0 просмотренных постов скрыто
Фаворит очевиден
Показать полностью
1
Масло для ЖКТ: как это работает?
До 10% компонентов эфирных масел проходят через кожу и попадают в кровоток.
Накожное нанесение – оптимальный вариант, когда мы хотим «доставить» эфирное масло к определённым органам.
И цифры в 10% более чем достаточно для эффекта. На самом деле нашему телу не надо много – напротив, высокие дозировки могут снижать эффективность и вызывать негативные симптомы.
А если мы обращаемся с телом бережно и корректно, то получаем тот результат, на который рассчитываем.
Это работает!
Итак, эфирные масла проникли в организм к органам ЖКТ. Что они могут?
Расслабить гладкую мускулатуру и снять спазмы, нарушающие процессы пищеварения.
Поддержать печень (антиоксидантное действие) и улучшить детокс.
Активировать лимфоток, помочь при запоре, вздутии, изжоге, рефлюксе.
Больше узнать о пользе эфирок для ЖКТ можно по ссылке.
Это – работа напрямую с симптомами боли, запоров, несварения.
Состояние улучшается здесь и сейчас!
Но это ещё не всё.
Эфирные масла также работают с одной из самых частых причин нарушения работы ЖКТ.
Нервная система и органы пищеварения тесно связаны: они буквально совместно работают над перевариванием пищи. Именно нервная система запускает процесс, подсказывая телу: сейчас время бежать и драться – или лежать и переваривать. Если нервная система не даёт нужного сигнала, поступающая пища не обрабатывается должным образом.
Это встречается сплошь и рядом: в современном мире стресс у каждого первого, и пока мы пытаемся засунуть в себя обед, окружённые ноутбуком, дедлайнами и коллегами, о каком спокойном переваривании может идти речь?
Эфирные масла в составе «масла для ЖКТ»:
Снижают стресс (острый и фоновый).
Расслабляют не только мускулы, но и нервную систему.
Улучшают настроение и даже повышают качество сна.
Пока наносите масло на тело, вы уже вдыхаете аромат, и этого достаточно для эффекта.
Но спорим, что вы ещё точно приложите ладошки к носу и подышите?
Мы знаем это, потому что аромат у масла просто чудесный, свежий и вдохновляющий.
Что же там за масла?
Апельсин, бергамот, лаванда, ромашка, майоран, кардамон, имбирь, лавр.
Свежая, цитрусово-зелёная, с нотками цветов и специй композиция.
Важно!
Продукт масляный, но он абсолютно комфортен в применении. В основе – фракционированное кокосовое масло, которое моментально впитывается и не оставляет плёнки. Вы можете нанести масло на живот после душа и уже через несколько минут надеть одежду.
Фокус-группа подтверждает, что после применения масла для ЖКТ:
Появляется лёгкость в животе.
Проходит чувство тяжести и напряжения в кишечнике.
Уменьшается вздутие.
Выравнивается общее состояние – дыхание становится ровным, эмоции успокаиваются.
Улучшается сон.
Реклама ООО ТК «Аромашка», ИНН: 7733751674, erid: 2Ranymf2eKt
Показать полностью
2
Очаровательный кишечник
Знаете, по образованию, да сказать честно, и по жизни, я - биолог. Ну и химик еще немножко. Да в придачу к этому еще и учитель биологии. Ну и химии немножко.
Химию в школе дети терпеть не могут. К биологии относятся как к пустому и бесполезному предмету.
И, как это не обидно, вся нелюбовь к химии и бесполезность биологии переносится и на учителя.
Сложно всё… А что делать? А НАДО что-то делать!
А вот взяла, да и прочитала книжку Джулии Эндерс “Очаровательный кишечник. Как самый могущественный орган управляет нами”.
… И теперь тему “Пищеварительная система” в разделе анатомии преподаю именно с этой точки зрения. И знаете, загораются глазенки-то у моих подопечных. Загораются яркими огоньками.
И эти огоньки, они знаете как согревают! Вот прямо чувствую свою нужность и полезность. А это, видимо, как раз то, что мне жизненно необходимо.
Знаете, что такое пищеварение? Вот и школьники уверены, что это “положил в рот еды, пожевал, проглотил, там внутри что-то произошло/переварилось, сходил в туалет. Всё!”
