Для большинства африканских городов такая привилегия, как развитый общественный транспорт, недоступна: метро – редкая роскошь, которая есть пока только в Тунисе, Египте, Нигерии и Алжире. Для более чем 1,5 млрд человек поездка на машине или мотоцикле – это не вопрос комфорта, а базовая потребность, и такси – неотъемлемый элемент жизни.

В Бамако (Мали), Дакаре (Сенегал) или Найроби (Кения) такси не конкурирует с метро – подземки там просто нет. Двухколесные вело- и мотоциклетные такси boda-boda в Восточной Африке и раздолбанные «мерседесы» в Северной и Западной – это зачастую единственная возможность приехать в пункт назначения вовремя.

По оценкам отраслевых аналитиков, объем сегмента заказа поездок через приложения в Африке продолжит расти. Но за этими цифрами скрывается парадокс: цифровые платформы не «поломали» традиционный рынок, а встроились в него. В отличие от Европы, где алгоритмы мобильных приложений такси диктуют цену для водителя и клиента, в Африке шофер – «свободный художник». Он принимает заказ, а через пять минут, выключив приложение, везет пассажира за наличные в два раза дешевле – без всякой комиссии. Половина пользователей обращается к таким сервисам минимум раз в неделю, их главный критерий выбора – возможность сэкономить.

Как результат, на этом рынке выживает не сильнейший, а «самый гибкий и дешевый», и сегмент доступных поездок в ряде стран заняли компании с российскими «корнями» – inDrive и Yango.

Находка для любителей поторговаться

Пять лет назад западные СМИ прочили Африку американскому агрегатору Uber и европейскому Bolt, которые работают по модели динамического ценообразования, централизованного диспетчерского сопровождения и строгих правил для операторов. Но неожиданно в ряде государств в лидеры выбилась компания, предлагающая совершенно иные правила работы и готовая подстраиваться под ожидания клиентов.

Международный сервис inDrive, разработанный бизнесменом российского происхождения Арсеном Томским, работает по децентрализованной модели: пассажир сам предлагает тариф, а водитель решает, соглашаться на него или нет.

За семь месяцев 2022 года inDrive прошла путь от старта в первом африканском городе Аруше (Танзания) до работы в Найроби (Кения), Йоханнесбурге и Кейптауне (ЮАР), писало в 2022 году издание Quartz: «При первом запуске в Танзании компания предложила водителям шестимесячный период без комиссионных, после чего, по оценкам, будет взимать всего 5-8% комиссионных. Это значительно ниже, чем у Uber (около 25%) или Bolt (около 15%)».

Исследование, проведенное Oxford Economics в сотрудничестве с inDrive, показало, что модель торга ведет к росту числа завершенных поездок, достижению более справедливых результатов и улучшению доступа к транспорту: в Египте 65% пассажиров и 43% водителей заявили, что совершают больше поездок именно из-за возможности торга, а в Марокко – 64% и 58% соответственно.

«Наш» конкурент Uber и Bolt

Разработанный командой «Яндекс.Такси» самостоятельный бренд Yango появился на рынке в 2018 году и сразу начал проникать в Африку. Но вместо того чтобы устремиться в высококонкурентную Нигерию, где уже присутствовали Uber и Bolt, он зашел в Кот-д’Ивуар – а затем в Гану, Сенегал, Камерун, Анголу, ДР Конго, Мозамбик, Замбию, Намибию, Эфиопию, Марокко, Конго. Позже сервис «прирос» целым ассортиментом цифровых услуг.

К 2025 году компания открыла стратегический центр в Абиджане (Кот-д’Ивуар) для координации операций в странах континента (головной офис фирмы размещен в Дубае).

Генеральный директор Yango Group Даниил Шулейко назвал это «новой главой в путешествии компании по Африке», подчеркнув, что их стратегия заключается в построении цифровых экосистем. Yango функционирует как платформа: компания не покупает машины и не нанимает водителей. Вместо этого местным таксопаркам предлагают софт для диспетчеризации, навигацию, платежный модуль.

