Эта необычная история дружбы двух очень разных людей началась с того, что один стрелял в другого из пулемёта. И, кстати, попадал... И, кстати, трижды...

День 6 июня 1944 года для 21-летнего немецкого ефрейтора Генриха Северло, сына простого крестьянина из Метцингена, с самого утра не предвещал ничего хорошего. Наблюдая со своей позиции WN 62 на высоте над одним из пляжей Нормандии за приближающейся армадой американских десантных катеров, он не мог не предполагать, что свой 22-й день рождения он может и не отметить. В наличии у него были пулемёт MG-42, а на стеллаже рядом стояли карабины Mauser 98k. Генрих принял решение сражаться сколько сможет. Когда открылась рампа первого катера, он нажал на спуск... Этот момент отлично показал Стивен Спилберг в фильме «Спасти рядового Райана» — так примерно это и было в реальности. Причём Северло действовал в секторе высадки американцев Омаха, где и происходит действие в фильме.

Кто хочет сильно углубиться в детали того дня, взглянув на события со стороны немецкого пулемётчика, может прочитать мемуары Генриха от 2000 года «WN 62 – Erinnerungen an Omaha Beach Normandie, 6. Juni 1944». В них он утверждает, что с семи утра до трёх часов дня расстрелял более 12 000 патронов. Такое издевательство MG-42 не выдержал и намертво заклинил. Тогда неугомонный Генрих схватил карабин и ещё 400 патронов отстрелял из него. Общий счёт убитых американцев Северло в своих мемуарах оценивает в 2 000 человек. Тут тонкий момент: никто из историков не спорит с тем, что он был у пулемёта и активно отправлял солдат дяди Сэма в страну вечной охоты, только говорят, что количество фрагов он завышает. Даже если мы предположим, что дед в 2000 году безбожно врал — что трава была зеленее, море синее, а американцев больше, — и урежем осетра в четыре раза, то 500 убитых за восемь часов боя — это тоже вполне себе результат. Причём за весь День D союзники потеряли убитыми всего около 4500 человек. За то, что этот пулемётчик нанёс такие потери, за ним закрепилось прозвище «Омахаское чудовище».

Итак, к 15:00 пулемёт сломался, патроны кончились, а американцы — нет, и Генрих решил, что пора сматывать удочки. Он пробрался в ближний тыл, в деревеньку Кольвиль-сюр-Мер, где затерялся в группе других немецких солдат, стекавшихся туда, потому что там находился пункт связи. И они всем ансамблем были взяты в плен американцами. Генрих предпочёл о своих достижениях не распространяться — видимо, сказал, что он повар, водитель или санитар, и поехал на картошку. Причём реально: он в плену, в том числе, занимался сбором урожая картофеля и хлопка в штате Миссисипи, оказывая посильную помощь сельскому хозяйству США.

Второй герой нашего рассказа тот день провёл менее насыщенно. Дэвид Сильва, молодой девятнадцатилетний американец из Кливленда, штат Огайо, почти сразу после того, как выскочил из десантного катера, получил от немецкого пулемётчика три пули. Причём скорее всего, этим пулемётчиком был именно Северло. После этого Дэвид скорректировал свои планы на день: вместо участия в штурме позиций на высотах над пляжем он лежал в укромном месте, молясь под трели пулемётов и свист пуль над своей головой. Эта ситуация расположила его пообещать, что если он останется в живых, то станет священником. Он выжил и после недолгого пребывания на французском побережье был погружён на корабль и отправлен лечиться в госпиталь.

