Я немного затрагивал этот вопрос в тексте об использовании ИИ в судах, но лишь косвенно. И то, что я напишу, это база, даже ультрабаза, но я думаю, что процентов 70-80 "юристов" этого не понимают или не могут внятно сформулировать.

1. Первая инстанция.

Это - основное поле битвы для любого судебного спора. Здесь собираются доказательства, можно предоставлять для приобщения любые документы (если, конечно, суд удовлетворит соответствующее ходатайство), здесь допрашиваются свидетели и назначаются экспертизы.

Главное, что надо понимать - разрешение судом любого спора заключается всего в двух вещах. Нужно а) установить фактические обстоятельства (то есть как оно было на самом деле в объективной реальности) и б) правильно (а это вопрос к суду) применить к ним нормы права. Всё.

Ещё раз. В любом судебном процессе просто устанавливаются фактические обстоятельства и суд применяет к ним нормы права. Фактические обстоятельства устанавливаются судом на основании оценки доказательств (условно, вот это доказательство - норм и из него следует то-то и то-то, а вот это - стрём и/или из него ничего не следует).

В результате применения норм права к фактическим обстоятельствам получается решение суда первой инстанции.

Решение суда первой инстанции не вступает в силу сразу. После того, как решение суда вынесено, у каждой из сторон есть месяц на то, чтобы подать апелляционную жалобу. Бывает так, что обе стороны не согласны с решением суда, тогда каждая может подать апелляционную жалобу. Если в течение месяца ни одна из сторон не подала жалобу, то решение считается вступившим в законную силу. Если же подана хотя бы одна апелляционная жалоба, то решение считается не вступившим в силу и дело передается на рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

2. Апелляция (апелляционная инстанция).

Рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции - это не новое рассмотрение дела с самого начала, то есть это не бонусная жизнь. Мы не начинаем судиться с чистого листа по новой и в другом суде. Суд апелляционной инстанции просто проверяет правильность решения суда первой инстанции (на момент его вынесения - это важно!) и на основании тех доказательств, которые были у судьи первой инстанции. То есть, по общему правилу, суд апелляционной инстанции просто проверяет, насколько верно суд первой инстанции установил фактические обстоятельства и насколько верно применил к ним нормы права.

По общему правилу, здесь нельзя предоставлять новые доказательства (это рушит смысл иерархии судебных инстанций - все доказательства надо предоставлять в суд первой инстанции, а далее надо просто проверять правильность решения этого суда). Но как всегда, есть исключения - при уважительности причин, суд апелляционной инстанции может приобщить новые доказательства по ходатайству одной из сторон, а также затребовать предоставить доказательства по своей инициативе.

Но в целом, всё же суд апелляционной инстанции - это просто проверка правильности вынесенного решения судом первой инстанции на основании тех доказательств, что были в деле на момент вынесения этого решения.

Резюмируя, суд апелляционной инстанции также может устанавливать фактические обстоятельства (причем на основании тех же доказательств суд апелляционной инстанции может посчитать, что имели место ДРУГИЕ фактические обстоятельства) и может применить к этим фактическим обстоятельствам другие нормы права (если он считает, что суд первой инстанции применил нормы права неверно).

Что может сделать суд апелляционной инстанции? Он может или оставить решение без изменения или принять новое решение (полностью или в какой-то части). При это (важно!) суд апелляционной инстанции не может отправить дело на новое рассмотрение. Просто тупо нет такой опции (есть одно исключение, но в штатном режиме такой возможности нет).

После рассмотрения дела судом апелляционной инстанции решение в любом случае вступает в законную силу - в том виде, в котором его оставил без изменения или изменил суд апелляционной инстанции.

3. Кассация (кассационная инстанция)

Тем не менее, даже после апелляции решение суда можно попробовать обжаловать дальше. Да, оно уже вступило в силу, и одна из сторон может пытаться уже получить исполнительный лист и начать его принудительно исполнять. Тем не менее, можно подать кассационную жалобу (и даже просить суд приостановить исполнение решения до рассмотрения дела в кассационной инстанции).

