После того как Джо Фрэзер вышел из госпиталя, куда он попал после боя с Мохаммедом Али, новый чемпион мира, являющийся по совместительству дирижером, главным исполнителем и автором некоторых песен вокально-инструментального джаз-ансамбля с чисто боксерским многообещающим названием «Нокауты», отправился в турне по Европе. Но гастроли провалились, музыкальные критики оказались менее доброжелательны, чем спортивные обозреватели. Последний концерт проходил в огромном зале Дворца спорта в курортном итальянском городке Марина ди Каррара. В зале сидело всего человек триста. Начало концерта оттягивали - Фрэзер надеялся, что народ подойдет. Но количество зрителей не увеличилось. Джо вышел к микрофону, исполнил первую песню. Раздались бурные аплодисменты… одной женщины, жены исполнителя. Половина присутствующих встала и со вздохом покинула зал.

Так начался и закончился последний концерт ансамбля «Нокауты». Следствием этой музыкальной авантюры явились, образно говоря, 12 нокаутов, которые получили 12 импресарио, организовавших турне Джо Фрэзера в нескольких странах Европы, в частности в ФРГ и Италии. Все они потерпели жесточайшее банкротство, зрители чрезвычайно холодно приняли рекламное выступление боксера, демонстративно выказывая свое разочарование.

Впрочем, дело не только и не столько в музыке, сколько в том, что Фрэзер удивительно непопулярная личность. Он скорее известен благодаря тому, что Мохаммед Али проиграл ему, а не потому, что он, Фрэзер, выиграл у Али. Фрэзер - типичный представитель «молчаливого большинства», он всегда говорит и делает то, чего от него ожидают - так высказывается о нем американская газета «Дейли уорлд».

«Он неплохой парень, - пишет газета, - честный, не уклонялся от боя с Али, сознавая, что чемпионский титул, которым он владел, без матча с Али всерьез не принимался». Говоря о провале певческих гастролей чемпиона мира в Европе, «Дейли уорлд» подчеркивает: «Фрэзер в отличие от Али не завоевал сердец европейцев… ибо он не герой своего времени, с его именем не отождествляется борьба за решение мучительных проблем американского общества. Никсон приглашает Фрэзера в Белый дом, и он соглашается. Никсон знает, что Фрэзер не поставит его в затруднительное положение вопросами о его внутренней и внешней политике, о расизме или еще о чем-нибудь подобном…»

После гастролей Фрэзер вернулся в родную Филадельфию. Там он по вечерам выступал вместе со своим ансамблем в одном из кабаре.

Джо Фрэзер почти не расстается с гитарой. По его словам, главное свое призвание он видит не в боксе, а в музыке и, когда закончит свою карьеру на профессиональном ринге, целиком посвятит себя любимому занятию.

Джо - предпоследний из тринадцати детей в семействе Фрэзер. Вся семья живет на небольшой ферме, где занимается выращиванием ранней зелени.

- Когда мне было семь лет, - рассказывает Фрэзер, - с отцом случилось несчастье: он потерял левую руку. Я стал его левой рукой. Семилетним мальчишкой я умел управлять трактором, а в восемь - машиной. Всему, что я умею в жизни, меня научил отец.

От отца боксер унаследовал и любовь к механике, причем имеет солидные познания в этой области.

С боксом Джо познакомился довольно рано, как и многие негритянские мальчишки его возраста, но лишь в 17 лет он решил заняться этим видом спорта по-настоящему. Он весил тогда 105 килограммов, и это повлияло на его решение. Джо захотел сбросить лишний вес. Когда ему было 18 лет, на него обратил внимание менеджер Янки Дурхэм. Несмотря на неповоротливость и угловатость юноши, он увидел в нем задатки перспективного боксера, отметив прежде всего необычную физическую силу Фрэзера.

- Однажды, - вспоминает Янки Дурхэм, - в спортивный зал пришел неуклюжий парень, с виду сильный и с лишним весом. Первое время я не уделял ему много внимания. Дело в том, что в нашу школу непрестанно идет молодежь, которая, очень быстро столкнувшись с жесткими требованиями, покидает ее так же быстро. Но Джо действительно полюбил бокс. Он вставал в три-четыре часа утра и бегал кроссы. После небольшого отдыха шел заниматься в тренировочный зал. Он постоянно искал для себя нагрузки.