Итак, война закончилась. В 1947 году Генрих вернулся из плена в Германию и счастливо начал жить обычной жизнью, стараясь не очень афишировать детали своей биографии. Дэвид же, выполняя обещание, стал священником, а потом переехал в Западную Германию, в город Карлсруэ, где тоже счастливо жил с конца 1950-х годов. И тут в 1959 году вышла книга «Самый длинный день» Корнелиуса Райана. В ней рассказывается история Дня Д — первого дня Нормандской операции. И там были интервью с участниками событий. Генриху эта тема показалась интересной, и он книжку купил. Северло прочитал в книге интервью с очевидцем-американцем о высадке на пляже Омаха и о немецком пулемётчике, который часами стрелял по американским солдатам. Очевидец — а это был Дэвид Сильва — описывал, что этот пулемётчик восемь часов стрелял в них, словно машина. Сильва в книге вспоминал: «Этот пулемёт стал причиной большинства раненых и убитых. Парни спрыгивали с трапа и были тут же застрелены. Меня подстрелили в воде». И Генрих понял: так это же про него пишут, ведь к 15:00 только он ещё стрелял в американцев. Уже к полудню большинство немецких позиций было занято, а немцы были либо убиты, либо взяты в плен, либо бежали. Генрих нашёл адрес Дэвида, порадовался, что тот тоже живёт в Германии — не надо будет тратиться на международную корреспонденцию, — и написал ему письмо. Я не знаю точно, что он написал, но переписка у них заладилась. В 1963 году они встретились и стали настоящими друзьями. Переписывались и периодически встречались вплоть до самой смерти Генриха Северло в 2006 году. «Генрих никогда не просил у меня прощения, но я простил его. Это важно для него», — приводит слова Дэвида Сильвы журнал Der Spiegel от 3 июня 2004 года. Вот такая история необычной дружбы.

Новые посты в сообществе Взаимосвязи

Подлинная известность к нему пришла в 1984 году. Тогда пулеметчик дал четырехчасовое интервью американским тележурналистам, готовившим фильм к 40-летию высадки в Нормандии. В нем он назвал число убитых им американцев — 2000 человек.

… Он стрелял на протяжении нескольких часов подряд, израсходовав 12 000 пулеметных патронов и 400 патронов двух имевшихся у него карабинов. Плечо распухло от приклада, а перед глазами стояли сотни окровавленных тел наступающих. Казалось, что этому безумию не будет конца…

Символом огромных потерь Красной армии в ходе Великой Отечественной войны стал рассказ о некоем немецком пулеметчике, якобы сошедшем с ума от зрелища горы трупов советских солдат у своей позиции.

В вермахте действительно был пулеметчик, который, по его словам, наблюдал нечто подобное. Правда, он сохранил рассудок. А главное, стрелял он вовсе не в советских солдат.

Widerstandsnester на «Омахе-Бич».

6 июня 1944 года обещание союзников об открытии второго фронта наконец начало претворяться в жизнь. В Нормандии была проведена не имеющая аналогов операция по высадке англо-американских сил.

Действия союзников облегчались тем фактом, что так называемый «Атлантический вал» — система укреплений на побережье северной Франции — так и не был завершен. Вместо сплошной линии обороны была создана сеть опорных пунктов, получивших название Widerstandsnester («гнёзда сопротивления»).

В секторе вторжения, получившем у командования союзников кодовое наименование «Омаха-Бич», располагалась линия опорных пунктов от WN-60 до WN-74.

Подавить сопротивление на побережье должны были корабельные батареи, однако огонь их оказался совершенно неэффективным.

Затем в сложных погодных условиях бомбардировщики союзников нанесли удары мимо целей.

Когда началась непосредственно высадка, стало еще хуже. Из 32 плавающих танков «Шерман» 27 утонули сразу. Часть десантных барж выгрузила солдат на глубине больше двух метров, вследствие чего бойцы, несущие тяжелое оружие и снаряжение, погибали не от вражеского огня, а элементарно захлебнувшись в воде.

Ефрейтор-«штрафник»

Капитан Ричард Меррил из 2-го батальона рейнджеров вспоминал:

Я был первым высадившимся. Седьмой по счету солдат, так же, как и я, выскочил на берег, не получив ущерба для себя. А вот все между нами были подстрелены: двое убиты, трое ранены. Вот насколько везучим нужно было быть.

Оказавшиеся на берегу солдаты и офицеры 5-го корпуса 1-й американской армии попадали в зону огня Widerstandsnest 62, в небольшом гарнизоне которого служил пулеметчиком 21-летний ефрейтор Генрих Северло.

Уроженца Метцингена призвали в вермахт летом 1942 года. Начинал службу Северло в 19-м лёгком артиллерийском резервном дивизионе в Ганновер-Ботфельде. Затем его перевели во Францию, где Генрих служил мотокурьером в пехотной дивизии.

