которой стоит Гутенберг, была заселена задолго до того, как кто-то додумался построить на ней что-то выше шалаша.
Археологические раскопки, проведённые на склонах холма и во внутреннем дворе замка, обнаружили следы неолитического поселения. Люди культуры Рёссен (около 4500 лет до н. э.) — одни из первых земледельцев Центральной Европы — облюбовали эту скалу за её стратегическое положение.
С высоты 70 метров отлично видно долину Рейна, а врагов — ещё лучше.
Среди находок — керамика, каменные орудия и, главное, бронзовая статуэтка размером 12 сантиметров, которую назвали «Марс фон Гутенберг». Её датируют примерно 100 годом до н. э. — временем, когда эти земли населяли кельтские племена. Фигурка изображает воина (или бога войны), и сейчас она хранится в Национальном музее Лихтенштейна.
То есть задолго до того, как на этом месте появилась первая церковь, здесь уже было святилище. Или как минимум место, где люди собирались, торговали, воевали и хоронили своих мёртвых. 5000 лет непрерывной истории — это вам не шутка.
А теперь — самое неожиданное.
XII век: как церковь стала крепостью, сама не заметив
В XII веке на скале стояла средневековая церковь с кладбищем. Всё, как полагается: прихожане приходили молиться, священник служил мессу, покойников хоронили за стенами храма. Но где-то в начале 1100-х годов кладбище закрыли. А саму церковь начали... укреплять.
Представьте себе эту сюрреалистическую картину: место, которое веками было символом покоя и молитвы, вдруг превращается в военный объект. К храму пристраивают кольцевую стену. Потом — главную башню (бергфрид), подняв высоту существующего донжона. Потом башню оснащают зубцами для лучников.
К концу XII века церковь окончательно превратилась в небольшую круглую крепость.
Причём это не был снос старого и строительство нового — это была именно эволюция: здание меняло функцию, не меняя души. Камни, на которых молились, теперь защищали от врагов.
В XII–XIII веках замком владели бароны фон Фрауэнберг — знатный род из швейцарского кантона Граубюнден. Они, видимо, и завершили превращение церкви в крепость. Но в 1314 году, после смерти Генриха фон Фрауэнберга, замок перешёл к Габсбургам.
И вот тут начинается настоящая средневековая драма.
Габсбурги, осады и император на ночлег
Габсбурги использовали Гутенберг как пограничную заставу. Замок стоял на границе между их владениями и территориями независимых швейцарских кантонов. Место было нервное, конфликты случались постоянно.
Кульминация наступила в 1499 году во время Швабской войны (она же Швейцарская война). Имперские войска Максимилиана I воевали с Швейцарским союзом и проигрывали. Гутенберг оказался на пути противника.
Замок осадили, и он получил серьёзные повреждения — на стенах до сих пор видны следы от пуль.
Но есть и светлая сторона. В том же 1499 году в замке ночевал сам император Максимилиан I. Он направлялся на войну с Конфедерацией и сделал остановку в Гутенберге. Представьте: император Священной Римской империи, в окружении рыцарей, поднимается по крутой тропе на скалу, чтобы переночевать в бывшей церкви, которая стала крепостью.
В XV–XVI веках замок неоднократно перестраивали и укрепляли. При Максимилиане I здесь даже установили подъёмный мост. Правда, в 1537 году его сломало бурей, и восстанавливать не стали.
Упадок: пожар, забвение и каменоломня
К XVII–XVIII векам военное значение Гутенберга сошло на нет. Артиллерия сделала старые крепости уязвимыми, а границы отодвинулись. Замок несколько раз горел — в XV веке во время Старой цюрихской войны и в 1795 году, когда огонь уничтожил большую часть Бальцерса.
После этого пожара замок стоял в руинах. И тогда случилось то, что случалось со многими заброшенными зданиями в Европе: местные жители начали разбирать его на камни, чтобы отстроить заново свои дома. В 1824 году его выкупил город Бальцерс, но толком ничего не сделал. В 1854 году замок продали княгине Франциске фон Лихтенштейн — но и она не стала его восстанавливать.
