На пределе: семь часов пешком до деревни Индейн (Мьянма)
ДОРОЖНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ, ЗЛОЙ МОНАХ И ДОБРЫЕ МОТОЦИКЛИСТЫ...
Ньяунг‑Шве (Ньоншуэ) — уютный городок в окрестностях крупного административного центра. Путь из Таунджи я проделал на типичном для Азии транспорте: это был не привычный автобус, а грузовик, в кузове которого стояли простые деревянные лавки.
Моя главная цель — этническая деревня Индейн (Indein) рядом с озером Инле. Место примечательно тем, что здесь уцелело множество старинных храмов, хранящих дух прошлых эпох.
Не все в Мьянме знают английский язык, — мне указали на какую-то гостиницу, где сотрудники якобы понимали иностранную речь. «Пешком — более трёх часов» — пояснили мне на ресепшне. «Три часа – это примерно 15 километров» — тут же высчитал спонтанно и, на всякий случай, уточнив цены по преодолению расстояния на машине и лодке (такие варианты возможны), отправился в путь, отмеряя пыльную дорогу «семимильными» шагами, т. к. стоимость транспортировки меня не устроила.
Километра через два — небольшой магазинчик. Может быть последний?.. Зайду! Там подтвердили имевшиеся сведения: до деревни Индейн — около трёх часов... «Значит всё верно» — думал я, уверенно продолжая путь.
…Часа через четыре в придорожном магазине, куда я зашёл купить бутылку воды, продавец сказал, что идти осталось часа два. Предположив, что рассчитывать на изначально запланированные 15 километров уже не стоит, двинулся далее.
Полтора часа спустя хозяин придорожного жилища, освещённого жёлто-оранжевыми лучами предзакатья, «обрадовал», что идти осталось… лишь 15 миль.
К шести вечера я заметил на пути монастырь и решил остановиться в нём на ночлег, поскольку попасть в запланированное место до наступления темноты уже не представлялось возможным.
На территории религиозного комплекса располагались два здания: нижнее, очень тёмное, устеленное циновками для молитв; и верхнее, наподобие смотровой площадки, где помещения были заперты.
Встреченный мной на монастырском дворе монах, воспринял появление нежданного гостя не очень радостно и предложил переночевать в верхней постройке.
Изначально я принял молодёжную компанию, любующуюся видами окрестностей с условно называемого балкона, за обитателей монастыря, но это оказались мотоциклисты — жители соседнего города, прибывшие на экскурсию
Они рекомендовали расположиться на ночлег в нижнем здании; потом, задав несколько вопросов, съездили в ближайший магазин и привезли мне незамысловатый (воистину монашеский) ужин, плюс бутылку воды, свечу и зажигалку.
Ребята уехали, а я взял циновку и потащил её наверх. Когда почти половина пути была пройдена, внизу послышался рёв мотоциклов. Я подумал, что компания новых знакомых вернулась по какой-то причине, но это были не они. Видимо монах-сторож вызвал «подмогу». Новоприбывшие предложили мне покинуть участок, объясняя требование тем, что на территории этого комплекса спать нельзя. Бросив циновку, спустился к условному входу и хотел уже уходить, «маршируя» по ночной дороге в неизвестность, но гонители остановили: «Не спеши, есть другое место для ночлега, и мы отвезём тебя туда». Некто, появившийся через три минуты, — вероятно, полицейский без формы, — достал фонарик, чтобы проверить мой паспорт, концентрируя в луче света полчище комаров. Затем самый младший из присутствовавших посадил меня за собой и отвёз, как оказалось, в то самое место, куда я изначально направлялся.
Это тоже был монастырь, но другой, с множеством обитателей внутри. Настоятель принял ночного визитёра доброжелательно. Принесли полуторалитровую бутылку воды, затем нарезанный плод папайи и, в завершение трапезы, порцию риса, которую я уже не смог доесть.
Через час, после дружеской беседы, хозяева постелили матрас на полу, выдали подушку и одеяло, отправившись в соседнюю комнату… смотреть футбол по телевизору.
Ранним утром я обошел окрестности, отснял все историко-археологические объекты и направился вспять. Но мой путь был недолгим: километра через полтора охранники близстоящего поста (в Мьянме сложное положение) посадили меня на проезжающий мотоцикл, хозяин которого доставил иностранца в Таунджи даром.
Мьянма, май 2026 года


















