В январские дни 1918 года Тульскую губернию облетела страшная весть о кровавом побоище в Епифанском уезде (ныне преимущественно Кимовский и часть других районов области. — С. Т.). Голодающие крестьяне села Александровки попытались купить излишки хлеба в соседней деревне Андреевке, жители которой , в ответ, «угостили» неимущих ружейными пулями, вилами и топорами. Убитых — семеро, 21 — изувечен. Описание ужасающей истории сохранилось в газете «Тульская молва» за № 3039 от 23 января (5 февраля) 1918 года.

К соседям за сочувствием

Село Александровка Епифанского уезда состояло почти из одних бедняков. Житель имел здесь всего по три сажени надельной земли (1 сажень = 2,1 метра. — С. Т.). Обреченные на безысходный голод крестьяне «неоднократно обращались в волостную земскую управу и продовольственный комитет с просьбой о снабжении их хлебом», но ничего не менялось.

«Между тем в соседней деревне Андреевке находились большие излишки хлеба», так как там проживали преимущественно зажиточные крестьяне: 60 дворов относились к числу богатых и только 5-7 — неимущих. К тому же, несмотря на повсеместную борьбу со спекуляцией, из Андреевки, как ни в чем не бывало, вывозился хлеб для продажи в Москву по завышенным ценам. Организовал такую торговлю некто В. И. Утенков, о чем в округе знал каждый.

Поэтому, воодушевленные декретами новой Советской власти, борьбой со спекуляцией и бедностью, крестьяне Александровки решили сыскать сочувствия у состоятельных соседей. Что из этого получилось, со слов очевидцев записал корреспондент «Тульской молвы». Происходившее рисуется в следующем виде.

За излишками

16 (29) января 1918 года «крестьяне села Александровки, ехавшие с соломой из села Румянцева, настигли по дороге пять подвод (грузовых телег на конной тяге. — С. Т.) с овсом, купленным, как выяснилось в последствии, у В. И. Утенкова и отправляемыми в Москву.

Обоз этот был задержан и препровожден в Александровку.

В этот же день выборные от села Александровки крестьяне, явившись в деревню Андреевку, попросили собрать сход, на котором и заявили волостному комитету, что из их деревни, как это замечалось ранее, а теперь уже доказано (задержанный овес) производится со спекулятивными целями вывозка хлеба, и просили выяснить спекулянтов», — вполне законное по тому времени требование.

На что крестьяне Андреевки ответили: «вывозкой и продажей хлеба занимается вся деревня», добавив к тому, что «никто им этого не запретит». Что же касается голода в соседнем селе, то помощь они могут оказать, но только после ревизии запасов. Делегацию из Александровки уверили: при наличии излишек, хлеб будет продан по твердым ценам, причем как жителям Александровки, так и своим неимущим.

На том и разошлись.

Ревизию запасов хлеба провели быстро. Излишки обнаружились, в чем никто и не сомневался. «По разверстке пришлось на домонеимущих в деревне Андреевки 187 пудов (1 пуд = 16,38 кг. — С. Т.) [хлеба]… на долю беднейших крестьян с. Александровки 542 пуда.

После разверстки хлеба крестьяне с. Александровки предложили Андреевскому комитету составить списки на отпущенный по твердым ценам хлеб и, на другой день, утром на 30 подводах явиться в деревню Андреевку за хлебом».

Казалось, все хорошо. Но только зажиточные крестьяне вовсе не собирались расставаться с излишками своего хлеба.

Как выяснилось в последствии, в ночь перед прибытием подвод из Александровки, зажиточные крестьяне Андреевки распространили слух, что наутро к ним приедут грабители и конфискуют весь хлеб.

Предостережение действие возымело.

Ружья, вилы, топоры

Около 10 часов утра 17 (30) января 1918 года, уполномоченные из села Александровки предложили старосте деревни Андреевки получить с них деньги за хлеб. Деревенский вожак брать внушительную сумму не отказывался, но и не спешил оформить сделку, тяня время под любыми предлогами. По прошествии получаса «с двух сторон деревни… крестьяне Андреевки стали выходить из изб», образуя толпу. Присмотревшись к собравшимся, покупатели излишков оцепенели: в руках крестьян были ружья, револьверы, вилы и топоры.

Одновременно с этим на околице деревни показались приближающиеся подводы, предназначенные для доставки в Александровку купленного хлеба. Обещание «грабежа», распространенного по деревне и округе, стало сбываться. Оставалось только дать знак разозленной толпе к свершению самосуда над недоумевающими «грабителями». То, что началось дальше, по описанию корреспондента «Тульской молвы», походит на современный фильм ужасов, — слабонервным не читать!

