Началось всё по классике: противная тупая боль справа под рёбрами по утрам, будто туда упёрли деревянный колышек. Кислый привкус во рту и вечная тошнота, если вовремя не закинул в себя еду.

В районную поликлинику даже не сунулся. Пошёл в солидный сетевой центр: мраморные полы, тишина, доктор с холёными руками и дипломами на всю стену.

Врач помял ему живот через рубашку (а может и нет) ровно тридцать секунд: — «Ну батенька, нервы, фастфуд, ритм города. Обычный поверхностный гастрит, сейчас у каждого второго. Вот вам диета "Стол №1", вот блокаторы кислоты, через месяц покажетесь».

Товарищ дисциплинированно давился овсянкой на воде, закидывался таблетками горстями. Проходит месяц — боль на месте. Возвращается. Доктор вздыхает:

— «Организм сопротивляется. Давайте заменим препарат на более современный, европейский. И на гастроскопию запишитесь — только у нас аппарат экспертного класса, тоненькая трубка, ничего не почувствуете».

Финансовый пылесос с вежливой улыбкой

Так началась трёхлетняя платная подписка на «лечение».

Кто хоть раз глотал зонд — знает этот кайф со слезами, слюнями на лотке и рвотными спазмами. В этой клинике процедура стоила около 10 000 ₽ («экспертный класс же»). Да и трубка настолько тонкая, что блевать хочется уже при одном только её виде.

Раз в полгода парень дисциплинированно проходил эту экзекуцию. Заключение выдавали как под копирку: «Очаговая гиперемия слизистой. Эритематозная гастропатия». Проще говоря: стенки желудка красные и раздражённые.

Врач каждый раз ободряюще хлопал по плечу:

— «Ну вот видите, процесс хронический, быстро не уйдёт. Продолжаем пить ингибиторы, добавляем прокинетики и вот этот БАД для защиты слизистой».

Приём — 4 500 ₽. Повторный через неделю — 3 500 ₽. УЗИ брюшной полости каждые полгода — 6 000 ₽. Анализы крови на всё подряд — от 15 000 ₽ за заход. Аптека — стабильно червонец в месяц.

Человек просто привык так жить: проснулся, выпил капсулу, поныло, вроде отпустило. Самый опасный капкан платной медицины — когда пациент начинает платить не за результат, а за собственное успокоение: «ну мной же занимается лучший специалист».

Скорый финал или финал на скорой

Закончилась эта идиллия среди ночи. Парня скрутило так, будто внутри провернули ржавый штык. Холодный пот, разогнуться невозможно, дыхание перехватывает. Перепуганная жена вызвала городскую «скорую».

Привезли в обычную дежурную больницу. Облезлый кафель, старые койки, палата на четверых. Ну ладно-ладно, здесь перегнул, признаю. Некоторые Московские больницы действительно не уступают платным клиникам.

Заходит дежурный хирург — мужик лет шестидесяти с тяжёлым взглядом. Положил руку на живот, нажал в двух точках — пациент чуть до потолка не подпрыгнул от боли.

— «Давно так загибаешься?»

— «Три года. В платной наблюдаюсь, гастрит хронический».

Хирург посмотрел на него как на умалишённого, ничего не сказал и бросил медсестре: «Срочно на ЭГДС».

Через полчаса парня завезли на гастроскопию. Без музыки и сюсюканья, без выбора толщины трубки и уговаривания дышать носом. Две минуты конвейерной процедуры — и врач достаёт трубку:

— «Какой к чёрту гастрит? У тебя цветущая язва двенадцатиперстной кишки, ещё пара недель таких "курсов" — и зашивали бы прободную язву с перитонитом ночью на столе. На Хеликобактер проверяли хоть раз?»

— «Нет...»

Оказалось, что за три года и 380 000 рублей в элитной клинике врачу ни разу не пришло в голову сделать копеечный уреазный тест или взять биопсию на Helicobacter pylori — банальную бактерию, которая тупо выжирала слизистую и провоцировала язву.

Зачем её находить и уничтожать за две недели курсом таблеток, если пациента с «хроническим гастритом» можно безопасно и стабильно доить годами?

Развязка

Прокапали, сняли воспаление и выписали стандартную схему: два убойных антибиотика и препараты висмута на 14 дней. Весь чек в ближайшей аптеке у дома — 5 800 рублей.

Через две недели адская утренняя боль, с которой он просыпался три года, просто исчезла. Рубец затянулся за месяц.

А тот лощёный доктор до сих пор принимает в том же коммерческом центре. У него плотная запись на две недели вперёд, отличный рейтинг на медицинских сайтах и всё тот же бесплатный кофе в зоне ожидания.

Больше разборов того, сколько стоит слепое доверие, цинизм и человеческая глупость — препарируем в канале «Анатомия факапа».