Неизвестно, как бы сложилась дальнейшая спортивная судьба Фрэзера, если бы не случай. При отборе кандидатов в олимпийскую сборную США он проиграл бой Бастеру Матису, но тот сломал палец, и на Игры XVIII Олимпиады в Токио поехал Фрэзер. Там он стал первым из четырнадцати тяжеловесов, завоевал золотую медаль, продемонстрировав значительное преимущество над соперниками. Как только самолет из японской столицы приземлился в американском аэропорту, к Фрэзеру подошли несколько человек и тут же предложили сделать бокс основной профессией. Фрэзер согласился бросить любительский бокс - ведь там он уже всего добился: стал олимпийским чемпионом, а чемпионатов мира среди любителей тогда не проводили.

Новоиспеченного профессионала взяла под свою опеку группа дельцов, организовавших акционерное общество, которое именует себя «Клоуверли инкорпорейшн» и вершит всеми делами боксера. Так что в известной мере Фрэзер - собственность этого общества, которое долгое время терпело убытки, но все-таки дождалось своего часа.

Дурхэм разработал специально для Фрэзера стиль, сообразный с его силой, - короткий удар, короткий шаг. Это означало, что Джо не может «танцевать» на ринге, раздавая время от времени, как это делает Клей, резкие удары. Фрэзер полностью согласен со своим тренером.

- Я не обладаю высоким ростом и поэтому должен вести бой другим способом, - говорит Джо.

Этот «другой способ» состоит в плотном приближении к партнеру, в пользующемся большой популярностью ближнем бою. Фрэзер делает ставку почти исключительно на нокаутирующий удар.

Его менеджер и тренер Дурхзм говорит:

- Фрэзер более всего напоминает Рокки Марчиано, но, пожалуй, удар у него еще сильнее. Никто и никогда не видел Марчиано раздававшим удары с такой силой, как Фрэзер.

Свои наиболее значительные победы на профессиональном ринге Фрэзер одержал над Оскаром Бонавеной, Бастером Матисом (которому проиграл на любительском ринге), Джимми Эллисом, и самая серьезная победа - над Мохаммедом Али.

Говорят, что Джо Фрэзер беспощаден к своим противникам и на ринге и в тренировочном зале. О своих партнерах для тренировок Фрэзер сказал следующее:

- Я стараюсь не брать в спарринг-партнеры белых боксеров: они не в состоянии устоять. Лично для меня все равно, белый партнер или черный, для меня важно не привыкнуть драться осторожно, и поэтому я не жалею партнера.

Как Джо Фрэзер относился к агрессии во Вьетнаме? Этот вопрос ему задавали довольно часто. Ответ на него вытекает из всего поведения Фрэзера. Никто и никогда не видел его в ряду борцов против грязной авантюры. А весной 1970 года в печати появилось сообщение, что Джо Фрэзер хочет посетить Северный Вьетнам для того, чтобы помочь в освобождении американских военнопленных. Джо Голдберг, представитель общества «Клоуверли инкорпорейшн», которое защищает интересы Фрэзера, заявил, что чемпион мира является членом организации под названием VIP. Цель этой организации - освобождение американских военнопленных из Северного Вьетнама.

- Мы начинаем действовать, - сказал Голдберг, - мы будем действовать через соответствующие каналы, и, если все пойдет хорошо, Джо хотел бы поехать в Ханой. Эта поездка будет выглядеть вполне естественно, так как Фрэзер является знаменитым американским спортсменом, и в Северном Вьетнаме ему будет оказано должное внимание. Джо не политик, - заявил далее Голдберг, - он поедет просто как американец, волнующийся за судьбу своих соотечественников. Политика здесь совсем ни при чем, и поездка Фрэзера в Ханой, которую он надеется приурочить к посещению американских солдат в Южном Вьетнаме, не отражает взгляда Фрэзера на эту войну. Это просто попытка освободить военнопленных.

Джо Голдберг сделал это заявление в Хьюстоне, где Фрэзер должен был провести показательный бой на призывном пункте. Не кажется ли удивительным такое совпадение - Клей впервые в Хьюстоне заявил, что никогда не примет участия в грязной авантюре во Вьетнаме, никогда не пойдет воевать на стороне рабовладельцев и агрессоров, а Фрэзер именно в Хьюстоне сообщает, что собирается поехать «навестить» американских военнопленных в Ханое? Вряд ли это совпадение случайно. Можно предположить, что Фрэзер специально выбрал такую линию поведения, которая вела его в сторону, диаметрально противоположную той, куда шагал в то время Кассиус Клей. И эта линия поведения одобрялась официальной Америкой. Фрэзер постоянно получает приглашения на все торжества в Белом доме, президент Никсон лично принимает его и даже фотографируется в его обществе.

Да, видно, не зря Клей называл нового чемпиона «дядей Томом».

«Бизнес большого ринга», Валерий Львович Штейнбах, 1982г.