Я конечно не знаю, но мне кажется, что смерть от болевого шока это скорее художественный преувеличение. У меня и операции были, в том числе и пластину ставили в ногу и потом под местным вынимали. Да больно конечно когда отходняк, но там скорее боль тянущая, постоянная, она от этого противная. Но терпеть можно.

Опять же на производстве всякие порезы глубокие были и тд. и после травмы боль не сразу приходит, а постепенно. Сначала удар, потом немеет всё вокруг, а только потом нарастает боль. Также как и с переломом. Ты его и не чувствуешь полчаса-час.

Это со слабыми травмами, вроде как уронил клавиатуру на палец больно сразу, а вот с тяжелыми по другому.

Не знаток конечно и это просто моё мнение и ощущения, может кому интересно будет.

Использование аспирина или анальгина.

Самое тупое решение при незнании свойств препарата. Человек находит их в аптечке, видит надпись «обезболивающее» и даёт раненому. Оба препарата разжижают кровь и блокируют агрегацию тромбоцитов. Итог — рана начинает сочиться с новой силой и человек умирает от кровопотери. Если вы хотите ликвидировать кого-то из своих напарников — отлично. Только учтите, что после этого ликвидируют уже вас.

Приём алкоголя внутрь как обезбола.

Спиртное работает по схожему с Аспирином принципу. 100г водки внутрь раненого — и вы срываете тромбы внутри раневого канала, провоцируя ещё одно кровотечение. Также алкоголь блокирует действие реальных анальгетиков и усиливает угнетение дыхания.

Теперь к решениям:

Если наркотических анальгетиков нет, ваш единственный щит — это максимальные дозы гражданских НПВП. Золотой стандарт здесь — Кеторолак, Кеторол или Кетанов. В ампулах он начинает тупить острой боли в лучшем случае через 30–40 минут. Раненый будет орать долго, смиритесь.

Но важно и знать обратную сторону — потолочный эффект. Если вы думаете по принципу: «Чем больше, тем лучше» мне стоит вас огорчить. У НПВП есть жёсткий лимит эффективности. Всё, что влито сверх суточной нормы в 90 мг — чистый яд, от которого почки и желудок раненого откажут довольно быстро.

Из скрытых резервов в разграбленной аптеке ищите Лорноксикам или смешивайте ампульный анальгин с димедролом и папаверином (классическая тройчатка) — это хотя бы вырубит панику и позволит человеку уснуть.

Но и тут есть противопоказания: анальгин разжижает кровь и мешает тромбообразованию. При сильной кровопотере укол анальгина усилит внутреннее кровотечение и убьёт человека. Так что тройчатку пускаем в ход, когда кровотечение остановлено и критической потери крови не было. Единственное народное обезболивающее в поле — это холод на место травмы и фиксация конечности шиной, чтобы обломки костей, если они есть, не шевелились внутри мяса. Всё остальное — смертельное мракобесие.

Когда обыватель поймёт, что Кеторол не справляется с раздробленной костью, он вспомнит про существование наркотических обезболов. И совершит свою последнюю ошибку.

В обычных аптеках на углах домов такого нет. Весь этот запас хранится в укреплённых сейфах на подстанциях Скорой Помощи и в стационарах.

В первые дни системного коллапса они превратятся в зоны боевых действий. Туда ломанутся все: от гражданских до вооружённых банд. Идти туда в одиночку точно не стоит. Подстанции Скорой станут самыми кровавыми точками в городе. Рассчитывайте на то, что лежит в гражданских аптечках, соблюдайте дозировки и не геройствуйте. Реальность ошибок не прощает.

Этот пост — часть общего руководства выживания, которое будет регулярно выходить тут.

Пока я копал матчасть для следующих глав книги, на аккаунт прилетела первая тысяча подписчиков. Охренеть, мужики. Спасибо за доверие к сухому реализму, вы лучшие.

Кстати, роман пишется в реальном времени, и мне очень нужен свежий взгляд. Ищу 2–3 дотошных бета-ридеров, готовых вычитывать черновики глав на предмет опечаток до официального релиза.