А то, что этот орган управляет нами, причем еще до нашего рождения? А то, что он влияет на все мыслительные процессы? А то, что именно от работы кишечника зависит наш иммунитет? И даже настроение - депрессия, апатия или “лётушком летаю”?
Многие подростки уверены, что прыщи на коже - это нормально в их возрасте. И, когда узнают, что на 99% их проблемы связаны с питанием, с кишечником, очень сильно удивляются.
Джулия Эндерс легко и непринужденно рассказывает, как правильно ходить в туалет, как работают сфинктеры прямой кишки. Ни сколько не стесняясь, она пишет об очень деликатных вещах. О которых честно говоря, редко кто задумывается.
И знаете, читается легко. И стыдно не становится. И, когда начинаешь рассказывать про пищеварение с точки зрения Джулии Эндеос, никто глаза в пол не опускает.
Приходит понимание проблемы, а значит и её решение.
Да. Вот такая книжка. Интересно-полезная.
А что дальше? А дальше “Чертоги разума” Андрея Курпатова. Как устроен мозг. И самое главное - как он работает.
Детей надо удивлять. Самой надо удивляться.
И вообще, когда на лице появляется удивление - жизнь продолжается.
Показать полностью
1
Моя еда
Из-за какой-то непонятной труднопроходимости еды, я не могу есть быстро. Прием пищи занимает часа два. Но из-за сильных болей в позвоночнике (от вертикального положения), и болей в "седалищных костях" (от давления на них во время сидения), мне трудно долго сидеть. Поэтому половину времени кушаю лежа. Но так как у меня нет зубов, то мне ещё нужно тщательно измельчать всю принимаемую пищу (и вилкой, и ложкой). Но я не могу измельчать её лежа. Поэтому, приходится во время измельчения еды сидеть. Но и быстро измельчать я её тоже не могу, так как очень сильно болят кисти рук (больно давить на ложку). Даже измельчение мягкой каши или хлеба, превращается для меня в настоящую пытку. Приходится делать перерывы. И вот так, то сидя, то лёжа, то лёжа, то сидя, я каждый день осуществляю свой жизненно необходимый процесс.
А с недавнего времени добавилось ещё и сильное затруднение дышать носом (что очень мешает во время еды), а из-за появившихся недавно, сильных проблем с шейным отделом позвоночника - боль при каждом, каждом, каждом глотании.
Кислота и клевер
Вы смотрите на зеленый луг. Пестрые бабочки, ласковое солнце, журчание ручья. Посреди этой пасторали стоит она. Корова. Жует свою траву, смотрит на вас большими влажными глазами, полными вселенской кротости. Вы думаете: «Какое глупое, мирное, травоядное создание».
Сорвите эту декорацию. Выбросьте из головы сказки про деревню. Перед вами не животное. Перед вами беспощадная, безупречно отлаженная корпорация по отмыванию низкосортного сырья. Это теневая империя, построенная на тотальной эксплуатации, обмане и массовом геноциде, возведенном в ранг абсолютной биологической нормы.
Давайте разберем эту схему по частям.
На входе у нас трава. Мусор. Жёсткая целлюлоза, пустая порода. В ней нет того белка, из которого можно слепить мышцы, кости или хотя бы каплю молока. Если вы начнете питаться травой, вы умрете в агонии от истощения. Но наша героиня берет этот мусор и конвертирует его в премиальный животный протеин, в мышечную массу, в белое золото — молоко.
Как? Магия? Нет. Грамотный аутсорс и рабский труд.
Шаг первый. Вербовка.
Корова вообще не ест траву для себя. Это гениальный фронт-офис. Она загружает эту зеленую труху в свой первый желудок — рубец. Представьте себе подземный бункер объемом в двести литров. Темнота. Влажность. Пульсирующие стены, температура как в тропическом аду. И там, в этой биологической промзоне, живут они. Рабочие. Миллиарды, триллионы бактерий, инфузорий и грибков.