Что важно понимать. Суд кассационной инстанции НЕ ЗАНИМАЕТСЯ установлением фактических обстоятельств. Считается, что фактические обстоятельства установлены так, как их установили суд первой и апелляционной инстанции. Ну уж как смогли на основании имеющихся доказательств, так и установили. Как оценили доказательства, так и оценили. Всё, поезд ушёл, надо было в первой инстанции и в апелляции за это бороться.

"Вы знаете, что суды первой и апелляционной инстанции СВОБОДНЫ в оценке доказательств?" - мудро сказал мне как-то раз судья Кобылянский в ФАС МО.

Суд кассационной инстанции занимается только вопросом правильности применения норм права к уже установленным нижестоящими судами фактическим обстоятельствам. Сам суд кассационной инстанции НЕ МОЖЕТ и НЕ ИМЕЕТ ПРАВА устанавливать фактические обстоятельства и переоценивать доказательства (в этом вопросе у него - лапки). Только выяснять вопрос правильности применения норм права.

В суде кассационной инстанции, таким образом, могут сложиться следующие ситуации.

а) нормы права применены верно, решение надо оставить без изменения;

б) нормы права применены неверно, решение надо менять/отменять;

в) какие-то значимые фактические обстоятельства не были установлены нижестоящими судами, и это важно, но в этом вопросе у кассации - лапки!

В случае а) суд кассационной инстанции оставляет решение без изменения. В случае б) суд кассационной инстанции может вынести другое решение сам, но очень часто, в педагогических целях (кто-то должен учить этих нижестоящих балбесов), он направляет дело на новое рассмотрение. В случае в) суд кассационной инстанции однозначно направляет дело на новое рассмотрение, так как только нижестоящие суды могут устанавливать фактические обстоятельства.

При этом, если суд кассационной инстанции направляет дело на новое рассмотрение, он в своем судебном акте дает определенные указания (типа разберитесь в этом, вы не учли то-то, и т.п.). Формально, суд кассационной инстанции НЕ ИМЕЕТ ПРАВА предопределять результат рассмотрения дела при новом рассмотрении. Он имеет право лишь указывать на ошибки нижестоящих судов (не разобрались в этом вопросе, не разобрались с правильным применением такой-то нормы права и т.п.). Но обычно всё-таки результат рассмотрения дела на втором круге рассмотрения практически понятен (нижестоящие суды сделали сначала не так, значит надо сделать наоборот).

Таким образом, из определения суда кассационной инстанции обычно становится очевидно, какое решение нижестоящие суды примут на втором круге рассмотрения дела.

P.S. После кассации есть ещё Верховный суд, но мы об этом писали. Это суд - кого надо суд, простых смертных там не ждали.

Разбираемся в резонансной истории

В городе-спутнике Волгограда Волжском заложником конфликта с соседями оказалась мама 11-летнего мальчика, страдающего ДЦП. За хранение инвалидной коляски сына в подъезде на женщину подали в суд и оштрафовали на 20 тысяч рублей. Но лучше ситуация не стала: ставить коляску негде, пандусов в подъезде нет, а соседи продолжают жаловаться.

Чем закончилась ситуация, почему окружающие ополчились против матери ребенка-инвалида и как люди в колясках выживают во враждебной к ним среде — разбирались журналисты V1.RU.

Источник: Никита Егоров / Городские медиа; Денис Паустовский / V1.RU

«Подростки называют его дебилом»

43-летняя Наталья Буртолик живет в одной из панельных пятиэтажек в Волжском. Дома эти строили в 80-х годах для работников местного предприятия, поэтому удобства здесь минимальные: лифта нет, лестничные пролеты узкие, а пандус на крыльце устанавливали уже после распада СССР.

Квартира Натальи находится на самом последнем, пятом, этаже. Сюда она переехала в 2021 году с мужем и двумя несовершеннолетними детьми, один из которых передвигаться без коляски не в состоянии. На покупку семья решилась из-за сравнительно приятной стоимости нового жилья.

