МИШТЕКИ

Около 800 г. н.э. великий Монте-Альбан, столица сапотеков, начинает пустеть. Но священным он останется — и уже не только для сапотеков, а ещё и для наших новых знакомых, миштеков.

Начнём с названия — оно, как вы можете догадаться, из науатля: земли миштеков ацтеки называли Миштекáпан (Mixtecapan: mixtli — «облако», то есть «страна облачных людей» или «страна облаков»). Сами миштеки называли себя народом дождя, Ñuu Savi (читается как Нюу Сави) или Ñuu Dzahui (Нюу Дзауи, «народ/земля Дзауи[, бога дождя]»), а свой язык — «словом дождя». Язык их, кстати — дальний родственник сапотекского: оба входят в одну большую языковую семью. Так что сапотеки (напомню, сами себя называвшие «люди облаков») и миштеки («люди дождя») — не случайные соседи, а очень дальняя родня, давно разошедшаяся по разным долинам.

Миштеки жили в горах на западе современной Оахаки и на границах штатов Пуэбла и Герреро — там, где сходятся два горных хребта: Южная Сьерра-Мадре и Поперечная Вулканическая Сьерра. Это не какая-то плодородная долина — скорее, десятки маленьких зажатых горами клочков земли посреди огромного засушливого нагорья. Всё это удовольствие называют Ла Миштека, выделяя три части:

1. Верхняя Миштека (Mixteca Alta, Ñuu Ñuma) — прохладные высокогорные долины, сердце цивилизации. Здесь стоят Тилантонго (Tilantongo), Янюитлан (Yanhuitlán) и Коиштлауакан (Coixtlahuacan).

2. Нижняя Миштека (Mixteca Baja) — лежит севернее Верхней (нижняя она по высоте, а не по карте), здесь пожарче и посуше. Сами миштеки называли её Нюинье (Ñuiñe / Ñuu I'ni), «жаркая земля».

3. Береговая Миштека (Mixteca de la Costa) — тропическое тихоокеанское побережье.

Главная беда этого края — очень мало пахотной земли: вокруг одни горные склоны, что-то выращивать можно лишь в узких долинах. Отсюда два следствия, которые пройдут через всю историю народа. Во-первых, миштеки вели бесконечные войны за каждый плодородный кусочек земли. Во-вторых, они были изобретательны и превращали склоны в поля. Поперёк оврагов ставили каменные стенки, за которыми копилась смытая дождями почва, и через несколько лет на месте промоины получалась ровная плодородная терраса — по-миштекски коо юу (coo yuu, букв. «грязевой забор»).

На вопрос «откуда мы?» миштеки отвечали мифом о том, как первые знатные люди родились из дерева у Апоалы, в Верхней Миштеке. Один из сыновей дерева, Миштекатль, бросил вызов самому Солнцу. Весь день он стрелял в него из лука, а Солнце отвечало ему лучами. К вечеру раненое Солнце рухнуло за горы — отсюда красный цвет заката. Миштекатль понимал, что утром Солнце снова встанет и потребует земли назад. Той же ночью он привёл людей, поселил их на завоёванной земле и велел срочно засеять поля кукурузой. Взойдя утром, Солнце уже ничего не могло поделать: земля была занята и возделана. Так миштеки стали её законными хозяевами — и по праву оружия, и по праву богов.

У этой истории есть и второй слой. Самыми первыми, по преданию, были «люди земли», вышедшие из её недр. Позже их покорили пришедшие из Апоалы предки знати. Миф, таким образом, заодно объяснял, почему одни правят, а другие подчиняются.

Археология же отвечает на вопрос «откуда» неожиданно просто: ниоткуда. Миштеки жили здесь всегда, с появления первых земледельцев, и веками развивались бок о бок с сапотеками из соседней долины Оахаки.