В Кот-д’Ивуаре и Замбии Yango считается одним из лидеров рынка. Успех компании привлек даже крупных автопроизводителей. В сентябре 2025 года Yango Group открыла в Абиджане собственное автомобильное подразделение Yango Motors, которое призвано наладить поставки новых машин на местные рынки. Уже в ноябре стало известно о его партнерстве с китайским автогигантом Changan, который начнет завозить продукцию для обновления таксопарков в Западной Африке.

Секреты успеха

Формально у «наших» сервисов нет ни глобального бренда уровня Uber, ни долларовой подушки безопасности размером с ВВП небольшой страны – и тем не менее они преуспевают. Первая причина – это гибкость. Если Uber приходит в новую страну с жесткими тарифами и требованиями к классу авто, то inDrive и Yango разрешают торг и работают через локальные автопарки.

Второе – игра на теневом поле. Африканский транспорт – это огромная «серая» зона. Вместо того чтобы бороться с ней, Yango и inDrive легализуют ее через партнерство. Они не ломают бизнес местных автопарков, а дают им еще одну вывеску – цифровую.

Третье – это ставка на «второй эшелон». Пока крупные игроки бились за ЮАР, Кению и Нигерию – самые конкурентные рынки, inDrive и Yango заняли Западную Африку. В Гане, куда Yango пришел в 2019 году после Кот-д’Ивуара, он сначала закрепился в столице Аккре, потом в 2025-м провел пилотный запуск во втором городе страны Кумаси (3,8 млн жителей) и готовится к расширению.

Африканские вызовы

Хотя в целом все идет успешно, сервисы сталкиваются в Африке с вызовами, которые могут свести на нет преимущества гибкости. Показательный случай произошел в 2024 году в Того, где министерство транспорта приостановило работу Yango через несколько месяцев после запуска. Официальная причина – «опасения за безопасность пассажиров и соблюдение правопорядка»: сервис начал работу без авторизации и в нарушение процедур.

Похожая история была в Намибии. В 2025-м министр транспорта Вейкко Некунди заявил, что более 1,5 тыс автомобилей были заблокированы на платформе Yango за отсутствие лицензий и нужных документов у таксистов. Министерство даже провело внеплановую проверку в офисе компании, предупредив, что, если шоферы не приведут документы в порядок, платформу могут признать «пособником нелегальных операций».

Бывает, что и само местное законодательство еще не разработало решения для правового регулирования рыночной деятельности цифровых платформ, как, например, в Кот-д’Ивуаре.

Другой вызов – протесты таксистов. Водители традиционно не любят агрегаторы: в Кении и Нигерии не раз проходили забастовки против всех платформ с перекрытием дорог. Они обвиняют сервисы в том, что те присваивают значительную долю выручки и одновременно сдерживают рост тарифов на поездки, чтобы сохранять конкурентоспособность.

Перспективы на будущее

И в Yango, и в inDrive наверняка понимают, что удерживать водителя только поездками сложно, а зарабатывать лишь на комиссии малоприбыльно. Поэтому они взяли курс на разработку и внедрение всеобъемлющих мобильных приложений.

Yango превратился в многосервисную платформу, объединяющую пассажирские перевозки, доставку, навигацию, электронную коммерцию и цифровые платежи. Компания запустила программу Yango Fellowship по обучению молодежи цифровым навыкам, которая стартовала в Замбии и Кот-д’Ивуаре и готовится к масштабированию на еще шесть африканских стран.

В свою очередь, inDrive также расширяет спектр услуг. Помимо заказа такси через приложение, компания запускает междугородние поездки, курьерские услуги и грузоперевозки.

В целом, кейсы агрегаторов российского происхождения в Африке – это хороший пример адаптации. Он доказывает, что на развивающихся рынках побеждает тот, кто лучше понимает среду: где можно снизить цену, где – договориться, а где просто не мешать рынку работать так, как он привык. Сегодня Yango и inDrive уже стали заметной частью городской жизни во многих африканских столицах и закрепились в статусе системных игроков наравне с глобальными платформами.

