Фантастический рассказ: Босс-киборг ждал старика-профессора, а к нему прислали ледяную швейцарскую лисицу
Отрывок из рассказа «Не из того теста». Киберпанк. Начало — в предыдущих постах.
Выйдя из ледяного кабинета босса, Илья немедленно связался с Цюрихом по защищённому каналу связи. Почти час Лисенко на пределе ментальных сил пытался убедить Рауша переехать в Москву. Но ничего не помогало.
Профессор Рауш был слишком стар, тяжело болен и абсолютно, принципиально не меркантилен.
— Я не полечу в эту шумную Москву, — прохрипел Рауш с экрана. — Но у меня есть лучшая ученица. Моя дочь. Она возглавит лабораторию на месте. А я буду курировать её дистанционно.
Связь оборвалась. Илья ошарашенно смотрел на погасший экран.
Профессор Рауш ещё из Цюриха детально проконсультировал Илью насчёт технических спецификаций. На девяносто девятом этаже «Сфера-Тауэр» работа кипела круглосуточно: монтировались швейцарские центрифуги, лазерные анализаторы и стерильные барокамеры.
Всё было практически готово к приезду гостьи.
В день прибытия рейса Илья отправился встречать её в аэропорт Внуково-3, но поехал он туда не один.
Заяц сидел на заднем сиденье представительского лимузина, вальяжно закинув ногу на ногу и самодовольно ухмыляясь. Илья молча смотрел в окно на проплывающее подмосковное шоссе.
Лимузин мягко затормозил у стеклянных дверей VIP-терминала. Илья и Иван вышли на перрон как раз в тот момент, когда из раздвижных дверей, везя за собой элегантный кожаный чемодан, уверенной, грациозной походкой вышла девушка.
Увидев табличку со своим именем и двух молодых, выхолощенных пижонов в дорогих костюмах, она внутри сжалась. Сквозь стёкла её аккуратных титановых очков раскосые ледяные глаза швейцарской гостьи смотрели на них со скрытым недоверием.
Ей безумно не хотелось ехать в Москву — бросать больного отца в Цюрихе, отрываться от привычной стерильной тишины своих лабораторий и лететь в эту непонятную, шумную страну. Но отец всё же сумел убедить её. Эксперимент, за который они брались, был действительно феноменальным, невиданным в истории генетики.
Она глубоко вздохнула, поправила воротник своего безупречного серого кашемирового пальто и сделала шаг навстречу застывшей парочке.
Иван Заяц, заметив её приближение, тут же угодливо сорвался с места, расплываясь в своей самой сладкой, подобострастной улыбке фаворита.
— Доктор Рауш! Какая честь, какая неописуемая радость! — затараторил он, пытаясь перехватить ручку её кожаного чемодана. — Добро пожаловать в Москву! Я Иван, правая рука Аристарха Карлионовича...
Девушка мягко, но решительно отстранила его руку. Её взгляд переместился на Илью Лисенко.
— Илья, — приглушенно представился Лисенко, сделав вежливый шаг вперёд. — Младший ассистент по специальным поручениям Аристарха Карлионовича.
— Стало быть, левая рука, — с едва заметной полуулыбкой и лёгкими металлическими нотками в голосе проговорила леди.
Она грациозно повернулась, изящным и привычным движением обернув свой роскошный белый пушистый хвост вокруг шеи, словно дорогую меховую вуаль. Раскосые глаза оказались разноцветными: один — ярко-жёлтый, другой — ярко-зелёный. Как две абсолютные, гипнотические противоположности из глубины вселенной, они внимательно всматривались в самое сердце Ильи.
— Меня зовут Биргитт Рауш. Можно просто Биргитт.
— Биргитт, очень приятно. Вы, должно быть, безумно устали с дороги. Давайте мы сразу отвезём Вас в Ваши апартаменты, чтобы Вы могли переодеться и с комфортом отдохнуть?
— Нет, Илья, — ледяным, не терпящим возражений тоном отрезала Биргитт. — Я бы хотела немедленно взглянуть на лабораторию. Время не ждёт.
