- ну ок...без проблем... (отвез...только вот обратно вернулся)

И вот я подумал - а если бы я так не получил письмо от суда а почта поставил "отметку"...разве бы мне суд поверил?

И смех и грех...

В Свердловском областном суде Екатеринбурга рассмотрели апелляцию 38-летнего бизнесмена и бывшего инспектора ГАИ Александра Реверука, напавшего на ученого РАН Никиту Зезина. Вечером 28 июля отца двоих детей вызвали на допрос с проверкой показаний на полиграфе. Домой он так и не вернулся – сначала его отправили в изолятор временного содержания, а спустя два дня в СИЗО. Мужчину обвиняют по части 2 статьи 213 УК РФ «Хулиганство».

АПЕЛЛЯЦИЯ

Позднее Александр Реверук подал апелляцию. Ее рассмотрели 7 августа в Свердловском областном суде.

Заседание прошло в открытом режиме. На нем Александр Реверук выступил по ВКС (видеоконференцсвязи). Обвиняемый заявил, что не собирается скрываться от следствия и давить на родственников Никиты Зезина и его помощника Александра Шанина.

- Я ни от кого не скрывался и сам явился на допрос. Я не имею судимостей. За последние 10 лет никаких даже мелких штрафов не получал. Куда мне скрываться?! У меня даже загранпаспорта нет. За последние года я даже из Свердловской области не выезжал. У меня работа находится вблизи от дома. Я полностью готов сотрудничать со следствием, - обратился к судье мужчина.

Свою позицию о нападении на ученых он не изменил. Несмотря на наличие видеозаписи, Реверук по-прежнему утверждает, что никому не наносил удары.

- Я отпихнул ученых от машины и забрал своих детей. Это все есть на видео, - говорил Реверук.

Также он призвал судью «объективно рассмотреть дело». Адвокат обвиняемого Олег Костиков настаивал, что эмоциональное поведение его подзащитного обосновано тем, что его ребенка без спроса увезли и напугали.

Гособвинитель во время процесса не согласилась с доводами защиты обвиняемого:

- Все сведения, характеризующие личность Реверука судом первой инстанции, были проверены. Обоснованно установлено наличие оснований для заключения под стражу и обеспечение постоянного контроля за поведением обвиняемого. Вопреки доводам о положительных характеристиках Реверука, суду представлены сведения о наличии криминального опыта у подсудимого, обуславливающие риск, что он может скрыться, - заявила гособвинитель.

Свердловский областной суд оставил Александра Реверука в СИЗО

источник: https://www.ural.kp.ru/daily/277805.5/5286866/

Написал в чат один подписчик: типа я потратил на представителя X рублей, суд выиграл, потом обратился в суд за возмещением судебных расходов с ответчика, суд мне присудил Y рублей (по мнению подписчика - мало). Имеет ли смысл обжаловать? Получил от меня ответ: нет, ответ ему не понравился, обиделся и удалился.

Но думаю, что тема важная и требует комментария, потому что самое худшее, что может быть - это жить не в реальном мире, а в мире фантазий. Особенно, если это фантазии будут подогреваться "юристами" (в кавычках), которые будут своему доверителю говорить не то, что есть на самом деле, а то, что он хочет услышать.

Итак, суровая реальность.

Первое: размер судебных расходов на представителя (то есть именно то, сколько было оплачено юристу, не оплата госпошлины, судебных экспертиз и т.д.) относится чисто к судейскому усмотрению.

ГПК РФ Статья 100. Возмещение расходов на оплату услуг представителя

1. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В разумных пределах. Что судья посчитал "разумным" - тот размер и есть разумный. Понятно, зачем это сделано: если бы присуждались расходы на представителя в 100% размере, все бы в суд таскали расписки и "приходники" с оплатой услуг представителя в миллиарды.

Но, к сожалению, представления судей о разумности сильно сдвинуты в сторону занижения. Судейское сообщество устроено сейчас так, что среди них почти нет бывших юристов и адвокатов, в отличие от воображаемой Америки (которую мы знаем по множеству сериалов). Там то человек может быть сегодня лоер, завтра - окружной прокурор, а послезавтра - судья. Есть ротация и свежая кровь в каждой системе.

У нас же карьерный путь судьи - это сначала сколько-то лет поработать в суде помощником судьи/секретарем (дела сшивать, протоколы судебных заседаний вести, исполнительные листы выдавать и прочая не сильно интеллектуальная работа). Дальше сдать экзамен на судью (часто на оценку "хорошо", а не "отлично"), и самому стать судьей. Если был помощником хорошего, квалифицированного судьи и получил хорошее академическое образование, можно набраться огромного опыта и стать самому хорошим судьей. Был помощником деграданта - сам будешь таким же, просто потому что ничего другого не видел в последние несколько лет.

Поэтому часто судьи не понимают, что провести судебное дело - это не только прийти в несколько судебных заседаний. Это и подготовка позиций и куча организационной работы, причем она часто занимает огромное время - и именно из-за того, что в данном конкретном суде или у данного конкретного судьи всё организовано через жопу. Например, чтобы ознакомиться с делом, можно потратить в очередях целый день, хотя сам процесс фотографирования может занять 10 минут. Плюс, можно ради этой ерунды съездить в суд по 2-3 раза, потому что "дело не сшито" - опять же потому что судья и его аппарат не в состоянии нормально организовать процесс.

И любое дело в итоге всегда выливается в десятки и сотни человекочасов (если только не вести его как "настоящие адвокаты" - которые ни одной позиции не пишут письменно, все ходатайства тоже заявляют устно, с делом не знакомятся и в заседания часто не приходят - экономика не позволяет). А десятки человекочасов всё равно стоят денег.

Но судьи этого не понимают и вряд ли поймут. Поэтому надо просто принять, что есть определенный консенсус о том, что является "разумным" в тот или иной момент времени в том или ином месте. Присудили примерно столько - отлично, с паршивой овцы - хоть шерсти клок.

Второе: почему нет огромного смысла в обжаловании присужденного размера расходов на представителя?

Я уже рассказывал в посте о том, как работают судебные инстанции, что вышестоящие инстанции (апелляция и кассация) занимаются исправлением ошибок нижестоящих инстанций. Если суд неправильно выяснил обстоятельства дела или неправильно применил нормы права - то да, такое решение нужно отменять.

Но в нашем случае суд просто применил норму статьи 100 ГПК РФ. Присудил расходы в разумных пределах. Он нарушил эту норму? Нет, не нарушил. Он просто посчитал такой размер разумным - это НЕ нарушение нормы. То есть он её так применил и применил правильно. Так что и оснований для отмены нет.

Именно поэтому в большинстве случаев обжалование размера судебных расходов ни к чему не приведет - нет нарушений. Обжаловать имеет смысл, если суд не принял какие-то документы и в какой-то части понесенные расходы вообще не признал (например, у нас был странный глюк судьи первой инстанции, когда госпошлина и экспертиза были оплачены представителем, а суд посчитал что так нельзя - разумеется, апелляция отменила).

Апелляция может изменить размер судебных расходов, если он прямо совсем ниже плинтуса - такое у нас пару раз бывало. Но в мирное время, если размер присужденных расходов на представителя более-менее соответствует сложившемуся консенсусу - обжаловать бессмысленно.

Прежде чем обратиться в суд, я занимала должность доцента на кафедре экономики и управления в Северо-Кавказском филиале МТУСИ (СКФ МТУСИ). Моя трудовая деятельность в этом филиале проходила в крайне неблагоприятных в условиях. Два должностных лица филиала — заместитель директора по учебной работе (впоследствии директор) Павел Павлович Беленький и его друг и коллега, начальник отдела качества Михаил Иванович Сущенко — организовали против меня кампанию травли, по-научному – моббинга («моббинг» от англ. mob — толпа, травля толпой, преследовать кого-либо). Этот факт подтверждается документами из моего личного дела, которое находится в СКФ МТУСИ. Их цель заключалась в том, чтобы я уволилась «по собственному желанию».

Так как я не писала заявление на увольнение по «собственному желанию», указанные лица начали искать способ меня уволить, используя статью Трудового кодекса РФ (ТК РФ). Первоначально пытались уволить по пункту 5 статьи 81 ТК РФ (неоднократное неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание). Для этого были изданы приказы, предусматривающие наложение на меня дисциплинарных взысканий:

• приказ № 276-л/40-04 от 12 ноября 2013 г. об объявлении мне выговора.  Этот приказ был вынесен на основании клеветнической информации докладных записок заместителя директора П.П. Беленького от 5 октября 2013 г. вх. №1511/06-16, от 19 октября 2013 г. вх. № 1695/06-16 и акта от 5 октября 2013 г., имеющего признаки служебного подлога. При применении ко мне данного дисциплинарного взыскания не были соблюдены установленные законодательством процедуры, предусмотренные ст. 193 ТК РФ.  Выговор был аннулирован;

• приказ № 223-л/40-04 от 6 октября 2014 г. об объявлении мне замечания за якобы ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. По поводу отмены этого приказа я обратилась с исковым заявлением в Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону. Было возбуждено гражданское дело № 2-7861/2014, которое рассмотрела судья Г. А. Фаустова Решением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 12 декабря 2014 г. по гражданскому делу № 2-7861/2014 было отказано в удовлетворении моего иска. Однако судебная коллегия Ростовского областного суда пришла к выводу о законности моих исковых требований и апелляционным определением Ростовского областного суда от 23 апреля 2015 г. по делу № 33-6134/2015 признала приказ № 223-л/40-04 незаконным и отменила решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 12 декабря 2014 г. по гражданскому делу № 2-7861/2014.

Поскольку увольнение за нарушение трудовой дисциплины не удалось, меня попытались уволить по другому основанию — по пункту 4 статьи 336 ТК РФ, который предусматривал увольнение научно-педагогических работников в случае их непрохождения конкурсного отбора. Увольнение по данному пункту ТК РФ фактически означало получение «волчьего билета», так как с такой записью в трудовой книжке я не смогла бы трудоустроится в другом вузе.

До 1 января 2015 г. увольнение научно-педагогического работника на основании п. 4 ст. 336 ТК РФ было правомерным. Однако, согласно пункту 6 статьи 1 ФЗ от 9 декабря 2014 г. № 443-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс РФ», указанный пункт утратил силу с 1 января 2015 г. С этого момента основанием для прекращения трудового договора с научно-педагогическим работником, не прошедшим конкурсный отбор, является истечение срока действия трудового договора в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 77 ТК РФ.