— До переезда я спрашивала у соседей, будет ли кто-то против, если я оставлю коляску в подъезде. Я предупредила, что у меня ребенок болен и мне будет тяжело поднимать ее на пятый этаж, и все тогда были согласны, — утверждает Наталья.

Специализированной коляской пользуется ее старший сын, 11-летний Вова. В первый год жизни ему поставили страшный диагноз — детский церебральный паралич. Несмотря на курс реабилитации, жить без помощи посторонних Вова до сих пор не умеет: по квартире он перемещается лишь ползком, нужду справляет в подгузники, а кушает и пьет пока что лишь с помощью мамы.

— Какое-то время учились в обычном классе со здоровыми детьми, но сейчас перешли на домашнее обучение. Люди вокруг по-разному относятся: кто-то понимает и помогает, некоторые отстраняются. Есть те, кто агрессивно реагирует. Недавно на детской площадке гуляла с ним, и подростки, лет по 14, открыто называли его дебилом: «Дебил он у вас».

Сейчас воспитывает обоих детей Наталья в одиночку. Отец, по ее словам, ушел из семьи, когда Вове было 9 лет, а почти все близкие родственники — пожилые люди, которые сами порой нуждаются в помощи. Устроиться на полноценную работу она не может, поэтому существует семья на пособия в 50 тысяч рублей.

«Мы вам ничего не должны. И государство тоже»

С момента переезда коляску Вовы женщина оставляет на лестничном пролете между первым и вторым этажом. Поднимать ее до своего этажа матери не позволяет здоровье: в прошлом Наталья попала в страшную аварию, после которой ей заменили часть левой голени на протез. Даже спустя 22 года она до сих пор прихрамывает.

— Мне очень тяжело. Ребенок уже 30 кило весит, и коляска еще 20. Поднимать каждый день такой вес у меня здоровья не хватит. У меня либо нога, либо спина не выдержит, и будет в подъезде две коляски стоять, — сетует женщина.

Первые несколько лет проблем с соседями не было. Однако в 2023-м в управляющую компанию пришла первая жалоба от жительницы второго этажа — женщины лет 40, живущей с пожилым отцом. Встретиться с ней у журналиста не получилось, однако ее позицию озвучила другая соседка, которой тоже не нравится преграда в подъезде. Из-за коляски, по ее словам, однажды пострадал ребенок: он споткнулся об нее и повредил себе руку. Найти компромисс у женщин не получилось.

— Меня лично она разрешения не спрашивала. Один раз приходила просить сигареты, а второй раз посидеть с ребенком. Пробовали мы с ней разговаривать, просили убрать коляску, но она всё в штыки воспринимает. Считает, что ей все и везде должны. Простите, но моя семья им ничего не должна. И государство тоже, — рассуждает женщина. — В соседнем подъезде тоже живет мать с обездвиженным ребенком, и с ней никто никогда не ссорился.

Когда у жителей закончились слова, они обратились в управляющую компанию. Те направили женщине предостережение, где попросили уважать права соседей и объясняли необходимость убрать препятствие правилами пожарной безопасности. А когда Наталья не послушалась — направились в суд, который оштрафовал ее на 20 тысяч рублей.

Согласно правилам пожарной безопасности, в зданиях запрещается:

• устраивать в лестничных клетках и поэтажных коридорах кладовые;

• хранить под лестничными маршами и на лестничных площадках вещи, мебель и другие горючие материалы.

— Основанием для иска было требование от МЧС. Они проводили проверку, в том числе по доводам граждан, и выдали нам предостережение. А не исполнить его мы не можем. Мы пытались решить вопрос в досудебном порядке, чтобы женщина добровольно убрала коляску, но это ни к чему не привело, — объясняет директор УК причину иска.

Больше всего Наталью возмущает несправедливость: ее обязали убирать коляску, однако о способах довозить ее до пятого этажа никто не обеспокоился. Откидной пандус управляющая компания обустроила лишь до первого этажа — монтировать его выше не позволяет старая планировка и конфликт с соседями.