Около 300 г. до н.э. в Верхней Миштеке начинается городская жизнь. Монте-Альбан, как мы помним, уже лет 200 как стоит в Долине Оахаки. Первым настоящим миштекским городом называют Юкуиту (Yucuita, «Холм цветов»). Был у миштеков и свой «Монте» — Монте-Негро: с каменными колоннами, мощёными улицами и храмами на платформах.

Ещё один город — Уамелу́льпан (Huamelulpan, с науатля «на амарантовом холме»), чьё миштекское название Yucunindaba переводят как «холм, который летал». Здесь нашли камни с календарными знаками, очень похожими на сапотекское письмо Монте-Альбана, и черепа, которые, вероятно, висели на цомпантли.

Вместе с городами появляется знать (куда же без неё). Она могла появиться как необходимость: многие ранние города стоят на неприступных вершинах, и воинственность явно была важной частью этого мира. С другой стороны, не могло обойтись и без жрецов: в ранних городах важное место занимают храмы и площади для ритуалов, а значит, особый вес имели люди, умевшие «договориться» с богами о дожде и урожае. А это имело критическое значение для засушливого региона. За свои услуги они получали труд и подношения, со временем их власть стала наследственной, а затем и вполне светской.

К 250 г. н.э. на первый план в развитии выходит уже Нижняя Миштека, где формируется культура и художественный стиль, названный по региону — нюинье (ñuiñe). Её главный центр, Серро-де-лас-Минас, процветал примерно с 250 по 800 гг. Здесь была своя письменность (смесь знаков в духе Монте-Альбана и Теотиуакана): на надгробиях писали имя умершего и даты. У каждого человека было два имени (знакомая нам концепция): календарное по дате рождения (например, 8 Олень) и прозвище, которое, по испанским источникам, ребёнку при достижении 7 лет давал жрец (например, Коготь Ягуара). Отсюда звучные имена вроде 8 Олень Коготь Ягуара — про него, кстати, дальше.

Главным божеством здесь был старый бог огня Уэуэтéотль: сидящий старик с огромной жаровней на голове.

Около 800 года прежний мир во всей Оахаке рушится. Пустеет Монте-Альбан, угасает и Серро-де-лас-Минас вместе со стилем нюинье. Одной причины тут нет. Знать подчинённых городов перестала слушаться столицы, сместились торговые пути (возможно, вслед за упадком Теотиуакана).

Так или иначе, жизнь продолжается. Люди спускаются с холмов в долины, а старые города на вершинах остаются священными местами для ритуалов. Ла Миштека распадается на десятки небольших царств, и у каждого своя династия. Зарождается новый яркий стиль искусства, названный Миштека-Пуэбла. Именно в этом стиле расписаны миштекские кодексы. К XIV веку его варианты встречаются по всей Мексике и даже у майя, так что элиты огромной части Мезоамерики могли «читать» друг друга. А со стилем распространяется почитание Пернатого змея и мода на знатные браки между соседями.

Почти всё, что мы знаем о миштеках с X века, мы знаем от них самих, из кодексов: Кодекс Зуш-Наттолл (Codex Zouche-Nuttall), Кодекс Виндобоненсис Мексиканус I, кодексы Бодли, Селден и Коломбино. Все они — бесценный источник более чем 600-летней истории миштекских правителей с 940 г.: рождения, браки, дети, смерти, войны и союзы. «Санта-Барбара», что называется, нервно курит...

Истории кодексов начинаются с бурной эпохи войн, которая может быть и правдой, и мифом:

1. Описывается реальная война. В X веке крупнейшим городом Ла Миштеки был Юку Йоко (Yucu Yoco — букв. «Холм Осы» или «Холм Улья»). В конце века он пал, его правителей принесли в жертву, и началась серия войн, которую называют «Войной Небес»: три группировки миштекской знати воевали 16 лет, и из этого сложилась политическая карта на века вперёд. Занятно, что города, упомянутые в кодексах до этой войны, после неё исчезают.