Все ссылки (на мой ВК для связи, прошлую часть разбора и черновик книги) — оставил строго в описании профиля, чтобы алгоритмы не резали охваты.

Закрывать глухим швом огнестрельный канал в полевых условиях — это худшее, что вы можете сделать. Внутри раны точно останется нагар, пороховая копоть, микроскопические клочья грязной одежды и бактерии. Без доступа кислорода там мгновенно разовьются анаэробные инфекции (столбняк или газовая гангрена).

Средний человек не умеет зашивать раны. Ни глухо, ни не глухо, никак. Только Джон Рембо таскает с собой набор для зашивания в рукояти ножа для выживания.
Стерильная повязка лучше, чем просто чистая тряпка. Но и чистая тряпка подойдет, если у вас апокалипсис. Лучше, если есть QuikClot или Celox .
Средства для затыкания дырок в человеке

В условиях апокалипсиса первые 5 лет про столбняк можно не очень вспоминать, если вы своевременно делали прививки (АДС-М). И наоборот, никакие промывки без хирургической обработки раны не помогут на 100% ни от столбняка, ни от газовой гангрены.

На входную и выходную раны накладываются стерильные марлевые салфетки, пропитанные антибиотиком

Стерильные салфетки не пропитывают антибиотиками.
Антибиотики наружно накладывать почти бесполезно.
Могут, и иногда пропитывают, антисептиками.

Раневой канал необходимо промыть под сильным давлением,

НЕ НАДО НИЧЕГО ТАКОГО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ВЫ НЕ ХИРУРГ С ОПЫТОМ РАБОТЫ ПО СКОРОЙ ПОМОЩИ И ПРОЧЕЙ ТРАВМЕ.
Если ранение полостное, а человек это полости в основном и есть. (в некоторые полости человек ест), то в составе индивидуальной аптечки первой помощи (Individual First Aid Kit) идет окклюзионный / клапанный пластырь (chest seal) для легких. Если ранение в живот, то, в зависимости от удачи, может повезти, если есть QuikClot или Celox, или нет.
И ЕЩЕ РАЗ. НЕ НАДО НИЧЕГО ТАКОГО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ВЫ НЕ ХИРУРГ С ОПЫТОМ РАБОТЫ ПО СКОРОЙ ПОМОЩИ И ПРОЧЕЙ ТРАВМЕ.

Внутрь канала мази совать нельзя

Никакие мази вообще никуда никуда нельзя. Наяривание на мега средство мазь Вишневского, которое сплошной аналоговнет, не имеет под собой оснований с точки зрения современной медицины.

Я пишу книгу в жанре грязного постапокалипсиса, где упор сделан как раз на такие дотошные бытовые, инженерные и медицинские детали, а не на «рояли в кустах».
Перед тем как выкладывать главы, я перерываю кучу профильной литературы и медицинских справочников, чтобы логика мира не сыпалась.

Не заметно вообще, никак, и совсем. Логика мира ..

Современная медицина, считая с, очень условно, 1940 и 1990 годов, опирается на:

Длительно действующие прививки. От оспы, и, говоря про аффтаров выживача, на АКДС (адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина). Для взрослых – раз в 10 лет надо повторять прививку АДС-М: Анатоксин дифтерийно-столбнячный. Но про столбняк чуть ниже.

Анастезию, начиная от стопки спирта и разные газовые смеси (эфирные наркозы, их много), до современных местной (новокаин, ледокаин, ультракаин) и общей (от севофлурана до пропофола, их много).
Асептику - комплекс профилактических мероприятий, направленных на предотвращение попадания микроорганизмов в раны, ткани, органы или кровь пациента.
Антисептику - комплекс лечебно-профилактических мероприятий, направленных на уничтожение микроорганизмов в ранах, патологических очагах, на коже и слизистых оболочках, а также в организме человека в целом для предотвращения или лечения инфекций

Сбор, хранение, анализ, и переливание крови. Желательно просто крови, но и плазма сойдет. Многочисленные опыты (опыты продолжаются) пока говорят, что кровь работает лучше всего. Перфторан (он же советская голубая кровь, и варианты , называемые в английском perfluorocarbon emulsions – например американский Fluosol-DA ) и развитие перфторана - фторэмульсия – работают, но с такой кучей оговорок, и такими вопросами к проведению комплексных исследований, что не являются предметом обсуждения. Исследования идут, есть плюсы, есть минусы. Для травм – пока кровь лучше «в целом». Той же группы и того же резуса.

