15 декабря 1899 года Британская империя, владевшая половиной земного шара, получила один из самых звонких и унизительных щелчков по носу в своей истории. Сражение при Коленсо должно было стать триумфальным маршем «парового катка» Её Величества по землям бурских фермеров. Вместо этого оно стало финальным аккордом так называемой «Чёрной недели» — времени, когда лондонские газеты боялись печатать новости, а джентльмены в клубах от возмущения давились хересом.

Надо сказать, что изначальный расклад был вполне себе в пользу парней в красных мундирах. Регулярная британская армия, покорившая Индию и Африку. Во главе — сэр Редверс Буллер, генерал с репутацией сурового вояки, прозванный «Паровым катком». А против них — ополчение двух бурских республик: бородатые мужички в мятых пиджаках, которые в мирное время пасли коров, а в военное — брали в руки свои «маузеры» и творили чудеса меткости.

Перед Буллером стояла задача перейти реку Тугелу, разогнать «этих фермеров» и к Рождеству пить чай в освобождённом Ледисмите, осаждённом в то время бурами. Но его визави, бурский генерал Луис Бота, не будучи профессиональным военным в европейском понимании, обладал тем, чего так не хватало британским штабистам — реальным знанием местности. Поэтому он просто окопался на северном берегу Тугелы, замаскировал окопы так, что даже в бинокль там виднелись лишь камни да кусты, и приказал ждать.

Началось сражение с того, что генерал-майор Артур Фицрой-Харт, всю свою карьеру провоевавший в колониях против разных туземцев, доверился проводнику, который не говорил по-английски, и повёл свою Ирландскую бригаду в «парадном» сомкнутом строю прямо в излучину реки. Ирландцы оказались в каменном мешке, окружённом бурскими стрелками с трёх сторон. Когда буры открыли огонь, это напоминало тир. Британцы падали шеренгами, не видя врага. Они так и не нашли брода, зато нашли свой конец в высокой траве под палящим африканским солнцем. Фицрой-Харт с ослиным упрямством отказывался разворачивать цепь, пока его бригаду буквально не выкосили. Сам генерал, однако, выжил.

Пока на левом фланге ирландцы изображали мишени, в центре разворачивалась драма иного рода. Полковник Лонг, командовавший артиллерией, решил подкатить свои пушки поближе к врагу, чтобы бить в упор. Игнорируя уставные инструкции, он вывел свои батареи на открытую позицию, менее чем в километре от бурских окопов. Для винтовок «маузер», которыми были вооружены буры, это была приемлемая дистанция.

Артиллеристы успели сделать несколько залпов, прежде чем на них обрушился свинцовый ливень. Расчёты были выбиты за считанные минуты. Орудия, гордость британской армии, остались сиротливо стоять на нейтральной полосе, а выжившие артиллеристы попрятались в ближайшей канаве. Пытаясь вернуть пушки, добровольцы под огнём кинулись к ним, и среди них был лейтенант Фредди Робертс, единственный сын фельдмаршала лорда Робертса. Его отряду удалось спасти два орудия, но сам лейтенант получил смертельное ранение. Его отец, позже принявший командование армией, так никогда и не оправился от потери.

К вечеру Буллер морально сломался. Пребывая в истерике, потеряв более 1100 человек (против примерно 40 у буров) и бросив 10 орудий, он отправил телеграмму генералу Уайту, сидевшему в осаждённом Ледисмите: «Расстреляйте боеприпасы, сожгите шифры и договаривайтесь с бурами о лучших условиях сдачи». К счастью для Британии, Уайт оказался более стойким человеком и телеграмму проигнорировал (правительство позже сделало вид, что её как бы и не было).

При Коленсо британцы внезапно поняли, что красные мундиры — отличная мишень, что плотный строй против магазинных винтовок — это самоубийство, а стрельба из пулемётов по папуасам в колониях имеет мало общего с реальной войной. Им пришлось адаптироваться, перейти на хаки и поменять подход. Буллера вскоре сместили (хотя он остался в Натале, но уже под началом Робертса), и война затянулась ещё на два с половиной года.

