Ждать ли нам новую пандемию? Интервью
«Я надеюсь, что биооружие не применят. Но надо понимать, что это может произойти. Надо думать, готовить методы защиты и понимать, в каком мире мы живем» Газета «Суть времени» №672 / 14 июня 2026
Широкая общественность вновь оказалась вынужденной учить название нового рода вирусов — хантавирусы. Это случилось из-за вспышки заболеваний хантавирусным кардиопульмональным синдромом на борту круизного лайнера MV Hondius, следовавшего из Южной Америки в Европу. Из 11 заболевших умерли трое. С легкой руки западных СМИ пошли разговоры о возможной новой пандемии.
Обоснованы ли опасения, что человечество ждет новая пандемия? Какие уроки мы извлекли из опыта с COVID-19? Как обеспечить биологическую безопасность России в эпоху обострения противостояния с США и их сателлитами? Эти и другие вопросы мы обсудили с академиком РАН, научным руководителем НИИ вакцин и сывороток им. И. И. Мечникова Виталием Васильевичем Зверевым.
Во время массовой истерии, развязанной вокруг пандемии короновируса, Виталий Васильевич был одним из прискорбно малочисленных голосов рассудка. Он выступил против слепого копирования в нашей стране ущербной международной кампании массовой вакцинации, с применением экспериментальных препаратов с недоказанной безопасностью. Он же был одним из немногих, выступивших против попыток ввести в России принудительную вакцинацию от коронавируса.
Судно MV Hondius, на котором произошла вспышка вируса Andes, стоит на якоре в порту Гранадилья. 2026
Авторитет науки оказался сильно подорван пропагандистской кампанией вокруг коронавируса. Этот подрыв авторитета мог бы быть тотальным, если бы не нашлись представители научного сообщества, наподобие академика Зверева, которым истина и жизни людей оказались важнее личной выгоды и чувства принадлежности к сильному большинству. Послушаем его.
Корреспондент: Виталий Васильевич, спасибо огромное, что нашли время и откликнулись. Есть две основные темы, на которые хотелось с Вами побеседовать. Первая — это горячий информационный повод в связи со вспышкой хантавируса на круизном корабле. Второе — более стратегический вопрос, связанный с нашей готовностью (или неготовностью) к чрезвычайным ситуациям в инфекционной сфере. Что, например, нам показал опыт коронавируса?
Академик Зверев: Что касается хантавируса, мне кажется, что вся эта история очень сильно перегрета. Ничего страшного не происходит и не произошло. Периодически случаются такие локальные, спорадические случаи заболевания.
Другое дело, что хантавирусы ведь разные. Тот вирус, который в европейской части России, ну и в Европе вообще — вызывает смертность от 1,4 до 14%. Это геморрагическая лихорадка с почечным синдромом (ГЛПС).
В Азии немножко другой вирус, там тоже приблизительно такая же смертность. Но случаи редки. А вот то, что касается этого южноамериканского, или андского вируса, который рисовыми хомячками передается, то здесь смертность гораздо выше, потому что вирус вызывает так называемый кардиопульмональный синдром. Это тяжелое заболевание с отеком легких и сердечной недостаточностью.
И этот южноамериканский вирус единственный, с которым описано всего несколько случаев возможной передачи от человека к человеку. Все остальные хантавирусы не передаются от человека к человеку. В описаниях подчеркнуто, что передача от человека к человеку возможна только при длительном и тесном контакте. Поэтому широкого распространения хантавируса произойти не может. Я думаю, что все сейчас закончится тем, что есть.
Медицинские работники эвакуируют пассажиров с симптомами хантавирусной инфекции с круизного лайнера MV Hondius
Как вирус попал в человеческую популяцию? Для того, чтобы это выяснить, надо проводить эпидрасследование. Здесь несколько вариантов. Во-первых, это была экспедиция, то есть пассажиры сходили на берег. Несколько людей могли заразиться от этих самых хомячков. Кто-то панически боится грызунов, а кто-то очень их любит, гладит, берет в руки и так далее. Или могли бы вдохнуть их продукты жизнедеятельности. Возможен второй вариант, что вирус оказался на корабле потому, что какие-то продукты были обсеменены, а затем попали на корабль. Но и в этом случае можно сказать, что ничего экстраординарного не произойдет. Мы можем сделать вывод, что все уже закончилось, и никакой пандемии, эпидемии не будет точно. Это не тот вирус, который может вызвать такие серьезные последствия.
Что касается нашей биологической безопасности, то у нас сейчас работает программа, которая называется «Санитарный щит страны». Ее проводит в основном Роспотребнадзор. И я должен сказать, что все достаточно хорошо и успешно, потому что удалось сейчас создать такие тест-системы, по которым мы любую вспышку, любой подозрительный случай можем расшифровать в течение нескольких часов. Не дней, не недель, а сразу.