2. Описывается миф. Возможно, начальные сцены кодексов, переплетая историю с космологией, описывают начало времён. Например, есть сцены войн с некими «каменными людьми» — фантастическими существами словно из камня, которые нападают на правителей и богов. Против них сражается сам бог 9 Ветер, миштекский Пернатый змей, одно из воплощений которого — Коо Дзауи (Coo Dzahui), Змей Дождя. Но сражения эти происходили в реально существующих местах: в старых городах на холмах — Монте-Негро и Юкунюдауи (Yucuñudahui).

«Вот и поди пойми, что это было» (с) — любой археолог.

Подпись к иллюстрации выше: «Каменные люди» из Кодекса Зуш-Наттолл. Сверху: бог 9 Ветер (посчитайте точки у его правой ноги — их 9, а красный клюв — это знак дня Ветер) пленит каменного человека, а в другого метит стрелой. Снизу: каменные люди берут в плен госпожу 8 Обезьяну на Холме Дождя (узнаём Тлалока).

Как бы то ни было, война заканчивается под занавес X века основанием первой династии Тилантóнго, по-миштекски Нюу Тноо (Ñuu Tnoo, «Чёрный город»). Тилантонго стал самым престижным царским домом Ла Миштеки и оставался им вплоть до прихода испанцев.

В Тилантонго в 1063 году и родился главный герой истории этой цивилизации — 8 Олень Коготь Ягуара (мишт. Ийя Накуаа Теюси Няня, Iya Nacuaa Teyusi Ñaña). Отец его, 5 Крокодил Солнечный Дождь, был верховным жрецом при храме в Тилантонго. Мать — госпожа 11 Вода Птица-Самоцвет. У отца была и другая жена, 9 Орёл Цветок Какао, и другие дети, так что прямым наследником 8 Олень не был.

У него были братья и сёстры, среди них 12 Движение Кровавый Ягуар и 9 Цветок Стрела Горящего Табака. Запоминать это, конечно, не обязательно.

В будущем братья 8 Оленя станут его соратниками в военных походах по всей Ла Миштеке. А начались они, судя по кодексам, в 1071 году, когда 8 Оленю было всего восемь лет. В 1083 году наш герой стал правителем Тутутепека, города на Береговой Миштеке. Этого ему было мало, но чтобы претендовать на большее, 8 Оленю нужен был сильный покровитель. Им стал 4 Ягуар, могущественный владыка из мира тольтеков:

В 1097 году 8 Олень прибыл чуть ли не в сам Толлан, где ему торжественно проткнули нос и вставили бирюзовое украшение — тольтекский знак царской власти. Всё равно что Папа Римский короновал императора Священной Римской империи. С такой поддержкой 8 Олень занял трон Тилантонго, устранив всех потомков прежнего правителя. Дальше началось расширение влияния на соседей методом кнута (войной) и пряника (браками). В Кодексе Зуш-Наттолл указаны целых 94 города, покорённых 8 Оленем.

Самая громкая расправа случилась в 1101 году. 8 Олень завоевал город, который исследователи называют «Красно-белый свёрток»: его правитель 11 Ветер сам претендовал на трон Тилантонго. Вместе с женой, госпожой 6 Обезьяной, этого правителя принесли в жертву. Уцелел их сын 4 Ветер — в лучших традициях сиквелов боевиков, он ещё отомстит. Закрепил победу 8 Олень ... браком с дочерью бывшего правителя 11 Ветра от первого брака и по совместительству своей племяннице: так земли врага стали своими.

В 1115 году 8 Олень погиб: то ли в результате восстания недовольных владык, то ли из-за «несчастного» случая на охоте (ну, знаете, как это бывает). Но в обоих случаях гибели способствовал 4 Ветер — тот самый выживший сын. Дальше совсем по-шекспировски: 4 Ветер женился на дочери 8 Оленя.