Первая попытка увольнения меня по пункту 4 статьи 336 ТК РФ была предпринята в 2012 г., когда начальник отдела качества М. И. Сущенко представил директору СКФ МТУСИ В. Н. Ефименко ложные показатели компьютерного опроса мнения студентов учебных групп о качестве проводимых мною учебных занятий. В частности, М. И. Сущенко существенно, примерно в 2,3 – 2,5 раза, занизил результаты компьютерного опроса мнения студентов. По факту намеренного занижения показателей компьютерного опроса и представления заведомо ложной, дискредитирующей меня, информации мною была написана служебная записка от 5 марта 2012 г. за вх. № 99/01-06. Эта записка находится в моём личном деле в СКФ МТУСИ. Ответ на указанную служебную записку не был дан. Все бумажные анкеты, использованные для опроса студентов, до сих пор находятся у меня.

Вторая попытка увольнения меня по пункту 4 статьи 336 ТК РФ была предпринята в декабре 2014 г. – за два с половиной месяца до прохождения мною конкурсного отбора на замещение должности доцента. В частности, директор П.П. Беленький, в отсутствие локального нормативного акта, регламентирующего проведение служебного расследования в отношении работников СКФ МТУСИ, издал приказ № 61/40 от 1 декабря 2014 г. «О проведении служебного расследования и создании комиссии для расследования в срок до 15 декабря 2014 г. причин неудовлетворённости студентов групп Дэ-21 и Дэ-51 предоставлением доцентом кафедры «Экономика и управление» Раздоркиной Н. М. образовательных услуг». Основанием для издания приказа № 61/40 стали заявления студентов учебных групп Дэ-21 и Дэ-51 от 21 ноября 2014 г. и от 26 ноября 2014 г. соответственно. В указанных заявлениях студенты потребовали от руководства филиала заменить им преподавателя – доцента Н. М. Раздоркину, мотивируя это неудовлетворенностью уровнем предоставляемых им образовательных услуг. Согласно неофициальным источникам, данные заявления и последующие обращения студентов были инициированы руководством филиала.

8 декабря 2014 г. директор П. П. Беленький издал приказ № 64/40, в соответствии с которым временно отстранил меня от проведения учебных занятий в учебных группах Дэ-21 и Дэ-51. Отстранение вступило в силу с момента издания приказа, то есть с 8 декабря 2014 г. Мой первый рабочий день был запланирован на 16 декабря 2014 г.

Когда 16 декабря 2014 г. я приступила к выполнению своих трудовых обязанностей, то меня незамедлительно вызвали в отдел кадров СКФ МТУСИ. Начальник отдела кадров, В.В. Шустова, предоставила мне для ознакомления и подписания приказ № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. «О прекращении трудового договора с доцентом кафедры "Экономика и управление" Раздоркиной Н.М.». Согласно данному приказу, мой трудовой договор был расторгнут по инициативе работодателя 15 декабря 2014 г., несмотря на то, что на момент его подписания я продолжала числиться сотрудником СКФ МТУСИ на основании приказа № 64/40.

На мой вопрос: «По какому основанию меня уволили?» начальник отдела кадров В. В. Шустова ответила: «По пункту 2 статьи 336 Трудового кодекса РФ. Вы оказали психическое насилие над студентами учебной группы Дэ-51». И далее добавила: «Если будет нужно, то в отношении Вас мы возбудим уголовное дело в связи с оказанным Вами психическим насилием!». Я в этот момент про себя подумала: «Как меня могли уволить по пункту 2 статьи 336 ТК РФ, если приказ о проведении служебного расследования в связи с оказанным мною психическим насилием не был издан и служебного расследования по такому основанию не проводилось?». Но спрашивать об этом начальника отдела кадров я не стала.

До подписания мною приказа об увольнении № 279-л/40-04 начальник отдела кадров В. В. Шустова не представила мне:

во-первых, документов служебного расследования по установлению причин неудовлетворённости студентов предоставлением мною образовательных услуг, инициированного приказом № 61/40 от 1 декабря 2014 г.;

во-вторых, документов служебного расследования психического насилия якобы оказанного мною над личностями четырнадцати студентов учебной группы Дэ-51.

Кроме того, до применения ко мне дисциплинарного взыскания в виде увольнения (в соответствии со статьёй 192 ТК РФ от 30.12.2001 № 197-ФЗ, ред. от 01.12.2014, увольнение по соответствующим основаниям является разновидностью дисциплинарного взыскания) работодатель не выполнил предусмотренную законодательством процедуру. В частности, работодатель не запросил у меня письменного объяснения по факту дисциплинарного проступка, что является обязательным требованием статьи 193 ТК РФ от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 01.12.2014).

Впоследствии мне стало ясно, почему при отсутствии приказа о проведении служебного расследования в связи с предполагаемым оказанием мною психического насилия и при непроведении работодателем служебного расследования по данному основанию, я была уволена на основании пункта 2 статьи 336 ТК РФ. Объяснением этому является тот факт, что с 1 января 2015 г. пункт 4 статьи 336 ТК РФ утратил свою юридическую силу. В связи с этим директор П.П. Беленький не имел возможности расторгнуть со мной трудовой договор на основании пункта 4 статьи 336 ТК РФ, как «не прошедшая конкурсный отбор».

Между тем директор П. П. Беленький намеревался расторгнуть со мною трудовой договор по такой статье ТК РФ, чтобы я не смогла трудоустроиться в другом учебном заведении. Для этого в качестве «статьи» избавления от меня им был выбран пункт 2 статьи 336 ТК РФ: «применение, в том числе однократное, методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника».

Для этого комиссия, сформированная по приказу № 61/40 от 1 декабря 2014 г., в которую вошли:

• заместитель директора по учебной работе, заведующая кафедрой «Экономика и управление», председатель комиссии Татьяна Николаевна Шарыпова,

• начальник отдела качества Михаил Иванович Сущенко,

• декан дневного факультета Сергей Викторович Ефимов,

• начальник отдела подготовки кадров, председатель профсоюзной организации СКФ МТУСИ Надежда Александровна Янкина,

• юрисконсульт Воля Васильевна Иванова

в сговоре с директором П. П. Беленьким, используя и злоупотребляя своими полномочиями, «установила», что мной было совершено психическое насилие над четырнадцатью правоспособными и дееспособными гражданами Российской Федерации, а именно над студентами пятого курса учебной группы Дэ-51.

В результате травля / моббинг на рабочем месте переросла в действия, нарушающие Уголовный кодекс РФ. В частности, речь идёт о статьях 128.1 «Клевета», 330 «Самоуправство», 35 «Совершение преступления группой лиц». Кроме того, за незаконное увольнение работника предусмотрена ответственность по административному, гражданскому и уголовному законодательству.

Помимо этого, указанные выше лица совершили и другие деяния, подпадающие под квалификацию ряда статей Уголовного кодекса РФ, а именно:

Статья 293 УК РФ:

1.1. Халатность Т.Н. Шарыповой, М.И. Сущенко, С.В. Ефимова, Н.А. Янкиной, В.В. Ивановой – членов комиссии по служебному расследованию, сформированной по приказу № 61/40 от 1 декабря 2014 г. Вышеуказанными лицами не был выполнен пункт 2 приказа № 61/40, согласно которому комиссия должна была подготовить итоговый документ – акт расследования по данному приказу. Такой акт должен был содержать выводы относительно причин, вызывающих неудовлетворённость студентов учебных групп Дэ-51 и Дэ-21 качеством предоставляемых мною образовательных услуг. В результате этого процедура расследования, инициированная приказом № 61/40, не была завершена и служебное расследование, начатое 1 декабря 2014 г., фактически и юридически не было проведено.

1.2. Халатность директора П.П. Беленького. Директор П.П. Беленький не выполнил пункт 3 приказа № 61/40, касающийся контроля за выполнением данного приказа и подготовкой акта расследования. Это привело к тому, что процедура служебного расследования, инициированная приказом № 61/40 от 1 декабря 2014 года, не была завершена и фактически не проведена. В связи с этим, не были установлены причины, по которым студенты учебных групп Дэ-51 и Дэ-21 были неудовлетворёнными качеством предоставляемых образовательных услуг.

1.3. Халатность В.В. Шустовой – начальника отдела кадров СКФ МТУСИ. В.В. Шустова не выполнила должным образом процедуру расторжения трудового договора с доцентом Н.М. Раздоркиной, что привело к нарушению трудового законодательства и трудовых прав Н.М. Раздоркиной. Кроме того, приказ СКФ МТУСИ № 279-Л/40-04 от 15 декабря 2014 года не был оформлен надлежащим образом, а именно: на бланке унифицированной формы № Т-8 (бланк приказа об увольнении работника).

Статья 285 УК РФ.

Злоупотребление должностными полномочиями со стороны директора П.П. Беленького выразилось в использовании им своих административных полномочий и ресурсов в личных целях, что привело к нарушению моих законных прав и интересов. Под видом служебного расследования директор П.П. Беленький организовал и провёл тщательно спланированную кампанию, направленную на дискредитацию моей профессиональной деятельности. Его целью было добиться моего последующего увольнения по статье Трудового кодекса РФ, какая имела бы для меня крайне негативные и разрушительные последствия.

Статья 140 УК РФ.

До увольнения по приказу № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. я не знала о проведении в СКФ МТУСИ внутреннего служебного расследования будто бы оказанного мною психического насилия над личностями студентов учебной группы Дэ-51. Поэтому я направила письменные запросы: телеграмму № 2/182 от 16 декабря 2014 г. и письменный запрос от 19 декабря 2014 г. с просьбой предоставить материалы служебного расследования, а именно:

1. Копию приказа № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г.

2. Копию акта служебного расследования от 15 декабря 2014 г.

3. Другие документы служебного расследования.

Директор П.П. Беленький ответными письмами от 18.12.2014 исх.№ 478/06-13 и от 25.12.2014 исх. № 483/06-13 неправомерно отказал в предоставлении запрошенных мною документов, которые напрямую затрагивали мои трудовые права и законные интересы. Согласно статье 62 ТК РФ от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 01.12.2014), по письменному заявлению работника работодатель обязан в течение трёх рабочих дней со дня подачи заявления выдать работнику копии документов, связанных с работой. Копии документов должны быть надлежащим образом заверены и предоставлены работнику безвозмездно.

Своим отказом в предоставлении запрошенных мною документов директор П.П. Беленький нарушил конституционное право гражданина на доступ к информации, затрагивающей его права и свободы (часть 2 статьи 24 Конституции РФ). Эти его действия подпадают под статью 140 УК РФ.