Едва переступив порог девяносто девятого этажа, Биргитт деловито прошлась между монтируемыми барокамерами и принялась что-то быстро записывать на своём лазерном планшете.
— Нужно ещё несколько антивибрационных столов и некоторая медицинская утварь для центрифугирования, — строго резюмировала она, оборачиваясь к Илье. — А так всё отлично. Действительно, можно завтра с самого утра уже начинать.
У Биргитт был очень приятный, едва уловимый швейцарский акцент и глубокий, низкий, завораживающий голос. Лисенко внимательно наблюдал за тем, как Рауш грациозно передвигалась от стола к столу, делая записи.
Заяц позади угодливо вытянулся по струнке, лихорадочно проверяя, как камеры системы «Этси» транслируют картинку на верхний этаж. А Биргитт вдруг оторвалась от планшета и посмотрела прямо на Лисенко поверх своих аккуратных титановых очков.
— Ну что, Илья? Вы так во мне дыру протрёте, — в её голосе скользнула ироничная, сухая усмешка. — Где биологические данные и образцы тканей Колобкова?
— Я думал, Вы сами, Биргитт, возьмёте у него всё, что нужно, — Лисенко вкрадчиво понизил голос, делая осторожный шаг в её сторону. — Мы, в свою очередь, предоставим Вам для этого полный, неограниченный доступ к телу босса и любые медицинские инструменты.
— Мы можем приступить прямо сейчас, если господин Колобков готов, — Биргитт хладнокровно пожала плечами и открыла серебристый кейс со стерильными пробирками. — Ему лучше спуститься сюда, на девяносто девятый. Это не больно и очень быстро.
В лаборатории воцарилась гробовая, удушливая тишина. Иван Зайцев побелел так, что его длинные уши испуганно прижались к затылку, а из рук едва не выпал лазерный планшет.
Илья Лисенко едва сдержал победный, ликующий смех. Биргитт была великолепна в своей профессиональной простоте.
Через секунду вживлённые нейрочипы системы «Этси» отозвались с такой бешеной, обжигающей волной багровой ярости, что у Ивана и Ильи потемнело в глазах. В динамиках под потолком раздался тяжёлый, хриплый и прерывистый вздох Колобкова, от которого по глянцевому полу лаборатории прошла едва заметная вибрация. Босс слышал всё. И его ответ не заставил себя ждать.
— Берите все свои побрякушки и поднимайтесь ко мне! Все трое! — громом раскатился из динамиков хриплый, багровый от ярости голос Колобкова.
Связь оборвалась с коротким металлическим щелчком. Иван Зайцев судорожно сглотнул, испуганно посеменил к лифту. Илья Лисенко лишь молча скользнул взглядом по лицу Биргитт, ожидая её реакции.
Швейцарка даже не вздрогнула. Спокойно закрыв свой кейс, она уверенной походкой двинулась к выходу.
— Эксцентричный джентльмен, — сухо резюмировала она с неизменным металлическим акцентом. — Что ж, если Его Величество так удобнее, пойдёмте наверх.
Они зашли в скоростной стеклянный лифт, и автоматическая система «Этси» беззвучно понесла их мимо сотого этажа на самый пик империи Колобкова.
Стеклянные двери кабинета бесшумно разъехались. Аристарх Карлионович уже ждал. Его холодное круглое лицо лоснилось, а синее неоновое свечение в зрачках пульсировало, говоря о его приподнятом настроении.
— Биргитт, очень рад знакомству. Аристарх Карлионович, — объёмный, раскатистый голос босса, усиленный скрытыми динамиками системы «Этси», заполнил всё пространство комнаты.
— Рад познакомиться поближе. Да, это я жажду продолжения своего рода. Биргитт, я хочу, чтобы Вы понимали всю ответственность, всю грандиозность этого шага.
Лисица расправила пушистый хвост и выпрямилась. Её белоснежная, безупречно чистая шерсть красиво переливалась, мягко отражая сиренево-голубые лучи, падавшие сквозь гранёные стёкла башни «Сфера-Тауэр». Биргитт неторопливым, изящным движением сняла титановые очки, явив присутствующим своё милое, почти детское личико с огромными, разноцветными глазами северной хищницы.
