все просто - вы (Ж) заставляете человека (М) делать то, что он делать не хочет и считает ненужным. но из вежливости говорит любимой не "иди нахуй, дура", а "сделаю это чуть попозже."
причем в 90% случаев это действительно не нужно и идет по принципу "а чо мужик без дела сидит", также часто вы спокойно можете сделать это сами
Намедни совершила открытие, призванное всенепременно совершить революцыю в сфере МПО. На меньшее - не согласная ;)
Ломается масса копий на войне полов. М и Ж десятилетиями выясняют, кто - прав, кто - виноват. В итоге, искусав и покалечив друг друга, человеки обоих полов склоняются к одиночному плаванию.
Главная претензия мущщин - женский мозговынос. М готовы смириться с невкусной едой, неглаженными рубашками, турецкими сериалами и прочими женскими косяками. И только МОЗГОВЫНОС - невыносим. Именно из-за него М уходят в запой, не хотят возвращаться домой после работы, сбегают на рыбалку, ложатся в больницу, выписывают леща, уходят в булочную и не возвращаются...
Я всегда осуждала базарных брехливых баб, которые поднимают визг по любой мелочи, изводят своих мужиков, доводят их до белого каления, до рукоприкладства, до развода, до инфаркта... Сама с детства была спокойной, тихой, молчаливой, бесконфликтной. Каково же было моё изумление, когда за мозговынос предъявили МНЕ!
И тут я призадумалась [что бывает со мной не часто))]. А что собственно я сказала не так? А я всего лишь напомнила мужчине о его обещании, данном полгода назад.
[Примеры обещаний:
"Вот потеплеет - и покошу траву на даче"
"Вот похолодает - и будем смотреть сериалы"
"Вот получу зарплату - и пойдём в кино/ поедем в Ялту/отметим свадьбу"
"Вот выздоровлю - и починю кран/прибью полку/привезу тёщу"
и т.п.]
Прошумело полгода. Уже не один раз потеплело и похолодало, мы болели и выздоравливали, богатели и беднели, но заявленных мероприятий не происходило.
Напомнила раз, другой, третий, четвёртый (с интервалом примерно в месяц).
Варианты реакций (по возрастающей):
"конечно, милая, завтра всё будет"
"так и быть, на следующей неделе"
"я устаю, не напрягай"
"да ты заебала со своим МОЗГОВЫНОСОМ!!!"
И тут пришла пора разобраться, кто тут прав, кто виноват.
Есть 2 варианта мужских обещаний:
1) мужчина сам искренне верит в то, что сделает намеченное, когда будут подходящие условия (погода/зарплата/здоровье).
Но
а) этот момент может никогда не наступить
б) момент наступил, а мужчине - лень/перехотелось/нет настроения
Должен ли М переступать через своё нежелание и выполнить, раз пообещал? Те Ж, кто считает, что - должен, начинают попиливать своих М, от этого нежелание М возрастает, он начинает ещё более усиленно отмораживаться от выполнения, Ж ещё сильнее возмущаются и так далее до скандала/мордобря/развода.
Должна ли Ж чутко отнестись к его нежеланию, махнуть рукой и сказать "да и пох на эту траву/кино/свадьбу, не очень-то и хотелось! Не парься, милый, вот тебе пивка".
А если женщине очень-очень хотелось? И она считала дни до потепления/выздоровления/зарплаты? А если за нескошенную траву их оштрафуют? А если у неё ужеожоги от кипятка из неисправного крана?
Я утрирую, конечно, но так ярче подсвечивается проблема, которую мы обсуждаем...
2) М изначально и не собирался осуществлять обещанного, а тупо купил обещанием её сиюминутное расположение?
И даже тут мы не можем однозначно назвать его мудаком, ибо его обман [люблю/трамвай куплю] обусловлен природой, физиологией, инстинктами (употребляю это слово в ненаучном контексте, а то щас набегут учёные;)), и в порыве вдуть этой прелестнице у него отключается моСК...
Подводя итоги написанному:
Я не могу осуждать М за невыполнение обещаний.
Я не могу осуждать Ж за напоминание об этих обещаниях.
Всем - приятного понедельника!
П.с. мой ник - это адрес в ТГ и ВК. Заглядывайте!;)
Из недавнего интересного по дежурству, прихожу на дежурство (суточное дежурство у нас с 9 до 9 утра), а там в операционной вовсю качают и стукают током бабушку, отправил дежурного врача на линейку, пошел в операционную. Коротко итог случая (кому лень все читать и смотреть): 95‑летняя пациентка с первичным ИМ с подъёмом ST, клинической смертью и успешной реваскуляризацией ПМЖА с переходом на ствол ЛКА, с последующей стабилизацией на фоне исходно крайне тяжёлого состояния и СПОН.