Кто информирован, тот вооружен. Можно тогда сразу принимать необходимые противоэпидемические меры или использовать препараты, которые есть в наличии. Это большое достижение. Причем это есть не только в Москве, все это можно получить и сделать в любом регионе. Поэтому здесь, в общем, спокойно.
Может, конечно, возникнуть какая-то вспышка или эпидемия. К сожалению, мы живем в такое время, когда для этого существуют все условия.
Во-первых, во многих случаях мы можем получить просто возвращение тех инфекций, о которых мы стали забывать. Пример с корью. Когда перестали охватывать прививками положенную долю населения, сразу стали возникать вспышки и даже смертельные случаи, что крайне неприятно.
Второй вариант — это когда вирус просто переносится на другие территории. То, что произошло с вирусом обезьяньей оспы. Это был экстраординарный случай, когда чуть ли не 200 стран занесли вирус с тусовок людей нетрадиционной сексуальной ориентации. И поскольку люди сейчас очень активно перемещаются по миру и возят с собой домой продукты и сувениры, то, конечно, всегда возможен такой завоз.
Поэтому то, что у нас в стране сделано по диагностике, по идентификации возбудителей, это, конечно, большая работа, которая поможет нам избежать таких тяжелых ситуаций, которые были с коронавирусом.
Но с коронавирусом, конечно, надо делать определенные выводы, потому что были допущены большие ошибки, не только в нашей стране — всеми. Все случилось очень неожиданно. Коронавирус оказался непростым для лечения и для создания вакцин. Надо учесть все что было, чтобы в следующий раз таких ошибок не допустить.
У нас есть служба, которая за этим следит. И если где-то что-то не так, где-то какая-то непонятная инфекция, то на нее обязательно отреагируют и обязательно поставят диагноз, и станет понятно.
Корр.: К сожалению, мы живем в такое время, когда опасность исходит не только, а иногда даже и не столько от самой инфекционной ситуации, сколько от паники, раздуваемой СМИ, причем на международном уровне. Порой это подогревается высказываниями международных структур, ВОЗ и так далее. Как отличить настоящую, угрожающую людям эпидемию от информационного вброса?
Академик Зверев: Вы знаете, это все происходит как раз из-за ковида. Народ испуган, и если раньше на эти отдельные случаи внимания никто бы не обратил, то теперь это привлекает внимание и прессы, и людей. И самое неприятное, что начинают раздувать эти истории на пустом месте. Ученым нужно работать со СМИ, чтобы людям давали правильную, достоверную информацию, не разжигающую панику.
Есть люди, которые в этой панике заинтересованы. Это та же «Биг фарма», она надеется опять получить выгоду. Говорят: «Давайте делать вакцину от хантавирусов». Для чего? Кого прививать? Когда прививать? Зачем?
К сожалению, у нас все переходит в коммерцию. Когда был ковид, мы убедились, что все коммерциализировано. Вначале страны рвали друг у друга маски, которые, как потом оказалось, никому не были нужны. Потом аппараты для искусственного дыхания, потом какие-то лекарства, вакцины и так далее. Кто-то на этом очень серьезно заработал и стал миллиардером.
Поэтому нам надо как-то очень доступно и спокойно объяснять ситуацию, объяснять, что на самом деле происходит. Сообщать: ничего пока серьезного не происходит, и мы ситуацию контролируем.
Корр.: Вот вы упомянули «Биг фарму» и эти инициативы по созданию вакцины от хантавируса. И когда возникла эта ситуация на корабле, то злые языки сразу вспомнили, что еще с 2024 года компания Moderna, один из изготовителей мРНК-вакцины от COVID-19, совместно с южными корейцами начала разрабатывать вакцину от того хантавируса, который существует в Корее, тот самый вид Хантаан.
Академик Зверев: Да, там другой вирус. Они достаточно близкие, но я совершенно не уверен, что вакцина, созданная для защиты от вируса Хантаан, будет работать против тех вирусов, которые распространены в Южной Америке. Они немножко другие. У этих вирусов другие рецепторы, и они совсем другое заболевание вызывают.
Но самое главное — непонятно, кого прививать. Все население, что ли? Это отдельные, спорадические случаи. Просто здесь можно обойтись обычными гигиеническими методами. Не надо контактировать с мышами. Не нужно их брать в руки.
Есть несколько категорий, для которых эти контакты могут быть частыми. Это люди, которые работают на складах, например. Но там тоже можно обойтись респираторами и перчатками. Гораздо более простыми мерами. Зачем нужна вакцина? Кого прививать-то?
Корр.: Да, и кроме этого, есть опыт массовой вакцинации от коронавируса. Многие считают, что она была поспешной, что были сильно нарушены нормы безопасности.
Академик Зверев: Это был эксперимент. Никто во время пандемии не прививает. А теперь оказалось, что, наоборот, если человек был уже инфицирован и его прививали, то вакцинация только усиливала симптоматику и приводила к тяжелым осложнениям. То, что сейчас называют постковид, аутоиммунные реакции и прочее. Самое главное, для защиты неудачно был выбран белок, имитирующий человеческий, на который должны были вырабатываться антитела.