— Это очень ответственный эксперимент, и я прекрасно понимаю всю ответственность и важность этого события, Аристарх Карлионович, — иначе бы я просто не приехала.
Она сделала плавный шаг вперёд, открыла серебристый кейс и достала длинную, тускло поблёскивающую хирургическую иглу био-экспрессора. Не мигая, Биргитт посмотрела прямо в неоновые зрачки опешившего босса.
— А теперь, Аристарх Карлионович… сожмите кулачок.
В ситуации полного, звенящего стопора, пока Колобков лихорадочно соображал, как именно отреагировать на такую неслыханную дерзость, а Иван и Илья застыли в своём привычном, сковывающем страхе, Биргитт действовала без малейших колебаний. Она уверенно подошла вплотную к парящему гирокреслу, обеззаразила небольшой участок глянцевой поверхности на боку Колобкова и мгновенным, профессионально отточенным движением экспрессора взяла необходимый образец живой ткани теста.
— Вот и всё, — обворожительно улыбнулась она, впервые обнажив белые, молодые и острые лисьи клыки.
Эта внезапная улыбка северной хищницы была настолько ослепительной и пленительной, что ледяная атмосфера кабинета мгновенно растаяла.
— А-ха-ха-ха! — неожиданно для всех раскатисто залился громовым смехом Колобков, и синее неоновое свечение в его зрачках удовлетворённо замигало. — Вот это финт! Вот это доктор! Я вижу, что попал в действительно надёжные руки!
— Ох и рассмешила ты меня, доктор! — сквозь грохот динамиков еле выдавил из себя, скорчившись в судорогах от непрекращающегося смеха, Колобков. — Я тут, фактически, уже с тоски помираю с этими душными, занудными хлюпиками! «Сожмите кулачок»… А-ха-ха-ха! Ну выдала! Вот это принципиальный финт! Аристарх Карлионович продолжал искренне хохотать, содрогаясь всем своим круглым лоснящимся телом.
Илья Лисенко, наблюдая за этой картиной, почувствовал, как по его телу разливается горячая волна азарта. Он наблюдал за Северной лисой, и его восхищало абсолютное бесстрашие перед техно-богом.
Стеклянные двери лифта бесшумно закрылись, оставив Зайца на верхнем этаже по вызову Колобкова. Илья и Биргитт остались в кабине вдвоём.
Лифт мягко скользил вниз, открывая вид на вечерние огни «Сфера-Тауэр». В замкнутом пространстве смешались запахи мускуса от пиджака Ильи и ментола от Биргитт. Лисенко вальяжно прислонился к зеркальной стене и хитро сощурился.
— ...Я думал, у Зайца инфаркт случится прямо на ковре. Вы потрясающая женщина, Биргитт, — вкрадчиво произнёс Илья, сделав шаг вперёд в полумраке лифта.
Белый пушистый хвост Биргитт едва заметно, нервно дрогнул, но она сохранила идеальную осанку, по-прежнему глядя на цифровой индикатор этажей. Она неторопливо поправила титановые очки, и в холодных, как лёд, глазах скользнула едва уловимая, чисто европейская ирония.
— Спасибо за оценку, господин Лисенко, — сухо ответила она. — Но вы путаете жесткий медицинский протокол с безрассудным штурмом. У Колобкова классическая мания величия. Мой отец в Цюрихе работал с куда более опасными биомутациями, так что меня не удивить. Если хотите сделать мне приятное — обеспечьте доставку реактивов к утру. Ваша избыточная галантность только мешает работе.
Лифт зазвучал и остановился на 97-м этаже. Биргитт уверенно шагнула на выход, обдав Илью холодом, и её белый пушистый хвост-вуаль изящно взметнулся на прощание.
Сможет ли ледяная швейцарская лисица ужиться в логове Колобкова? И что за странное чувство зарождается в душе Лиса? Продолжение — в следующей главе.
Вопрос для комментариев:
Как вам Биргитт? Она смогла поставить на место самого Колобкова. Как думаете, она станет союзником Лиса или новой проблемой? 👇