Далее тезисно:
Исходные данные:
Пациентка 95 лет, длительно живущая дома, практически не выходящая из квартиры около 6 лет из‑за слабости в ногах, проживает с внучкой.
Многолетняя артериальная гипертония, операции в анамнезе (холецистэктомия, резекция желудка по поводу язвенной болезни), вредных привычек нет, постоянной терапии фактически не принимает.
Когнитивные нарушения (ЦВБ, ХИМ 2 ст.), потребность в постороннем уходе.
Дебют инфаркта и догоспитальный этап:
В 05:00 23.07.26 впервые в жизни возникает интенсивная загрудинная боль покоя с иррадиацией в спину, затяжной ангинозный приступ. Через пару часов внучка вызывает скорую помощь.
Бригада СМП фиксирует АД 100/70 мм рт.ст., ЧСС 74/мин, вводит морфин 10 мг в/в, АСК 150 мг, клопидогрел 300 мг.
Пациентка доставлена в клинику с подозрением на ОКС с подъёмом ST
Поступление в стационар и первичное обследование
При поступлении (8:16): состояние средней тяжести, сознание оглушено (морфин), когнитивные расстройства, гемодинамика относительно стабильная (АД ~110/70 мм рт.ст., ЧСС 80/мин, SpO₂ 95%).
ЭКГ: синусовый ритм, отклонение ЭОС влево, элевация ST до 12–13 мВ в I, aVL, V2–V6, реципрокная депрессия ST в II, III, aVF — картина ИМ с подъёмом ST передне‑перегородочной, верхушечной и боковой стенки ЛЖ.
Выставляется диагноз: ИБС, ОКС с подъёмом ST передне‑перегородочной, верхушечной, боковой стенки ЛЖ, Killip I (на момент первичного осмотра), решается вопрос о неотложной КАГ с намерением первичного ЧКВ, информированное согласие получено.
Клиническая смерть перед началом процедуры
При транспортировке в рентгеноперационную (08:28) у пациентки развивается клиническая смерть: по монитору — фибрилляция желудочков.
Проводится расширенная СЛР: внешний массаж сердца, серия разрядов дефибриллятора (200, 150, 200 Дж), амиодарон 150 мг в/в, два болюса адреналина по 1 мг, интубация трахеи, переход на аппаратную ИВЛ.
В 08:45 восстанавливается спонтанная сердечная деятельность, ритм синусовый с ЧСС ~110/мин; пациентка остаётся на ИВЛ и высоких дозах норэпинефрина.
Коронарография и ЧКВ
КАГ выполняется в 8:59, правый лучевой доступ (ввиду выраженной гипотонии пункция под контролем УЗИ)
Ангиографический диагноз: правый тип, острая устьевая тромботическая окклюзия ПМЖА (TIMI 0, индекс тромбоза TIMI 5), остальные сегменты ЛКА и ПКА без значимых стенозов.
На фоне продолжающейся вазопрессорной поддержки и ИВЛ выполняется тромбаспирация: 4 аспирации, извлечено значительное количество красных тромбов, кровоток улучшен до TIMI 2, индекс тромбоза снижен до 2.
После ТА выявляется критическое поражение границы среднего и дистального сегмента ПМЖА (90–95% стеноз), принимается решение о прямом стентировании поражённого сегмента и проксимального сегмента ПМЖА с выходом в ствол ЛКА.
Имплантированы два стента: без осложнений на этапе имплантации; финальный кровоток по ПМЖА TIMI 2–3.
Снято на фоне шока, поэтому всего одна проекция, чтобы не "усугублять"
Ранняя послеоперационная динамика и органная дисфункция
Диагностируется кардиогенный шок, состояние после клинической смерти и рецидивирующих эпизодов ЖТ/ФЖ, на фоне аппаратной ИВЛ и высоких доз норэпинефрина (до 1,7 мкг/кг/мин) формируется СПОН: церебральная, дыхательная, почечная.
ЭХОКГ: ФВ ЛЖ 45%, выраженная нарушенная локальная сократимость (гипо‑/акиназия передне‑перегородочных и апикальных сегментов), СДЛА 43 мм рт.ст., лёгочное застойное состояние подтверждается рентгенографией (застойные изменения в лёгких).