Собранное 8 Оленем царство снова рассыпалось на множество мелких государств. Но память о нём осталась: спустя 400 лет, когда придут испанцы, некоторые миштекские царские дома всё ещё будут обосновывать своё право на власть родством с великим 8 Оленем Когтем Ягуара.

Как же был устроен миштекский мир?

Отдельный город или посёлок с округой назывался нюу (ñuu). Царство-государство миштеки понимали очень своеобразно: как союз двух знатных родов через брак правителя и правительницы. Это называлось юуитайю (yuhuitayu) — букв. «циновка»: отсюда и та самая циновка, на которой сидят супруги в кодексах.

Подпись к иллюстрации выше: Брак 8 Оленя Когтя Ягуара и 13 Змеи Цветочной Змеи — первый брак правителя (йя, yya — см. далее) Тутутепека. Это и было юуитайю.

Женщины у миштеков активно участвовали в политике: в кодексах упоминается 951 знатная женщина! Власть могла переходить по женской линии. А поскольку наследовали и от отца, и от матери, брак двух наследников мог объединить два царства, а их дети — снова всё разделить. Ради сохранения власти в семье знать нередко женилась на близкой родне, вплоть до браков между братом и сестрой.

Когда вокруг все сильные и амбициозные, любая мелочь способна разжечь масштабную войну. Сдерживали её общие святыни: знать почитала одни и те же святилища-оракулы. Главным была Ачиутла (Achiutla) — духовный центр Ла Миштеки, куда приходили за советом перед важными решениями. Что-то вроде дельфийского оракула.

Как позже и у ацтеков, миштекское общество строго делилось, и перейти из одной группы в другую было почти невозможно:

• Наверху правители йя (yya) и знать тохо (toho), родня правящего рода.

• Далее вниз по социальной лестнице шли свободные общинники тай нюу (tay ñuu): они работали на общинной земле, платили дань и служили правителю.

• Затем зависимые безземельные работники тай ситундайю (tay situndayu), которых испанцы называли терраскеро (от terrazgo — плата за пользование чужой землёй). Они жили в отдельных кварталах, обрабатывали поля правителя и прислуживали в его доме. В это положение попадали по-разному: пленники, купленные рабы, пришлые чужаки, а то и общинники, сами шедшие «в услужение» ради доступа к хорошей земле.

• И, наконец, рабы (даасаа, dahasaha) — пленные, купленные или рождённые в доме господина. Занимались хозяйством, становились наложницами и жертвами для обрядов.

Основой этого неравенства была земля, которой в Миштеке всегда не хватало. Иметь лучшие поля, воду для полива, охотиться на оленей, есть перепелов и носить определённые меха и перья могли только знатные. Знать женилась далеко за пределами своего царства, а общинники брали жён у себя же в посёлке: если бы не рынки и паломничества к святилищам, простой миштек мог прожить всю жизнь, вовсе не покидая своей общины.

В меню у миштеков — мезоамериканская классика: кукуруза, фасоль, тыква и чили. В тёплых районах выращивали и какао. Ещё одно миштекское богатство — кошениль, насекомое, живущее на кактусе-нопале и дающее ярко-красный краситель. Её разводили вплоть до XIX века, пока не изобрели синтетические красители. Ла Миштека была одним из самых зажиточных краёв Мезоамерики и торговала с соседями во все стороны. Например, в Коиштлауакане был большой рынок, связанный с долиной Мехико, Чолулой, долиной Оахаки и побережьем.

Главная слава миштеков — ремесло. На продажу производились роскошные вещи: тонкостенная полихромная керамика, отполированная до блеска и расписанная сценами в стиле кодексов; резьба по кости, дереву, горному хрусталю, нефриту и бирюзе; изделия из перьев; мозаика из бирюзы — здесь миштекские мастера считались лучшими в Мексике.

