Итак, представим себе ситуацию. Вы — директор зоопарка, и к вам на содержание привозят вот это растрёпанное чудо. Ваши действия?

Если вы выбрали: «Отселить в отдельный вольер, наблюдать за состоянием и поведением, кормить сладкими фруктами и зеленью», то поздравляю вас, вы выбрали самый правильный и взвешенный вариант действий. А ещё вы обрекли колобуса Кирка на очень медленную и мучительную смерть. Но в качестве утешения, я хочу вам сказать — вы не первый, кто это сделал. Настоящие директоры, ветеринары и приматологи тоже совершали эту ошибку не единожды.

Колобус Кирка — это средняя (10-12 кило веса) обезьянка, обитающая в лесах Занзибара, островного архипелага у восточного побережья Африки. Обезьяна была описана ещё в середине 19 века, а научные экспедиции довольно подробно задокументировали её образ жизни. Поэтому в середине прошлого века сразу несколько зоопарков решили заполучить колобусов в свою коллекцию.

Но все их попытки закончились плачевно. Абсолютно все колобусы в итоге погибли от проблем с пищеварением, хотя получали стандартный для приматов рацион — фрукты, зелень и немного мяса. Конечно, столь загадочная и массовая гибель не могла не привлечь внимания учёных. Они с удвоенным интересом обратили внимание на колобусов Кирка и поняли, что их знания о питании обезьянок были, мягко говоря, неполными.

Да, колобусы действительно питаются фруктами и зеленью, но с двумя важными нюансами. Чтобы выжить в конкуренции с другими обезьянами, они здорово извратили свои вкусы, поэтому питаются зелёными фруктами и ядовитыми листьями, которые даже не всякая гусеница сможет есть.

А чтобы переварить всё это непотребство, они превратили свой желудок в сложный четырёхкамерный орган, который больше напоминает желудок коровы. Кроме того, они приобрели нескольких крайне полезных бактерий-симбионтов и продвинутую печень, эффективно расщепляющую фитотоксины.

Но взамен колобусы лишись кое-чего важного: возможности переваривать сахара. Она не исчезла целиком, конечно, но просела настолько, что им по силам переваривать только мизерные доли сахаров, полученные при расщеплении листьев и зелёных фруктов. И именно поэтому колобусы массово гибли в зоопарках: их кормили сочными, сладкими фруктами, которые для них хуже яда.

Впрочем, и с ядами у них отношения сложные. Несмотря на отличную сопротивляемость токсинам, колобусы не стесняются поесть землицы, покушать золы с кострища, или даже вгрызться зубами в выход каменного угля. Польза от такого времяпровождения очевидна: уголь (или даже земля) работают как адсорбент и захватывают из ЖКТ токсины, не давая им проникнуть в кровь. Активированный уголь работает по тому же принципу.

И у нас есть подозрения считать, что эту привычку обезьяны освоили из-за людей. Доказать это прямо невозможно, конечно, но у нас есть косвенные свидетельства. Например то, что обезьянки живущие рядом с человеческим жильём регулярно совершают рейды на печки и костры, а плотность населения приматов в местах выхода каменного угля в несколько раз выше, чем в среднем по ареалу. Но они к такой кучности явно не приспособлены: в этих районах уровень внутривидовой агрессии выше, а рождаемость — ниже.

И даже несмотря на полученные знания, вы даже сейчас не встретите колобуса в зоопарке — слишком уж специфические потребности в рационе, слишком уж сложно их соблюдать. Поэтому животные до сих обитают исключительно в дикой природе, где сами знают что и в каком порядке им нужно кушать!

Источник.

Считается, что где-то 15-20 миллионов лет назад предки современных человекообразных обезьян отказались от хвостов, что в итоге и привело нас туда, где мы находимся сейчас. Но параллельно с этим предки паукообразных обезьян пошли по полностью противоположному пути. Они решили, что им нужна пятая конечность, и сделали они её из хвоста. Давайте же посмотрим, куда их привело это решение.

Очевидно, что с расширением ареала бесхвостые обезьяны справились куда лучше хвостатых — мы заселили вообще весь земной шар. Но и паукообразные обезьяны справились неплохо. Они превратились в целое семейство из 26 видов, которое заселило практически все леса Южной Америки.

Размерами, правда, не вышли — рост не более 70 сантиметров, вес — не больше 10 килограмм. Ведь хвост — это всё-таки не настоящая рука, он устроен по-другому и серьёзно ограничен в грузоподъёмности. 12-15 килограмм веса — это его теоретический предел, больше хвостовые позвонки просто не выдержат. Зато как они скачут по деревьям! Пока остальные приматы средних размеров используют свой хвост как руль, что помогает им держать равновесие в сложных ситуациях, паукообразные обезьяны превратили его в гибкую и мощную руку!