Гутенберг превратился в живописные руины. Красивые, грустные, никому не нужные.
А потом пришёл он.
Эгон Райнбергер: человек, который собрал замок заново
Эгон Райнбергер (1870–1936) родился в Вадуце, учился искусству в Мюнхене, а потом начал путешествовать по Европе, изучая средневековые замки.
Он был не просто архитектором — он был скульптором, художником и одержимым романтиком, который считал, что старые камни заслуживают второй жизни.
В 1899 году князь Иоганн II поручил ему работу над замками Лихтенштейн и Кройценштайн в Нижней Австрии. Там Райнбергер набрался опыта в реконструкции руин и решил применить его на родине. В 1905 году он выкупил руины Гутенберга. И начал грандиозную реставрацию, которая продлилась до 1912 года.
Он воссоздал замок таким, каким он, по его мнению, должен был быть в эпоху расцвета. Он работал в духе историзма и ренессанса замков — направления, которое сегодня назвали бы «китчем», а тогда считали «возрождением традиций»:
Закрыл огромную брешь в западной внешней стене (уже в 1905 году!).
Восстановил главную башню.
Построил новые жилые помещения.
Оборудовал замок по последнему слову техники (водопровод, отопление).
Создал часовню и розовый сад.
А главное — наполнил интерьеры подлинной старинной мебелью и произведениями искусства, которые скупал по всей Европе.
С 1912 года Райнбергер жил в замке с женой Марией и тремя сыновьями. Гутенберг снова стал домом — впервые за полтора столетия.
Райнбергер умер в 1936 году. Замок перешёл по наследству, но в 1951 году его выставили на продажу. И тут в игру вступила женщина, которую вы точно не ждали в этой истории.
Актриса из далёкой страны в роли хозяйки средневекового замка
Медея де Новара (настоящее имя — Hermine Kindle) родилась в 1913 году в Лихтенштейне.
1/8
Но в молодости уехала в Мексику, где стала актрисой и сценаристом.
Там она вышла замуж за режиссёра Мигеля Контрераса Торреса — и вместе они решили купить замок на родине Медеи. В 1951 году они приобрели Гутенберг.
Представьте себе: мексиканская кинозвезда, привыкшая к солнцу и кактусам, въезжает в средневековый замок на скале, где зимой дуют ветры с Альп, а летом — туманы с Рейна. И, судя по всему, чувствует себя там прекрасно. Контрерас Торрес снимал в замке документальные фильмы — он был страстным коллекционером исторических кадров. Но главное — Медея де Новара не просто владела замком, она жила в нём.
В 1979 году правительство Лихтенштейна выкупило Гутенберг у Контрерасов. Но в договоре было прописано особое условие: Медея сохранила за собой право жить в замке до самой смерти.
И она жила.
До 2001 года.
Представьте эту картину: в конце XX века, когда вокруг уже вовсю работали компьютеры, летали самолёты и люди обсуждали приватизацию, в старом замке на скале жила женщина, которая когда-то играла в немом кино. Она, наверное, сидела у окна, смотрела на долину Рейна и вспоминала Мехико.
В 2001 году Медея де Новара умерла. Замок окончательно перешёл в собственность государства. Но её призрак, говорят, до сих пор иногда показывается туристам в сумерках.
Что там сейчас: музей, розы и культурный центр
Сегодня Гутенберг — это музей и культурный центр. Он принадлежит государству, но управляется муниципалитетом Бальцерса.
Что можно увидеть:
Нижний двор (форбург) — открыт для посетителей бесплатно круглый год. Там стоит скульптура лошади с позолоченной головой, которая, по легенде, смотрит в сторону Граубюндена — откуда пришли первые владельцы замка.
Страшноватая лошадь, на мой взгляд.
Часовня и розовый сад — открыты по воскресеньям с 10 до 19 в летний туристический сезон (с 1 мая по 31 октября). Тоже бесплатно.