В декабре 1942 года Северло направили на Восточный фронт. Служил он в тылу, исполняя обязанности кучера конной упряжки. В марте 1943 года за «оскорбительные высказывания» был направлен на принудительные тяжёлые работы. Вскоре его здоровье оказалось серьезно подорвано, после чего Северло поместили в госпиталь.

К счастью для Генриха, на Восточный фронт он больше не вернулся. В декабре 1943 года его дивизию передислоцировали в Нормандию, где ефрейтор Северло стал исполнять обязанности пулеметчика Widerstandsnest 62.

В его распоряжении был станковый пулемет MG 42, известный также как «Косторез» или «Пила Гитлера», а также два карабина Kar 98K.

6 июня 1944 года американцы, выбиравшиеся на берег на «Омахе», выходили как раз на «Косторез» Северло.

«Тысячи американских солдат начали медленно двигаться к пляжу перед нашим дотом. В этот момент в заливе стояла полная тишина, ни одного выстрела не было. Всё было настолько спокойно, так организованно, что создавалось впечатление, будто они просто выполняют какие-то упражнения… ", — вспоминал впоследствии сам пулеметчик.

Эти люди выглядели как ничего не понимающие ягнята, идущие на бойню.

Ефрейтор открыл огонь, получив команду от оберлейтенанта Бернхарда Фреркинга. До американцев была всего пара сотен метров.

«Они были передо мной как на ладони. Я хорошо видел брызги от пуль и перепуганные перекошенные ужасом лица вражеских солдат. С первыми пришлось немного повозиться, чтобы понять, как следует накрывать их с первой же очереди, зато потом стало проще, — откровенничал ефрейтор в мемуарах. — Я дожидался, когда створки других десантных барж открывались, чтобы выпустить новую порцию серых фигурок, и начинал стрелять прямо в проём рампы… И всё же некоторым везло выползти на мокрый песок».

Они метались, ползали и всячески пытались найти укрытие за трупами своих убитых товарищей, которыми уже был завален весь пляж. Но конические пули калибра 7,92 из моего MG 42 легко прошивали любое мясо…

Десять убитых, двадцать, тридцать… Потом счет пошел уже не на десятки, а на сотни. Северло остановился только тогда, когда у него полностью закончились патроны..

Известность пришла через 40 лет

В тот день ефрейтор оказался в числе немцев, переживших бой. Его взяли в деревне Колльвилль-сюр-Мер, где располагался WN-63. Среди тех, кто пленил Северло, были бойцы, чьих однополчан немец массово убивал на «Омахе». Но американцы об этом не знали, а пулеметчик благоразумно не сообщал.

Вскоре пленного отправили в Соединенные Штаты, где Генрих Северло занимался сбором урожая картофеля и хлопка в штате Миссисипи. В мае 1947 года транзитом через Англию бывший солдат вермахта вернулся в родной Метцинген.

В 1960-х годах немецкий писатель Пауль Карель, в прошлом оберштурмбаннфюрер СС Пауль Шмидт, готовил книгу о боях в Нормандии. С ним Северло, до этого молчавший о своей истории, впервые разоткровенничался.

Но подлинная известность к нему пришла в 1984 году. Тогда пулеметчик дал четырехчасовое интервью американским тележурналистам, готовившим фильм к 40-летию высадки в Нормандии. В нем он назвал число убитых им американцев — 2000 человек.

Когда фильм вышел на телеканале ABС, о Северло написали газеты многих стран мира. Он получил прозвище «Чудовище Омахи». И хотя бывший солдат вермахта уверял, что ему жаль погибших американцев и к оружию он с того дня не прикасается, Генриху Северло явно льстило такое внимание.

Историки же доказывали, что немецкий ветеран сильно преувеличивает, и он никак не мог убить больше нескольких сотен десантников.

В 2000 году Генрих Северло опубликовал собственные мемуары. Его регулярно приглашали на мероприятия по случаю очередной годовщины высадки в Нормандии, и немец никогда не отказывался, с удовольствием общаясь с ветеранами из Англии и США.

Умер пулеметчик в доме престарелых в январе 2006 года в возрасте 82 лет. Говорят, ясность ума Северло сохранял до последних дней.

Кина Будет в ВК: https://vk.com/kinabudet