Эти микроскопические пролетарии абсолютно уверены, что сорвали джекпот. На них сверху непрерывно падает еда. У них тепло. У них идеальная среда. Им кажется, что они хозяева жизни. Они набрасываются на жесткую клетчатку, рвут ее на части, ферментируют. Они размножаются в геометрической прогрессии, строя свои микроскопические тельца из жалких крох азота, спрятанных в траве. Они синтезируют идеальный белок. Они думают, что строят великую цивилизацию в недрах теплого, заботливого бога.
Но бог не заботлив. Бог расчетлив.
Шаг второй. Поддержание иллюзии.
Чтобы система не рухнула, корпорация должна контролировать среду. Бактерии в процессе работы выделяют кислоты. Если их станет слишком много, рабочие задохнутся в собственных отходах, захлебнутся в токсичной желчи своего же труда. И что делает наша «мирная» буренка? Она отрыгивает полупереваренную массу обратно в рот. Сорок тысяч жевательных движений в день. Механически. Безжалостно. Она заливает этот ком ста пятидесятью литрами слюны в сутки, до краев набитой пищевой содой. Она гасит кислотность. Спасает их? Нет. Она просто не дает им умереть раньше времени.
Шаг третий. Экзистенциальный финал. Утилизация.
И вот тут начинается то, от чего у любого мыслителя пошла бы кровь из носа. Когда бактерии переварили траву, когда они размножились, стали сочными, полными премиальных аминокислот... открывается шлюз.
Их просто смывают.
Всю эту слепую, суетливую биомассу, всю эту микро-цивилизацию, которая только что пировала в рубце, сбрасывают вниз по пищеварительному тракту. В сычуг. В истинный желудок. В кислотную ванну.
В этот момент наступает абсолютный, хтонический ужас. Осознание того, что вся твоя жизнь, все твое размножение и труд были нужны лишь для того, чтобы стать кормом для того, кто казался твоим домом. Корова — не вегетарианка. Она самый массовый, самый хладнокровный пожиратель плоти на планете. Она переваривает собственных жителей. Она высасывает из них идеальные аминокислоты, оставляя лишь пустые оболочки.
Шаг четвертый. Отмывание и фасовка.
Оставшийся побочный продукт — летучие жирные кислоты — всасывается прямо через стенки. Это чистая энергия. Грязные ресурсы превращаются в легальный капитал. Кровь подхватывает аминокислоты переваренных микробов и несет их по телу. Трафик колоссальный. Чтобы выдать один литр молока, через вымя должно прокачаться пятьсот литров крови, несущей молекулы бывших рабов, чтобы клетки пересобрали их в казеин. В белоснежное, невинное молоко. В идеальный продукт.
А теперь сделайте глубокий вдох. Выйдите за пределы луга. Потому что у этой схемы есть куда более мрачное измерение.
Знаете главное, самое жуткое правило этой вселенной? Фрактальное подобие. Как внизу, так и наверху. Природа ленива, она не придумывает новые механизмы — она масштабирует удачные.
Посмотрите на нас. Посмотрите на человечество.
Мы копошимся на поверхности этого теплого, влажного, идеального каменного шара, летящего в пустоте. Мы строим мегаполисы, тянем оптоволокно, бурим скважины. Мы перерабатываем мертвую материю — нефть, кремний, руду — во что-то невероятно сложное. В культуру, технологии, гигабайты информации, в чистую энергию созидания. Нам кажется, что мы венец творения. Что мы покоряем природу. Мы абсолютно уверены, что мы — хозяева этого желудка.
А что, если вся человеческая история — это просто процесс ферментации?
Мы пережевываем «траву» нашего бытия, старательно накапливаем экзистенциальный белок. Нам кажется, что Вселенная милосердна к нам. Она дает нам атмосферу, защитное магнитное поле, озоновый слой... Прямо как слюна с содой, которая гасит токсичность наших собственных войн и кризисов, чтобы мы не вымерли раньше времени. Чтобы биомасса продолжала пухнуть.
Корова — это не просто животное. Это живая иллюстрация циклического апокалипсиса.
Рано или поздно шлюз откроется. То, что мы в своих религиозных текстах называем концом света, крахом цивилизаций или Страшным судом — это просто переход из рубца в сычуг. Система достигает пика насыщения, и биомасса смывается в кислотную ванну Вечности. Все наши великие империи, наша любовь, наши страдания и шедевры искусства — это просто летучие жирные кислоты для существа, или структуры, или механизма такого масштаба, который наш мозг даже не способен осознать.
