Понравилась фотография, сделанная во время боев в Нормандии в 1944 году. На ней француженка наливает (в разных источниках указывается по-разному: чай, кофе или сидр) британскому пулемётчику, который занял позицию с пулемётом «Брен» рядом с её домом.
Женщина угощает пулемётчика с пулемётом «Брен» во время боя в Лизьё. Франция, 22 августа 1944 года. (Источник)
Кстати, «Брен» — это лицензионная копия чехословацкого ручного пулемёта ZGB 33, который, в свою очередь, был модифицированной версией ZB vz. 26, одного из самых удачных ручных пулемётов Второй мировой.
Пулемётчик из 8-го Королевского шотландского полка с пулемётом «Брен» в Мостдейке. Нидерланды, 6 ноября 1944 года. (Источник)
Пулемёт ZB vz. 26 получился настолько удачным, что он и его модификации стояли на вооружении десятков стран по всему миру. Китай использовал многочисленные копии. Этот пулемёт состоял на вооружении в Чехословакии, Югославии, Румынии, Швеции, а также в Германии (трофейные под индексом MG 26(t)). Великобритания и страны Британского содружества (Австралия, Новая Зеландия, Индия и другие) вооружили свои армии пулемётом «Брен», созданным на его основе. Пулемёт также экспортировался в страны Латинской Америки, на Ближний Восток и в Юго-Восточную Азию. Многие страны в ходе Второй мировой войны использовали его, захватив в качестве трофеев (например, Италия и Япония). Всё это сделало его одним из самых распространённых ручных пулемётов своего времени.
Пулемётчики Национально-революционной армии (NRA) из 185-й дивизии с пулемётом ZB vz. 26. (Источник)
Короче, если на фотографиях того времени из разных точек мира видите характерный силуэт с пристёгнутым сверху коробчатым магазином, то с высокой долей вероятности это или поделка чешских оружейников из города Брно в Моравии, или её копия.
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад, если вы подпишетесь на мой профиль или сообщество «Взаимосвязи», чтобы не пропустить новые публикации.
С 1943 года, когда вермахт перешёл к стратегической обороне, немцы начали активно использовать башни танков для создания долговременных огневых точек. В ход пошли и новые башни с конвейера, и башни повреждённых машин, а также башни устаревших танков или танков иностранного производства.
Башня «Пантеры» в качестве ДОТа в Берлине. Судя по количеству гильз этот «Пантертурм» оборонялся яростно. (Источник)
Поговорим о танкобашенных дотах на основе башен от Pz.Kpfw. V «Panther», так как такое их применение является наиболее известным и хорошо описанным. В конце 1943 года была разработана серия сборных, легко устанавливаемых сооружений. Для этих целей башни «Пантер» специально дорабатывали: их крыша получала дополнительные бронелисты толщиной 40 мм, а командирскую башенку заменяли простым люком. Существовало два основных вида таких сооружений: первые монтировались на сварной бронекороб (Pantherturm I), вторые — на железобетонное основание (Pantherturm III). Кроме того, была и промежуточная модификация — Pantherturm II, которая выпускалась в очень ограниченном количестве как переходная версия между I и III. Вооружение всех установок оставалось штатным — 75-мм пушка «Пантеры» KwK 42.
«Пантертурм» с видимым бронекоробом. Обычно его закапывали до верхнего края бронекороба. (Источник)
Первые башни поворачивались вручную. Поворот был медленным и трудным, в лучшем случае со скоростью два градуса в секунду. На более поздних моделях поставили электропривод, что существенно увеличило скорость поворота. Первоначально башни «Пантер» серии D были просто взяты с основной производственной линии. Позже начали использовать башни с машин, не подлежащих ремонту. Эти башни зачастую не успевали получить дополнительную верхнюю бронировку. Но быстро выяснилось, что оригинальная броня крыши «Пантеры» недостаточна для защиты от навесного артиллерийского огня. Поэтому в дальнейшем башни обязательно получали дополнительно сверху 40-миллиметровый лист брони. В теории такая крыша уже могла выдержать попадание достаточно мощного фугасного снаряда.