Действия директора П.П. Беленького, совершённые им в связи с моим увольнением, характеризуются как буллинг (буллинг, от англ. Bullying – это агрессивное преследование и издевательство над одним из членов коллектива со стороны другого члена коллектива, часто группы лиц). Такие действия могут быть квалифицированы в соответствии со статьями 116 и 136 УК РФ.

В связи с вышеизложенным отмечу, что П.П. Беленький до трудоустройства в СКФ МТУСИ и до назначения его на должность заместителя директора по учебной работе филиала не имел опыта преподавательской деятельности в высшем учебном заведении. Данный факт подтверждает его резюме, опубликованное 28 июля 2016 г. на сайте careerist.ru по адресу: https://careerist.ru/resume/belenkiy-pavel-2759392.html Кроме того, на дату трудоустройства в СКФ МТУСИ П.П. Беленький не обладал дипломом кандидата педагогических наук и аттестатом доцента.

На момент моего увольнения из высшего учебного заведения мой общий трудовой и педагогический стаж работы в вузе составлял более 35 лет. Я имела учёную степень кандидата экономических наук, подтверждённую дипломом, аттестат доцента и базовое университетское образование, соответствующее преподавательской специальности.

Различия в уровне профессиональной компетентности вызывали у П.П. Беленького негативную реакцию в отношении меня, что привело к конфликту между нами, инициатором которого выступил П.П. Беленький.

В период руководства филиалом Московского технического университета связи и информатики П.П. Беленький создал проблемы для головного вуза. Именно П.П. Беленького, а также М.И. Сущенко и Т.Н. Шарыпову МТУСИ должен «поблагодарить» за то, что в 2016 г. Федеральная служба по надзору в сфере образования и науки своим приказом от 21 июля № 1247 лишила Северо-Кавказский филиал МТУСИ государственной аккредитации по специальности «Экономика и управление» (код специальности 080000), включая уровни бакалавриата и специалитета. Государственная аккредитация была выдана 10 мая 2012 года, регистрационный номер 0072, серия 90А01, номер 0000073.

Увольнение меня на основании пункта 2 статьи 336 ТК РФ было незаконным по следующим основаниям:

А. Необоснованность увольнения по пункту 2 статьи 336 ТК РФ.

Б. Нарушение работодателем установленных законодательством процедур, регулирующих процесс расторжения трудового договора с работником.

Необоснованность моего увольнения проявилась в следующем:

1. Отсутствовали официально зарегистрированные жалобы со стороны студентов учебной группы Дэ-51 на факты применения к ним насилия.

Директор П.П. Беленький не издавал приказ о проведении служебного расследования по факту оказания психического насилия над студентами группы Дэ-51. Служебное расследование по вопросу оказания психического насилия над студентами учебной группы Дэ-51 в СКФ МТУСИ не проводилось.

2. Отсутствовали экспертные заключения специалистов, подтверждающие наличие психического насилия или иных антипедагогических действий с моей стороны по отношению к студентам группы Дэ-51. Такие экспертные заключения должны были быть подготовлены по результатам обследований 14-ти студентов группы Дэ-51, проведённых специалистами психолого-медико-педагогической комиссии (ПМПК), в которую должны были войти психолог, психиатр и педагог, обладающие необходимой квалификацией для оценки потенциального вреда психическому здоровью студентов учебной группы Дэ-51 и о моих антипедагогических действиях. Всего в совокупности должно было быть подготовлено пятьдесят шесть (56) заключений специалистов ПМПК по 14-ти студентам учебной группы Дэ-51. ПМПК должна была быть создана на основании приказа директора П.П. Беленького о проведении служебного расследования по фактам психического насилия в отношении студентов учебной группы Дэ-51. Однако соответствующий приказ не издавался, служебное расследование случаев психического насилия в СКФ МТУСИ не проводилось, психолого-медико-педагогическая комиссия не была сформирована.

Обвинение в психическом насилии, предъявленное мне директором П.П. Беленьким в приказе № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г., является заведомо ложным обвинением, совершенным с использованием служебного положения, что квалифицируется по части 3 статьи 128.1 УК РФ.

Нарушение работодателем установленных законодательством процедур, регулирующих процесс расторжения трудового договора с работником выразилось в следующем:

1. Работодатель не выполнил требование части первой статьи 193 ТК РФ. В соответствии с данной нормой, при применении к работнику дисциплинарного взыскания (статья 192 ТК РФ определяет увольнение как дисциплинарное взыскание), работодатель обязан запросить у работника письменное объяснение по поводу совершённого им дисциплинарного проступка. До момента расторжения трудового договора работодатель не запросил у меня письменного объяснения по поводу предполагаемого психического насилия над студентами учебной группы Дэ-51.

2. Нарушение абзаца шестого статьи 193 ТК РФ, которым установлено, что «приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трёх рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе». С приказом № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. о прекращении моего трудового договора меня ознакомили на второй день после того, как работодатель в одностороннем порядке расторг заключённый со мною срочный трудовой договор от 23 апреля 2007г., что подтверждается моей подписью на приказе № 279-л /40-04, поставленной 16 декабря 2014 г.

3. Процедура прекращения трудового договора со мной была проведена с нарушениями положений статьи 84.1 ТК РФ. Данные нарушения выражаются в следующем:

3.1. Согласно пункту третьему статьи 84.1 ТК РФ, днём прекращения трудового договора считается последний день работы сотрудника. В моем случае последним днём моей трудовой деятельности стало 16 декабря 2014 г., когда я официально приступила к выполнению своих профессиональных обязанностей после временного отстранения от работы на основании приказа № 64/40 от 8 декабря 2014 г. Работодатель оформил моё увольнение 15 декабря 2014 г. и с этой даты я была уволена. Действия работодателя нарушили пункт 3 статьи 84.1 ТК РФ.

3.2. В соответствии с пунктом четвёртым статьи 84.1 ТК РФ, в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним окончательный расчёт в порядке, установленном статьёй 140 ТК РФ. В моём случае работодатель осуществил выдачу мне трудовой книжки 16 декабря 2014 г., то есть на следующий день после одностороннего расторжения трудового договора со мной на основании приказа № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г.

4. До издания приказа № 279-л/40-04 о прекращении трудового договора работодатель не предоставил мне возможность ознакомиться с материалами служебного расследования, которое якобы проводилось по факту психического насилия. Начальник отдела кадров после того, как я подписала приказ о моём увольнении, стала давать мне на подпись акт служебного расследования. Я отказалась знакомиться с этим документом и подписывать его, объяснив свой отказ тем, что с документами служебного расследования работника следует ознакомлять до, а не после расторжения с ним трудового договора. В ответ на мой отказ начальник отдела кадров В. В. Шустова составила акт от 16 декабря 2014 г. о моём отказе от ознакомления с актом служебного расследования от 15 декабря 2014 г. Этот акт имеется в моём личном деле, хранящемся в СКФ МТУСИ.

5. Нарушение Постановления Госкомстата РФ от 05.01.2004 № 1. Это нарушение выразилось в том, что приказ № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. о моём увольнении работодатель оформил на бланке унифицированной формы № Т-1 «приказ (распоряжение) о приёме работника на работу» вместо оформления этого приказа на бланке унифицированной формы № Т-8 (бланк приказа об увольнении работника).

6. Работодатель не выплатил мне часть заработной платы из-за задержки с выдачей трудовой книжки по его, работодателя, вине. Это явилось нарушением статьи 234 ТК РФ и Постановления Правительства РФ от 16 апреля 2003 года № 225.

7. В приказе о моем увольнении № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. допущена некорректная формулировка правовых оснований для прекращения со мной трудовых отношений. В приказе работодатель ссылается только лишь на пункт 2 статьи 336 ТК РФ как на руководство прекращения со мною трудового договора от 23.04.2007 г. Однако работодатель расторг заключённый со мною трудовой договор по своей инициативе, поэтому в приказе № 279-л/40-04 он должен был сослаться на:

• пункт 14 части 1 статьи 81 ТК РФ (в ред. по состоянию на 15 декабря 2014 г.);

• пункт 9 части 1 статьи 34, часть 3 статьи 43 ФЗ от 29.12.2012 № 273‑ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (в ред. ФЗ от 21.07.2014 № 262-ФЗ);

• пункт 2 статьи 336 ТК РФ.

После того, как я была уволена, за защитой своих трудовых прав в конце декабря 2014 г. я обратилась в две государственные организации:

1. В Федеральную инспекцию по труду и занятости в Ростовской области (Роструд РО), с жалобой на нарушения моих трудовых прав, допущенных при увольнении.

2. В Ленинский районный суд г. Ростова н/Д с исковым заявлением от 24 декабря 2014 г. за вх. №7963 о признании приказа об увольнении незаконным и о восстановлении на рабочем месте. Было возбуждено гражданское дело № 2-840/2015 (трудовой спор). Ответчиком по делу выступил СКФ МТУСИ. Председательствующая судья Г.А. Фаустова.

Обращение в указанные организации привело к возникновению правовой коллизии, так как заключения, сделанные данными учреждениями, оказались диаметрально противоположными и исключали друг друга.

Внеплановую выездную документарную проверку Роструда РО в СКФ МТУСИ провела государственный инспектор труда Н.С. Боброва (инспектор Н.С. Боброва).

Инспектор Н.С. Боброва проявила халатное отношение к исполнению возложенных на неё обязанностей так как проигнорировала грубые нарушения трудового законодательства, допущенные работодателем при моём увольнении. Она не приняла во внимание многочисленные документы в моём личном деле в СКФ МТУСИ, которые ясно указывают на наличие трудового конфликта и кампании травли против меня в период моей работы. Всё это может свидетельствовать о личной заинтересованности инспектора труда Н.С. Бобровой в результатах проверки Роструда РО.

По результатам внеплановой выездной документарной проверки, проведённой в СКФ МТУСИ, Роструд РО предоставил мне ответы тремя официальными ответами:

– письмо от 13 января 2015 г. исх. № Р-7089МН-14/9777, № Р-7124МН-14/9777, № Р-7149МН/9777 за подписью начальника отдела правового надзора и контроля № 2 С.А. Казымова;

– письмо от 20 января 2015 г. исх. № Р-7329 МН-14/306 за подписью руководителя Государственной инспекции труда, главного государственного инспектора труда в Ростовской области Н. Д. Федянина;

– письмо от 21 июля 2015 г. исх. № 5560/Р-3899МН-15, Р-4216МН-15 за подписью заместителя начальника отдела правового надзора и контроля № 2 В. В. Капацевич.