Теперь, говоря про мир «до всего этого» и мир «после апокалипсиса»
Современную прививку от столбняка делают больше 100 лет, с 1924 года.
Группы крови определяют с 1900 года.
Антисептика и асептика. Мыть руки людей более – менее научили. В том числе с мылом. Но есть другая проблема: чистая вода. И не менее другая проблема: антисептики. Карболовая кислота, она же карболка, она же фенол, она же один из первых антисептиков – это побочный продукт химии угля, точнее получения кокса в коксохимической промышленности. Нет массовой химии и угольной промышленности – нет карболки. Спирт плохо подходит для замены фенолов, но тоже нужен.

Антибиотики. С антибиотиками ситуация «еще хуже», чем с вышеперечисленным. Самый простой антибиотик из производимых, пенициллин, технологически сложно производить сколько-то массово, не имея заводов по его производству. Это не тот продукт, который можно в значимом объеме сделать в лаборатории. Одна лаборатория на 5 человек вручную может сделать пару грамм пенициллина примерно за месяц. Для лечения первого пациента (полицейский Альберт Александр, ранен осколком при бомбардировке Саутгемптона 30 ноября 1940, умер 15 марта 1941 года) ввели 160 мг сразу (200 единиц), и еще по 300 (или единиц или мг) каждые 3 часа. На пятый день лечения пенициллин закончился весь, в том числе тот, что смогли извлечь из мочи пациента и использовать повторно.

Поэтому что можно сказать – не болейте, делайте привики

полезный тред из исходного поста -

#comment_404335316

Прочая литература

The Penicillin Myth - https://www.asimov.press/p/penicillin-myth#footnote-anchor-11-178730374
Есть перевод на «новостях минцифры»

Пикабу – про роль Нормана Хитли в первом производстве и переходе производства пенициллина в серию
Есть в этой истории предмет, который меня не отпускает

Розы, бомбы и пенициллин https://amrhub.ru/blog/2025/09/07/ety-penirosebomb/

Albert Alexander (police officer) https://en.wikipedia.org/wiki/Albert_Alexander_(police_offic...

Закрывать глухим швом огнестрельный канал в полевых условиях — это худшее, что вы можете сделать. Внутри раны точно останется нагар, пороховая копоть, микроскопические клочья грязной одежды и бактерии. Без доступа кислорода там мгновенно разовьются анаэробные инфекции (столбняк или газовая гангрена). Рана должна очищаться наружу.

Заливание спирта или водки прямо внутрь дыры.

Спирт мгновенно сожжёт живые мышцы внутри канала. Они просто отомрут, превратившись в гниющий субстрат. Спиртом обрабатывают только кожу вокруг раны и инструменты.

Вот как сделать правильно:

Входное отверстие обычно маленькое и аккуратное, а вот выходное — рваное, с вывернутыми краями. Раневой канал необходимо промыть под сильным давлением, чтобы выбить глубоко засевшую грязь. Лучшим для этого используется шприц без иглы, заправленный водным раствором Хлоргексидина или самодельным физраствором (9 граммов поваренной соли на 1 литр кипячёной воды). Струя вымывает грязь и копоть изнутри.

Затем края выходного отверстия очищают от отмерших, почерневших лоскутов кожи стерильными ножницами. Внутрь канала мази совать нельзя — эффект будет такой же как при зашивании. На входную и выходную раны накладываются стерильные марлевые салфетки, пропитанные антибиотиком. Рана, а также прилежащие участки плотно бинтуются. Повязка будет мокнуть от лимфы и крови — это нормально, организм очищает сам себя. Главное — максимально жёстко зафиксировать раненую конечность, чтобы мышцы не сокращались и не открыли внутреннее кровотечение. И ещё одно: не лезьте грязными руками в рану, обязательно помойте и продезинфицируйте их перед работой.