Тот же «Пантертурм» сзади: виден задний люк и упрощённый верхний люк с перископом. (Источник)
В общем виде «Пантертурм» выглядел так: под башней располагался отсек для расчёта. В нём находились три складывающиеся кровати, установленные на стене в три яруса, а также печка-буржуйка и мотор фирмы «DKW», который приводил в действие электропривод поворота башни. В жилой отсек можно было попасть через большую бронированную входную дверь, выходящую в траншею, ведущую к установке. Кроме того, внутрь можно было попасть через башенный люк сверху.
Чаще всего их можно было встретить на хорошо укреплённых рубежах, где у вермахта было время возвести оборону — таких как «Готская линия» или «Атлантический вал», а также при обороне крупных городов. Удачно расположенный и защищённый минными полями и пулемётными позициями, бункер с башней «Пантеры» был одним из самых сложных противотанковых укреплений. Превращение танковых башен в неподвижные огневые точки стало вынужденной, но в ряде случаев эффективной мерой. Такие доты обычно ставили на ключевых высотах, господствующих над дорогами, или на перекрёстках крупных улиц городов, готовившихся к обороне. Эти башни были способны долгое время сдерживать наступление противника на тех направлениях, где его манёвр был ограничен рельефом или плотной городской застройкой.
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад, если вы подпишетесь на мой профиль или сообщество «Взаимосвязи», чтобы не пропустить новые публикации.
«Пантертурм». На башне лежит 75-мм снаряд, на стволе нанесен камуфляж. Италия, 1944 г. (Источник)
Снятая башня «Пантеры» с циммеритом ожидает установки. (Источник)
Разрушенный «Пантертурм» на бетонном основании. Италия, октябрь 1944. (Источник)
Про танк «Тигр» я слышал разное, но ни разу — чтобы кто-то назвал его простым в производстве. Посмотрите на фото создания башен — сразу станет понятно, почему эпитет «технологичный» к этому танку не относится.
Гигантский пресс на заводе Krupp придаёт форму подковообразной башне танка «Тигр». (Источник)
Все же выгибать башни тяжелого танка из цельного горячего листа 80-миллиметровой брони — развлечение на любителя и для специалистов с квалификацией сильно выше среднего. И по поводу дальнейшего обслуживания изделия тоже есть вопросы. Например, пока шахматная подвеска работает — всё хорошо, плавно, и борт защищает, но вот если что-то сломалось — хоть увольняйся.
Блинчиков как на масленице)) Танкисты что-то чинят в подвеске. (Источник)
Его собирали, как дорогие часы, подгоняя каждую деталь. В то время как советские танки очень грамотно штамповали тысячами на многих заводах рабочие со средней квалификацией, а иногда и женщины с детьми, вставшие к станкам вместо ушедших на фронт. А «Тигр» требовал уникальных станков и высококвалифицированных рабочих — и того, и другого по определению много быть не может. В своё время это, безусловно, был успех инженерной мысли, но он оказался слишком сложным, чтобы его можно было производить во вменяемых количествах. Все же война — это не конкурс инженерных достижений, а битва ресурсов, где количество приносит победу. Как в афоризме, приписываемом Наполеону: «Бог всегда на стороне больших батальонов».
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад, если вы подпишетесь на мой профиль или сообщество «Взаимосвязи», чтобы не пропустить новые публикации.
Обычно, когда говорят «сумрачный гений», подразумевают немецкого — с его танками «Маус» и пушкой «Дора». Но и советский сумрачный гений временами не отставал.
Способ установки батареи ППШ в бомбоотсеке Ту-2. (Источник)
В разгар Великой Отечественной войны, в 1944 году, инженеры ОКБ Туполева — начальник бригады вооружения А. В. Надашкевич и ведущий инженер С. И. Савельев — предложили установить в бомбоотсек бомбардировщика Ту-2 батарею из 88 пистолетов-пулемётов Шпагина (ППШ) для штурмовки пехоты противника. К начинанию отнеслись серьёзно: выделили два самолёта, 180 ППШ и 15 тысяч патронов. Установку быстро прозвали «Огненным ежом». Каждый ППШ снаряжался дисковым магазином на 71 патрон. По замыслу, лётчик, пролетая над позициями противника, должен был открыть створки бомболюка и, нажав на спуск, буквально выкосить всё живое внизу.