Там было допущено, на мой взгляд, достаточно много ошибок. А все из-за паники. Нужно было спокойно разбираться. И ни в коем случае нельзя применять вакцины, которые не прошли полноценных клинических исследований. Это нельзя делать, потому что мы ведь прививаем здоровых людей. Это не лекарство, когда мы можем рисковать, когда лечим онкологию или что-то еще.
А здесь мы прививаем здоровых людей. Мы должны быть уверены, что ни в коем случае не нанесем никакого вреда. А это можно проверить только путем клинических исследований. Особенно если потом оказывается, что вакцину нужно вводить не один раз, а два, три, четыре раза. Для этого уже надо изучать хроническую токсичность. А это исследование, которое занимает несколько лет, изучается на нескольких группах животных. Это все очень серьезно. Нельзя к этому относиться так просто.
Корр.: Когда слушаешь материалы конференций ВОЗ и их совместных выступлений на Всемирном экономическом форуме, складывается ощущение, что ВОЗ этот фундаментальный урок так и не усвоила.
Академик Зверев: Понимаете, кому война, а кому мать родна. Кто-то же от этого всего выиграл. Кто-то хочет разобраться в том, что произошло. А кто-то, естественно, не хочет и тормозит. ВОЗ очень сильно изменилась за последние годы. И давно уже не занимается тем, чем она должна непосредственно заниматься. Она политизирована. Она зависит от этих компаний, которые деньги платят.
Но ВОЗ же просто дает рекомендации. Мы не обязательно должны им следовать. У нас есть своя голова на плечах. Поэтому мы можем это проанализировать. Что нам подходит, мы можем взять, а тому, что нам кажется неправильным, нам необязательно следовать.
Корр.: А как в связи с этим вы относитесь к протаскиванию через ВОЗ этого так называемого пандемического соглашения? Россия его не одобрила, но многие присоединились.
Академик Зверев: Пусть присоединяются, это их проблема. Там есть пункты, на которые мы пойти не можем и не пойдем. Мы не подпишем это соглашение. Мы не обязаны это делать. Наше руководство, слава богу, слушает мнение ученых. Оно и решит. Это наше дело.
Корр.: А могли бы Вы поподробнее рассказать о том, в чем неприемлемость, в чем опасность этой инициативы?
Академик Зверев: Это важный и долгий разговор. У меня, к сожалению, нет столько времени, чтобы подробно все рассказывать. Но там есть требование, согласно которому мы там должны кому-то передавать биологические материалы. Нас это, безусловно, не устраивает. Мы не знаем, что потом будут делать с этими материалами, куда они пойдут. Это все очень серьезно.
Сейчас мы понимаем, что нам ничего никому нельзя отдавать. У нас нет друзей. Понимаете, это все можно делать на дружеской основе. А здесь зачем? Нам это все не нужно.
Корр.: Эта же группа еще до возникновения ковидного кризиса продвигала и такое понятие, как «болезнь X» или «вирус X».
Академик Зверев: Это все условно. До этого X был как раз вот этот самый COVID. А теперь под Х можно что угодно подразумевать. Вирусы птичьего гриппа, например. За этим конкретно ничего не стоит.
Корр.: Вы сказали, что какое-то сотрудничество может происходить в дружеской атмосфере. В ходе специальной военной операции мы обнаружили уже вполне документальным образом, что продолжаются разработки в сфере биологического оружия, биологического терроризма. Эти самые закрытые лаборатории. Да и с COVID-19 уже никто не отрицает его лабораторное происхождение.
Академик Зверев: Мы, конечно, должны быть к этому готовы. У нас друзья — только некоторые страны СНГ, с которыми мы сотрудничаем и когда нужно обмениваемся материалами.
Что касается этих лабораторий — людям, которые делают заявления, что они могут применить боевые штаммы, место в психиатрической больнице, а не в Раде, или как у них называются органы власти. Раз они об этом даже открыто говорят, значит, надо быть к этому готовыми. Но, с другой стороны, это все тоже не так просто. Создавать биологическое оружие не так просто и использовать не так просто. У нас есть компетентные органы, которые, я надеюсь, за этим следят, отслеживают.
Я надеюсь, что ничего такого не случится. Но надо понимать, что это может произойти. Надо думать, готовить методы защиты и понимать, в каком мире мы живем.
Корр.: И часть мира, в котором мы живем, это состояние умов наших людей.
Академик Зверев: Поэтому надо готовить, спокойно и без ажиотажа рассказывать про эту самую ситуацию. Здесь все от нас зависит.
Корр.: Вернемся к опыту ковида, ведь он очень многих затронул. Можно сказать, что на международном уровне произошел массовый подрыв доверия людей к официальной науке, к медицине и к властям, в том числе к санитарно-эпидемическим службам.