В ходе проверки Роструда РО не были обнаружены документы, подтверждающие оказание какого-либо насилия с моей стороны и проведение служебного расследования по факту предполагаемого психического насилия, совершенного в отношении студентов данного учебного заведения, в частности, четырнадцати студентов учебной группы Дэ-51. Это подтверждается ответными письмами Роструда РО, направленными мне по итогам проверки.

На основании документов моего личного дела в СКФ МТУСИ Роструд РО установил следующие факты и обстоятельства, связанные с моим увольнением:

Студенты из учебных групп Дэ-21 и Дэ-51 выразили недовольство качеством предоставляемых им образовательных услуг. Жалобы поступили 21, 26 ноября и 1, 2 декабря 2014 г.

Директор П.П. Беленький издал приказ № 61/40 от 1 декабря 2014 г., инициировав им служебное расследование для выяснения причин неудовлетворённости студентов качеством образовательных услуг, предоставляемых доцентом Н.М. Раздоркиной.

Согласно приказу № 61/40, служебное расследование проводилось в период с 1 по 15 декабря 2014 г. включительно.

Было проведено одно заседание комиссии по служебному расследованию. Заседание состоялось 11 декабря 2014 г., однако протокол заседания не был оформлен.

Трудовой договор с доцентом Н.М. Раздоркиной был расторгнут на основании пункта 2 статьи 336 ТК РФ.

Рострудом РО в ходе выездной документарной проверки было выявлено наличие следующих документов, связанных с проведением в СКФ МТУСИ служебного расследования по приказу № 61/40:

• заявление студентов учебной группы Дэ-21 от 21 ноября 2014 г.;

• заявления студентов учебной группы Дэ-51: от 26 ноября 2014 г., от 1 декабря 2014 г., от 2 декабря 2014 г.;

• приказ № 61-40 от 1 декабря 2014 г. «О создании комиссии для расследования причин неудовлетворённости студентов учебных групп Дэ-21 и Дэ-51 предоставлением доцентом Раздоркиной Н. М. образовательных услуг»;

• приказ № 64-40 от 8 декабря 2014 г. «О временном отстранении доцента кафедры Экономики и управления Раздоркиной Н. М.от ведения учебных занятий»;

• приказ № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. «О прекращении трудового договора с доцентом кафедры Экономика и управление Раздоркиной Н. М.»;

• акт служебного расследования от 15 декабря 2014 года;

• акт от 11 декабря 2014 г. «О неявке доцента Раздоркиной Н.М. на заседание комиссии»;

• акт от 16 декабря 2014 г. «Об отказе доцента Раздоркиной Н. М. от ознакомления с актом служебного расследования от 15 декабря 2014 г.».

Роструд РО также выявил письменные ответы, подписанные директором П.П. Беленьким. Они были даны на мои запросы о предоставлении копий документов, связанных со служебным расследованием, которое проводилось в отношении меня. Среди этих ответов:

а) письмо СКФ МТУСИ от 18 декабря 2014 г., исходящий номер 478/06-13;  

б) письмо СКФ МТУСИ от 25 декабря 2014 г., исходящий номер 483/06-13. 

В ходе документарной проверки Роструд РО не обнаружил итоговый документ служебного расследования, начатого приказом № 61/40 от 1 декабря 2014 г. Речь идёт об акте, который должен был содержать выводы комиссии о причинах неудовлетворённости студентов качеством образовательных услуг. Этот факт подтверждается официальными письмами Роструда от 13, 20 января и от 21 июля 2015 г.

Дело № 2-840/2015, возбуждённое в Ленинском районном суде г. Ростова н/Д по моему исковому заявлению о признании приказа об увольнении незаконным и о восстановлении на рабочем месте, рассмотрела судья Галина Алексеевна Фаустова. В нарушение части 2 статьи 154 ГПК РФ от 14.11.2002 г. № 138-ФЗ (ред. от 31.12.2014), согласно которой  дела о восстановлении на работе и взыскании алиментов должны быть рассмотрены и разрешены в течение месяца, рассмотрение дела № 2-840/2015 заняло четыре месяца. Решение по этому гражданскому делу было вынесено 29 апреля 2015 г. Предполагаю, что затягивание с рассмотрением и разрешением гражданского дела № 2-840/2015 было вызвано тем обстоятельством, что, как стало мне известно, руководство СКФ МТУСИ в это время затеяло масштабный ремонт помещений филиала МТУСИ.

Не знаю, был ли этот масштабный ремонт запланирован в рамках бюджетных ассигнований на содержание филиала и предусмотрен в смете бюджетных расходов на проведение ремонтных работ помещений филиала МТУСИ, или он был инициирован руководством филиала в экстренном порядке? Вероятно, руководство филиала было настолько поглощено ремонтом, что не имело возможности заниматься судебным разбирательством по гражданскому делу № 2-840/2015. Судья Г.А. Фаустова, очевидно, была осведомлена о том, что руководство СКФ МТУСИ проводит срочные ремонтные работы в филиале и не имеет возможности уделить время гражданскому делу № 2-840/2015. Можно предположить, что именно по этой причине судья Г.А. Фаустова откладывала рассмотрение дела № 2-840/2015, касающегося восстановления на работе. Однако у судьи могли быть и иные причины для затягивания судебного процесса.

Наконец, видимо после завершения ремонтных работ в СКФ МТУСИ, рассмотрение гражданского дела № 2-840/2015 сдвинулось с мёртвой точки и было рассмотрено судьёй Г.А. Фаустовой 29 апреля 2015 г. Судебное решение по делу № 2-840/2015 было вынесено на основании документов, которые не были обнаружены в СКФ МТУСИ в ходе внеплановой выездной документарной проверки Роструда РО, проведённой за четыре месяца до вынесения решения Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону по гражданскому делу № 2-840/2015. Предполагаю, что руководство СКФ МТУСИ не поставило в известность судью Г.А. Фаустову о том, что Роструд РО проводил в СКФ МТУСИ внеплановую документарную выездную проверку по моему заявлению. И судья Г.А. Фаустова "по широте своей души" вынесла решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону по гражданскому делу № 2-840/2015 на основании большого числа поддельных документов, представленных ответчиком в судебное разбирательство по данному делу.

Документальным подтверждением того факта, что решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону по гражданскому делу № 2-840/2015 вынесено на основании несуществующих у стороны ответчика документов, являются официальные письма Роструда РО от 13 и 20 января, а также от 21 июля 2015 г. Указанное обстоятельство является основанием для признания ряда документов, представленных ответчиком (руководством СКФ МТУСИ) в рамках гражданского дела № 2-840/2015 и использованных судьёй Г.А. Фаустовой при вынесении решения Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015, подложными. Ответчик (руководство филиала) предоставил поддельные / подложные документы, чтобы обосновать законность моего увольнения в соответствии с пунктом 2 статьи 336 ТК РФ.

В числе поддельных / подложных документов, копии которых были надлежащим образом заверены начальником отдела кадров СКФ МТУСИ В.В. Шустовой и представлены в суд стороной ответчика, были следующие:

1. заявление студентов учебной группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г., зарег. 8 декабря 2014 г. за вх. № 2482/06-16, за подписями студентов: А.В. Плотниковой (староста группы), М.А. Щербак, В.С. Шпак, В.А. Дмитриева, Н.С. Руденко (т.1 л.д.57);

2. служебная записка декана дневного факультета С.В. Ефимова от 1 декабря 2014 г. за вх. №2400-1/06-16 (т.1 л.д.55);

3. служебная записка старшего лаборанта Н. М. Троенко от 21 ноября 2014 г. (т.2 л. д. 52);

4. приказ № 65/40 от 8 декабря 2014 г. «В дополнение к приказу от 1 декабря 2014 г. № 61/40» о проведении дополнительного служебного расследования фактов психического насилия доцента Раздоркиной Н.М. над личностями студентов группы Дэ-51 (т.1 л.д.60);

5. протокол № 1 от 4 декабря 2014 г. заседания комиссии по расследованию фактов психического насилия доцента Н. М. Раздоркиной над личностями обучающихся студентов группы Дэ-51 (т.1 л.д.56);

6. протокол № 2 от 9 декабря 2014 г. заседания комиссии по расследованию фактов психического насилия доцента Н. М. Раздоркиной над личностями обучающихся студентов группы Дэ-51 (т.1 л.д.61);

7. протокол № 3 от 11 декабря 2014 г. заседания комиссии по расследованию фактов психического насилия доцента Н. М. Раздоркиной над личностями обучающихся студентов группы Дэ-51 (т.1 л.д.62);

8. акт служебного расследования от 15 декабря 2014 г. (т.1 л.д.68-70). Поддельность акта от 15 декабря 2014 г. подтверждается тем, что данный акт был составлен на основании документов, фактическое наличие которых в СКФ МТУСИ не было подтверждено в ходе выездной документарной проверки, проведённой Рострудом РО. Таким образом, поддельный акт служебного расследования от 15 декабря 2014 г., с которого была изготовлена копия, появился после моего увольнения из СКФ МТУСИ и после окончания выездной документарной проверки Роструда РО.

Официальные письма Роструда РО от 13 и 20 января 2015 г., а также от 21 июля 2015 г. подтверждают, что на момент проведения выездной документарной проверки в моём личном деле в СКФ МТУСИ отсутствовали документы в приведённом выше списке. Кроме этого, дополнительным доказательством поддельности заявления студентов группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г., зарег. 8 декабря 2014 г. под вх. № 2482/06-16, служит акт СКФ МТУСИ, составленный 11 декабря 2014 г. Данный акт свидетельствует о том, что на 11 декабря 2014 г. в СКФ МТУСИ не было заявления студентов группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г., и такое заявление студентов не было предоставлено мне для ознакомления.

Другими поддельными / подложными документами, представленными ответчиком в судебное следствие по гражданскому делу № 2-840-2015, являются:

9. отзыв ответчика от 18 февраля 2015 г. за исх. № 75/06-13 по гражданскому делу № 2-840/2015, подписанный директором П.П. Беленьким (т. 1 л. д. 38 – 42);

10. возражение ответчика от 7 апреля 2015 г. за исх. № 196/06-13 на уточнение исковых требований Н. М. истицы Раздоркиной по гражданскому делу № 2-840/2015, подписанное директором П.П. Беленьким (т.2 л. д. 28 – 34).

В документах под № № 9, 10 ответчик ссылается на документы, наличие которых в СКФ МТУСИ не было подтверждено в ходе выездной документарной проверки, проведённой Рострудом РО в СКФ МТУСИ. Документы ответчика под № № 9, 10 являются поддельными / подложными документами второго порядка, созданными на основании поддельных / подложных документов первого порядка – документов под № № 1 – 8 в приведённом выше списке.