Ну и, конечно, золото.
Металлургия пришла в Мезоамерику поздно — примерно в VII–IX веках: скорее всего, морем из Центральной или Южной Америки на западное побережье Мексики. Миштеки освоили её позже и довели до совершенства: отливали золотые украшения в восковые формы. Золото считалось «испражнениями богов» и было связано с Солнцем, поэтому его часто сочетали с бирюзой, «солнечным камнем». Так сделан знаменитый Щит из Янюитлана:

Существует, правда, и другой взгляд на миштекское ремесло: возможно, что постоянных ремесленников-профи у миштеков вовсе не было — гончаров, ткачей, писцов и мастеров набирали из общинников на время, на полставки, так сказать.

Богатство и мастерство были одной опорой миштекского мира, браки — другой. И брачная политика, которой миштекские царства держались друг за друга, со временем шагнула за пределы Ла Миштеки — к соседям-сапотекам, с которыми миштеки веками то воевали, то роднились. Знать двух цивилизаций была связана целой сетью брачных союзов — и именно так, свадьбами, миштеки и пришли в долину Оахаки. В итоге элиты двух народов так переплелись, что принадлежность некоторых городов определить крайне сложно.

Хороший пример — Саачила (Zaachila на сапотекском, Ñuu Tocuisi на миштекском): сапотекская столица с сапотекским царём, но с миштекской культурой.

Ну или тот же Монте-Альбан. В 1932 г. там нашли гробницу, построенную ещё при сапотеках, но повторно использованную в ~1330 г. Внутри было свыше 500 предметов: более 120 золотых украшений, серебро, бирюзовые мозаики, ожерелья из горного хрусталя, янтаря, гагата (гагат, не агат) и коралла, тысячи жемчужин (одна размером с голубиное яйцо) и кости ягуара, покрытые резьбой с историческими и мифологическими сценами. Это одно из самых богатых погребений, найденных в Мезоамерике.

Всё это дорого и богато, но чьё это? Кто там похоронен?

• Версия 1: миштекский вельможа. Пришли миштеки и в старую сапотекскую гробницу положили своего знатного покойника вместе со слугами. Отсюда и пошло представление о Монте-Альбане как о миштекском кладбище.

• Версия 2: женщина или жрица в образе богини. Главный скелет сначала определили как мужской, однако среди вещей нашлись ткацкие инструменты: веретёна, пряслица, гребни. Возможно даже, что похоронен человек, исполнявший роль женского божества.

• Версия 3: сапотеки. Исследование 2024 года предлагает неожиданный ответ: гробницу №7 вскрыли и вновь использовали сапотекские правители Саачилы, чтобы заявить о своём древнем царском происхождении и первенстве в долине. Главный аргумент: в гробницах Саачилы найдены точно такие же вещи. Получается, «миштекский» стиль сокровищ — мода всей элиты региона, а не признак национальности.

В XV веке у миштеков появился новый сосед, куда опаснее сапотеков, — Тройственный союз во главе с Теночтитланом. Ла Миштека лежала на пути из центральной Мексики на юг, к богатым землям побережья и Центральной Америки, а её золото, кошениль и ткани были лакомой добычей.

Первой крупной жертвой стал как раз Коиштлауакан с его большим рынком. Около 1458 года войска Мотекусомы I взяли город. Местного правителя Атоналя ритуально задушили, а семью обратили в рабство. Коиштлауакан стал регулярно отправлять в Теночтитлан тысячи тканей, воинские костюмы, нефрит, перья, мешки кошенили и чаши золотого песка.

В долине Оахаки ацтеки поставили военный пост на холме, который назвали Уашья́как (Huaxyacac, «среди деревьев гуахе»). От этого и происходит современное название штата Оахака.

Около 1462 года ацтеки сожгли священную Ачиутлу. К концу XV века бо́льшая часть Ла Миштеки платила дань Теночтитлану. Пожалуй, лишь Тутутепек, город 8 Оленя Когтя Ягуара, оставался независимым вплоть до испанского завоевания.