— Это попросту невозможно. В доме старой постройки не было предусмотрено размещение таких пандусов. Если мы его сейчас поставим, то размеры всех проходов уменьшатся в разы и не будут соответствовать тем же пожарным нормам. И это не в полномочиях управляющей компании и не делается за счет средств содержания общего имущества. Со своей стороны мы сделали всё что могли. К этому должны подключаться органы местного самоуправления, — разъяснил директор управляющей компании.

На инвалидов всем всё равно?

Проблема касается не только дома на Оломоуцкой. Как рассказала Ольга Смирнова, специалист ГАООРДИ, при строительстве городов об инвалидах почти никто не думал — их словно не существовало. Прикованные к коляскам люди оказалась заложниками старых домов, покинуть которые без посторонней помощи для них оказалось невозможным.

ГАООРДИ — ассоциация общественных объединений родителей детей-инвалидов из Санкт-Петербурга. Их специалисты в том числе занимаются вопросами обустройства городской среды для инвалидов.

— Сейчас время изменилось: инвалиды стали жить активнее, больше находиться в обществе и чаще выходить на улицу. Поэтому в госучреждениях и новых домах доступную для них среду создают. Однако есть старые здания, в которых невозможно что-то исправить. Или стоит это очень дорого, — рассказывает Ольга.

И замыкается проблема не только на инфраструктуре. Как отмечает эксперт из ассоциации, решает в том числе и человеческий фактор: окружающие не всегда понимают, насколько тяжело таким людям справляться с ежедневной рутиной.

— Во времена перестройки, когда такие люди впервые начали выходить из домов, на них смотрели с ужасом и ненавистью, особенно на детей. Не все понимают, что инвалиды хотят жить так же, как и они. И не все осознают, что подобное может случиться и с ними в любой момент. Поэтому у многих и вызывают раздражение коляски и пандусы.

Что делать в такой ситуации? Два метода

Инвалидам и их семьям, попавшим в подобную ситуацию с жильем, специалисты федерального ресурсного центра по формированию доступной среды для инвалидов советуют решать проблему двумя методами: правовым и социальным:

1. Договориться с жильцами и УК.
   Проще всего оборудовать подъезд и двор общими усилиями. Если оборудовать подъезд не получится, то для хранения можно оборудовать карниз во дворе или соорудить колясочную. Вопрос доступной среды касается не только инвалидов, но и здоровых людей.

2. Обратиться в комитет соцзащиты.
   В ином случае следует обратиться в региональный комитет соцзащиты. Их комиссия должна определить способ формирования доступной среды, будь то пандус, лифт или подъемник. Если переоборудовать помещение невозможно, то должен решаться вопрос о постановке семьи в очередь на получение социального жилья.

— Здесь ведь дело в человечности. Человек может поскользнуться на улице или попасть в аварию — и в подъезде будут стоять уже три коляски. А на рожениц тоже в суд подавать? Им тоже после кесарева на пятый этаж коляску тоже тяжело нести. Построить условную колясочную может быть дорого или трудно, но искать альтернативные решения всегда нужно. От инвалидности никто не застрахован, — рассуждает специалист ФРЦ.

Права граждан заканчиваются там, где начинаются права инвалидов. Права инвалидов заканчиваются там, где начинаются права здоровых людей. И этот баланс нужно соблюдать.

специалист ФРЦ ДС

А что сейчас?

Что касается Натальи Буртолик из Волжского, то от уплаты штрафа ее освободили: после общественного резонанса прокуратура подала апелляцию и полностью отменила решение городского суда. Управляющая компания, впрочем, планирует подавать в кассацию, ведь коляска по-прежнему стоит в подъезде и нарушает правила пожарной безопасности.

Невозможность установки пандуса подтвердили и в администрации Волжского. Взамен они рассматривают альтернативные варианты вроде установки наружного лифта до квартиры женщины. Как скоро обещания воплотят в реальность — неизвестно.

Наталья, впрочем, благополучным прогнозам не верит. Единственный реалистичный вариант, по ее словам, — переезд на первый этаж. Однако средств на покупку новой квартиры, даже с учетом продажи старой, у нее сейчас нет.

— У меня единственная надежда, что получится найти где-то спонсоров, которые добавят недостающие средства, — подытожила женщина. — Потому что мир не без добрых людей.

