В деревню, где я рос, иногда привозили мороженое. Оно было на палочке. В обёртке из вощенной бумаги, на которой  были нарисованы нахохлившиеся снегири на заснеженной еловой ветке.  Мне его никогда не покупали. Мол ещё маленький, горло заболит и к тому же денег нет. Поэтому мне оставалось только стоять рядом со старшими ребятами и смотреть, как они то закатывая глаза, то щурясь от наслаждения, причмокивая поглощают белые, тающие во рту цилиндрики, а потом  долго облизывают деревянные палочки. Добрая девочка из соседнего дома однажды дала мне облизать свою палочку. Это был взрыв мозга: краски вокруг стали ярче, звуки четче, лица красивее. Разумеется, что вечером на семейном совете я , со слезами и соплями, выставил жёсткое требование о включении мороженого в мой регулярный рацион. В следующий приезд мотороллера, на грузовом отсеке которого были всё те же  нарисованные снегири на ветке, я в первых рядах участвовал в его штурме, но был оттеснен более физически развитыми детьми, и мне досталось последнее изрядно помятое мороженое. Расположившись на бревнах у палисадника ближайшего дома, все приступили к сеансу гастрономического транса. Один я замешкался: непослушные от волнения и отсутствия опыта пальцы никак не могли справиться с заиндевевшей оберткой. Тут вдруг ребячий гомон внезапно стих, все детишки начали смотреть куда-то через меня и я почувствовал , как кто-то сзади положил мне на плечо руку.