Экскурсии по замку — только в летний сезон, по предварительной записи. Внутри — коллекция мебели и искусства, собранная Райнбергером.
Культурные мероприятия — летом и осенью в замке проходят концерты, художественные выставки и фестивали. Сад превращается в открытую сцену для классической и современной музыки.
Актеры даже не выглядят халтурщиками, как это обычно бывает на подобных представлениях.
Весьма атмосферно.
Виноградники — склоны холма, на котором стоит замок, покрыты виноградниками.
Местное вино — отдельная причина приехать в Бальцерс.
Чего нельзя: внутрь замка без экскурсии не пускают. Но нижний двор и парк — пожалуйста, гуляйте сколько влезет.
Как добраться: из столицы Лихтенштейна, города Вадуц, до Бальцерса — 15 минут на машине или поезде. Замок виден отовсюду — он стоит на скале прямо в центре города.
Вместо заключения: 5000 лет одной скалы
Гутенберг — не самый большой замок Европы. Не самый старый, хотя 5000 лет — это серьёзно. Не самый богатый на архитектурные излишества.
Но у него есть то, чего нет у многих: история непрерывной трансформации.
Он начинался как святилище для кельтских воинов. Потом стал церковью с кладбищем. Потом — крепостью Габсбургов. Потом — руинами и карьером. Потом — проектом безумного архитектора-романтика. Потом — домом мексиканской кинозвезды.
А сегодня — музеем, который может посетить любой желающий. Бесплатно. Просто прийти, подняться на скалу, потрогать камни, которым 900 лет, и подумать: сколько ещё жизней у этого места впереди? А если увидите женщину в мексиканском платье, которая смотрит на долину Рейна с верхней башни — не пугайтесь. Это Медея. Она просто проверяет, всё ли в порядке с её замком.
Я выехала из Швейцарии и поехала в ещё более дорогой Лихтенштейн. Как вы понимаете, сужу я по Макдональдсу, индекс бигмака, так сказать. Но по ощущениям Лихтенштейн это и есть маленькая частичка Швейцарии, продукты тут в основном отсюда, понятно почему они дороже.
Приехав я увидела замок на горе, "мне надо туда" - подумала я. Поднимаясь вертикально вверх по лестнице я засомневалась в правильности этого решения. Но виды красивые, уверена что видно весь Лихтенштейн. Замок можно только со стороны посмотреть, ну не больно то и хотелось быть внутри.
Замок
Потом я пошла в Мак, у меня свои ачивки, знаете ли. Красиво, чисто, дорого. Но я подготовилась, напитки брать не стала, в двойном чизбургере отказалась от слова "двойной".
После дошла до собора, пораскидали конечно достопримечательности по разным краям города, как вы понимаете Макдональдс это тоже достопримечательность. А дальше мне надо было выбираться в Австрию.Но Лихтенштейн плохо связан транспортом с другими странами, купила билеты с пересадкой. Но только потом заметила, что приложение в меня и пунктуальность автобусов сильно верит: пересадка 5 минут, из них идти - 2. А я уверена, идти 2 это если знать куда. Ну автобус опоздал на 2 минуты, из окна пришлось изучать навигацию, в итоге я была на месте у поезда за минуту до прибытия. Но правда у поезда тоже свои планы, он тоже видимо искал нужную платформу и опоздал на 2 минуты. В общем нормально я добралась до Австрии.
Из интересного, в Лихтенштейне оказались очень приветливые люди, многие со мной здоровались, помогали, я уверена, что из-за ракушки на рюкзаке, как будто снова пилигрим. А я говорила, что любой разговор можно свести к пути Сантьяго, я предупреждала!
А в Швейцарии меня часто принимали за свою. Спрашивали дорогу, предлагали пройти соцопрос для местных, в общем общались со мной на швейцарском немецком. Это совсем другой немецкий, кстати, мне объяснял различия один швейцарец на пути Сантьяго (и снова я предупреждала!) Но они серьезно думают, что человек с поясной сумкой, во флисовой кофте и хлюпеньким рюкзачком со стирающейся надписью "travelling" - местный? Очень опрометчиво.