Лабораторно: выраженный стрессовый лейкоцитоз (15,24·10⁹/л), гипергликемия до 20,1 ммоль/л, повышение креатинина до 130,7 мкмоль/л, рост КФК‑МВ и тропонина T (0,096 нг/мл, затем более 2 нг/мл) — маркеры обширного миокардиального повреждения на фоне ИМ.
Интенсивная терапия и стабилизация
Проводится комплексная интенсивная терапия: вазопрессорная поддержка норэпинефрином с постепенным снижением дозы (с 1,7 до 0,8–0,9 мкг/кг/мин), ИВЛ в режиме SIMV, антитромботическая терапия (АСК, клопидогрел), высокодозовая статиновая терапия, гастропротекция и метаболическая поддержка.
В течение первых суток состояние остаётся крайне тяжёлым, затем отмечается стабилизация гемодинамики, улучшение газообмена, рост диуреза, перевод с глубокого уровня седации к ясному сознанию, без повторных ангинозных приступов.
На вторые сутки состояние расценивается как средней тяжести, стабильное: пациентка в ясном сознании, без болевого синдрома, диурез сохранён, показатели гемостаза и электролитов контролируются, терапия проводится без дополнительных эскалаций.
Итоговый вывод
Окончательный диагноз: первичный ИМ миокарда с подъёмом ST передне‑перегородочной, верхушечной и боковой стенки ЛЖ, Killip IV, осложнённый кардиогенным шоком, клинической смертью и рецидивирующей желудочковой аритмией; успешная КАГ с первичным ЧКВ — тромбаспирация и стентирование ПМЖА с выходом в ствол ЛКА, достижение удовлетворительного коронарного кровотока (TIMI 2–3) на фоне крайне высокого хирургического и анестезиологического риска.
Этот случай демонстрирует возможность инвазивной стратегии и полноценной первичной реваскуляризации у пациента глубокой старческой возрастной группы с полиморбидностью и СПОН (полиорганная недостаточность), при скоординированной работе бригады (кардиологи, реаниматологи, функциональная диагностика, рентгенологи).
КАГ и ЧКВ выполнял автор (люблю такие случаи "на грани" делать). Времена процедуры: Время КАГ: 8:59 Время начало ЧКВ (проводник): 9:04 Время окончания процедуры: 9:17. Флюороскопия 6 м 30 сек.
PS в прошлом году самый молодой пациент с инфарктом был 21 год, а самый пожилой 93 года. В этом году уже есть 95 летняя с успешным исходом.
И еще: я не отвечаю за медицину всей РФ, у нас вот так. ===================== UPD: в связи с некоторыми комментариями - типа зачем в 95 лет что то делать и вообще жить? Интересно мнение - какой возраст уже не нужно лечить? 70, 75, 80, 85, 90, 95, 100 и тд.? Для примера - вызывает скорую бабуля 86 лет - ей говорят - поздно уже, помирайте дома, жить вам уже незачем.. Какой возраст "отсечки" при условии ясного сознания у пациента и адекватных родственников?
Актриса сообщила, что ее ничего не беспокоит. Она поблагодарила врачей и отметила улучшение. Ренее в феврале 2026 года актриса перенесла приступ аритмии и вызывала скорую помощь, но вскоре ее самочувствие улучшилось. Весной 2025 года она перенесла плановую операцию на сердце, после которой наблюдалась у врачей.
Учёные из Австралии и ряда научных центров впервые получили убедительные доказательства того, что человеческое сердце после инфаркта не полностью “выключает” способность к восстановлению. В образцах сердечной ткани пациентов, перенёсших операции, они обнаружили признаки деления кардиомиоцитов — то есть появления новых мышечных клеток там, где раньше считалось возможным только образование рубца. Это означает, что даже после серьёзного повреждения сердце может запускать очень слабый, но реальный процесс регенерации, хотя он и недостаточен для полного восстановления органа.
Для будущего это открытие крайне важно, потому что оно меняет саму логику лечения инфаркта: вместо идеи “потери навсегда” появляется направление усиления естественной регенерации. Если учёные смогут научиться управлять этим процессом — например, активировать деление клеток или снижать образование рубцовой ткани, — это может привести к созданию терапии, которая частично восстанавливает сердце без трансплантации и сложных операций. По сути, это шаг к регенеративной кардиологии, где повреждённые органы не просто лечат, а помогают им “отращивать” утраченные клетки.