Коле нравится проводить пальцами по плоской поверхности живота, покрытого нежным подростковым пушком, и обводить примерные расположения органов. Прикосновение к особям мужского пола намного приятнее — он любит ровность, а не выпуклости и формы. Они сбивают, затрудняют доступ, да и чаще всего женщины, если уж мы говорим о взрослых, намеренно лишают себя всех волос, а Коле этот пушок нравится. Взрослые мужчины, напротив, порой обрастают таким покровом, что эстетически их тело выглядит ну совсем безобразно. Ему нужен баланс.
Коля никогда не делает больно живому человеку. Никогда не делает надрезы на том, кто ещё дышит — это негуманно. А ощущение безвольного существа под своими руками дарит необычайное чувство восторга, азарта и удовольствия от контроля. Контролировать — его главная цель в жизни. Мысли о том, чтобы поддаться судьбе, чужому доминированию, послушаться, покориться и поступить так, как того желает вселенная в лице кого бы то ни было, его отталкивают и вызывают отвращение. Есть люди, рождённые подавлять. С одной стороны — все стремятся подавлять, такова человеческая природа, с другой стороны — есть те, у кого это стремление сочетается с умениями, и тот, кто тянул за ниточки, перевязывает эти ниточки через себя. Порой невольно. Это называется "манипуляция".
Но Коля не любит обманывать. Он не договаривает, он не касается темы, но и не врёт. А порой и высказывает откровенный нестандартный интерес к чужой плоти, и кто-то соглашается.
Согласился и он. Коля не уверен в том, что парень осознавал, на что именно идёт, но он не несёт ответственности за чужое восприятие. Кто-то понимает сразу, кто-то — нет, кто-то не поймёт больше никогда.
Коля не спешит браться за дело, ему никуда не надо и парнишка никуда не денется. Он пока жив и в сознании. Глаза закрыты, потому что стесняется, кожа покрывается мурашками от щекочущих прикосновений.
Коля знает, что легко только на словах, но это стандартная процедура. Ему необязательно расслабляться, честно говоря. Напряжение в мышцах звучит по-особенному — хрустяще, но обычный хруст рассыпчатый, многочисленный, а этот хруст цельный, он не растекается, не разбегается в разные стороны.
Коля спускается ладонями вдоль талии и сжимает бока, вдаливает пальцы, оставляет ежевичные полосы, чувствует это напряжение, заставляющее тело слегка приподниматься вверх, ёрзать, сдавливать в горле мычание.
Он никогда не убивает жестоко и грязно. Это негуманно. Он старается максимально нежно обойтись с телом, чтобы не было никаких внешних изменений. Для этого подходит отравление определёнными газами или препаратами. Иногда он пользуется методом удушья, очень редко — холодным оружием. Зависит от уровня красоты тела. Несомненно, любое создание совершенно, но порой есть те, кто в его глазах кажется чуть более идеальным, чем другие.
Парень был именно таким. Смотря на него, на дрожь ресниц, невольные сгибы в коленях, лёгкую щёлочку между губ для дыхания, Коля даже и думать не стал об оружии. Это варварство.
К счастью, Коля подготовился заранее. Коля заприметил парня давно и понимал, что тут нужен мягкий подход. Синильная кислота — лучший вариант, который можно было придумать.
Коленьке, конечно, пришлось попотеть. Он выехал за город, подальше, в свою охотничью хижину. Для производства цианида натрия нужен карбонат натрия. Его можно легко получить, как следует прокалив столовую воду. Да и реакцию нужно проводить на открытом воздухе, ибо в процессе приготовления адски воняет аммиаком.
Обычно он разжигает костры, температура которых доходит порядком до семисот градусов — с помощью хороших углей этой температуры достичь не так сложно.
В огнеупорной посуде, — охотничья хижина досталась Коле от деда и в ней полно такого добра, — он расплавил карбонат натрия и мочевину, потом, когда запах аммиака ослаб, он остудил получившуюся смесь, стёр в порошок, смешал в актированным углём, вновь нагрел, отфильтровал, залил спиртом, помешал, дал как следует настояться, слил спирт и получил драгоценный цианид.
Оставалось залить в мешочек уксусную эссенцию — и готово.
Он обошёл стол на колёсиках, продолжая проводить по телу одной ладонью, встал позади и взглянул вниз. Под тонкой кожей слегка фиолетового оттенка из-за выделяющихся вен бегают глазные яблоки.
Коля взял с полки рядом мешок, залил уксус и сразу прижал к его ноздрям, пряча нос в ткань рукава. Парень даже не успел дёрнуться — это самое прекрасное. Коля не сделал ничего, что могло бы ему навредить. И теперь имеет полную власть, ничем не омрачённую.
Он затянул мешок и бросил в раковину, продолжая утыкаться носом в рукав, взял стол за бортик и повёз в другую комнату, плотно запирая за собой дверь. Там должно проветриться.
Коля проверил пульс. Ещё есть время.
Он достал из кармана вишнёвый тинт, провёл подушечкой пальца по своим губам и наклонился. Прикосновения были горячими и влажными, следы от поцелуев казались неземными, расцветали алыми лепестками на коже, были уместными, аккуратными, идеальное расстояние между каждым преклонением. Коля так говорил — люблю. До безумия нежно, страстно и красиво люблю.
Если вам интересно прочитать ещё что-нибудь из этого сборника — @zombiepuppy666 в телеграме