«Вооруженные крестьяне по знаку одного из руководителей их, напали на беззащитных крестьян с. Александровки, погнав их перед собой по дороге…

Началось дикое кошмарное избиение. В уезжающих на подводах и в панике разбегающихся крестьян стреляли из ружей и револьверов, настигали их, рубили топорами, кромсали косами, серпа ми и т. д.». Описывать дальнейшие сцены не будем, дабы не провоцировать ненависть у ныне живущих в этих деревнях людей.

В результате кровавого побоища оказались убитыми на месте шесть крестьян: Д. М. Савкин, И. И. Денисов, Н. П. Ильин, Г. Г. Родионов, С. С. Шилкин, Д. Д. Цикунов, тяжело ранеными: Ф. А. Маденков, М. П. Федин, В. Качалин, Г. И. Ильин, И. К. Савкин, Ф. Ефимов и другие, всего 14 человек. Еще несколько приезжих получили легкие ранения.

Кровавый урок

Но убийствами и избиениями дело не закончилось. Крестьяне Андреевки решили преподать кровавый урок соседям, позарившимся на их добро. «Страшно изуродованные трупы… убийцы клали на подводы и, погоняя лошадей, направляли их в Александровку». Жуткий груз встречали вместо хлеба односельчане убитых. «По словам крестьянина села Александровки, некоторые из трупов… представляли собой страшную бесформенную массу — на мелкие куски изрубленные тела».

Первая жертва Гражданской войны

Озверевшие жители Андреевки никак не могли успокоиться и решили проучить, на всякий случай, своих. Организатора местных красногвардейцев Галкина на глазах его жены и детей долгое время истязали, а потом убили. «Тщетны были мольбы жены пощадить его жизнь», — сообщалось в газете. Тяжело изувечен был и отец Галкина за то, что разделял идеи сына. Так зарождался будущий белый террор.

Вечером того же дня в Андреевке нашли четырех до полусмерти испуганных крестьян из Александровки, прятавшихся на задворках. «Этих лиц: Кирилина, Осонцева, Карелова и Чуркина, захватив, как пленных, допрашивали и хотели пытать, но благодаря вмешательству благоразумных лиц, крестьянам удалось спастись», — озверевшие кулаки наконец-то умерили свой пыл. Хотя несчастным пленникам, по-видимому, было уже все равно: «Делайте с нами, что хотите — мы все равно умрем от голода», — заявили они.

* Цитаты адаптирована к современной русской орфографии.

Источник: газета «Тульская молва», сетевое издание. Зарегистрировано Роскомнадзором (серия Эл № ФС77-90414 от 01.12.2025)

Как заявил премьер-министр Эфиопии Абий Ахмед Али, правительственные войска, освободив от мятежников западную часть региона Тыграй, обнаружили сотни трупов людей, связанных по рукам и ногам.

Ранее о жестокой расправе над несколькими сотнями человек в районе населенного пункта Май-Кадера сообщила со ссылкой на очевидцев правозащитная организация "Эмнести интернешнл".

Начавшийся 4 ноября вооруженный конфликт на севере Эфиопии, доселе почти не замечаемый остальным миром, теперь оказался в центре внимания. Звучат опасения, что противостояние центральных и местных властей в регионе может перерасти в новую гражданскую войну.

Верховный комиссар ООН по правам человека Мишель Бачелет заявила, что если факты подтвердятся, трагедия в Тыграе должна рассматриваться как военное преступление.

Кто с кем воюет?

В 2019 году премьер Абий Ахмед Али получил Нобелевскую премию мира за разрешение многолетнего конфликта с соседней Эритреей, но теперь вспыхнула новая война.

Тыграй - северная провинция Эфиопии, граничащая с Эритреей и Суданом, названная так по имени народности тиграи. Большинство населения страны принадлежат к живущей в центре и на юге народности амхара.

44-летний Абий Ахмед, по образованию программист, пришел к власти в апреле 2018 года под лозунгом модернизации.

Социалистическая марксистско-ленинская по своей идеологии организация "Народный фронт освобождения Тыграй" (НФОТ), впоследствии оформившаяся в политическую партию, долгое время входила в правящую коалицию и имела влияние на общенациональном уровне, но при Абийе Ахмеде отношения между ней и центральными властями испортились.