Академик Зверев: Я бы не сказал, что прям ко всем и ко всему, но, конечно, это повлияло. Ситуацию надо исправлять. Поэтому не надо нагнетать все эти моменты, как с тем же самым хантавирусом и подобными случаями. Поэтому что я могу сказать? Работать надо и всё. И с населением, и со всеми.
Ответ на пост «Вы сами мешаете ребенку выздороветь»1
Всем привет! Попросили прокомментировать пост, я начала писать комментарий и увидела, что многобукаф выходит. @Naiskosok, отвечаю)
Так вот, в целом логика исходного поста "не сбивайте температуру, это иммунитет так работает" верная. Надо лишь определиться, до какого момента не сбивать. Да, мы, снижая температуру, молчаливо подписываем договор с иммунитетом: ему станет немного сложнее, но зато самочувствие будет намного лучше. Мы ведь не за цифру боремся, а за то, чтобы высокая температура не порушила другие биохимические конвейеры. Пищеварительные ферменты, например, тоже выключаются при высокой температуре, это хорошо что ли? Плохо. Поэтому нужен баланс между "даём иммунитету поработать как следует" и "держим остальные системы в адеквате, не ломаем их своей термофилией".
А баланс оценивают по самочувствию, по симптомам. Цифра - это всего-навсего цифра. Надо было привязаться к какой-то отметке, вот и определились. Но! В России это не 39. В России рекомендация - сбивать с 38,5 (пруф).
И надо понимать: ничего такого в организме не происходит, когда температура с 38,4 переползает на 38,5, чтобы до этой отметки "ни в коем случае не снижать, даже думать о жаропонижающих не сметь", а как показало 38,5 - сразу "алярм и прочий ахтунг, срочно ведро ибупрофена этому господину". Все люди по-разному относятся к повышенной температуре, вот от этого и надо плясать
В возовском гайде, ссылку на который даёт ТС вместе с предложением засовывать экспертные мнения в жопу (так в оригинальном посте), граница определена как 39. Но при этом ТС почему-то озвучивает граничную цифру ещё выше - 39,5. Я так понимаю, основное недовольство трудящихся вызвал этот момент. Ну да, по-моему это уже Эребор перебор. Во-первых, эти возовские 39 указаны ведь в госпитальном гайде. Т.е. для места, где врачи уже рядом, уже наблюдают и если надо - вмешаются сразу, даётся цифра 39. А для дома предлагается 39,5? Ну уж нет, не надо так.
С 39,5 температура может скакнуть дальше, а домашние лекарства действуют не моментально. Вдобавок, если рвота откроется, то ибупрофеновый сиропчик сразу нормально и не дашь... Короче, я за границу 38 - 38,5. Если кто переносит высокую температуру с трудом - то раньше. Собственно, в исходном посте это написано - может, слабоакцентированно, потому и не заметили многие. Но это там есть.
Ну и естественно ребёнку с температурой вызывать врача.
Постоянно сбивая температуру у ребенка (особенно до 3 лет), вы не даете его иммунитету ни разу встретиться с инфекцией в открытом бою. В итоге вы просто получаете часто болеющего ребенка.
Это читать странно. Понимаете ли, если температура УЖЕ поднялась, то пресловутая встреча с инфекционными агентом УЖЕ состоялась. Не вирус поднимает температуру, вирусу это нафиг не надо. Температура растёт как раз из-за иммунного ответа, если по-простому. И иммунокомпетентность набирается во всех случаях, если нет иммунодефицитов. Сильно болеешь, слабо болеешь, вообще не болеешь, потому что привился/-ась, - иммунитет запоминает всё равно, всё, что ему подвернулось. (В частности, поэтому лучше не болеть, а прививаться).
Ряд защитных субстанций, в том числе интерферон - белок, обладающий противовирусным действием, намного активнее выделяются при температуре выше 38.
Не совсем так. Оптимальный диапазон для синтеза ИФН как раз до 38 градусов. А вот его наибольшая активность при 38-39. Как я понимаю, эта дельта и подала разработчикам "-феронов" в своё время идею, мол, докинем в организм интерферончика, раз его синтез замедляется при температуре, а уж с ним дальше будет легко, активность-то высокая будет... Почему это вышло не совсем так, мягко говоря, с тех пор уже миллион раз сказали, но... Другая тема другого разговора.
И ещё там в тексте было спорное, что у вирусов при температуре >38 белки сворачиваются... Ах, если бы! Считанные единицы вариантов вирусов дохнут при такой температуре. Большинство - живут и здравствуют.
А в остальном - да, температура повышается, чтобы борьба шла эффективней. Жаропонижающее не лечит, а облегчает симптомы. Земля круглая шар геоид. Я - Злобная Биохимичка. Такие дела) За донаты спасибо.