Советские бомбардировщики Ту-2 летят на выполнение боевого задания. (Источник)
Однако испытания удалось провести только после войны — в феврале 1946-го. Результат оказался двойственным: огневая мощь впечатляла, но недостатки перевесили. Боезапас расходовался за несколько секунд — самолёт превращался в «оружие одного выстрела». К тому же перезаряжать 88 ППШ на земле было долго и неудобно. Кроме того, точность всё же страдала, а ведение огня было возможно только на бреющем полёте. В итоге «Огненный ёж» в серию не пошёл. Военные предпочли обычные осколочные бомбы — они оказались и эффективнее, и технологичнее. Но сам факт такого полёта советской инженерной мысли остался.
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад видеть вас среди подписчиков моего профиля и сообщества «Взаимосвязи».
6 августа 1945 года 29-летний корабельный инженер Цутому Ямагути из Нагасаки собирался домой и с нетерпением ждал встречи со своей женой Хисако. Он провёл три месяца в командировке в Хиросиме, и сегодня был день отъезда. Когда он уже направлялся на вокзал с двумя коллегами, то понял, что забыл свой инкан — личную печать, японский аналог подписи. В военное время это было особенно важно, поэтому он вынужден был вернуться за ним в свой отдел неподалёку от доков. Он шёл обратно, когда в небе над городом появился одиночный американский бомбардировщик. Такие полёты отдельных самолётов японцы воспринимали как разведывательные миссии и из-за жесточайшего топливного кризиса не всегда высылали истребители на перехват — истребители ПВО зачастую поднимались только против больших групп B-29. Ямагути смотрел на самолёт и увидел, как от него отделился какой-то предмет на двух маленьких парашютах.
И тут его мир исчез. В 8:15 над центром Хиросимы взорвалась атомная бомба «Малыш». Ямагути находился всего в трёх километрах от неё. Ударная волна отбросила его, и он потерял сознание. Очнувшись, он ничего не видел — ярчайшая вспышка временно ослепила его. Сам он получил сильные ожоги верхней части тела и лишился слуха на левое ухо. Чудом выжив, он дополз до укрытия, отдохнул и отправился на поиски коллег. Они тоже выжили, и вместе они провели ночь среди руин. На следующее утро, перевязанный, Ямагути сел на поезд до Нагасаки. Невероятно, но поезда из Хиросимы ходили уже на следующий день. Вернувшись в родной город, он получил медицинскую помощь и, несмотря на сильные ожоги, отдохнув день, пришёл на работу.
Облако от ядерного взрыва над Хиросимой, 6 августа 1945 года. В момент съёмки столб дыма поднялся на высоту около 6 км. (Источник)
Утром 9 августа, превозмогая боль, он пришёл в офис Mitsubishi Heavy Industries и начал рассказывать о случившемся. Его начальник не поверил: «Ты сошёл с ума, если думаешь, что один самолёт мог уничтожить целый город», — насмешливо сказал он. В этот момент стёкла конторы выбило новой взрывной волной. «Я подумал, что это облако последовало за мной из Хиросимы», — вспоминал позже Ямагути. Вторая атомная бомба, «Толстяк», разорвалась также в трёх километрах от офиса, где он находился. На этот раз он пострадал не так серьёзно, так как находился внутри здания, которое, хотя и было повреждено ударной волной, частично защитило его от прямого воздействия взрыва и теплового излучения.
Облако от ядерного взрыва над Нагасаки, 9 августа 1945 года. (Источник)
Два ядерных взрыва за три дня не прошли бесследно: он провёл несколько лет, обмотанный бинтами, борясь с лучевой болезнью, раком кожи и лейкемией. Он лишился части зубов и временно облысел. Но физическими страданиями его испытания не ограничились. Его жена Хисако, которая также пережила бомбардировку Нагасаки, сама страдала от последствий облучения. Она умерла в 2008 году от рака печени и почек в возрасте 88 лет. У супругов было трое детей. Их сын умер от рака в возрасте 59 лет. Дочери тоже всю жизнь испытывали проблемы со здоровьем из-за облучения родителей. Из-за того, что в японском обществе хибакуся (пережившие атомные бомбардировки) часто подвергались дискриминации, Ямагути долгое время старался не привлекать внимания к своей персоне. Но, увидев, как страдают его близкие, он решил заняться общественной деятельностью, чтобы не допустить повторения того ужаса, который пережил сам и его семья. Он начал активно выступать с лекциями и на телевидении за ликвидацию ядерного оружия. В возрасте более 80 лет он написал книгу воспоминаний о своём опыте, чтобы рассказать подрастающему поколению о том, что произошло.