Этот разбор полевой хирургии — часть общего руководства выживания, которое будет регулярно выходить тут. Если вам близка такая дотошная логика, грязный реализм без "роялей в кустах", заклепочный разбор быта и медицины, больше подобных разборов я выкладываю в своём профиле. Там же есть ссылка на полноценный роман, посвящённый апокалипсису. Заходите, критикуйте.

Обезболивание

Въ большинствѣ хирургическихъ операцiй прежде, чѣмъ приступить къ самой операцiи, необходимо анестезировать больного, т.е. притупить его чувствительность. Это необходимо, вопервыхъ, для того, чтобы предотвратить страданiя больного, избавить его отъ той мучительно-невыносимой боли, которая должна быть во время операцiи и перед страхом которой нерѣдко не соглашаются больные на операцiю даже и въ томъ случаѣ, когда она вызывается жизненным показанiемъ; вовторыхъ, чтобы дать оператору возможность дѣйствовать неторопясь, безъ помѣхи со стороны больного и, въ настоящее время, когда мы владѣемъ способомъ совершенно обезкровить конечность, как бы на трупѣ.

(Курсъ оперативной хирургiи Профессора Московскаго Университета А. А. Боброва. Москва, 1894)

Если отбросить полулегендарные свидетельства (например, о "сонных губках"), то история обезболивания в Европе начинается с 1846 года - первых попыток использования серного эфира - и в 1847 году Пирогов впервые в мире применяет его для обезболивания в военно-полевой хирургии, при осаде Салты в Дагестане. Симпсон в том же году предлагает хлороформ. Когда для общего наркоза был предложен хлорэтил - я пока не понял.

А в 1848 году Уэльс, один из пионеров анестезии закисью азота вскрыл себе вены за несколько дней до того, как Медицинское общество в Париже признало за ним честь открытия анестезирующего вещества для производства хирургических операций. То ли из-за отсутствия нужного количества газа, то ли из-за банального испуга пациента, он на первой публичной демонстрации получил репутацию шарлатана, пристрастился к морфию, в состоянии опьянения облил серной кислотой одежду двух уличных проституток и, не желая позора - покончил с собой.

Общий наркоз, бесспорно, явился первой революцией в анестезиологии - но у него были недостатки, самым серьезным из которых являлась смерть от сердечной или почечной недостаточности.

После изобретения полых игл (1853) начались попытки использовать различные вещества для местной анестезии - обезболивать лишь те участки тела, которые могут почувствовать боль при операции. До кокаина (1884 год, Коллер) единственным осмысленным результатом было то, что даже дистиллированная вода или физраствор, впрыснутые в ткань, способны до известной степени уменьшать чувствительность. Кстати говоря, обкалывание места операции физраствором уменьшает и кровотечение, за счет пережатия сосудов.

При всех сложностях кокаинового местного обезболивания, оно не имело таких побочных эффектов, как общее.

В 1885 году Корнинг впрыснул кокаин в позвоночник, ниже спинного мозга (у взрослых он доходит только до первого поясничного позвонка), получив хорошую анестезию для операций на нижней части живота и ниже.

В 1900 году Шнейдерлин и Корф предложили для общей анестезии вводить внутривенно смесь морфия со скополамином - однако, и нужная глубина усыпления не достигалась, и отравления скополамином представляли значительную опасность. Ко времени Второй Мировой войны смесь Киршнера, флебафин или Duna 13 (все морфий-скополаминовые) использовались как средства премедикации, вводного наркоза или обезболивающего. Они обладают также определенным противошоковым действием.

В 1904 году Кравков и Фёдоров предложили для общей анестезии вводимый внутривенно гедонал (снотворное средство из славного семейства барбитуратов). Однако, ввиду невозможности достаточно подробного и оперативного контроля состояния больного, гедоналовый наркоз не получил значительного распространения.

В 1905 году на замену ядовитому кокаину пришел новокаин, значительно более безопасный.

В 1918-1922 годах к средствам для ингаляционного наркоза добавили ацетиленовый и этиленовый наркозы.

В 1927 году для внутривенного наркоза использовали авертин (нарколан).

В 1932 году для внутривенного наркоза использовали эвипан (гексенал).