Тыграйские лидеры обвиняли премьера в предвзятом отношении и стремлении выдавить их из власти, он их - в коррупции и саботаже реформ. По словам Ахмеда, регион превратился в убежище для беглецов от правосудия.

9 сентября власти Тыграя открыто не подчинились центральному правительству, проведя выборы в региональный парламент, которые центральные власти отменили в связи с пандемией коронавируса.

3 ноября Абий Ахмед заявил, что местные сепаратисты напали на расквартированных в регионе военных. В тот же день эфиопский парламент признал НФОТ террористической организацией, а прокуратура выдала ордера на арест 64 его главных фигур во главе с лидером Дебреционом Геберемайклом.

4 ноября начались боевые действия, в ходе которых правительственные войска используют авиацию. В столице говорят об успешном наступлении.

Тысячи жителей провинции бежали в соседний Судан.

ООН заявила, что конфликт блокирует доставку на север Эфиопии жизненно необходимой продовольственной помощи.

Картина с натуры

Получение информации из региона затруднено, поскольку там отключена телефонная связь и не работает интернет.

Журналистка Би-би-си Хана Зерацион, чьи родственники находятся в Тыграе, рассказывает, что в регионе не хватает муки, горючего, и, хуже всего, воды, которую уже выдают по норме.

В Мекеле, где живут от 400 тысяч до полумиллиона человек, водопровод в первые дни работал раз в неделю, а потом вовсе отказал. Семьи сначала заказывали воду разносчикам, а теперь не могут делать и этого, поскольку отключилась мобильная связь.

В четверг исчезло и электричество, так как, по слухам, местная гидростанция разбомблена.

"Я очень волнуюсь за мою семью, особенно за 11-летнего брата. У него церебральный паралич и эпилепсия, а лекарства наверняка взять негде. Раньше мы общались по видеосвязи, но теперь ее нет", - говорит Хана.

Безжалостная резня

По имеющимся данным, расправа произошла поздно вечером 9 ноября. Ей предшествовало поражение, нанесенное в тот день повстанцам правительственными войсками в местности под названием Лугди.

"Народный фронт освобождения Тыграй" отрицает свою связь со зверствами. Дебрецион Геберемайкл в интервью Франс пресс заявил, что ничего о них не знает, и, в свою очередь, обвинил правительство в гибели мирных граждан в результате авианалетов на провинциальный центр Мекеле и город Адиграт.

Однако свидетели, на которых ссылается "Эмнести интернешнл", говорят, что убийства совершали повстанцы. В распоряжении организации имеются фотографии и видеокадры с места события, на которых изображены лежащие на земле тела и раненые на носилках. Одни жертвы были убиты выстрелами, другие зарезаны и зарублены. Перед расправой они были связаны по рукам и ногам.

По имеющимся данным, среди жертв как пленные военнослужащие эфиопской армии, так и мирные сельскохозяйственные рабочие, прибывшие в Тыграй из других частей Эфиопии.

Премьер обвинил противников в "душераздирающей жестокости". "Творить злодеяния - норма для этой алчной хунты", - написал он в "Фейсбуке".

Верховный комиссар ООН по правам человека Мишель Бачелет призвала к объективному расследованию, но прежде всего - к прекращению огня.

https://www.bbc.com/russian/news-54924067

Рассекреченные во вторник документы подтверждают, что Вашингтон был соучастником большой антикоммунистической резни 1965 года в Индонезии. И это ещё мягко сказано...

Более полувека спустя после тех кровавых событий Вашингтон неохотно признаёт, что обладал информацией о большой антикоммунистической резне, произошедшей в Индонезии в период между октябрем 1965 и мартом 1966 года. Во вторник были рассекречены 39 документов посольства США в Джакарте, подтверждающие (используя довольно мягкие формулировки) то, что было известно уже давно: массовые преступления, контролируемые «командованием за восстановление безопасности и порядка» генерала Сухарто, были спланированы и осуществлены при активном пособничестве ЦРУ. В самый разгар холодной войны, вечером 30 сентября 1965 года группой офицеров не самых высоких званий[1] были арестованы и казнены шестеро генералов сухопутных войск Индонезии, что послужило сигналом к началу охоты на «красных» и «атеистов». До сегодняшнего дня никто не смог доказать причастие к этому преступлению коммунистов, но в 1965 году военные, близкие к Коммунистической партии Индонезии (КПИ), были тут же обвинены в подстрекательстве к попытке путча. Произошедшее послужило прекрасным предлогом для генерала Сухарто[2] возглавившего репрессии, сходные по своему размаху с геноцидом, количество жертв которых до сих пор точно неизвестно. В результате страна погрузилась в жесточайший террор, унёсший по разным данным от 600 000 до 2 миллионов человек, среди которых были активисты КПИ, студенты, женщины, крестьяне, рабочие, работники умственного труда, подозреваемые в симпатиях к коммунистам. Осенью 1965 года без какого-либо судебного разбирательства были казнены руководители КПИ Айдит, Люкман и Ньото. Тем же, кому посчастливилось избежать уничтожения, пришлось пережить рабство, исчезновение, депортацию в концентрационные лагеря, пытки, насилие, принудительную проституцию.