***********************
А ещё у меня есть канал в Телеграм с лонгридами, анонсами и историческим контентом.

Декабрь 1899 года. Южная Африка. Британская империя, над которой, как известно, никогда не заходило солнце, решила преподать урок маленьким бурским республикам на самом юге Африки. В Лондоне все были уверены, что к Рождеству джентльмены будут пить чай в Претории, вражеской столице. Ведь против них выступали обычные бородатые фермеры в широкополых шляпах, ибо даже само слово «бур» с голландского переводится как «крестьянин». Однако на деле у англичан случилась так называемая «Чёрная неделя», и сражение у Магерсфонтейна 11 декабря стало её закономерным итогом.

Британским корпусом командовал лорд Метьюэн, человек старой закалки, уверенный, что война — это шахматная партия, где фигуры ходят строго по правилам. Его визави, бурский генерал Коос Де ла Рей, правил не читал. Он понимал, что вести дуэль с британской артиллерией — гиблое дело. Обычно обороняющиеся занимали высоты — это аксиома военной тактики того времени. Но Де ла Рей приказал рыть окопы не на вершинах холмов, а у их подножия. Узкие, глубокие, тщательно замаскированные ветками и травой траншеи стали невидимой стеной.

Британцы, верные традициям, двое суток «обрабатывали» вершины холмов из всех калибров, включая мощные морские орудия. Лиддит рвал камни на вершинах, где не было ни души, а буры спокойно сидели внизу, попивая кофе и наблюдая за этим дорогостоящим фейерверком.

В ночь на 11 декабря разверзлись хляби небесные. Под проливным дождём, в кромешной тьме, элита британской армии — Хайлендская (Шотландская) бригада — выдвинулась на исходные позиции. Знаменитая «Чёрная стража», полки «Гордон» и «Сифорт» — все были там. Они шли плотной колонной, плечом к плечу, держась за верёвки, чтобы не потеряться в темноте. Генерал Эндрю Воучоп, командовавший бригадой, чувствовал неладное, но приказ есть приказ. Они должны были подойти к холмам, развернуться и на рассвете ударить в штыки. Но они опоздали. Они даже не знали, что идут прямиком в зону поражения.

Когда до бурских позиций оставалось метров четыреста, тьму разорвал поток огня. Это не было похоже на обычную перестрелку. Благодаря настильной траектории пуль (еще одно преимущество позиции у подножия), каждый выстрел находил цель. Плотный строй шотландцев развалился за считанные минуты. «Чёрная стража», шедшая в авангарде, попыталась прорваться, но угодила в колючую проволоку и, запутавшись в ней, стала ещё более лёгкой целью. Генерал Воучоп погиб одним из первых, сражённый залпом у самой проволоки.  Есть легенда, что его последними словами были: «Не вините меня, парни». Британская атака захлебнулась, не успев толком начаться.

К утру дождь прекратился, и пришла удушливая африканская жара. Выжившие солдаты лежали в грязи под палящим солнцем, не имея возможности поднять голову. Любое движение провоцировало огонь. Килты, предмет гордости горцев, сослужили им дурную службу: солнце сжигало незащищенные ноги до волдырей. Воды не было. Британская артиллерия, пытаясь помочь, либо била по своим же, либо продолжала бесполезно крошить камни на пустых вершинах холмов. И так — весь день.

К вечеру стало ясно, что наступления не удалось. Британцы, потеряв около тысячи человек, начали отходить. Буры, чьи потери были в разы меньше, не стали их преследовать — они были фермерами, которые защищали свою землю, а не профессиональными солдатами, жаждущими добить врага.

Сражение у Магерсфонтейна очень огорчило высокое начальство в Лондоне. Выяснилось, что храбрость и традиции бессильны против грамотной тактики и современного оружия. Генерал Де ла Рей показал миру лицо войны будущего — войны окопов, пулемётов и колючей проволоки. Войны, к которой Европа, как оказалось, была совсем не готова.

***********************
А ещё у меня есть канал в Телеграм с лонгридами, анонсами и историческим контентом.