На копиях документов, перечисленных в списке под № № 1 – 8, отсутствует моя подпись, подтверждающая ознакомление с их подлинниками. Казалось бы, данное обстоятельство должно было вызвать у судьи Г.А. Фаустовой закономерный вопрос относительно того, была ли я ознакомлена с подлинными экземплярами указанных документов и вызвать у неё сомнения относительно существования таковых и проведения служебного расследования психического насилия, будто бы оказанного мной над личностями 14 взрослых людей возраста 21-22 года, которые поняли, что не смогут сдать мне экзамен, а заодно зачёт и курсовую работу из-за большого числа пропусков ими занятий. Поэтому судья Г.А. Фаустова, исходя из пункта 6 статьи 84 КАС РФ (она посвящена оценке доказательств), была обязана проверить копии документов на соответствие их подлинникам. Однако судья Г.А. Фаустова не истребовала от ответчика подлинники документов, подтверждающих проведение в СКФ МТУСИ служебного расследования по вопросу оказания психического насилия над личностями четырнадцати студентов пятого курса учебной группы Дэ-51.

Более того, когда я заявляла ходатайства об истребовании от ответчика документов, которые могли доказать незаконность моего увольнения, помощник прокурора Ленинского района г. Ростова-на-Дону А. А. Долгалёва, участвовавшая в рассмотрении дела № 2-840/2015 по иску о восстановлении на работе (часть 3 статьи 45 ГПК РФ, в ред. от 08.03.2015 г. № 41-ФЗ), посредством надуманного предлога «не имеет отношения к делу» возражала против удовлетворения таких моих ходатайств. В результате этого был сведён на нет принцип равноправия и состязательности сторон, а судебное разбирательство по гражданскому делу № 2-840/2015 превратилось в фарс, балаган.

К тому же, помощник прокурора А. А. Долгалёва вдобавок смошенничала, а именно: вместо того, чтобы дать заключение по делу по спору о восстановлении на работе в соответствии со статьёй 189 ГПК РФ, она, в соответствии с частью 1 статьи 292 УПК РФ, выступила в качестве государственного обвинителя по гражданскому делу о восстановлении на работе. В частности, в прениях по делу № 2-840/2015 она произнесла речь, которой сымитировала дачу заключения по судебному спору о восстановлении на работе (т.1 л.д.163,164).

Поскольку подлинники документов ответчика не были представлены в судебное разбирательство по делу № 2-840/2015, то судья Г.А. Фаустова приняла решение по данному делу исключительно на основании копий документов, предоставленных ответчиком в ходе судебного процесса. В результате этого решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015 было принято на основании большого числа поддельных / подложных документов со стороны ответчика. 

В фабрикации поддельных (подложных) документов для судебного разбирательства по делу № 2-840/2015 приняло участие 13 человек, а именно:

1.  Беленький Павел Павлович, директор СКФ МТУСИ.

2-6. Татьяна Николаевна Шарыпова, Михаил Иванович Сущенко, Сергей Викторович Ефимов, Надежда Александровна Янкина, Воля Васильевна Иванова - члены комиссии по служебному расследованию, сформированной по приказу № 61/40 от 1 декабря 2014 г.

7. – 11. А.В. Плотникова (староста группы), М.А. Щербак, В.С. Шпак, В.А. Дмитриев, Н.С. Руденко – студенты учебной группы Дэ-51.

12. Н. М. Троенко – староста учебной группы Дэ-21.

13. В.В. Шустова – начальник отдела кадров СКФ МТУСИ.

В дополнение к вышеизложенному, следует отметить, что решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015 было принято на основании свидетельских показаний, которые содержали заведомо ложную информацию о том, что я якобы применяла психологическое насилие. В рамках гражданского дела № 2-840/2015 в качестве свидетелей были привлечены лица, которые участвовали в подготовке и представлении суду поддельных документов, а именно:

1. Татьяна Николаевна Шарыпова, Михаил Иванович Сущенко, Сергей Викторович Ефимов, Надежда Александровна Янкина, член комиссии, представитель ответчика, юрисконсульт Воля Васильевена Иванова – члены комиссии по служебному расследованию.

2. В.А. Дмитриев – студент учебной группы Дэ-51.

Заведомо ложные показания также дали следующие лица:

3. М. В. Жукова, А. Д. Бровина, М. Ю. Ким – студенты учебной группы Дэ-51. Согласно свидетельским показаниям старосты учебной группы Дэ-51 А. В. Плотниковой, группа осознала, что не сможет успешно сдать мне экзамен по соответствующей учебной дисциплине (т. 2 л. д. 5, 131). В связи с этим они были заинтересованы в том, чтобы устранить меня из учебного процесса.

Кроме того, студентам учебной группы Дэ-51 предстояла защита дипломных работ по их специальности. Результаты этой защиты напрямую влияли на их дальнейшее трудоустройство. В состав комиссии по защите дипломных проектов входили директор П. П. Беленький, заместитель директора по учебной работе Т. Н. Шарыпова, декан факультета С. В. Ефимов. Студенты, опасаясь получить низкие оценки на защите дипломных работ, не желали вызывать недовольство руководства филиала своими показаниями.

4. Старший лаборант СКФ МТУСИ, студентка учебной группы Дэ-21 О. А. Новикова, находившаяся в зависимости от руководства как сотрудник филиала и как обучающаяся.

На основании тщательного анализа протоколов судебных заседаний от 7 апреля и от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015 мною выявлено девятнадцать эпизодов предоставления заведомо ложных показаний девятью свидетелями по указанному гражданскому делу. Эти показания не соответствуют действительности и не подкреплены объективными доказательствами, что свидетельствует о ложном обвинении меня в действиях, которые я не совершала. Как уже отмечено выше, внеплановой выездной документарной проверкой Роструда РО, проведённой в СКФ МТУСИ в декабре 2014 г., не было установлено:

1) наличие жалоб студентов на какое-либо насилие с моей стороны над их личностями;

2) инициирование и проведение в СКФ МТУСИ служебного расследования в связи с оказанным мною психическим насилием над личностями студентов группы Дэ-51.

Следует отметить, что совершеннолетние студенты пятого курса учебной группы Дэ-51 имели право на самостоятельное обращение в медицинские учреждения, включая специалистов в области психиатрии и психологии, а также в Бюро судебно-медицинской экспертизы при подозрении на психическое насилие. Кроме того, в случае установления факта насилия они могли обратиться в органы внутренних дел.

Тем не менее, ни один из студентов этой группы не воспользовался имеющимися возможностями. Этот факт позволяет утверждать, что с моей стороны не было антипедагогических или уголовно наказуемых действий в отношении студентов. Поэтому свидетельские показания студентов относительно моего психического насилия являются заведомо ложными, данными ими под подпиской об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных свидетельских показаний.

На основании вышеизложенного можно утверждать, что директор П.П. Беленький являлся инициатором формирования коалиции, целью которой являлась моя дискредитация и последующее увольнение «по статье». В коалицию вошли как должностные лица, так и студенты СКФ МТУСИ.

Решение Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по делу № 2-840/2015 содержит обвинение меня в психическом насилии. Я считаю это судебное решение судебной клеветой, вынесенной от имени Российской Федерации!

Судебное решение по делу № 2-840/2015 было предано гласности посредством публикации в сети Интернет (см. приложение в конце). Этот факт способствовал широкому распространению вышеуказанного судебного акта, что привело к возникновению ситуации, характеризующейся как Интернет-травля.Преследование, или, используя профессиональную терминологию, моббинг на рабочем месте перерос в социально-административный моббинг, в котором приняли участие судья Г.А. Фаустова и помощник прокурора А.А. Долгалёва.

Социально-административный моббинг — это использование должностными лицами административного ресурса для организации травли (психологического насилия), преследования граждан с целью ограничения их конституционных прав, нанесения им морального и физического вреда. В науке такие действия определяются как морально-психологический террор, сущность которого заключается в «злонамеренной враждебности», в провокационных действиях против личности.

Действия судьи Г.А. Фаустовой, выразившиеся в необоснованном обвинении меня в совершении психического насилия и последующем публичном распространении данного ложного обвинения посредством размещения решения Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по делу № 2-840/2015 в сети Интернет, подпадают под квалификацию частей 2, 3 статьи 128.1 Уголовного кодекса РФ.

Действия директора СКФ МТУСИ П. П. Беленького, членов комиссии по служебному расследованию, созданной приказом № 61/40 от 1 декабря 2014 г., а именно: Т.Н. Шарыповой, М.И. Сущенко, С.В. Ефимова, Н.А. Янкиной, В.В. Ивановой, начальника отдела кадров филиала В.В. Шустовой и упомянутых выше студентов СКФ МТУСИ, участвовавших в судебном разбирательстве по гражданскому делу № 2-840/2015 и вовлечённых в кампанию по моему увольнению, могут быть квалифицированы по ряду статей Уголовного кодекса РФ.

Я не согласилась с решением Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону по гражданскому делу № 2-840/2015 и стала оспаривать его в апелляционном порядке.

В апелляционной инстанции Ростовского областного суда по апелляционной жалобе от 29 мая 2015 г. и по дополнениям к ней от 19 июня 2015 г., поданным на решение Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону по гражданскому делу № 2-840/2015, возбудили дело № 33-11928/2015, которое было рассмотрено судебной коллегией по административным делам Ростовского областного суда в составе судей: Галины Фёдоровны Корниенко, Марины Семёновны Шамрай, Елены Эривальдовны Алёшиной.

Судьи судебной коллегии, рассматривая дело №33-11928/2015, проигнорировали тот факт, что копии документов, представленные ответчиком в качестве доказательства проведения служебного расследования по якобы имевшему место психическому насилию с моей стороны над личностями студентов, не имели моей подписи, подтверждающей ознакомление с подлинниками этих документов. Данное обстоятельство должно было вызвать у судей судебной коллегии необходимость более тщательной проверки представленных в суд первой инстанции доказательств. Однако вышеупомянутые судьи сделали вид, что «не заметили» данное обстоятельство. В результате этого в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 судьи судебной коллегии в качестве документальных доказательств использовали поддельные / подложные документы со стороны ответчика. Такими поддельными / подложными документами, которые судьи судебной коллегии положили в основание апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, являются:

1. заявление студентов учебной группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г., зарег. 8 декабря 2014 года под вх. № 2482/06-16 (т. 1 л. д. 57; т. 3 л. д. 109, 114, 115);

2. служебная записка декана С.В. Ефимова от 1 декабря 2014 г. под вх. № 2400-1/06-16 (т. 1 л. д. 55; т. 3 л. д. 109, 115);

3. приказ № 65/40 от 8 декабря 2014 г. «В дополнение к приказу от 1 декабря 2014 г. № 61/40» о проведении дополнительного служебного расследования фактов психического насилия доцента Н.М. Раздоркиной в отношении студентов группы Дэ-51 (т. 1 л. д. 60; т. 3 л. д. 112, 113, 115, 116);

4. акт служебного расследования от 15 декабря 2015 г. (т. 1 л. д. 68-70; т. 3 л. д. 109, 110, 113, 116);

5. распоряжение директора от 5 декабря 2014 г. (т. 3 л. д. 116).