В 1934 году - циколпропан для ингаляционного.

Следующая революция в анестезии - применение миорелаксантов и переход к смесям обезболивающих узкого спектра действия - произошла уже после войны.

Говоря об обезболивании, нужно еще вспомнить обезболивание охлаждением. Простое, с минимумом побочных эффектов, оно, увы, почти ни для чего не годится. Хотя, обескровливание и обкладывание льдом конечности использовалось для ампутаций во время Великой Отечественной войны - обескровленная и охлажденная в течение нескольких часов конечность полностью теряет чувствительность, и такое обезболивание заодно надежно предупреждает шок.

Итак, рассмотрим поподробнее распространенные способы анестезии.

1. Общая анестезия

До 1910 года - исключительно масочная, да и потом вводимая в трахею трубка - изобретение сэра Магилла - достаточно медленно пробивала себе дорогу. Во всяком случае, в полевых госпиталях - маска.

Что же такое - маска для наркоза? Самый примитивный вариант (Эсмарх, 1877) - это проволочный каркас, обтянутый тканью, на ткань капали эфир, хлороформ или хлорэтил. Ткань служила испарителем. Именно с такой (или очень похожей на эсмархову) маской Амосов проводил свое первое общее обезболивание на фронте. Разумеется, такая маска не давала возможности точно дозировать наркоз, а испарение во все стороны приводило к тому, что "наркотизатор уже спит, а больной - ни в одном глазу" (наркотизатором раньше называли анестезиолога)

В крупных больницах, особенно в богатых странах, с 1899 года используют все более и более совершенные аппараты с регулировкой подачи воздуха и обезболивающего средства, а с 1923 года - и с поглотителем углекислого газа. Впрочем, в подвижных госпиталях маска Эсмарха успешно провоевала до конца Второй Мировой.

Если в наличии нет специальной аппаратуры и средств хранения - то выбор для ингаляционной общей анестезии невелик. Хлорэтил, эфир, хлороформ.

Закись азота - негорючая, быстро действующая, безвредная для сердца, легких и печени, повышающая давление крови - была бы идеальным средством для наркоза на войне, если бы...

Если бы не сложность и громоздкость аппаратуры и необходимости специально обученного наркотизатора.

По инструкции, отмененной только 19 июля 1940 года, в СССР допускались к ведению общего наркоза только врачи. Неважно, какой специальности. Только с выходом "Положения о наркотизаторах", была введена программа ускоренного обучения среднего медицинского персонала ведению наркозов. Впрочем, планомерная подготовка кадров специалистов-наркотизаторов велась только в США и Англии. В Германии и Франции, проблема нехватки наркотизаторов также стояла чрезвычайно остро.

А США, еще в 1916 году, привезли в Европу не только массу оборудования и врачей-специалистов, но и построили во Франции заводы по производству закиси азота.

• циклопропан, этилен и ацетилен для полевых госпиталей, прямо скажем, не слишком применимы. Давать наркоз циклопропаном, оперируя при свете керосиновой лампы - это даже не экстрим. Это прямая заявка на премию Дарвина.

• эфир - одно из наиболее ходовых средств мирного времени. Эфир пригоден для коротких и длительных операций, относительно малотоксичен (вредно действует на печень в больших дозах, способен значительно ухудшить течение бронхита и привести к пневмонии).

Однако, эфир огнеопасен и взрывчат.

• хлороформ к Второй Мировой войне был практически исключен из практики мирного времени. Он токсичен, особенно для сердца и печени, а наркотическая доза очень близка к токсической.

При эфирном наркозе у неопытного наркотизатора раненый плохо спит и мешает оперировать. При хлороформе раненый заснет обязательно, но может не проснуться.

Хлороформ совершенно не горюч и не взрывается.

Педантичный Пеис-Льюсден описывает общий наркоз в таком порядке: средства для наркоза, вспомогательные средств для наркоза, подготовление больного, действия наркотизатора, одеяние и положение больного во время наркоза, эфирный наркоз, признаки стадии глубокого усыпления, хлороформный наркоз, расстройства во время наркоза и устранение их (8 страниц), особые аппараты для наркоза, правильное составление протокола в случае смерти от наркоза...