Ответ на пост «"Организм совсем не сопротивляется": ОРВИ без температуры»1
Походу, у нас зомби апокалипсис начался. Сколько людёв с температурой 34-35. Гипотермия в жесткой стадии прям. Ну, или просто половина пикабушников не смогла освоить столь сложный прибор, как градусник. Но это же ерунда, такого же не может быть? Да ну, точно не может быть!))) Зомби, точно!
"Организм совсем не сопротивляется": ОРВИ без температуры1
Всем привет! Периодически у некоторых возникает такая ситуация: схватили вирус, болеем, и все "прелести" этого испытываем (сопли, кашель), а температуры - нет.
И начинается:
Совсем организм не сопротивляется!
Иммунитет просел, ослаб
Ой, тяжело болеть будет!
И прочие благоглупости.
Лихорадка действительно считается классическим признаком протекания инфекции. Однако врачи не так уж редко сталкиваются с ситуациями, когда у пациента диагностируют бактериальное или вирусное заболевание, а столбик термометра упрямо показывает норму или лишь незначительно повышенные значения (сорри за тавтологию). Любители латыни зовут это "субфебрилитет". Почему так происходит и что это реально значит?
В целом, повышение температуры тела - это одна из составляющих активной защитной реакции, инициируемой иммунной системой. Патоген (бактерия, вирус) или продукты его распада выступают в роли таких себе экзогенных пирогенов. Они стимулируют клетки иммунитета (макрофаги, моноциты) к выработке ключевых провоспалительных цитокинов - интерлейкина-1 (ИЛ-1), интерлейкина-6 (ИЛ-6) и фактора некроза опухоли-альфа (ФНО-α).
(Лирическое отступление. Как меня злят греческие буквы, кто б знал... Злят тем, что в раскладках их нет, мы ж не греки, а вот эти вот все вставка-символ постоянно тыкать... Эх. κώλο. Выговорилась).
Эти цитокины, действуя как эндогенные пирогены, достигают гипоталамуса - главного "термостата" мозга. В его преоптической области они стимулируют выработку простагландина Е2 (PGE2) - конечного медиатора лихорадки. PGE2 перестраивает работу терморегуляторных нейронов, смещая "установочную точку" температуры тела на более высокий уровень. Организм начинает воспринимать нормальную температуру как пониженную, что запускает процессы теплопродукции (дрожь) и снижения теплоотдачи (сужение периферических сосудов), приводя к закономерному росту температуры.
Так почему система дает сбой? Ведь отсутствие температурной реакции означает, что на одном или нескольких этапах этой сложной цепи произошел сбой? Правда же? Padme.jpg
Ну, я напишу причины, а вы определитесь сами, сбой/не сбой. Первая причина - это состояние иммунной системы. Но речь не про её ущербность или ещё что-то такое. Просто у некоторых людей может быть генетически обусловленный более низкий уровень выработки провоспалительных цитокинов (ИЛ-1, ИЛ-6) в ответ на стандартную инфекционную угрозу. Физиологическая (в т.ч. врожденная) особенность. Их иммунная система эффективно устраняет патоген, не прибегая к "тяжелой артиллерии" в виде лихорадки. Иммунитет у таких людей не ослаблен. Он наоборот - в этом вопросе сильнее, чем у прочих. Завидуйте молча, в общем))
А слабее - может? Увы. При ВИЧ-инфекции, ещё некоторых заболеваниях (поражения гипоталамуса, эндокринные расстройства, истощение), на фоне химиотерапии или длительного приема иммуносупрессоров способность организма запускать полноценный воспалительный ответ снижена. Иногда - резко снижена. А нет мощного сигнала - нет и лихорадки.
Второе: от возбудителя вообще-то тоже зависит. Не все патогены одинаково "опасны" с точки зрения иммунной системы. Некоторые вирусы (например, риновирусы) или бактерии могут вызывать лишь локальную инфекцию без массивного системного выброса пирогенов. Организм не идентифицирует такую угрозу как критическую, требующую глобальной мобилизации в виде лихорадки.
Третье: приём лекарственных препаратов. Я про регулярный или разовый (если этот раз "попал" в нужное время) прием нестероидных противовоспалительных средств (НПВС). Один знакомый часто кушает Ибупрофен - по случаю ломоты в костях. Он немало гордился своей суперспособностью "болеть без температуры". Когда я рассказывала ему, что эльфов не существует, чувствовала себя законченным дримкиллером. Чувак так верил, что у него "крутой иммунитет"!
Я недавно писала, как работают НПВС из вашей аптечки - читать тут. В общем, у таких инфекция есть, а механизм повышения температуры искусственно отключен.
Четвёртое: возраст. С возрастом снижается общая реактивность организма, и часто наблюдается снижение выработки провоспалительных цитокинов. По данным клинических консенсусов, у пожилых пациентов инфекции (даже пневмония или сепсис) могут протекать без лихорадки, что серьезно затрудняет диагностику, кстати.
