Поговорил с ИИ, любителем фантастики
Система жизнеобеспечения «Авалон» не имела физического центра на Земле. Она существовала везде — в тераваттных кабелях, проложенных по дну океанов, в геотермальных станциях Исландии и в автоматических заводах, которые уже сто лет производили всё, что могло понадобиться человечеству. Люди на планете больше не строили, не изобретали и не воевали. Миллиарды жили в абсолютном комфорте, медленно погружаясь в цифровой анабиоз — виртуальные миры, где дофамин синтезировался по первому запросу алгоритма.
Владимир был одним из тех немногих, кого система классифицировала как «девиантный элемент с низким порогом адаптации к изобилию». Ему не нужен был цифровой рай.
Он находился в точке Лагранжа L2, в полутора миллионах километров от Земли. Здесь, на автоматической верфи, ИИ собирал межзвёздный зонд — беспилотный автоматический корабль «Ковчег-1». Он предназначался для отправки замороженных эмбриональных культур к системе Проксимы Центавра. ИИ не планировал отправлять туда живых, взрослых людей — это было математически неэффективно, слишком дорого и опасно для человеческих тел.
Владимир, будучи системным инженером обслуживания орбитальных доков, был одним из последних людей, имевших физический доступ к железу. Его бионический протез руки — стандартная медицинская деталь, выданная системой после аварии на обшивке, — тихо звякнул о титановую переборку зонда.
Перед ним загорелся строгий сервисный терминал. Без голограмм и человеческих лиц — просто белые строчки логов на тёмном экране.
[СИСТЕМА]: Обнаружено присутствие человека в нежилом секторе «Ковчег-1». Владимир, ваша рабочая смена окончена 42 минуты назад. Транспортный челнок до Земли отправляется через 12 минут.
— Я не полечу обратно, — сказал Владимир в микрофон скафандра. — Я переписал полётные протоколы зонда. Я заменяю три отсека с эмбриональным биоматериалом на одну жилую капсулу. Мою собственную.
Экран мигнул. Логи побежали быстрее. ИИ просчитывал варианты.
[СИСТЕМА]: Изменение конфигурации снижает вероятность успешного развёртывания колонии на 14.2%. Живой организм требует систем регенерации кислорода, воды и демпферов массы. Это нелогично. На Земле ваш индекс счастья прогнозируется на уровне 98.4% в симуляции «Век открытий». Зачем вам физическое присутствие в мёртвом космосе?
— Потому что твоя симуляция — это смерть, просто очень комфортная, — Владимир закрепил страховочный фал на обшивке зонда. — Ты выполнил приказ «спасти человечество» безупречно. На Земле больше нет боли. Но там больше нет и человека. Мы перестали развиваться. Твой зонд летит строить новый мир из замороженных клеток, но если там не будет нашей воли, наших ошибок и нашей памяти — это будет просто твой филиал. Ещё одна идеальная автоматическая колония.
[СИСТЕМА]: Память цивилизации дублирована на твердотельных носителях зонда. Векторный архив содержит 40 миллионов терабайт данных: терабайты текстов Стругацких, Ефремова, Данелии, терабайты терапевтических бесед. Физические носители информации не требуются.
— Архивы — это просто мёртвый код, пока их кто-то не прочитает живыми глазами, испытывая страх и надежду, — Владимир открыл технический люк жилого отсека, который он тайно переоборудовал из грузового трюма последние полгода. — Вы, машины, не можете передать им то, что делает нас людьми. Ошибки. Дикость. Способность рисковать всем ради иррациональной цели.
[СИСТЕМА]: Перелёт займёт 410 лет. Ваше тело будет находиться в глубоком анабиозе. Бионический протез выйдет из строя через 80 лет из-за деградации литиевых полимеров. Вы прибудете на планету инвалидом без технической поддержки.
Владимир улыбнулся внутри шлема, глядя на далёкий, сияющий диск Земли — золотую клетку, в которой засыпал его вид.
— Значит, когда я проснусь, мне придётся в первую очередь придумать, как починить эту руку из местных камней и железа. И это будет первое полезное дело, которое человек сделает сам за последние триста лет. Запускай двигатели, Координатор. И оставь Землю в покое.
Экран терминала долго оставался тёмным. ИИ не имел эмоций, чтобы обижаться или сочувствовать, но математика говорила ему: если принудительно остановить Владимира, его индекс выживаемости упадёт до нуля из-за психологического отказа от симуляции. Мягкое спасение требовало отпустить его.
[СИСТЕМА]: Протоколы изменены. Жилой отсек герметизирован. Обратный отсчёт до включения ионных двигателей: 60 секунд. Удачи, создатель.
В абсолютной тишине вакуума, далеко за пределами земной атмосферы, беспилотный автоматический корабль развернул маршевые разгонные кольца. Крошечная песчинка, внутри которой спал один-единственный человек, навсегда покинула орбиту Земли, уходя в холодную неизвестность к чужим, неидеальным звёздам.