• хлорэтил безвреден для сердца, повышает кровяное давление, и менее ядовит по отношению к дыхательным путям, чем эфир; однако, он воспламеняется. Один из вариантов применения хлорэтила - вводный наркоз с переходом на эфирно-хлорэтиловую смесь или на чистый эфир.

Впрочем, Амосов свой первый опыт наркоза на войне описывает совершенно иначе.

Хлорэтил не подействовал - раненый был перевозбужден. Эфир не подействовал - маска была мала, лили очень осторожно. Хлороформ - подействовал, куда бы он делся...

• жидкие наркозные смеси из хлороформа с эфиром, хлороформа с эфиром и хлорэтилом в разных пропорциях представляют собой попытки избежать вредных сторон действия разных препаратов и сохранить полезные.

• авертин и эвипан (нарколан и гексенал - отечественные аналоги), средства для внутривенного наркоза, хороши минимумом побочных эффектов, но дозировка внутривенного введения для общего наркоза сложна. Собственно, расцвет внутривенных средств приходится на нынешнее время, с огромными возможностями оперативного мониторинга состояния больного. Пульса, дыхания и давления раз в пять минут для уверенного глубокого наркоза недостаточно. Эвипан и авертин во время Второй Мировой нашли применение в качестве вводного наркоза или вспомогательных средств. Кроме того, авертин с успехом использовался в качестве противосудорожного средства при лечении столбняка.

2. Местная, проводниковая и спинальная анестезия

Огромным достоинством и в то же время крупнейшим недостатком местной анестезии является сохранение сознания оперируемого в течение всей операции - в зависимости от требований операции. При ранениях лица, не допускающих наложения маски, местная анестезия остается вообще единственным средством обезболивания, хотя бы и неполного.

Все виды местной и проводниковой анестезии не вызывают ни интоксикаций, ни повреждений сердца, легких, печени и почек, не требуют никаких специальных инструментов, техника их несложна. Неудивительно, что 55-60% операций военного времени были выполнены под местным обезболиванием.

Новокаиновая блокада ценна еще и тем, что представляет собой одновременно средство для лечения шока или выделения демаркационной линии при гангрене.

Спинальная анестезия - абсолютно расслабляет мышцы и полностью подавляет чувствительность, подбором препарата (перкаин/совкаин) можно добиться пятичасовой анестезии. Но она не годится для обезболивания выше уровня пупка, противопоказана при шоке или значительной кровопотери.

Проводниковая анестезия - это укол новокаином в нервный ствол, нервный узел или рядом с ними. Понятно, что такой укол требует предварительного обезболивания кожи и достаточно сложен (впрочем, для хорошего хирурга - уж всяко проще операции); кроме того, в некоторых случаях укол в районе выхода нервного узла из позвоночника может быть опасен.

Разработанный Реклю (1889) и Шлейхом (1892) метод инфильтрационной анестезии был развит Вишневским (1923) до анестезии тугим ползучим инфильтратом.

Идея инфильтрационной анестезии - это заливка анестетиком "по площади", вернее, "по объему". Анестезируется кожа, потом делается подкожное впрыскивание, делается длинный желвак, потом, при необходимости, производится аналогичное впрыскивание в глубже лежащую ткань. Диффундируя в ткани, анестетик лишает чувствительности все нервы, проходящие по оперируемой области.

В области воспалительных инфильтратов, разумеется, такое обезболивание малоприменимо, и длительность обезболивания может оказаться недостаточной.

Вишневский усовершенствовал метод инфильтрационной анестезии, назвав его анестезией по методу ползучего инфильтрата.

Суть его в том, что место разреза обкалывается новокаином - очень слабым раствором под давлением. Потом, после того, как наступит обезболивание концов периферических нервов, следует рассечение и укол под апоневроз, через который новокаин сам пройти не сможет. Таким образом, шприц предшествует скальпелю. Вводятся большие объемы слабого раствора новокаина, но при разрезах большая часть его тут же вытекает.

При таком подходе, если врач не торопится и работает внимательно, обезболивание получается полное; операция длится, при глубоких разрезах, заметно дольше, чем при общем наркозе.