Михаил Ильин

Источник: https://afrinz.ru/2026/06/sdelano-v-rossii-kak-onlayn-servis...

Эл № ФС77-86158 от 19 октября 2023 года

Круглый стол «Россия – Гана», организованный в рамках третьего дня работы ХVII международного экономического форума «РОССИЯ — ИСЛАМСКИЙ МИР: КАЗАНЬФОРУМ» 2026 Гано-Российским центром торговли и связей обратил на себя внимание экологов. В качестве основного спикер от Ганы был заявлен Его Превосходительство доктор Кома Стим Джеху-Аппиа, Чрезвычайный и полномочный посол Ганы в Российской Федерации. Обсуждались вопросы трудовой миграции, образования, добычи золота, Акваба…

Вольта – река в Гане. Протяженность около 1600 км, она впадает в Гвинейский залив Атлантического океана. Река жизненно важна для страны: она обеспечивает гидроэлектроэнергией, водой и служит важнейшим транспортным узлом.

Из слов докладчика можно было понять, что Гана добывает золото и ищет инвесторов для производства золотых слитков. Представитель Сбербанка заявил, что банк интересуется золотыми слитками. Деловая часть разговора получилась понятной и конструктивной. Эксперты «ЭкоГрада» с высокой вероятностью прогнозируют появление коммерческих контрактов после обсуждения.

Глава Центра торговли и отношений Гана-Россия Джон Агри заявил на форуме о намерении Ганы в три раза увеличить импорт российских удобрений для нужд фермеров.

Также в ходе круглого стола была упомянута Акваба. Эта фраза связана с трагическими событиями в Южной Африке, совершенно недавно. Как сообщалось, власти Ганы приняли решение эвакуировать 300 жителей из Южной Африки в связи с нападениями на уроженцев страны.

Глава МИД Ганы Сэмуэль Окудзето Аблаква сообщил: «Президент Ганы Джон Драмани Махама дал президентское одобрение для немедленной эвакуации 300 жителей Ганы из ЮАР. Ранее эти граждане Ганы, оказавшиеся в бедственном положении, выполнили рекомендации МИД и зарегистрировались в Верховной комиссии Ганы в Претории для эвакуации после новой волны ксенофобских нападений».

Аблаква отметил, что правительство Ганы продолжит обеспечивать защиту и благополучие всех граждан страны как на родине, так и за ее пределами.

В мае 2026 года власти Южной Африки опровергли обвинения Ганы в ксенофобных нападениях на граждан африканских стран.

РБК выделил несколько ключевых тезисов обсуждения в рамках круглого стола.

Гана заинтересована в сотрудничестве с Россией и, в частности, с Татарстаном, сообщил Джон Аггрей: «Мы пришли к выводу, что Татарстан – это то самое место, которое очень привлекает нас. Мы, безусловно, рассматриваем перспективы сотрудничества с республикой в дальнейшем».

По его словам, самым перспективным направлением для сотрудничества с Россией Гана считает сферу образования. Страна фокусируется на программах в инженерии и сельском хозяйстве.

Гана находится в Западной Африке. На ее территории проживают порядка 35 млн человек. Главным сектором экономики, на который приходится больше трети валового внутреннего продукта, является сельское хозяйство. Четверть ВВП занимает промышленность.

О том, что у стран Африки растет интерес к республике, в интервью журналистам глава Агентства инвестиционного развития РТ Талия Минуллина. По ее словам, многие их них направляют в регион бизнес-миссии: «Мощнейший интерес к Татарстану мы видим со стороны стран Африки. Он начал растили после саммита БРИКС: многие африканские государства начали направлять к нам бизнес-миссии, интересоваться и выстраивать торговые и логистические пути. Они наконец-то нанесли Татарстан себе на карту. Африканские рынки с учетом эффекта низкой базы быстро растут, в них вкладываются многие инвесторы из стран Персидского залива, там же активен и Китай».

Гана является одним из источников трудовых ресурсов в регионе Западной Африки, хотя она также привлекает мигрантов из соседних стран.