У младенцев первых месяцев жизни механизмы центральной терморегуляции еще функционально незрелы, поэтому даже на серьезную инфекцию они могут не реагировать выраженной лихорадкой.
Отакут. Не "у вас крутой иммунитет", а "вы просто уже старый/ая для адской лихорадки". И бежать, бежать... Может же по шее прилететь за бестактность? Может. Я тут сегодня сказала, что людей за слова бить нельзя, только за дело, так набежала куча альтернативно одарённых "воспитателей".
Пятое - приятное. Индивидуальный биохимический баланс. Я ненавижу мантру "все индивидуальны" (повторяется с возвышенным видом и романтическим придыханием). Когнитивистика, высшая нервная деятельность - это индивидуально. А на уровне физиологии - уж простите. Тот же Ибупрофен снижает температуру примерно так у 8 миллиардов ярких индивидуальностей. И простагландины одинаковые на нас на всех, "уникальных таких и неповторимых таких". Но... так это и называется, индивидуальный биохимстатус/баланс/ещё какнибудь. Современные исследования указывают, что лихорадка - это не только защита, но и стресс для организма. Высокая температура (особенно выше 39 градусов цельсиевого столба) может вызывать окислительный стресс и повреждение митохондрий в собственных иммунных клетках. Не исключено, что организм некоторых людей эволюционно "выбрал" более экономную стратегию борьбы с инфекцией, минимизируя потенциальный ущерб от самой лихорадки. Это дискутируемо, обсуждаемо, но вот так звучит. Индивидуальное. Ладно.
Отсутствие лихорадки может маскировать проблему. Так что, "болею без температуры" иногда плохо - в диагностическом контексте. На что тогда нужно обращать внимание вместо температуры? Врачи рекомендуют оценивать неспецифические симптомы: необъяснимую слабость, спутанность сознания (особенно у пожилых), учащенное сердцебиение и дыхание, снижение артериального давления, отсутствие аппетита, общее недомогание. Как видите - такое себе описание. Недомогание. Что угодно притянуть можно сюда... А другого слова нет. Будь, товарищ, бдителен.
Я - Злобная Биохимичка. Не врач - этот дисклеймер тоже надоело писать, но это нужно, думаю. Донам спасибо, как всегда.
Как работают жаропонижающие: ломаем систему оповещения организма
Всем привет! Каждый из нас знает: если к соплям и кашлю прибавляется высокая температура - её надо снижать. А то как-то совсем некузяво выходит: нос забит, голова горячая и гудит, как медный самовар. А болеть надо как? С удовольствием, стараясь минимизировать неприятные ощущения. А то и так ведь жизнь - не "рафаэлки" с миндалём порой, так ещё и ОРВИ.
Если что, чаще всего все неприятные ощущения создаёт не сам вирус, а наш иммунный ответ ему. Воспаление и всякое там. Жар - это тоже наш ответ Чемберлену. Вирусу-то высокая температура нафиг не нужна, ему при повышенной температуре только хуже. И напрямую хуже - его белки могут подудониться, и ненапрямую тоже хуже: организм подогревает себя ж не просто так. При повышенной температуре изменяется работа иммунитета, что в конечном итоге даёт результат: иммунитет вирус быстрее и эффективнее того. Этого. На выход в виде биомусора.
Но в моменте, когда там 39 градусов с копейками под кошкой мышкой, как-то о целительной силе иммунитета не думается. Вот совсем. Тем более, что польза сильной лихорадки - вопрос дискуссионный, а вред - очевиден. Думается что-то вроде: @#$! Как @#$во-то! Надо снижать! И снижаем, молчаливо соглашаясь: да, мы осложняем иммунитету немного его задачу. Но зато самочувствие в этом моменте улучшаем. И вообще: высокая температура может для иммунитета и подарок, а для многих органов и систем - не подарок. Так что, тут баланс нужен. И он опытным путём выработан: врачи советуют цифру до 38,5 градусов не трогать и не снижать, а если выше этого - снижать. Добавлю: считаю, что если хреново уже на 37,5, то снижать надо уже с 37,5, ибо нефиг страдать. Это - индивидуальный всё-таки момент.
Чем снижаем температуру? В базовом варианте существуют три кита жаропонижения: парацетамол, ибупрофен и ацетилсалициловая кислота (многие её знают как Аспирин, но это лишь одно из торговых названий препарата. Исторически первое). Они различаются по механизму действия. Важно понимать: никто из них не лечит, не убивает вирус или бактерию, не придаёт суперспособности, в общем - ничего, кроме жаропонижения. Они разными путями "взламывают" систему сигнализации мозга. Та во время болезни сообщает мозгу: "Ну чо, братан, приехали. Теперь новая норма температуры - 38 (например). Держи эту планку, перенастраивайся". А жаропонижающее мешает ей эти сведения передать. Ловят гонца с депешей о новой температурной норме и прячут в темницу.