Этот странный человек, сын художника Григория Мясоедова, один из лучших русских художников начала ХХ века, жил не признавая законов и авторитетов. Не ладил с отцом - одним из основателей движения передвижников, увлекался античностью и "культом тела" - силен был очень, выступал в цирках, поднимая тяжести. Академию художеств закончил с золотой медалью, но увлекся техникой гравирования.
После его бегства из России, в его доме был найден тайник с готовыми клише американских долларов.
В Берлине, разоренном поражением в 1-й Мировой, жил на широкую ногу. Пока не был "застукан" за распространением фальшивых фунтов стерлингов и посажен в тюрьму. Отсидев несколько лет, после освобождения, нарисовал себе паспорт на имя Евгения Зотова и с этим паспортом смылся в Бельгию. Там познакомился с итальянцами, тогда - сплошь фашистами. Нарисовал портрет Муссолини, который очень понравился дуче.
Не знаю, как он попал в Лихтенштейн, но именно там он реализовал свой талант легально: почтовые марки, выполненные Иваном Мясоедовым, отличаются сложными сюжетами и высоким художественным качеством.
В княжестве его помнят!
Началась 2-я Мировая. Мясоедов-Зотов стал востребован фашистами. Он, живя в нейтральном княжестве, участвовал в снабжении Германии поддельной английской валютой.
Война закончилась, а Иван не смог затормозить. И вскоре вновь отправился в тюрьму как фальшивомонетчик. В тюрьме написал несколько хороших картин. Одна из них - пейзаж "Зилум" воспроизведена на совместном выпуске марок России и Лихтенштейна в 2013 г.
Закончил жизнь в Аргентине, куда уехал после освобождения из тюрьмы.
Некоторые считают его анархистом, некоторые - фашистом. Но, я думаю, это был абсолютный индивидуалист, далекий от какой-либо идеологии и потому находившийся в конфликте с государством и обществом. Впрочем, любое увлечение чем-либо это всегда мания. И криминальный художник просто не понимал, почему кому-то можно печатать эти цветные бумажки, а ему нельзя.
Итак, что мы имеем? Когда в 2022 году заморозили Российские активы за рубежом, никто ничему не научился. Когда в 2022 году у российских олигархов начали отжимать имущество и блокировать счета никто ничему не научился. Когда в 2025 году в Лихтенштейна будут проебаны деньги трастовых фондов, никто ничему не научиться. Ждем, что же будет следующим, я думаю, что когда "российским бизнесменам" будут ссать в чай при них же на переговорах в Европе, они тоже ничему не научаться.
Всё, друзья, в Лихтенштейне случилось страшное: начался кризис трастов! Да, я сначала тоже подумал, что это что-то про доверие в отношениях. Помните как в песне: Траст ты мне или не траст, брат ты мне или не брат. А нет — речь про офшоры и деньги, которые должны лежать тихо и не светиться. Деньги любят тишину.
А теперь внимание: Из-за санкций против России директоры трастов — то есть хранители чужих миллиардов — начали массово увольняться! Просто представьте: — "Здравствуйте, это ваш личный офшорный управляющий. Я увольняюсь. Деньги где? А кто ж его знает...Может в п…А может еще где…»
Причина проста: США пригрозили Лихтенштейну вторичными санкциями, и в ответ местный финансовый надзорный орган (FMA) говорит: — Всё, русских вычёркиваем! — А если они у нас давно и по-тихому? — Тем более! Вычёркиваем и увольняемся.
И что же мы видим? Великолепная швейцарская точность лопается, как мыльный пузырь при слове "Минфин США".
Теперь эти «трасты» можно переименовывать в "не-на-трасты". Потому что никто никому больше не трастит. Даже в Лихтенштейне!
Мораль? Деньги любят тишину, но ещё больше — гражданство без санкций.