Значительное число граждан Ганы эмигрирует в поисках работы, особенно в страны Европы, Северной Америки, а также в другие африканские государства.

Экономика Ганы значительно зависит от экспорта какао-бобов и золота, и подвержена колебаниям цен, что создает неустойчивость на рынке труда.

Трудовые мигранты играют важную роль в экономике страны, отправляя денежные переводы на родину. Эксперты отмечают, что в стране наблюдается высокая доля занятых в неформальном секторе (около 75% несельскохозяйственной рабочей силы), что стимулирует поиск лучшей занятости за рубежом.

Уточняется, что Гана выступает как донором, так и получателем рабочей силы, но в контексте международной миграции она часто рассматривается как источник низкоквалифицированных кадров и потребитель квалифицированных кадров

Устроители Форума сообщили, что Гана — один из самых стабильных и динамично развивающихся демократических государств Западной Африки. Запасы золота, нефти, газа, какао и растущий средний класс делают ее не просто интересным партнером, а стратегическими воротами в субрегион. До сих пор российский бизнес уделял Гане явно меньше внимания, чем она заслуживает. Этот круглый стол призван исправить ситуацию.

Впервые на одной площадке собираются ключевые игроки, формирующие экономические отношения между Россией и Ганой.

Это попытка запустить первый в истории системный диалог Россия — Гана на уровне бизнес-практиков, а не только дипломатов.

Ключевые вопросы, требующие ответов определены.

Что Гане нужно от России прямо сейчас: инвестиции, технологии, образование или политическая поддержка? Центр содействия инвестициям Ганы (GIPC): какие преференции реально получить российскому инвестору и как быстро?

Где российские технологии могут закрыть потребности Ганы — в генерации, сетях или ВИЭ? Сколько студентов из Ганы готовы принять российские вузы по квотам и контрактам?

Как структурировать сделки между Ганой и Россией в текущих условиях (валюта, банки-корреспонденты, клиринг)?

Ранее президент Ганы Джон Драмани Махама, выступая в ООН, поднял вопрос репараций за рабство и обращал внимание на проблему искажения исторической памяти.

Кстати, Министерство иностранных дел России раскритиковало позицию стран, которые не поддержали резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН о признании рабства преступлением против человечности.

В ведомстве заявили, что такое решение свидетельствует о двойных стандартах и нежелании отдельных государств брать ответственность за своё историческое прошлое.

Документ был предложен Ганой при поддержке Африканского союза. В Москве подчеркнули, что его принятие могло бы способствовать восстановлению исторической справедливости и усилению борьбы с последствиями колониализма. Россия поддержала инициативу.

Игорь Солонцов

Подробности

Категория: Эко экономика

В 1955 году Билл Браун вместе со своими коллегами из компании Freeman Fox, Гилбертом Робертсом и Колином Блэквеллом, работал над проектированием моста Адоми — арочного моста с ферменной конструкцией, перекинутого через реку Вольта у плотины Акосомбо в Гане. Он провел десять месяцев, живя в Гане и работая на стройплощадке. Ему это очень нравилось, несмотря на то, что он заболел лихорадкой денге и его пугало зрелище крокодилов, плавающих в реке вокруг места строительства. Двухшарнирный подвесной автомобильный мост имел длину 334 метра и представлял собой однопролетную стальную арку. Из-за присутствия крокодилов секции моста устанавливались на место боком, поднимались и опускались на наклонных подвесах.

Для моста Адоми была создана классическая ферменная конструкция. Проект предусматривал использование высококачественной марганцевой стали для сварных соединений, что стало новым подходом по сравнению с более распространенным использованием низкоуглеродистой стали. Строительство прошло успешно, и мост через реку Вольта был открыт в 1957 году, получив международное признание.


Монета Республики Ганаю 1 песева 2007г.
Аверс - герб и название государства, год.
Реверс - номинал и мост Адоми, пальма.
17 мм диаметр, монетный двор Оттава, Канада. Сталь с медным покрытием.