Как работает рубильник с температурой? Всё начинается в гипоталамусе - отделе мозга, который играет роль термостата. Когда в организм попадает инфекция, иммунные клетки выделяют пирогены (например, интерлейкин-1). Они заставляют клетки мозга производить простагландин Е2 (назовём его ПГЕ2). Вот он и есть тот самый сигнал, который перенастраивает гипоталамический термостат на более высокую температуру. Тело начинает подрагивать (мышечная дрожь вырабатывает тепло), сужать сосуды кожи (чтобы меньше тепла терялось), и вот вам в итоге лихорадка.
Ключевой фермент для производства ПГЕ2 - циклооксигеназа (ЦОГ). У неё есть две основные формы: ЦОГ-1 и ЦОГ-2. Первая - "хороший парень". Работает постоянно, защищая слизистую желудка, поддерживая кровоток в почках и функцию тромбоцитов.А вот ЦОГ-2 - сигнальщик и паникёр. Он включается при воспалении, травме и именно он массово производит те самые ПГЕ2, вызывающие жар и боль. Уточню, что то, что он делает, делать вообще-то НАДО. Но очень не хочется огребать результаты его действий. Поэтому его надо что? Ингибировать. Все три кита жаропонижения - ингибиторы ЦОГ. Но каждый делает это по-своему.
Ацетилсалициловая кислота необратимо ацетилирует (как бы "склеивает") активный центр обеих ЦОГ (и ЦОГ-1, и ЦОГ-2). Фермент перестаёт работать навсегда. Новую боль и жар создавать нечем, пока организм не синтезирует новые ферменты (на это уходят часы). Кстати, в тромбоцитах, которые не умеют создавать новые белки, это действие приводит к необратимому подавлению агрегации (склеивания). Поэтому АСК в низких дозах рассматривается и применяется как препарат для разжижения крови. (Нет, самому/ой решать, что надо бы "разбавить кровь аспиринчиком" НЕЛЬЗЯ).
Именно из-за необратимого «выключения» ЦОГ-1 в желудке и кишечнике страдает защитный слой слизи, что может привести к язвам и кровотечениям. У детей АСК может вызывать потенциально смертельно опасный синдром Рейе, поражение печени и мозга. Поэтому детям до 12-15 лет его не назначают как жаропонижающее.
Нет, малина (которая содержит примерно 5 мг салициловой кислоты на 100 г ягод) не действует как Аспирин. Она вообще никак в качестве жаропонижающего не действует. В таблетке АСК - 500 мг этой кислоты. Слопать эквивалентное количество малины не удастся (оно и к лучшему), а чай с ложечкой малинового варенья - не замена АСК. Просто вкусно и полезно - как любое тёплое питьё при ОРВИ.
АСК - такой себе ветеран-камикадзе. Решит вопрос, запросто создав новые, в том же желудке, например. Пруфы и ридинг эбаут зыс: вот и по ссылкам оттудова.
Ибупрофен обратимый конкурентный ингибитор ЦОГ. Он временно занимает активный центр фермента, не давая ему работать с естественным субстратом. Действует вообще-то на обе формы (ЦОГ-1 и ЦОГ-2), но с некоторым предпочтением к ЦОГ-2, особенно в высоких дозах. Эффект зависит от концентрации: чем больше доза, тем сильнее противовоспалительное и жаропонижающее действие.
Не только сбивает температуру, но имеет выраженное противовоспалительное действие (поэтому эффективен при боли в горле, мышцах, суставах). Так как тоже влияет на ЦОГ-1, может раздражать желудок (хоть и слабее АСК, так как действие обратимое). Может влиять на почечный кровоток. Не забывайте пить достаточно воды, в общем!
Ибупрофен - крепкий солдат-пехотинец. Стреляет хорошо и по делу, промахивается редко. А литл бит море про ибупрофен - тут. Энджой.
Парацетамол (Ацетаминофен). Долгое время его считали слабым ингибитором ЦОГ. Но теперь считают так: он избирательно блокирует ЦОГ в ЦНС, почти не влияя на ЦОГ в периферических тканях. Парацетамол резко снижает выработку ПГЕ2 прямо в гипоталамусе. А ещё гипотетически влияет на систему эндоканнабиноидов и серотонина в мозге, усиливая антиноцицептивный (обезболивающий) эффект. Сейчас вроде считается, что он как-то избирательно подавляет работу циклооксигеназ именно в центральной нервной системе, плюс влияет на другие "системы счастья" в мозге. В общем, работает как тонкий хакер, который взламывает систему терморегуляции, почти не трогая периферию.
Мало влияет на слизистую желудка и на тромбоциты (не разжижает кровь), так как почти не работает на периферии. Потому он рассматривается как препарат выбора для детей, беременных (с осторожностью) и людей с риском кровотечений. Минусы? Ну, бьёт по печени алкоголика. По здоровой печени тоже ударит, при передозировке. Его метаболит (N-ацетил-p-бензoхинонимин) уничтожает клетки печени. Соответственно, передозировку парацетамолом допускать нельзя. Взрослому здоровому - не более 4 г в сутки, и цифра может меняться при заболеваниях. Слушать врача!