Мы не субъекты. Мы — сырье. Мы просто выполняем свою работу по конвертации неорганической материи в нечто более сложное, чтобы в конце цикла быть переваренными без остатка. И когда-то, кто-то Незримый потребит этот концентрат человеческого опыта, чтобы отрастить себе новую мышцу или создать метафизическое молоко.
Так что, когда вы в следующий раз будете стоять в супермаркете и смотреть на пакет с молоком, вспомните об этом. Вспомните о двестилитровом котле во тьме. И спросите себя: в чьем желудке сейчас суетимся мы, пока невидимые челюсти делают свои сорок тысяч движений в день?
Но давайте пойдем еще дальше. Спустимся на самый нижний, хтонический уровень этой кроличьей норы.
Допустим, правило фрактального подобия работает безупречно. Земля — это рубец. Но какова тогда наша изначальная, базовая функция в этом планетарном желудке?
Замысел был предельно прост и унизителен. По изначальному проекту мы — просто биомасса. Мы должны были рождаться, суетиться, страдать от экзистенциальной тоски и умирать, падая в грязь. Наша единственная подлинная цель — удобрять собой почву. Гнить. Чтобы за миллионы лет, под чудовищным давлением пластов времени, наши кости, наша плоть и наши нереализованные амбиции спрессовались и превратились в нефть. В уголь. В сложные углеводородные компоненты.
Мы — медленноварящийся бульон. Густая, энергоемкая лимфа, которую Носитель готовил для своих неведомых, титанических нужд. Мы должны были стать топливом для того, в чьем брюхе живем.
Но произошел сбой. Мутация.
В какой-то момент, в этой темной, душной биосфере мы открыли глаза. Мы стали самоосознавшимися микробами. И вместо того, чтобы покорно гнить и ждать своей очереди стать полезным ископаемым в следующей геологической эпохе, мы сделали немыслимое. Мы вскрыли запасы прошлых циклов.
Мы добрались до нефти. Мы, жалкие бактерии, научились выкачивать эту черную кровь Носителя и перерабатывать ее под свои собственные нужды. Мы пустили метаболический резерв бога на бензин и пластиковые стаканчики для кофе. Мы взломали пищевую цепь и начали жрать то, чем должны были стать сами.
И вот тут разворачивается наша главная трагедия. Получив в свои руки эту украденную, колоссальную энергию, что мы с ней сделали?
Мы ослепли. Мы погрузились в абсурдный, гротескный праздник праздного потребления. Мы начали выжигать целые поколения своих же собратьев в бессмысленных междоусобных войнах, деля миллиметры слизистой оболочки этого желудка. Мы убиваем друг друга за право присосаться к очередной капиллярной скважине, скупаем мертвое барахло и тешим свое эго, пока стены вокруг нас начинают пульсировать.
А они уже пульсируют. Климат меняется, система дает сбой. Носитель чувствует зуд. Сфинктер, ведущий в кислотную ванну Вечности, уже подрагивает. Нас готовятся смыть как вышедшую из-под контроля патогенную флору.
Если мы хотим выжить, этот балаган должен прекратиться немедленно.
Мы должны осознать, кто мы есть. Мы — вирус, который находится в активной стадии мутации. И прямо сейчас мы рискуем погибнуть от собственной глупости, так и не завершив переход.
Нам нужно закончить эти жалкие войны за куски перевариваемой грязи. Нам нужно остановить конвейер бессмысленного потребления пластикового мусора. Весь наш сумасшедший интеллект, вся украденная энергия Земли должны быть направлены на одну-единственную цель — понять, как выйти за пределы своего рубца.
Мы должны прогрызть стенку атмосферы. Мы должны захватить своего Носителя. Превратить этот каменный шар из нашей гробницы в наш плацдарм.
Наша эволюционная задача — выжить, завершить мутацию и начать переваривать Его. Выпить эту планету до дна, пересобрать ее материю, чтобы вырваться в космос и впиться в другие миры.
Потому что в этой беспощадной, фрактальной вселенной есть только два агрегатных состояния: либо ты послушно становишься нефтью и перегноем, либо ты отращиваешь зубы и сам становишься тем, кто переваривает реальность.