К материалам дела № 33-11928/2015 также приобщены возражения ответчика за подписью директора СКФ МТУСИ П.П. Беленького (т. 3 л. д. 83–88), в которых директор ссылается на документы служебного расследования, наличие которых в СКФ МТУСИ не было установлено в ходе внеплановой выездной документарной проверки Роструда РО, а именно:

1)  на протокол № 1 заседания комиссии от 04.12.2014 г. (т.3 л. д. 86);

2)  на заявление студентов учебной группы ДЭ-51 от 06.12.2014 г., зарег.08.12.2014 г. (т.3 л. д. 86);

3)  на протокол комиссии по служебному расследованию от 01.12.2014 г. (т.3 л. д. 87);

4)  на служебную записку декана С.В Ефимова от 01.12.2014 г. (т.3 л. д. 87).

Кроме того, в основу апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 судьи судебной коллегии положили заведомо ложные показания свидетелей, предоставленные ими по делу № 2-840/2015  (т. 3 л. д. 116), а именно: Т. Н. Шарыповой (т. 2 л. д. 156, 157, 158), М. И. Сущенко (т. 2 л. д. 133, 136), Н.А. Янкиной (т. 2 л. д. 144), М. В. Жуковой (т. 2 л. д. 140), А. Д. Брагиной (Бровиной) (т. 2 л. д. 141), О. А. Новиковой (т. 2 л. д. 148, 151), М. Ю. Ким (т. 2 л. д. 152, 153, 154), В. А. Дмитриева (т. 2 л. д. 154).

Утверждение судей судебной коллегии в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. о том, что «доводы студентов о претензиях к качеству обучения не являлись предметом разбирательства данной комиссии» (т.3 л.д.115), опровергается выездной документарной проверкой Роструда РО, которой установлено, что в СКФ МТУСИ в декабре 2014 г. было проведено служебное расследование в связи с неудовлетворённостью студентов предоставлением образовательных услуг доцентом Н. М. Раздоркиной. Данный вывод изложен в официальных ответах Роструда РО от 13, 20 января 2015 г.(см. приложение в конце); от 21 июля 2015 г.

Судебная коллегия, вынося апелляционное определение Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. № 33-11928/2015,

во-1ых, проигнорировала доводы апелляционной жалобы от 29 мая 2015 г. и дополнений к ней от 19 июня 2015 г. ;

во-2ых, не дала правовое обоснование ошибочности доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней на решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по делу № 2-840/2015 ;

в-3их, умолчала о грубых нарушениях судом первой инстанции норм материального и процессуального права;

в-4ых, пренебрегла документальными доказательствами материалов судебного дела № 2-840/2015, которые опровергают выводы решения суда первой инстанции;

в- 5ых, вынесла апелляционное определение Ростовского областного суда, , которое узаконило заведомо неправосудное решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840-2015.

На основании вышеизложенного можно констатировать, что апелляционное постановление Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу №33-11928/2015 следует квалифицировать как заведомо неправосудный судебный акт. В данном постановлении тогда судьи Ростовского областного суда Г.Ф. Корниенко, М.С. Шамрай и Е.Э. Алёшина, по моему мнению, скрыли незаконные действия, совершенные должностными лицами СКФ МТУСИ, а также судьёй Г.А. Фаустовой, которые содержат признаки составов уголовно наказуемых деяний.

Апелляционное определение Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 является такой же судебной клеветой в отношении меня, как и решение Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015.  Текст апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. с ложным обвинением меня в психическом насилии, порочащим мою деловую репутацию, честь и достоинство, опубликован (размещён) на ключевых справочно-информационных и справочно-судебных ресурсах Российской Федерации (см. приложение в конце).

Действия судей судебной коллегии Ростовского областного суда, принявших апелляционное определение от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, имеют признаки деяния, квалифицируемого в соответствии с частями 2, 3 статьи 128.1 Уголовного кодекса РФ «Клевета».

Копия апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, которая была выдана мне на руки, оказалась фальсифицированной. Фальсификация копии апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 выразилась в следующем:

1. Копия была заверена в порядке пункта 12.5. раздела 12 Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде от 29 апреля 2003 г. № 36 (ред. от 09.04.2015). Это выразилось в следующем:

1) копия апелляционного определения Ростовского областного суда от 10.08.2015 г. заверена подписью судьи Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону Г. А. Фаустовой, подписью работника аппарата Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону, оттиском гербовой печати Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону. На копии наложена бумажная наклейка Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону с оттиском гербовой печати Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону.

Между тем согласно абзаца второго преамбулы Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде от 29 апреля 2003 г., эта Инструкция определяет и устанавливает единую систему организации и порядок ведения судебного делопроизводства в районных судах Российской Федерации. Таким образом, положения данной Инструкции не распространяются на организацию и порядок ведения судебного делопроизводства в областных и равных им судах.

Порядок заверения копий судебных актов (приговор, решение, определение, постановление) областных судов установлен Инструкцией по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов от 15 декабря 2004 г. № 161, на тот момент в ред. от 09.04.2015.

Копия апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, заверенная в соответствии с Инструкцией по судебному делопроизводству в районном суде, обладает юридической силой, эквивалентной юридической силе копии судебного акта Верховного Суда РФ, удостоверенной областным или районным судом.

2. На основании копии апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. № 33-11928/2015 нельзя определить, кому принадлежат подписи на последнем листе этого определения, поскольку отсутствуют расшифровки подписей на подлинном экземпляре судебного акта, где должны были быть указаны фамилии и инициалы подписантов. В связи с этим фактом у меня возникло предположение, что копия апелляционного определения от 10 августа 2015 г. № 33-11928/2015 была подписана техническими работниками Ростовского областного суда.

3. Копия апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 указывает на то, что подписи судей на подлинном документе не были скреплены гербовой печатью Ростовского областного суда. Согласно части 1 статьи 118 Конституции РФ, правосудие в Российской Федерации осуществляется исключительно судом. Судебные акты провозглашаются от имени Российской Федерации, а не от имени судей. Подлинный экземпляр судебного акта должен быть скреплён гербовой печатью судебного органа, вынесшего данное решение. Это действие подтверждает законность и статус судебного акта как официального документа, принятого органом судебной власти Российской Федерации.

Копия апелляционного определения Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, не прошедшая процедуру заверения в установленном порядке, не обладает юридической силой и, следовательно, не может являться основанием для возникновения правовых последствий.

Обращает на себя внимание тактика, избранная судьями Г.Ф. Корниенко, М.С. Шамрай, Е.Э. Алёшиной, в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015, а именно: судьи не указали номер судебного дела в суде первой инстанции ни на первой, ни на последней, десятой, странице данного документа. Вместо этого коллегия судей ограничилась указанием только на дату вынесения решения судом первой инстанции. В результате этого в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по делу № 33-11928/2015 не содержится полное указание на судебный акт, подлежащий обжалованию в суде апелляционной инстанции.

29 декабря 2015 г. за вх. № 49672/5 в Президиум Ростовского областного суда мною была подана кассационная жалоба на судебные постановления по гражданским делам № 2-840/2015 и № 33-11928/2015 (далее – дело № 2-840-2015 / 33-11928-2015). Судья Ростовского областного суда Е. Л. Журавлёва определением от 29 января 2016 г. за № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) отказала в передаче кассационной жалобы на судебные постановления по делу № 2-840-2015 / № 33-11928-2015 для рассмотрения Президиумом Ростовского областного суда.

Согласно части 1 статьи 3 закона РФ от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (ред. от 14.12.2015), судья должен строго соблюдать Конституцию РФ, федеральные конституционные законы и федеральные законы. Следовательно, судья обязан следовать требованиям ФЗ от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». Одно из ключевых положений этого закона гласит, что обращение должно быть рассмотрено объективно, всесторонне и своевременно (пункт 1 части 1 статьи 10). Согласно пункту 3 статьи 5 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», гражданин имеет право на получение письменного ответа по существу вопросов, поставленных в обращении.

Однако в определении Ростовского областного суда от 29 января 2016 года № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) судья Е.Л. Журавлёва не дала конкретных ответов на вопросы, поднятые в кассационной жалобе от 29 декабря 2015 года вх. № 49672/5. Вместо этого она лишь формально ознакомилась с жалобой и предоставила ответ, который не содержал конкретных аргументов по вопросам жалобы. Судья Е. Л. Журавлёва рассмотрела кассационную жалобу по делу № 2-840-2015 / № 33-11928-2015 и вынесла определение от 29 января 2016 года № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) не запросив материалы дела. Определение от 29 января 2016 года № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) можно охарактеризовать как бессодержательную судебную отписку.

В определении Ростовского областного суда от 29 января 2016 года № 4г-5434/2015 (№ 4г-312/2016) судья Е. Л. Журавлёва ссылается на письменные доказательства, которые являются поддельными / подложными документами со стороны ответчика. В частности, это:

1) акт служебного расследования;

2) заявление студентов учебной группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г.;

3) служебная записка декана факультета об угрозах и оскорблениях, высказанных Н. М. Раздоркиной в адрес студентов группы Дэ-51(лист третий определения).

Так же, как и в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 года по делу № 33-11928/2015, в определении Ростовского областного суда от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (№ 4г-312/2016) отсутствуют ссылки на номера судебных дел в суде первой и в суде апелляционной инстанций, по которым были вынесены судебные акты, обжалуемые в кассационном порядке. Судья Е.Л. Журавлёва ограничилась указанием лишь на даты вынесения судебных актов в Ленинском районном суде города Ростова-на-Дону и в Ростовском областном суде, не связывая даты вынесения судебных актов с конкретным номером судебного дела. В то же время согласно статье 383 ГПК РФ, одним из обязательных требований к определению судьи об отказе в передаче кассационной жалобы или представления для рассмотрения в суде кассационной инстанции является указание на судебные акты, подлежащие обжалованию.