Силы хвоста хватает не только чтобы выдержать вес примата, но и раскачиваться на нём или перехватываться во время прыжка. Что сделало их, наверное, самыми быстрыми и ловкими древолазами на планете. А чтобы лазать было ещё удобней, они отрастили на кончике хвоста безволосую мозоль, обеспечивающую отличное сцепление с поверхностью. И теперь обезьянки напоминают паучков, что ловко карабкаются по деревьям с помощью своих многочисленных лапок.

Но они, тем не менее, иногда умудряются падать с деревьев прямо в лапы ягуарам. И дело не в том, что им не хватает координации или ловкости, просто кому-то надо меньше пить! Рацион паукообразных обезьян состоит исключительно из плодов. Единственное мясо, которое они поедают — это мясо, которое не успело выползти из фрукта, пока обезьянка его кушала.

Но сладкие плоды имеют свойство бродить. И чем ближе конец сезона плодоношения — тем больше в них алкоголя. Под самый конец обезьянкам достаются хмельные фрукты с бражкой внутри — содержание этанола может достигать 7%! И хоть приматы умеют расщеплять алкоголь, превращая его в калории, по устойчивости к этанолу они не лучше людей. Поэтому могут наклюкаться до потери координации, рвоты и тяжкого похмелья на следующей день.

Паукообразные обезьяны живут стаями до 25 взрослых особей в каждой. Но если она разрастается, то самцов может быть несколько, и они находятся в своей собственной иерархии, отделённой от иерархии самок. Большую часть времени стая проводит не вместе, а разбившись на небольшие кружки по интересам, ведь так легче добывать пищу и избегать внимания хищников — ягуаров, гарпий и хохлатых орлов.

Но каждый вечер или перед переездом на новый участок леса, обезьянки собираются вместе, чтобы пообщаться, наладить социальные связи и, конечно, поиграть! Обезьянки-паучки очень любят играть, даже взрослые приматы проводят за играми до 18% от времени суток. У них даже есть специальное, игривое выражение лица — что-то вроде нашей искренней улыбки. И этим маленькие хвостатые обезьянки так похожи на людей!

Источник.

Привет, мои дорогие любители необычной земной фауны. Сегодня мы поднимемся в кроны тропического леса, туда, где листья режут небо на синие лоскуты, и листья шелестят, будто переговариваясь друг с другом. И там, в этой зелёной глубине, вдруг мелькнёт что-то чёрное с белым лицом — будто кто-то надел маску, посмотрел на вас с укором и снова исчез.

Впечатление возникает мгновенно. Будто бы перед вами не зверь, а персонаж, уставший от земной суеты: молчаливый, наблюдательный, с лицом, напоминающим театральную маску или гипсовую голову. Он не прыгает, не кричит, не строит рожи — просто сидит, глядит и кажется невероятно старым. Но это всего лишь обезьяна.

Познакомьтесь: белоголовый саки (Pithecia pithecia) — древесная обезьяна из семейства саковых, обитающая в тропических лесах северной части Южной Америки. Она не слишком крупная, не слишком редкая, не слишком шумная — но почему-то запоминается сильнее многих. Полагаю, дело в лице.

Ареал белоголового саки охватывает Венесуэлу, Гайану, Суринам, Французскую Гвиану и север Бразилии. Живут эти приматы исключительно в кронах деревьев, почти никогда не спускаясь на землю. Предпочитают густые, старые леса, где можно не попадаться на глаза и двигаться по верхнему ярусу, как по своей дороге.

По размерам саки сопоставимы с кошкой: длина тела — до сорока сантиметров, хвост почти такой же, но пушистый. Мех густой, взъерошенный, чёрный, словно выгоревший. А лицо… лицо белое, плоское, как вырезанное отдельно. Самцы — с ярко выраженным контрастом, самки — чуть скромнее, с серыми тонами. И у тех, и у других глаза — будто из другого мира.

Примечательно, что белоголовые саки — крайне скрытные и молчаливые существа. В отличие от многих других приматов, они почти не издают звуков и стараются не привлекать внимания. Передвигаются прыжками, быстро, но бесшумно. Иногда можно часами стоять под деревом и не подозревать, что в трёх метрах над головой кто-то наблюдает за вами.

Саки питаются фруктами, орехами, мелкими беспозвоночными. У них мощные челюсти, способные раскусывать твёрдую кожуру. А ещё — странная, «человеческая» манера есть: аккуратно, будто бы обдуманно, держа пищу в руках и не торопясь. Можно забыть, что это примат, и решить, что перед вами маленький философ.

Живут саки, как правило, парами или небольшими семейными группами. Между партнёрами наблюдается выраженная привязанность: они проводят много времени вместе, ухаживают друг за другом, держатся рядом. Их социальная жизнь — не буйство иерархий, а скорее союз наблюдателей. В стороне. На высоте.

А теперь представьте: внизу бушует джунгли, шумят деревья, по веткам скачут ревуны. А где-то наверху — тихий силуэт, белое лицо в чёрной раме. Не судит, не вмешивается, просто смотрит. Саки не ищут встречи с человеком. Но если вы всё же встретились взглядом — вам будет что вспомнить.