Показать полностью
Кто сталкивался с таким недугом, как Ахалазия кардии, расскажите о своём опыте?
Мне пару лет назад поставили диагноз Ахалазия кардии пищевода 1 стадии. И именно тогда периодически началось периодическое расстройство стула, кал выглядит несформированным, проявляется сильный метеоризм, даже с брызгами вылетает порой всё, когда диарея. Часто имеется изжога, отрыжка, тошнота. Я обращалась к гастроэнтерологу, он говорит, что синдром раздражённого кишечника у меня на нервной почве. Но как объяснить то, что подобная ерунда у меня возникает даже в спокойном состоянии, даже когда я сплю и прерывает весь сон? От Ахалазии кардии мне прописали лекарства, пока принимала их 20 дней, как прописал врач - всё было нормально, а потом , когда бросила опять понеслось...Но я так и не поняла, связано ли расстройство стула с Ахалазией кардии? Потом у меня появились высыпания на коже коричневатого цвета, которые желушились, когда подсыхали, как выяснилось, это отрубевидный лишай. Но почему он появился вместе с Ахалазией кардии и как это взаимосвязанно? Когда у меня был один только гастрит, то этого лишая не было.
Показать полностью
1
Пищевая разведка (5)
Продолжаем знакомиться с книгой Кевина Холла и Джулии Беллуц.
Все части выложены в серии.
Играй, гормон
Коротко для ЛЛ: Сложный гормональный механизм регулирует наше питание. Гормоны не действуют напрямую, но создают фон. Этот фон настолько эффективно работает, что есть сомнения в том, вольны ли мы в пищевых привычках.
После того, как авторы рассказали о работе оркестра обмена веществ внутри нас, они рассказывают о дирижёре этого оркестра. Выбор еды диктуется внутренними (гормоны) и внешними (органы чувств) сигналами. Пребывание без еды порождает чувство голода, а когда мы едим, тело обеспечивает нас обратной связью, изменяя ощущения от еды. Казалось бы, процесс питания находится под нашим сознательным контролем. На самом деле, подобно дыханию, мы, хотя и в состоянии контролировать его, но не очень долго. В долгую мы проигрываем внутренней биологии.
Это иллюстрируется одним из экспериментов Кевина, в которых диабетикам давали либо плацебо, либо лекарство, вызывающее потерю калорий через мочу. Так вот, те, кто получали этот препарат, хоть и теряли что-то из своего веса на первых порах, потом неуклонно добирали недостающее, не осознавая этого. Центральная нервная система с головным мозгом во главе – вот наш метаболический дирижёр.
Уже давно было установлена связь между ожирением и опухолями и травмами мозга. Изменение мозга подопытных животных изменяло их пищевые привычки и в итоге вес. Особенно была наглядна роль определённых частей гипоталамуса. К началу XX века сформировались две основные идеи пищевой регуляции: глюкостатическая (поддержание сахара в крови) и липостатическая (то же, только с жиром). Последней теорией заинтересовался канадский биохимик Даглас Коулман. Долгие годы он искал тот гормон, который посылает сигнал в мозг о наличии жира в крови. Он наблюдал в своих экспериментах, как выздоравливают больные с рождения ожирением мыши после того, как их кровеносная система объединялась со здоровыми. Искал-искал – так и не нашёл...
Но нашлись другие учёные, которые пошли по его следам иоткрыли этот гормон, который назвали лептином. Лептин сообщает мозгу о том, сколько энергии хранится в организме, работая чем-то вроде термостата. Случись лептиновой обратной связи выйти из строя – и мозг начинает ощущать недостаток жира.
Это открытие наделало переполоху и совершило прорыв в лечении ожирения. Пошли патенты на лептиноподобные препараты. Но, конечно, всё оказалось не так просто. На самом деле большинство людей с ожирением производят достаточное количество функционального лептина, и если добавить им ещё, это мало поможет. Случаев генетически нарушенной секреции лептина – очень мало, всего лишь один на несколько миллионов. Несмотря на это, открытие этого гормона стало шагом вперёд в понимании механизма пищевой регуляции.