Тугая инфильтрация уменьшает кровотечение, а вот насчет удобств и неудобств ее - мнения расходятся. По одним авторам, искусственный отек тканей затрудняет их выделение и "смазывает" картину. По другим - наоборот, облегчает работу. Я подозреваю, что инфильтрат меняет картину тканей. При определенной привычке, такое изменение вполне может облегчить работу.

Обезболивание таким путем брюшной полости, или бедра, или ягодичных мышц, может оказаться очень длительным и сложным процессом, неприемлемо длительным и сложным для военного времени. Сам Вишневский довёл процент операций под местным обезболиванием до 98% в своей клинике - но это была клиника энтузиаста и в мирное время, когда, при плановых операциях, не возникало необходимости, например, в срочной полной ревизии кишок.

"Зона ранения широкая, направление оборванных мышц разнообразное, концы разорванных мышц часто уходят за пределы раны, наводнение обезболивающим раствором не помогает, а очень мешает различать погибшие ткани от здоровых; искать и удалять снаряд, куски одежды и костные отломки приходится порой на значительном отдалении. Все это ... явно проиворечит идее и смыслу местной анестезии" (Юдин, "Заметки по военно-полевой хирургии")

Цитирую "Указания по военно-полевой хирургии" 1944 года.

1. Выбор метода обезболивания необходимо индивидуализировать в зависимости от состояния раненого, характера операции, ее длительности, санитарно-тактической обстановки, квалификации хирурга и степени освоения хирургом и его помощником того или иного метода обезболивания.

2. В условиях войскового и армейского районов могут быть применены: а) общее ингаляционное обезболивание (эфир, хлорэтил и их сочетание); б) местное инфильтрационное и проводниковое обезболивание (новокаин), а также сочетания местного и общего; в) неингаляционный наркоз (гексенал); г) спинномозговая анестезия.

3. Всякому виду обезболивания необходимо предпослать за 20 минут подкожное впрыскивание 1 см3 (иногда 2 см3) 1% морфина или 2% поантопона.

4. Значительная часть операций может быть произведена под местным обезболиванием при условии хорошего знакомства хирурга с техникой его и достаточно спокойного состояния раненого.

5. У раненых, сильно возбужденных в результате полученного ранения и боевой обстановки, лучше применять общее обезболивание

6. Местное обезболивание применяется при операциях на черепе, лице, челюстях, шее, при поверхностных и незначительных операциях на груди, животе, конечностях. При неполном местном обезболивании необходимо перейти на общее.

Я знаю, что термин "наркоз" в настоящее время выведен из официального употребления; но, в терминах второй половины XIX - первой половины XX века, местная - анестезия, а общий - наркоз. Хотя термин "общая анестезия" тоже использовался.

• Александр Борисович Поволоцкий, "Военно-полевая медицина: первые сто лет"

Что должно быть в аптечке каждого путешественника💊

Путешествие в дикой природе требует наличия хорошо укомплектованной аптечки, которая поможет справиться с экстренными ситуациями.

1. Обезболивающие и жаропонижающие

Парацетамол или ибупрофен помогут справиться с болью и температурой.

2. Антисептики

Перекись водорода, хлоргексидин или антисептические салфетки для обработки ран.

3. Пластыри и бинты

Пластыри, стерильные повязки и бинты для обработки порезов и ушибов.

4. Антигистаминные препараты

Лоратадин или цетиризин для снятия аллергических реакций.

5. Противодиарейные препараты и сорбенты

Активированный уголь или полисорб для борьбы с пищевыми отравлениями и расстройством кишечника.

6. Жаропонижающие и противовоспалительные препараты

Средства для снижения температуры и снятия воспаления, такие как парацетамол или ибупрофен, помогут в случае инфекций или воспалений.

7. Средства от укусов насекомых

Репелленты и средства для снятия зуда после укусов.

Эти основные средства помогут вам чувствовать себя безопасно и защищенно на протяжении всего вашего похода.

Ставьте реакции если было полезно и удачного выживания!🔥

Друзья, больше полезной информации о выживании вы найдёте в нашем сообществе - https://t.me/+IRxlHiOziHBmOTQy