При Мотекусоме II завоевания продолжились. Одним из первых его походов был поход в 1504 г. на ту же Ачиутлу: по преданию, он начался из-за цветущего дерева, которое понравилось Мотекусоме. Местный правитель отказался его отдать, поэтому увезти дерево в Теночтитлан удалось лишь военным путём.

Но зависимость миштекского мира от Теночтитлана носила в основном налоговый характер: царства миштеков, их знать и устройство общества она почти не тронула.

Так миштеки и прожили до прихода испанцев, исправно платя дань городу посреди озера. Городу, который ещё пару веков назад был просто клочком болотистой земли…

На науатле тéнтетль значит «губной камень». Другое название — безóте (от устаревшего испанского слова «bezo» — губа, т.е. буквально «губища»).

Тентетли были символами высокого социального положения и носились они исключительно знатными людьми и высокопоставленными воинами и жрецами. Вон, какой красавец Мотекусома II:

Процедура прокалывания подгубного пространства была, очевидно, болезненной: обсидиановым ножом вырезался кружок (или два!), куда тут же вставляли безот. Так рана заживала и не затягивалась. А ещё этот ритуал был публичным: так все знали, что этот человек имеет право носить подобное украшение и принадлежит к элитам.

Безоты изготавливались из камня, обсидиана, золота, горного хрусталя, ракушек или кости. На заглавном фото — золотой тентетль в форме змеи. Занятно, что язычок её раскачивается, если владелец украшения подвигает головой. Наверняка этот знатный господин в своё время производил фурор при дворе.

На этом фото — золотой тентетль поменьше в форме головы орла. Великолепная детализация, посмотрите сами! Скорее всего, такой тентетль носил воин. Кстати, эта вещица считается миштекской, а не ацтекской. Ацтеки же закупали эти предметы у соседей. Фото ниже — миштекский же безот-орёл из золота и горного хрусталя.

Но были и более простецкие безоты: чёрный из обсидиана и белый из горного хрусталя

Если знатный господин попадал в плен, то первое, что с ним делали, это отнимали тентетль. Это считалось дико унизительным, ведь по сути это материальное выражение его высокого положения, его заслуг. А ещё он после такого буквально пускал слюни — через дырочку.

Кодекс, состоящий из 16 страниц из кожи животных, рассказывает о генеалогии более чем 26 поколений одной династии, которые, по оценкам специалистов, жили между 970 и 1490 годами нашей эры. Мужчины изображены в масках и коронах, а женщины изображены на коленях.

На одной из страниц изображён город Кукила-Санта-Мария (ныне современный Тлахьяко), а также его первый правитель «Повелитель Один Аллигатор-Тлалок» и его жена «Единое Солнце-Аллигатор», которые, вероятно, были основателями династии.

Рукопись, судя по всему, была нарисована в 16 веке, а более поздние дополнения были сделаны в 17 или 18 веках. Большинство экспертов считают стиль художественного произведения миштекским с некоторыми ацтекскими элементами.

Одна страница, очевидно, была намеренно стёрта, возможно, колониальным чиновником, поскольку на ней стоит испанская печать.

Ориентировочные размеры одной страницы: ширина – 21,5 см, длина – 27,7 см.

Оригинальная рукопись 16 века, вероятно, создавалась в течение долгого периода времени разными людьми в регионе Миштека-Баха. В 1869 году она перешла во владение Фелипе Санчеса Солиса, который продал её Людвигу фон Веккер-Готтеру, члену немецкого дипломатического корпуса в Мексике между 1880 и 1888 годами. В 1911 году была куплена Британским музеем, в основной экспозиции которого не выставлена.

Для тех, кто хочет посмотреть весь кодекс:

https://www.britishmuseum.org/collection/object/E_Am1962-03-...

Ещё об ацтекских артефактах:

Двуглавый змей.

Маска Тлалока.

Жертвенный нож.

Миштекское нечто.

Маска из черепа.