Цутому Ямагути во время одного из своих выступлений. (Источник)
Поначалу Ямагути не чувствовал необходимости привлекать внимание к своему статусу выжившего сразу после двух атомных бомбардировок. Однако позже он начал рассматривать своё выживание как судьбу, и в январе 2009 года подал заявление на двойное признание. Это заявление было рассмотрено японским правительством, и в марте 2009 года Ямагути стал единственным человеком, официально признанным выжившим после обеих атомных бомбардировок. Он скончался 4 января 2010 года в возрасте 93 лет. За несколько месяцев до этого в интервью он произнёс фразу, которая подводит итог его жизни: «Я мог умереть в любой из этих дней. Всё, что случилось потом — это бонус».
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад видеть вас среди подписчиков моего профиля и сообщества «Взаимосвязи».
В рубрике примечательных фото посмотрите, как удивлённо смотрят немцы на простреленный ствол «Тигра».
Panzerkampfwagen VI «Tiger» после встречи с чем-то противотанковым. (Источник)
Нашёл информацию по фото: Вальтер Модель осматривает повреждённый «Тигр» 505-го тяжёлого танкового батальона летом 1943 года в ходе Курской битвы. По моему мнению, 45-мм оставила бы более аккуратную пробоину, а 85-мм и выше оторвала бы ствол. Так что, думаю, 76,2-мм прилетело — привет от ЗиС-3, Т-34 или КВ.
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад видеть вас среди подписчиков моего профиля и сообщества «Взаимосвязи».
Во время войны процесс развития оружия происходит очень быстро. Посмотрим чисто визуально, не вникая в технические подробности, как это видно на примере противотанковых орудий начала и конца Второй мировой войны.
Слева — Pak 43/41 калибра 88 мм, по сути, зенитка, приспособленная для борьбы с танками в конце войны; справа — Pak 36 калибра 37 мм, «дверной молоток» начала войны. (Источник)
Немцы начинали войну с Pak 36 калибра 37 мм, а заканчивали с Pak 43/41 калибра 88 мм. На фото выше наглядно видна разница масштабов.
Расчёт «сорокапятки» 53-К в боях в Ростове-на-Дону. (Источник)
Наша армия начала войну с «сорокапятки» 53-К (на фото выше), а прошла путь до БС-3 калибра 100 мм, уверенно поражающей любой танк из немецкого «зверинца».
Расчёт советской 100-мм пушки БС-3 ведёт огонь по противнику в Берлине. (Источник)
Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад видеть вас среди подписчиков моего профиля и сообщества «Взаимосвязи».
Эта необычная история дружбы двух очень разных людей началась с того, что один стрелял в другого из пулемёта. И, кстати, попадал... И, кстати, трижды...
Самая известная фотография дня высадки союзников в Нормандии. Снимок «В пасть смерти» (Into the Jaws of Death) был сделан 6 июня 1944 года Робертом Ф. Сарджентом. (Источник)
День 6 июня 1944 года для 21-летнего немецкого ефрейтора Генриха Северло, сына простого крестьянина из Метцингена, с самого утра не предвещал ничего хорошего. Наблюдая со своей позиции WN 62 на высоте над одним из пляжей Нормандии за приближающейся армадой американских десантных катеров, он не мог не предполагать, что свой 22-й день рождения он может и не отметить. В наличии у него были пулемёт MG-42, а на стеллаже рядом стояли карабины Mauser 98k. Генрих принял решение сражаться сколько сможет. Когда открылась рампа первого катера, он нажал на спуск... Этот момент отлично показал Стивен Спилберг в фильме «Спасти рядового Райана» — так примерно это и было в реальности. Причём Северло действовал в секторе высадки американцев Омаха, где и происходит действие в фильме.