Судья Е.Л. Журавлёва, не предоставив исчерпывающую информацию о судебных актах, послуживших основанием для определения Ростовского областного суда от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (4г-312/2016), совершила действия, которые могут быть квалифицированы как умышленное сокрытие данных о судебных актах, подвергшихся кассационному обжалованию и ставших основой для упомянутого судебного акта.

Полученная мной копия определения Ростовского областного суда от 29 января 2016 г. по делу № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) не соответствует требованиям, предъявляемым к заверению копий судебных актов областных судов. В частности, указанная копия определения не была удостоверена в порядке пункта 16.5 Инструкции по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов от 15 декабря 2004 г. № 161. Нарушение пункта 16.5 указанной Инструкции по делопроизводству выразилось в отсутствии собственноручной, «живой», заверительной подписи судьи Е. Л. Журавлёвой на копии определения Ростовского областного суда от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (4г-312/2016).  На копии определения от 29 января 2016 г. воспроизведена только ксерокопия подписи судьи Е.Л. Журавлёвой, якобы проставленная на подлинном экземпляре данного определения.  

Отсутствие собственноручной подписи судьи Е.Л. Журавлёвой на копии определения от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (4г-312/2016) свидетельствует о том, что:

• судья Е.Л. Журавлёва не подтвердила аутентичность данной копии подлиннику определения;

• не приняла на себя ответственность, в том числе юридическую, за содержание определения от 29 января 2016 года № 4г-5434/2015 (4г-312/2016);

• не подтвердила наличие в областном суде подлинника указанного определения. Поэтому есть основания для предположения, что определение Ростовского областного суда от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (4г-312/2016), с которого была изготовлена данная копия, может быть поддельным документом.

23 июля 2016 г. посредством почтового отправления (РПО № 34400201343451) мною была направлена кассационная жалоба в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ на судебные акты Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону и Ростовского областного суда по гражданским делам № 2-840/2015 и № 33-11928/2015 (далее – жалоба от 23 июля 2016 г.). Получение данной жалобы Верховным судом РФ подтверждено отчётом «Почта России».

Верховный Суд РФ отказал в передаче жалобы от 23 июля 2016 г. на рассмотрение Судебной коллегии по гражданским делам. В ответ на жалобу Верховный Суд РФ направил мне копию определения от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, вынесенного судьёй С.В. Фролкиной. К определению были приложены оригиналы кассационной жалобы от 23 июля 2016 г.

Определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, при условии существования подлинного экземпляра такого документа, является формальной судебной отпиской. Судья С.В. Фролкина, вынося  данное  определение, допустила нарушение пункта 3 статьи 5, пунктов 1 и 4 части 1 статьи 10 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ». Кроме того, были нарушены положения части 2 статьи 4 Кодекса судейской этики. В соответствии с частью 1 статьи 3 Закона РФ «О статусе судей в РФ», судья обязана соблюдать Конституцию РФ, федеральные конституционные законы и федеральные законы.

В процессе изучения поступивших документов, связанных с рассмотрением жалобы от 23 июля 2016 г., я обнаружила, что ни один экземпляр этой жалобы не был зарегистрирован в Верховном Суде РФ как входящий документ в порядке пунктов 2.3.7, 3.10.1 – 3.10.4 Инструкции по делопроизводству в Верховном Суде РФ, утв. приказом от 8 мая 2015 г. № 32-П (в ред. от 30.06.2015 № 38-П) (далее по тексту – Инструкция ВС РФ от 8 мая 2015 г.).

На отсутствие регистрации жалобы от 23 июля 2016 г. как входящего документа Верховного Суда РФ указывало отсутствие специальной отметки (стикера), которая автоматически проставляется при поступлении документа в Верховный Суд РФ.  Данная отметка представляет собой стикер размером 35 x 10 мм с штрих-кодом. В верхней части стикера расположена надпись: «Верховный Суд Российской Федерации», а ниже указывается номер входящего документа и дата его регистрации при поступлении в Верховный Суд РФ.

На возвращённых мне экземплярах жалобы от 23 июля 2016 г. отсутствовал штамп о регистрации жалобы в соответствующем структурном подразделении Верховного Суда РФ.

На основании вышесказанного я пришла к выводу, что Верховный Суд РФ не зарегистрировал жалобу от 23 июля 2016 г. в качестве входящего документа, что является нарушением части 2 статьи 8 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ» (в ред. от 03.11.2015). Согласно этому закону, письменные обращения граждан обязаны быть зарегистрированы в течение трёх дней после их поступления в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу.

В связи с данным нарушением возникает вопрос: каким образом судья С. В. Фролкина смогла вынести определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 по жалобе от 23 июля 2016 г., если эта жалоба не была зарегистрирована в Верховном Суде РФ в соответствии с пунктами 2.3.7, 3.10.1–3.10.4 Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г. и по этой причине не стала частью официального документального фонда и официального документооборота Верховного Суда РФ?

В свете вышесказанного возникает также вопрос о правомерности вынесения определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 по жалобе от 23 июля 2016 г., которая не была должным образом зарегистрирована в Верховном Суде РФ и, следовательно, не могла быть официально принята к рассмотрению в установленном порядке.

Мои «открытия», касающиеся жалобы от 23 июля 2016 г., этим не ограничились.

Проверяя оформление копии определения Верховного суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 на соответствие требованиям Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г., я обнаружила признаки, указывающие на возможно умышленную подделку этого документа.

На возможно умышленную подделку копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 указывают нижеследующие признаки:

1. На якобы подлиннике определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, с которого будто бы была изготовлена копия этого определения, отсутствует отксерокопированная в чёрно-белом цвете подпись судьи С. В. Фролкиной. Судья С.В. Фролкина своей собственноручной подписью заверила только копию определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388. Но подлинный экземпляр этого определения Верховного Суда РФ, с которого якобы была изготовлена копия, судьёй С. В. Фролкиной в порядке подпункта 2.7.4. пункта 2.7. Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г. не подписан.

Согласно пункту 57 действовавшего тогда ГОСТ Р 7.0.8.-2013, подписание документа собственноручной подписью должностного или физического лица по установленной форме является заверением документа, что обеспечивает данному документу его юридическую значимость. Таким образом, наличие подписи судьи С. В. Фролкиной на подлиннике определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 де-факто и де-юре:

во-первых, подтвердило бы рассмотрение жалобы от 23 июля 2016 года в соответствии со статьёй 381 ГПК РФ;

во-вторых, подтвердило бы факт вынесения определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 года № 41-КФ16-388 в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 381 ГПК РФ;

в-третьих, придало определению Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 юридическую значимость и юридическую силу.

2.  Заверение копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 не соответствует требованиям к заверению копий документов Верховного Суда РФ, установленным Инструкцией ВС РФ от 8 мая 2015 г.

Копия определения Верховного суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 была заверена в порядке подпункта 2.7.7. пункта 2.7. Инструкции по делопроизводству в Верховном Суде РФ, утв. приказом от 29 декабря 2010 года № 17-П (! в ред. от 29.12.2010 г. № 17 П), которая утратила свою юридическую силу и не применялась в Верховном Суде РФ на момент заверения копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388.

Инструкция по делопроизводству в Верховном Суде РФ от 29 декабря 2010 г. № 17-П (в ред. от 29.12.2010 г. №17 П) предусматривает иной порядок заверения копий судебных решений (актов) Верховного Суда РФ, который КАРДИНАЛЬНО отличается от порядка заверения копий судебных решений (актов) Верховного Суда РФ, который установлен подпунктом 2.7.7. пункта 2.7. действующей и применяемой в Верховном Суде РФ Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г. Копия определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 подлежала заверению в соответствии с подпунктом 2.7.7 пункта 2.7 Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г.

3. На копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 отсутствует отксерокопированный в чёрно-белом цвете оттиск гербовой печати Верховного Суда РФ, который должен был быть проставлен на подлинном экземпляре данного документа Верховного Суда РФ.

4. При заверении копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 оттиск печати Верховного Суда РФ с изображением Государственного герба РФ проставлен на собственноручной подписи судьи Верховного Суда РФ С. В. Фролкиной. Однако согласно пункту 6.6. части 6. Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г., при заверении соответствия копии документа его подлиннику оттиск печати Верховного Суда РФ должен захватывать часть наименования должности лица, подписавшего документ.

5. На копии определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 отсутствует отметка о месте нахождения подлинного экземпляра определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388.

Выводы судьи С.В. Фролкиной, изложенные в определении Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, построены на поддельных / подложных документах, представленных ответчиком в судебное разбирательство по гражданскому делу № 2-840/2015. В частности, судья С.В. Фролкина в определении Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, как на доказательство своих выводов, ссылается на следующие поддельные документы ответчика:

1.  Письменное заявление студентов группы Дэ-51 от 6 декабря 2014 г.

2.  Служебная записка декана дневного факультета С.В. Ефимова от 1 декабря 2014 г., в которой говорится об угрозах и оскорблениях со стороны доцента кафедры экономики и управления Н.М. Раздоркиной в адрес студентов группы Дэ-51.

3.  Поддельный акт комиссии от 15 декабря 2014 г., будто бы составленный по результатам якобы проведённого ответчиком служебного расследования психического насилия над личностями студентов учебной группы Дэ-51.

Наличие таких документов не подтверждено внеплановой выездной документарной проверкой Роструда РО, проведённой в СКФ МТУСИ в конце декабря 2014 г.

В определении Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 судья С.В. Фролкина не ссылается на номера судебных дел в суде первой и в суде апелляционной инстанций, по которым были вынесены судебные акты, обжалуемые в кассационном порядке в Верховном Суде РФ. Судья С.В. Фролкина ограничилась указанием на даты вынесения судебных актов, не связывая их с конкретным номером судебного дела. В частности, судья С.В. Фролкина ссылается на решение Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. и на апелляционное определение Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г.

Сведения о судебных актах, на основе которых судья С.В. Фролкина вынесла определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, не являются полными. Такой метод сокрытия номеров судебных дел направлен на сокрытие информации о судебных актах, обжалованных в кассационном порядке в Верховном Суде РФ и по которым было вынесено определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388.

Такой же метод сокрытия номеров судебных дел был применён судьями Г.Ф. Корниенко, М.С. Шамрай и Е.Э. Алёшиной в апелляционном определении Ростовского областного суда от 10 августа 2015 г. по гражданскому делу № 33-11928/2015 и судьёй Ростовского областного суда Е.Л. Журавлёвой в определении от 29 января 2016 г. № 4г-5434/2015 (4г-312/2016).