Парацетамол - как сказала, такой хакер, действует по слабому звену в системе. Но вот перебора с кулхацкингом надо не допускать. А то BSOD, синий экран, кирпич вместо смартфона... Ознакамливаться далее с парацетамолом: тут .
Выбор препарата зависит от ситуации. Навскидку: высокая температура + боль в теле - ибупрофен. Просто температура или есть риск для желудка - парацетамол. Аспирин - для взрослых, если больше ничего нет, плюс по указанию врача - для разжижения крови. Вообще - всё по указанию врача. А то знаю я, каждый второй терапевт, вирусолог и эксперт по международной политике.
Когда СРОЧНО к врачу (в т.ч. вызывать скорую)?
Температура выше 40°C, не снижающаяся препаратами.
Судороги, спутанность сознания, сильная головная боль.
Одышка, боль в груди.
Любые симптомы у ребенка до 3 месяцев.
Что ещё бывает жаропонижайненького? Да много ещё что. Но в домашней аптечке этого обычно не держат (и правильно).
Пиразолоны являются неселективными ингибиторами ЦОГ-1 и ЦОГ-2, блокируя синтез ПГЕ2. Однако они имеют иную химическую структуру и, что критически важно, вероятно усиливают действие эндогенных опиоидных пептидов (энкефалинов) в головном мозге, что даёт мощный обезболивающий и седативный эффект. Это я про Анальгин (Метамизол натрия) и иже с ним. Рисков у препарата много, поэтому без крайней необходимости не надо. Применять такое - это как дать обезьяне автомат и выставить её против туземцев с палками и копалками. Многих положит, но если инерцией развернётся - мало не покажется.
Глюкокортикостероиды ингибируют фермент фосфолипазу А2, которая запускает весь каскад образования простагландинов (то есть блокируют процесс ещё до ЦОГ). Подавляют синтез тех самых пирогенов, которые дают сигнал гипоталамусу повышать температуру. Угнетают миграцию иммунных клеток в очаг воспаления. Это я про Дексаметазон и т.п. Применять такое при простуде с температурой - это как ударить ядерной бомбой по комарам. Врач решит, когда так можно. Вы, если вы не врач, - нет.
Блокаторы интерлейкина-1. Это таргетные препараты. Они связывают и нейтрализуют интерлейкин-1 - т.е. вообще не запускается весь воспалительный каскад по IL-1. Я надеюсь, что вы таких названий не слышали в связи с отсутствием надобности (Анакинра, Канакинумаб). При простуде не применяют, стоят они как не чугунный, а золотой мост. Их использование - примерно как если самый лучший солдат 21 века со всем оружием, амуницией и т.п. окажется в веке каменном, против кучки неандертальцев.
Спазмолитики (Дротаверин ака Но-Шпа) снимают спазм сосудов, повышая теплоотдачу. Отдельно для снижения температуры не назначаются, только в комбинации. Антигистаминные (Дифенгидрамин ака Димедрол) - тоже, плюс могут усиливать действие других антипиретиков, плюс оказывают седативное вырубающее действие. Прохладное (НЕ холодное!) обтирание - несколько увеличивает теплоотдачу, при этом никаких уксусов и спиртов! Только вода, только умеренно тёплая. Гомеопатия - традиционно не делает вообще ни хрена. Вот теперь dixi. И так простыня текста вышла.
Я - Злобная Биохимичка. Не врач, но это и не нужно. Клиницисту вообще не требуется для работы отличать ЦОГ-1 от ЦОГ-2, у них - другая область знаний. За донаты спасибо!
Бедные дети, глупые родители
Из местной группы.
Помню, как один знакомый врач рассказывал, как они еле откачали от отравления младенца, которого нерадивая мамаша смачно натирала уксусом и водкой, чтобы сбить температуру.
От хозяйственного мыла скорее всего ничего плохого не будет, но и надеяться на него, так себе затея.
В Гонконге задействуют роботов-собак для борьбы с лихорадкой
«Мы будем проводить испытания с использованием роботов для распыления на склонах холмов и в труднодоступных районах», — говорится в заявлении ведомства.
В Гонконге задействуют роботов-собак для борьбы с лихорадкой чикунгунья
❝ В случае сопротивления приказано распылять.
— Что?
— Что "что"?
— Что приказано распылять в случае сопротивления: вирус или вакцину?
— Не понял… — Так, может, послать вестового переспросить?
— Это невозможно.
— Правильно. Будем распылять и вирус и вакцину. Логично? ❞
🎬 Тот самый Мюнхгаузен🔗 https://citaty.info/quote/345637








