Посмотрим на собачку с мягкими ушками и милой мордочкой. Маскарон на ограде дома № 3 на улице Смоленской (дом современный, но в стиле модерн). Должно быть, пойнтер. Вот Михаил Пришвин с такой собакой (кстати, писатель бывал у нас в Костроме, в Вёжах и даже хотел купить себе домик в костромских местах).

А это фотография из музея-квартиры уроженца Костромской губернии, знаменитого книгоиздателя Ивана Дмитриевича Сытина: его сын Дмитрий с пойнтером Пулькой. Видно, что это послушная, ласковая собака.
Но даже если архитектор поместил у входа в дом на Смоленской изображение любимого домашнего питомца хозяина, этот маскарон с головой собаки не так прост.

Петергоф, каскад «Шахматная гора», статуя бога подземного мира Плутона, у его ног трехголовый пёс Цербер. Цербер стерег выход из царства смерти, стоял на границе мира живых и мира мёртвых. Сравните с нашей костромской собачкой на ограде жилого дома, мордочка, ушки, на вид прямо одной породы. Собака эта тоже, как Цербер, находится на границе домашнего уютного мира и мира улицы, который может быть опасен. Так и положено маскарону, защищать жилище от злых сил.

А здесь у нас изразец печи палат бояр Романовых из Ипатьевского монастыря — собака с надписью «Не прикасайся ко мне». Изображение восходит к сборнику символов и эмблем Нестора Максимовича (Амбодика). Похожий образ. Хвост смахивает на змеиный, как у Цербера. Встречала трактовку пятен на теле собаки как признаков заболевания, язв. Якобы поэтому – «не прикасайся ко мне».
В XVII веке, при царе Алексее Михайловиче, эпидемия чумы выкосила население Костромы. Неслучайно церковь во имя святых бессребренников и чудотворцев Косьмы и Дамиана (на углу нынешних улиц Островского и Терешковой) носила название «на Гно́ище», то есть на месте, где складывали тела и хоронили умерших от чумы.
Тема страшной болезни, «моровой язвы», от которой нужна защита, отражена и в стенописи Ипатьевского монастыря. Из палат бояр Романовых направимся к входу в Троицкий собор, взойдём на крыльцо, посмотрим налево. Нимб вокруг пёсьей головы?! Здесь изображён святой Христофор. Согласно житию, он был безобразен внешне, а то и вовсе происходил из языческого племени псоглавцев (кинокефалов). Изображали его с собачьей или лошадиной головой.

Как писала искусствовед Светлана Сергеевна Каткова, «время создания наружной росписи собора не документировано и может быть установлено только с помощью анализа всех составляющих. Во-первых, роспись занимает только три стороны, осталась не расписанной западная сторона, хотя она выходит на площадку перед звонницей и церковью Рождества Богородицы. Это явно не является замыслом, тем более что в годуновском соборе росписи закомар были со всех четырех фасадов. Есть одно лишь объяснение. Осуществить замысел в полной мере в 1654 году помешала начавшаяся в сентябре «моровая язва», и роспись пришлось прервать, не дойдя до западного фасада. На откосе арки входа, слева, изображен Христофор с песьей головой, святой, которому молились за избавление от повальных болезней. Это тоже признак того, что поступь мора была уже слышна, и стремились оградить себя, выставив у входа Христофора» (Каткова С.С. Наружные росписи Троицкого собора Ипатьевского монастыря//Каткова С.С. Века и судьбы: сб. статей в 2-х т. Т.2.- С.29-73).
А теперь поищем таблички «Осторожно, злая собака», которые есть в любом городе. Собак каких пород здесь рисуют? Сторожевых, чаще всего больших овчарок.

В снегу стоит маленькая шетландская овчарка. Собачка моя, а калитка с табличкой чужая. За забором, скорее всего, нет никакой собаки, потому что мой Винни безмятежно фотографируется и никто на нас с ним не лает. Зачем тогда нужна табличка? Как у кота Матроскина, логика простая: «Человек подумает, что дома кто-то есть, и ничего воровать не станет».

Изображения собак у входа в жилище свою историю ведут из глубокой древности, вот мозаика у входа в помпеянскую виллу, сравните с костромскими современными изображениями собак, отгоняющих недобрых людей. Очень похожи. Как будто один автор, что в Помпеях, что на улице Глухой (черная собака с настороженными ушами, открытой пастью, высунутым языком).
На тихих улочках белорусского Несвижа сфотографировала подряд несколько смешных табличек с собаками, видимо, соседи «соревновались».