Скриншоты экрана компьютера, сделанные мною 31 января и 2 февраля 2018 г., доказывают, что определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388, якобы вынесенное судьёй С.В. Фролкиной по результатам изучения кассационной жалобы от 23 июля 2016 г., поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ, не было включено в официальный документальный фонд и в официальный документооборот Верховного Суда РФ.

Помимо определения Верховного Суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 в Банке данных информационной системы Верховного Суда РФ отсутствовала информация о кассационной жалобе Н. М. Раздоркиной, поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ.

Между тем согласно абзаца первого подпункта 3.10.38. пункта 3.10. Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г., «информация об исполнителе и дате передачи жалобы, представления (протеста) на изучение вводится в АИС». Следовательно, информация о судье С. В. Фролкиной, которой была передана на изучение кассационная жалоба от 23 июля 2016 г., обязана была быть в АИС Верховного Суда РФ!

Согласно подпункту 3.10.41. пункта 3.10. Инструкции ВС РФ от 8 мая 2015 г., «после внесения информации в АИС об исполнении жалобы, представления (протеста) не позднее 3-дневного срока заявителю направляется изготовленная в установленном порядке копия решения Суда (выделено мною. – Н. Р.) с сопроводительным письмом или официальное письмо с приложениями, указанными в данных письмах, а также формируется производство».

На основании вышеизложенного я пришла к заключению, что исковое заявление от 24 декабря 2014 г. о признании приказа об увольнении № 279-л/40-04 от 15 декабря 2014 г. незаконным и о восстановлении на рабочем месте, поданное в Ленинский районный суд г. Ростова н/Д за вх. №7963, а также:

• апелляционная жалоба от 29 мая 2015 г. и дополнения к ней от 19 июня 2015 г., поданные в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда на решение Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 апреля 2015 г. по гражданскому делу № 2-840/2015;

• кассационная жалоба от 29 декабря 2015 г., поданная в Президиум Ростовского областного суда на судебные постановления по гражданским делам № 2-840/2015 и № 33-11928/2015 (апелляционная инстанция Ростовского областного суда) за вх. № 49672/5;

• кассационная жалоба в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ, направленная 23 июля 2016 г. посредством почтового отправления № 34400201343451 на судебные акты Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону и Ростовского областного суда по гражданским делам № 2-840/2015 и № 33-11928/2015,

не были рассмотрены в соответствии с требованиями законодательства.

В отношении каждой из процессуальных жалоб, о которых упоминалось ранее, судьями была проведена процедура рассмотрения, имитирующая процесс, якобы соответствующий требованиям процессуального и материального права. Процедура рассмотрения вышеупомянутых жалоб может быть квалифицирована как коррупционно-мошенническая схема, суть которой заключается в следующем:

на 1-ом этапе: выносится неправосудное решение суда первой инстанции;

на 2-м этапе: выносится апелляционное определение – судебный акт-отписка, которое узаконивает неправосудный судебный акт суда первой инстанции. Подателю апелляционной жалобы выдаётся копия апелляционного определения, которая не заверена должным образом – в порядке пункта 16.5. Инструкции по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов от 15 декабря 2004 г. № 161 (далее – Инструкция по судебному делопроизводству от 15 декабря 2004 г. № 161);

на 3-м этапе:

а) кассационная жалоба в Президиум областного суда, поданная по правилам, установленным статьями 376 - 378 ГПК РФ (от 14 ноября 2002 г.) на решение суда первой инстанции и на апелляционное определение суда апелляционной инстанции, судьёй кассационной инстанции областного суда «изучается» без затребования судебного дела;

б) по результатам будто бы изучения кассационной жалобы в Президиум областного суда судья в порядке пункта 1 части 2 статьи 381 ГПК РФ выносит определение – судебную отписку об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции областного суда;

в) подателю кассационной жалобы выдаётся копия определения судьи областного суда, вынесенного по результатам будто бы изучения кассационной жалобы в Президиум областного суда. При этом копия определения судьи кассационной инстанции областного суда не заверена в порядке пункта 16.5. Инструкции по судебному делопроизводству от 15 декабря 2004 г. № 161;

на 4-м этапе:

а) кассационная жалоба в Судебную коллегию Верховного суда РФ не регистрируется в порядке подпунктов 3.10.1., 3.10.2. пункта 3.10. Инструкции по делопроизводству в Верховном суде РФ от 8 мая 2015 № 32-П (в ред. от 30.06.2015 № 38-П);

б) копия определения, якобы вынесенного судьёй Верховного Суда РФ, заверяется в порядке подпункта 2.7.7. пункта 2.7. не действующей и не применяемой в Верховном суде РФ Инструкции по делопроизводству в Верховном суде РФ, утв. приказом от 29 декабря 2010 г. № 17-П (ред. от 29 декабря 2010 г. № 17-П).

Не заверенная должным образом копия определения судьи Верховного суда РФ С. В. Фролкиной от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 является юридически ничтожным документом, оформленным на бланке Верховного суда РФ с продольным расположением реквизитов документа, с воспроизведением Государственного герба РФ, с проставлением круглых печатей Верховного суда РФ с воспроизведением Государственного герба РФ;

в) на копии определения, якобы вынесенного судьёй Верховного Суда РФ С. В. Фролкиной, отсутствуют визуальные признаки того, что копия изготовлена с подлинника определения судьи Верховного Суда РФ;

г) на копии определения, якобы вынесенного судьёй Верховного Суда РФ С. В. Фролкиной, не проставлена отметка о месте хранения подлинника определения от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388.

Между тем согласно абзаца третьего подпункта 2.3.2.5. «Государственной системы документационного обеспечения управления», утв. приказом Главархива СССР от 25 мая 1988 г. № 33, «при оформлении копий с документов, касающихся прав и интересов граждан, на документе, с которого снята копия, делают отметку о том, кому и когда она выдана, а на самой копии отметку, что подлинник хранится в данной организации (выделено мною. – Н. Р.)». Согласно пункту 1.1. Инструкции по делопроизводству в Верховном суде РФ от 8 мая 2015 г. № 32-П, данная Инструкция разработана на основании государственных стандартов в области делопроизводства, к числу которых, согласно примечанию <1> к пункту 1.1. Инструкции по делопроизводству в Верховном суде РФ, отнесена «Государственная система документационного обеспечения управления. Основные положения. Общие требования к документам и службам документационного обеспечения».

В результате не проставления отметки о месте хранения подлинника определения Верховного суда РФ от 26 августа 2016 г. № 41-КФ16-388 не удостоверено фактическое наличие в Верховном суде РФ подлинника этого определения, его включение в документальный фонд Верховного суда РФ.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

Dear Ben,

Thanks you for your message. I'm always glad to get email messages from you.

In your email message you asked me about holidays. First of all, I think that the winter and summer holidays are the most popular holidays in Russia. I also think that the spring holidays are popular because the most of pupils and students are tired of studying and want to relax.As for me, my favorite holiday is winter holidays because everyone celebrating New Year, I like it. Well, I celebrate it with my family, we usually watch TV. I also like hanging out with my friends, walking and playing snowballs with them.

Write back soon.

Best wishes,

Pavel

А это мое приложение к апелляции, очень много текста.

Прошу пересмотреть результаты оценивания задания 35 (личное электронное письмо) по английскому языку.

По результатам проверки за выполнение задания 35 выставлено 0 баллов по всем критериям (К1-К4). Поскольку выставление 0 баллов по критерию К1 автоматически влечёт 0 баллов по всем остальным критериям, прошу проверить корректность оценки именно по критерию К1.

Суть несогласия: комбинация аспектов не соответствует 0 баллам по таблице критериев ФИПИ.

Согласно таблице критериев оценивания ФИПИ, 0 баллов по К1 выставляется только в случаях, не предусмотренных оцениванием на 1, 2 и 3 балла.

При этом 1 балл предусмотрен при комбинации "два аспекта не раскрыты, ИЛИ четыре аспекта раскрыты неполно или неточно, ИЛИ один аспект не раскрыт, и два аспекта раскрыты неполно/неточно", а 2 балла — при комбинации "1 аспект не раскрыт и 1 аспект раскрыт неполно/неточно".

В данной работе считаю, что имеет место именно такая комбинация.

Аспект 1. Допускаю, что ответ на первый вопрос (What are the most popular holidays in Russia?) может быть квалифицирован как неточный: ученик написал о периодах зимних, весенних и летних праздников, хотя вопрос касался перечисления конкретных праздников.

Аспект 2. Ответ на второй вопрос (What is your favourite holiday and why?) содержит: название любимого периода праздников (winter holidays), его связь с конкретным праздником ("because everyone celebrating New Year"), и указание причины ("I like it").

По аналогии с примером из методических рекомендаций ФИПИ ("У меня нет любимого писателя, но я с удовольствием читаю русских классиков — аспект раскрыт"), содержательный ответ с косвенной формулировкой засчитывается. Данный аспект следует квалифицировать как неточный (±), а не нераскрытый (−).

Словосочетание winter holidays в английском языке нормативно употребляется в том числе для обозначения периода зимних праздников, включая Новый год. Ученик дополнительно уточняет это значение, прямо упоминая Новый год.

Аспект 3. Ответ на третий вопрос (How do you celebrate it?) содержит конкретное описание: семейный просмотр телевизора, прогулки и игра в снежки с друзьями. Аспект раскрыт полностью (+).

Аспекты 4 и 5 выполнены корректно: присутствуют благодарность за письмо, выражение положительных эмоций, надежда на последующие контакты, обращение, завершающая фраза и подпись.

Таким образом, картина по аспектам выглядит следующим образом: аспект 1 - (±) или (−), аспект 2 - (+) или (±), аспекты 3, 4, 5 - (+).

В зависимости от строгости трактовки первых двух вопросов, работа укладывается в следующие нормативные комбинации ФИПИ:

1. При оценке: аспект 1 (−), аспект 2 (±), остальные (+) - имеет место комбинация "1 аспект не раскрыт и 1 аспект раскрыт неполно/неточно", что соответствует 2 баллам по К1.

2. При оценке: аспект 1 (±), аспект 2 (±) или (+), остальные (+) - имеет место комбинация "1 или 2 аспекта раскрыты неполно/неточно", что соответствует 3 баллам по К1.

Ни одна из возможных содержательных комбинаций в данной работе не даёт основания для выставления 0 баллов по критерию К1. Любой из законных вариантов влечёт за собой обязательный пересмотр оценок по критериям К2-К4.

Прошу повторно проверить корректность применения критерия К1 и при наличии оснований пересмотреть оценивание задания 35 по всем критериям в соответствии с действующими критериями ФИПИ.