Кто хочет сильно углубиться в детали того дня, взглянув на события со стороны немецкого пулемётчика, может прочитать мемуары Генриха от 2000 года «WN 62 – Erinnerungen an Omaha Beach Normandie, 6. Juni 1944». В них он утверждает, что с семи утра до трёх часов дня расстрелял более 12 000 патронов. Такое издевательство MG-42 не выдержал и намертво заклинил. Тогда неугомонный Генрих схватил карабин и ещё 400 патронов отстрелял из него. Общий счёт убитых американцев Северло в своих мемуарах оценивает в 2 000 человек. Тут тонкий момент: никто из историков не спорит с тем, что он был у пулемёта и активно отправлял солдат дяди Сэма в страну вечной охоты, только говорят, что количество фрагов он завышает. Даже если мы предположим, что дед в 2000 году безбожно врал — что трава была зеленее, море синее, а американцев больше, — и урежем осетра в четыре раза, то 500 убитых за восемь часов боя — это тоже вполне себе результат. Причём за весь День D союзники потеряли убитыми всего около 4500 человек. За то, что этот пулемётчик нанёс такие потери, за ним закрепилось прозвище «Омахаское чудовище».
Итак, к 15:00 пулемёт сломался, патроны кончились, а американцы — нет, и Генрих решил, что пора сматывать удочки. Он пробрался в ближний тыл, в деревеньку Кольвиль-сюр-Мер, где затерялся в группе других немецких солдат, стекавшихся туда, потому что там находился пункт связи. И они всем ансамблем были взяты в плен американцами. Генрих предпочёл о своих достижениях не распространяться — видимо, сказал, что он повар, водитель или санитар, и поехал на картошку. Причём реально: он в плену, в том числе, занимался сбором урожая картофеля и хлопка в штате Миссисипи, оказывая посильную помощь сельскому хозяйству США.
Немецкие военнопленные идут под конвоем в британском секторе высадки. 6 июня 1944 года. (Источник)
Второй герой нашего рассказа тот день провёл менее насыщенно. Дэвид Сильва, молодой девятнадцатилетний американец из Кливленда, штат Огайо, почти сразу после того, как выскочил из десантного катера, получил от немецкого пулемётчика три пули. Причём скорее всего, этим пулемётчиком был именно Северло. После этого Дэвид скорректировал свои планы на день: вместо участия в штурме позиций на высотах над пляжем он лежал в укромном месте, молясь под трели пулемётов и свист пуль над своей головой. Эта ситуация расположила его пообещать, что если он останется в живых, то станет священником. Он выжил и после недолгого пребывания на французском побережье был погружён на корабль и отправлен лечиться в госпиталь.
Раненым американским солдатам помогают добраться до укрытия. 6 июня 1944 года. (Источник)
Итак, война закончилась. В 1947 году Генрих вернулся из плена в Германию и счастливо начал жить обычной жизнью, стараясь не очень афишировать детали своей биографии. Дэвид же, выполняя обещание, стал священником, а потом переехал в Западную Германию, в город Карлсруэ, где тоже счастливо жил с конца 1950-х годов. И тут в 1959 году вышла книга «Самый длинный день» Корнелиуса Райана. В ней рассказывается история Дня Д — первого дня Нормандской операции. И там были интервью с участниками событий. Генриху эта тема показалась интересной, и он книжку купил. Северло прочитал в книге интервью с очевидцем-американцем о высадке на пляже Омаха и о немецком пулемётчике, который часами стрелял по американским солдатам. Очевидец — а это был Дэвид Сильва — описывал, что этот пулемётчик восемь часов стрелял в них, словно машина. Сильва в книге вспоминал: «Этот пулемёт стал причиной большинства раненых и убитых. Парни спрыгивали с трапа и были тут же застрелены. Меня подстрелили в воде». И Генрих понял: так это же про него пишут, ведь к 15:00 только он ещё стрелял в американцев. Уже к полудню большинство немецких позиций было занято, а немцы были либо убиты, либо взяты в плен, либо бежали. Генрих нашёл адрес Дэвида, порадовался, что тот тоже живёт в Германии — не надо будет тратиться на международную корреспонденцию, — и написал ему письмо. Я не знаю точно, что он написал, но переписка у них заладилась. В 1963 году они встретились и стали настоящими друзьями. Переписывались и периодически встречались вплоть до самой смерти Генриха Северло в 2006 году. «Генрих никогда не просил у меня прощения, но я простил его. Это важно для него», — приводит слова Дэвида Сильвы журнал Der Spiegel от 3 июня 2004 года. Вот такая история необычной дружбы.
В годовщину высадки в Нормандии в 2004 году. На том же пляже, 60 лет спустя, Дэвид Сильва (слева) пожимает руку человеку, который ранил его во время высадки, — Генриху Северло (справа). (Источник)