До описываемых событий КПИ, являвшаяся одной из главных политических сил архипелага и бывшая союзником левого националиста Сукарно, насчитывала в своих рядах 3,5 млн. членов плюс полтора десятка миллионов симпатизирующих, что делало её третьей из наиболее влиятельных Коммунистических партий мира, после Компартий Китая и СССР. «Очаг инфекции», угрожающей распространиться на запад, так было принято было говорить в Вашингтоне. Надо сказать, что США очень негативно отнеслись к уникальному опыту Движения неприсоединения, начатому 10 годами ранее в Бандунге в продолжение деколонизациии.[3] Пользуясь поддержкой ЦРУ, Сухарто, мобилизовав реакционный лагерь, исполнил свой план «полной ликвидации» коммунизма в стране. После отстранения от власти президента Сукарно весной 1966 года в Индонезии воцаряется «долгая ночь», которая продлится вплоть до свержения диктатора Сухарто в результате народных протестов в 1998 году. Сухарто умер в 2008 году, так и не ответив за свои преступления.

Рассекреченные во вторник документы удостоверяют, что Вашингтон располагал подробными сведениями о виновниках этой антикоммунистической резни, о её масштабах и о ходе развития. Что это, позиция наблюдателя? В реальности США принимали активное участие в происходивших зверствах. Летом 1971 года американская пресса обнародовала содержание меморандума общевойскового штаба, датированного 13 января 1962 года, и имеющего отношение к расширению американского вмешательства во Вьетнаме. Вот что можно прочитать в этом документе: «Потеря Юго-Восточной Азии негативным образом сказалась бы на нашей военной стратегии (...) Все архипелаги Индонезии могут оказаться под властью СССР и стать коммунистическими базами (...) Советско-китайский блок будет контролировать доступ западных стран к Индийскому океану. Будет осуществляться давление на Филиппины и Японию, чтобы они заняли, в лучшем случае, нейтральную позицию». И вот тут-то начинает применяться стратегия «домино», призванная ускорить «быструю победу» во Вьетнаме: одновременно с вторжением в Вьетнам Вашингтон активизирует свои контакты с реакционным лагерем внутри индонезийской армии. С одобрения Маршалла Грина[4] коммунистов начинают заносить в особую картотеку. В 1990 году на страницах газеты «Washington Post» Грин признается: «Я знал, что мы располагали гораздо большей информацией о КПИ, чем сами индонезийцы». Дипломат был не единственным, кто подтвердил в опубликованном газетой расследовании американское участие в подготовке массовых убийств. Официальные лица признали, что «регулярно составляли подробные списки индонезийских коммунистических руководителей, начиная с верхних эшелонов и заканчивая местными руководителями в деревнях».

Эти списки были переданы преступным генералам. Вот леденящий душу комментарий бывшего сотрудника «политического отдела» американского посольства в Джакарте Роберта Дж. Мартенса, процитированный газетой «Washington Post»: «Они, без сомнения, убили массу народа, и на моих руках много крови, но в этом есть не только отрицательные моменты. Бывают случаи, когда надо нанести мощный удар в решающий момент». Нанести мощный удар? В докладе, датированном 1983 годом, само ЦРУ признаёт, что массовое уничтожение индонезийских коммунистов является «резней» и даже «одним из наихудших массовых убийств XX века».

И сегодня на территории архипелага выжившие жертвы и родственники погибших продолжают ждать справедливости и возмещения ущерба. Даже в наши дни они не перестают подвергаться остракизму, унижению и дискриминации. Уголовный кодекс Индонезии до сих пор наказывает семью годами тюремного заключения любую попытку, письменную или устную, «распространить коммунистическую мысль».

РОЗА МУССАУИ

Ссылка 2