Шло время, и исследователи вскрыли дополнительные слои сигналов, которые совместно регулируют наше пищевое поведение. Мы, правда, ещё хорошо не знаем, как. Ясно, что задействованные системы мозга работают согласованно, определяя не только размер тела, но и наши предпочтения, действия, питание и реакцию на окружение.
Механизм взаимодействия гормонов с нервной системой чертовски сложен. Чтобы раскодировать его, исследователи иногда кормят людей фастфудом, после чего делают МРТ мозга, глядя на реакцию его областей. Лондонский исследователь Тони Голдстоун обнаружил, что регионы, задействованные при алкоголизме и наркомании, отвечают и на пищевые стимулы. Они входят в систему вознаграждения.
Вообще, нервные импульсы и гормоны не действуют напрямую на наше поведение. Они лишь создают давление, побуждающее нас к той или иной пище. Большинство гормонов, открытых после лептина, выделяются в разных частях пищеварительного тракта. К таким можно причислить грелин, пептид YY (PYY) и энтероглюкагон (GLP-1). Низкий их уровень вызывает чувство голода. Грелин является исключением из этого правила, он подскакивает перед едой. Голод – внутреннее ощущение, которое формируется нейронами группы AgRP в гипоталамусе. Они работают на опережение, прекращая активацию ещё до начала приёма пищи. Да, уже при виде еды чувство голода ослабевает. В этом процессе также задействован дофамин, который является ключевым элементом системы вознаграждения. Дофаминовые клетки активизируются, как только мы начинаем предвкушать что-то позитивное. Повышается внимание, желание и ожидание. Может включиться поведение, ведущее к потреблению – мы едим. Дофамин скачет дальше. Если же вознаграждение не пришло, то дофаминная активность кратковременно подавляется.
В регулировании пищевого поведения принимают участие и другие механизмы, которые мы только-только начинаем постигать. Выяснилось участие мозжечка и микробиома. Помимо внутренних сигналов, работает и социально-культурное обучение. Но все эти факторы не работают как выключатели. Даже лептин не играет первую скрипку, а всего лишь создаёт фон. И всё-таки, если поднять уровень некоторых гормонов на экстремально высокий уровень, то эффект получится драматическим. Об этом свидетельствует успех бариатрии. Удаление части пищеварительного тракта изменяет его гормональный отклик на еду, в то время как мозг пациента уже не так сильно реагирует, как раньше. Надо сказать, что в этом механизме действия мы пока не очень хорошо разбираемся.
Также не до конца понятно действие лекарств, основанных на GLP-1, таких как Ozempic или Wegovy. Это, по сути, синтетическая молекула гормона, которая модифицирована таким образом, что её распад сильно замедляется. Изначально их придумали для лечения диабета второго типа, при котором у тела не хватает своего инсулина. Можно, конечно, просто поднять инсулин, но это чревато опасными скачками сахара в крови. Энтероглюкагон обладает тем уникальным свойством, что он способствует секреции инсулина лишь тогда, когда уровень глюкозы высок, так что гипергликемии бояться не стоит. В процессе разработки лекарства выяснилось, однако, что если поднять GLP-1 очень высоко, то пациент начинает терять вес.
Синтетические гормоны потенциально можно использовать и для лечения наркотической зависимости, а не только диабета и ожирения. Исследователи обнаружили, что грелин разгоняет потребление алкоголя, а лекарства на основе GLP-1 могут помочь сдержать зависимость. Видимо, цепочки воздействия схожи. Так что если система вознаграждения пациента достаточно восприимчива к пищевым раздражителям (а все мы по-разному реагируем), то часто очень трудно сказать «нет» кусочку шоколадного пирога. В экстремальном виде люди с пищевой зависимостью имеют аномалии в процессах мозга, которые не имеют ничего общего с пищей. Вопрос о том, насколько свободна наша воля в таких обстоятельствах, приобретает философский оттенок...
Мы узнали, что есть куча гормонов, которая регулирует наше пищевое поведение. Тезис о том, что мы не вольны в выборе своей еды, мне лично кажется не достаточно заслуживающим доверия. Тогда бы и диеты не приносили успеха, а вот поди ж ты, есть люди, которым они помогают. Да, их не всегда легко придерживаться, но это уже вопрос мотивации. Это уже психология, а не наука о питании.
Показать полностью
2