источник: https://www.e1.ru/text/world/2026/04/13/76360406/

Еще одно кривое решение суда отменили в Мособлсуде. Три ошибки допустил суд первой инстанции и все три ошибки мы Мособлсуде исправили.

Одна из наших суперсил в PG Partners - мы уже 10 лет успешно выигрываем в вышестоящих инстанциях (апелляции и кассации). Выигрываем - это именно отменяем кривые решения нижестоящих судов. Очень люблю, когда это происходит, и вот почему.

1. Бытует странное мнение, что вышестоящие суды просто оставляют в силе (штампуют) решения нижестоящих судов, какими бы они ни были. Отсюда и презрительное название "Мосгорштамп".

Почему-то считается, что "все судьи работают в одной системе", "против системы не попрешь", "ворон ворону глаз не выклюет" и потому ни одно решение суда не будет никогда отменено.

Это такой бред сивой кобылы, что не хочется ни слушать ни комментировать ни даже переубеждать. Верует человек - значит пусть дальше верует.

Корни этого фольклора лежат в полной бездарности среднего юриста, который часто не понимает предмет доказывания и бремя доказывания, не умеет ни собирать доказательства ни нормально выступить в суде ни подготовить дело к возможной апелляции - а это надо делать ещё в суде первой инстанции.

Реальный опыт последних 10 лет показывает, что никакого пиетета к нижестоящим вышестоящие суды не испытывают. Наоборот, очень любят поставить нижестоящие суды на место. В этом их работа, в этом их KPI.

А нижестоящие суды вполне себе боятся вышестоящих, точнее, в первую очередь, не хотят, чтобы их решение отменили. Вообще, судью волнует не абстрактная "справедливость" решения, а то, чтобы вышестоящая инстанция его не отменила. Остальное - не его проблема.

Поэтому иерархия судебных инстанций вполне работает. И когда мы снова и снова, в противовес обычному мнению, отменяем очередное корявое решение - это круто.

Да, не все кривые судебные акты можно отменить (писал об этом). Но многие - очень даже можно (конечно, зависит от того, есть ли реально ошибка в решении суда и было ли сделано всё, что нужно в суде первой инстанции).

2. Сила - в доверии.

Ни один клиент (ок, доверитель), сталкиваясь с какой-то проблемой, и находясь в поиске юристов, в большинстве случаев не может заранее достоверно оценить квалификацию и качество их работы.

Это просто нужно принять. Да, очень сильно решают рекомендации, подтверждение реального опыта (реальные судебные акты и чтобы там ФИО было именно того юриста, а не скачанные из интернета), личное общение, репутация.

Но тем не менее, дальше всё, что мы делаем, в глазах клиента зачастую - некое шаманство, в котором сложно разобраться (несмотря на то, что мы всегда показываем все наши правовые позиции, объясняем, что и зачем будем делать). Но реально - клиент может оценить только конечный результат.

И когда мы вдруг проигрываем первую инстанцию - это всегда сложно, это всегда испытание отношений. Клиент никогда не уверен до конца, все ли правильно было сделано? В голову лезут дурные мысли: может не тех юристов выбрал?

И я очень благодарен тем нашим клиентам, кто продолжил верить в нас после проигрыша первой инстанции. Прозрачность отношений и доверие - самое главное в нашем деле.

Поэтому так приятно показать доверителю: это не мы что-то не так сделали. Это нижестоящий суд совершил ошибку и мы это доказали, вышестоящий суд (апелляция или кассация) нашу точку зрения подтвердил и эту ошибку исправил.

Больше об отмене кривых судебных актов в апелляции можно почитать по ссылкам ниже и в соответствующей подборке.

Академическое обжалование судебных актов в PG Partners: Академическое обжалование судебных актов в практике PG Partners

Снова назначили повторную экспертизу в апелляции: Снова назначили повторную экспертизу в апелляции (в Мосгорсуде)

Сложно ли выиграть в апелляции?: Сложно ли выиграть в апелляции?

Больше о суперсилах ПГ: Чем занимается компания PG Partners, в чем наша суперсила?