Исследователи обнаружили следы ДНК паразитов и бактерий в посмертных образцах пяти из шести молодых людей, страдавших хроническими заболеваниями, неврологическими нарушениями и психическими симптомами. Учёные подчёркивают, что находка показывает возможную связь инфекций с некоторыми случаями тяжёлых заболеваний, но пока не доказывает, что именно эти микроорганизмы стали причиной ухудшения состояния пациентов.

Исследование провела группа специалистов под руководством Эдварда Брайтшвердта из Университета штата Северная Каролина. Работа появилась после обращения семей, которые пытались найти объяснение длительным и сложным заболеваниям своих детей.

Все шесть участников исследования были в возрасте от 14 до 30 лет. Они страдали хроническими заболеваниями и имели суицидальные мысли или эпизоды соответствующего поведения. Четыре смерти произошли в результате самоубийства, один случай был связан с процедурой, разрешённой в некоторых странах для пациентов с тяжёлыми заболеваниями, а ещё один человек умер из-за тяжёлого нарушения, связанного с чрезмерной активацией иммунной системы.

Родственники пациентов предоставили исследователям медицинские данные и организовали передачу посмертных образцов в лабораторию. В некоторых случаях признаки подобных инфекций уже изучались или лечились при жизни пациентов.

Учёные проанализировали 125 образцов ДНК, полученных из крови, тканей, лабораторных культур крови и других биологических жидкостей. Первоначальный поиск с помощью количественной ПЦР не выявил убедительных положительных результатов.

Затем исследователи использовали цифровую ПЦР — метод, который разделяет образец на множество небольших реакций и позволяет обнаруживать очень слабые генетические сигналы. После этого дополнительные тесты и секвенирование ДНК подтвердили наличие некоторых микроорганизмов.

ДНК паразитов рода Babesia обнаружили у четырёх человек, включая два случая с несколькими видами этого паразита. ДНК бактерии Bartonella henselae, вызывающей болезнь кошачьих царапин, была подтверждена у двух участников. Один человек имел признаки присутствия обеих групп микроорганизмов, поэтому всего следы инфекций нашли у пяти из шести исследованных людей.

Контрольные проверки, предназначенные для исключения загрязнения образцов, не выявили признаков постороннего попадания ДНК. Исследователи также проверяли возможное присутствие бактерий группы Borrelia, связанных с болезнью Лайма, но подтвердить этот результат с помощью секвенирования не удалось.

Babesia обычно передаётся через укусы клещей и поражает красные кровяные клетки. Bartonella henselae может распространяться через царапины кошек, заражённых блохами. При этом Центры по контролю и профилактике заболеваний США отмечают, что подтверждений передачи Bartonella человеку через клещей нет.

Главный вопрос, который остаётся открытым, — означают ли обнаруженные фрагменты ДНК активную инфекцию на момент смерти или являются следами прошлых заражений.

Исследователи считают обнаружение ДНК известных патогенов в клинических образцах свидетельством возможной активной инфекции, однако интерпретация таких результатов требует учёта множества факторов. Например, ПЦР-тесты на некоторые виды Babesia могут оставаться положительными в течение месяцев и даже более года после лечения, когда симптомы уже исчезли.

Учёные подчёркивают, что обнаружение этих микроорганизмов не доказывает их причастность к психическим симптомам или смерти пациентов. Исследование было наблюдательным, без контрольной группы, поэтому оно не может показать, встречаются ли такие инфекции чаще у людей с суицидальными мыслями или тяжёлыми психическими нарушениями.

Кроме того, образцы были разного типа и собирались в разное время после смерти. Все участники ранее получали противомикробные препараты, что могло снизить вероятность обнаружения микроорганизмов. Также после смерти возможны изменения состава бактерий в тканях и крови.

Учёные предполагают, что если хронические инфекции действительно влияют на работу мозга, это может происходить через два основных механизма: прямое воздействие микроорганизмов на нервную систему или через воспалительные реакции иммунитета, изменяющие функции мозга.

Однако авторы отмечают, что для доказательства такой связи необходимы масштабные исследования с контрольными группами и длительным наблюдением пациентов.

Эдвард Брайтшвердт считает, что необходимы дополнительные программы изучения хронических инфекций у людей с необъяснимыми заболеваниями. По его мнению, такие исследования могли бы помочь выявлять пациентов, которым требуется более точная диагностика.

Авторы работы также указали на возможный конфликт интересов: Брайтшвердт и соавтор Рикардо Маджи являются основателями компании Galaxy Diagnostics, занимающейся тестированием на Bartonella, а один из соавторов связан с одной из исследованных семей.

Для родственников пациентов исследование стало важным этапом, поскольку оно выявило молекулярные следы, которые можно изучать дальше. Однако вопрос о том, сыграли ли эти инфекции непосредственную роль в развитии заболеваний, остаётся открытым.

Взято с сайта New-Science.ru

Исследование опубликовано в журнале Parasites & Vectors.