0 просмотренных постов скрыто
ОТРЯД «ОМЕГА-ПУСТОТА»
1. Понедельник начинается в ничто
Офис Отряда Спасения Вселенной (кратко — ОСВ, или просто «Контора») находился там, где ему и положено находиться: в арендованном подвале бизнес-центра класса «С» на окраине Москвы. Спасать Вселенную из пафосного небоскреба в Сити было бы дурным тоном, да и бюджет не позволял.
Майор Перегудов, начальник отряда, сидел в позе лотоса на офисном кресле, обитом черным дерматином. Кресло скрипело, потому что поза лотоса давалась майору с трудом — сказывались старые раны, полученные еще во время срочной службы в стройбате, и лишний вес, накопленный за годы сидячей медитативной работы.
Перед ним на столе лежал предмет, ради которого, собственно, и был создан отряд. Это был Уроборос. Он был не совсем змеей и не совсем драконом, а скорее продуктом коллективного бессознательного, сжатым до размеров пресс-папье из дымчатого стекла. Змея кусала себя за хвост, и в этом жесте была вся безысходность бытия.
— Товарищ майор, — в кабинет, не постучавшись, вошел Семеныч. Семеныч был не человеком, а сгустком протоплазменной энергии, принявшим форму системного администратора средних лет. Он носил растянутый свитер, очки с толстыми линзами и имел привычку пить растворимый кофе литрами, хотя, по идее, мог питаться солнечным светом или страданиями пользователей Windows.
— Семеныч, — кивнул майор, не открывая глаз. — Докладывай. Уровень энтропии?
— Растет, товарищ майор. Кольцо сужается. Вечное возвращение набирает обороты. Мы уже, по моим подсчетам, проживаем понедельник в триста сорок седьмой раз. Вы не замечали?
Перегудов открыл один глаз.
— Замечал, Семеныч. Поэтому и сижу в позе лотоса. Пытаюсь остановить поток сознания и выйти из круга сансары. Но это кресло… Оно, кажется, тоже часть круга. Скрипит одинаково каждый раз.
Семеныч подошел к столу, взял стеклянного уробороса и начал его разглядывать на свет. Свет в подвале был тусклым, люминесцентным, и казалось, что змея внутри стекла едва заметно шевелится.
— Надо что-то делать, — сказал Семеныч. — Иначе нас снова сожрет Хронос. Или не Хронос, а корпорация «ХроносГазПром». Они уже выкупили права на время в этом секторе.
— Знаю, — поморщился Перегудов. — Они нам счета шлют за каждую секунду. Мы у них в вечном долгу. В этом и есть их план. Пока мы должны, мы не можем выйти из цикла. Долг — это и есть хвост, который мы жуем.
Дверь снова открылась. На этот раз беззвучно. Вошла Алиса — аналитик отряда. Она была одета в строгий деловой костюм, который контрастировал с её главной функцией: Алиса была Пробужденной, и единственная во всем отряде умела видеть Пустоту за симуляцией. Она носила туфли на высоком каблуке, потому что, по её словам, «пустоту удобнее топтать с высоты».
— Совещание, — коротко сказала она. — Срочное.
2. План спасения
Они собрались в переговорной, которая называлась «Нирвана». На стенах висели мотивационные плакаты: «Проснись и пой!», «Будда спас — и ты сможешь!» и «Карма — это не приговор, а KPI».
Перегудов сел во главе стола. Рядом устроился Семеныч с ноутбуком, на котором был наклеен стикер «Я мыслю, следовательно, я существую. Но это не точно». Алиса стояла у маркерной доски и рисовала схему. Схема изображала круг, в котором был нарисован еще один круг, а в нем — маленький человечек с вопросительным знаком вместо лица.
— Итак, — начала Алиса, — наша задача — разомкнуть Уробороса. Уроборос — это метафора вечного возвращения. Вселенная циклична. Большой взрыв, расширение, сжатие, схлопывание, и снова Большой взрыв. Но проблема в том, что в последнее время циклы участились. Мы застряли в короткой петле.
— Как заевшая пластинка? — уточнил Семеныч.
— Хуже, — сказала Алиса. — Как зацикленный рингтон на телефоне, который нельзя выключить. Вселенная сжимается до размеров одного дня. Если мы не разомкнем круг, мы так и будем проживать этот понедельник вечно. А вы знаете, что такое вечный понедельник?
— Это же «День сурка», — хмыкнул Перегудов.
— «День сурка» — это голливудская сказка для домохозяек, — отрезала Алиса. — Там герой выучился играть на пианино и соблазнил девушку. В реальности вечный понедельник — это когда ты приходишь на работу, а тебе говорят: «У нас новая вводная, переделай отчет», и так миллион раз, причем каждый раз ты помнишь, что уже делал это, но не можешь отказаться, потому что подписал контракт.
— И как нам его разомкнуть? — спросил Семеныч, отхлебывая кофе.
— Нужно найти точку входа, — Алиса обвела круг маркером. — Место, где хвост змеи входит в пасть. Это точка максимального напряжения. Обычно она находится там, где субъект совершает акт повторения. Нам нужно внедрить в эту точку агента, который нарушит ритуал.
— Кто этот агент? — спросил Перегудов.
— Ты, товарищ майор.
В комнате повисла тишина. Даже люминесцентные лампы, казалось, перестали жужжать.
— Почему я?
— Потому что ты — мифологический герой, — пожала плечами Алиса. — Ты Перегудов. В твоей фамилии слышится «перегул» и «гудок». Ты символ перехода. Кроме того, у тебя есть доступ к телу, а это редкость для нашего отряда. Семеныч — протоплазма, я — чистое сознание. А ты — физическое тело. Нам нужно, чтобы кто-то физически разомкнул круг.
— И что я должен сделать?
— Ты должен откусить хвост, — сказала Алиса.
Перегудов нахмурился.
— Чей хвост?
— Уробороса. Точнее, его аватара в нашей реальности.
3. Аватар вечного возвращения
Аватаром Уробороса оказался не кто иной, как курьер службы доставки суши по имени Колян.
Колян был невысоким парнем с вечно заспанным лицом и термосумкой через плечо. Он каждый день привозил в офис бизнес-центра один и тот же заказ: сет «Филадельфия Премиум» для фирмы «ХроносГазПром». И каждый день он ошибался дверью и стучался в подвал к Отряду Спасения Вселенной.
— Это не нам! — кричал ему в сотый раз Перегудов. — Мы ничего не заказывали!
— Но ведь кто-то заказал, — пожимал плечами Колян. — В накладной написано: «Бизнес-центр, подвал, ОСВ». Оплата картой.
— Мы не едим суши, — рычал Перегудов. — Мы питаемся праной!
— Ну, извините, — улыбался Колян. — Тогда я поеду обратно. Скажу, что отказ.
Но на следующий день он приезжал снова. И так — вечно. Колян был зацикленным элементом, но не осознавал этого. В его голове каждый день был новым. Он был идеальным исполнителем, жующим свой собственный хвост в виде бесконечного маршрута: ресторан — офис — ресторан — офис. Он и был Уроборосом в человеческой форме.
— Понял, — сказал Перегудов, выслушав объяснения Алисы. — Значит, я должен помешать ему доставить заказ.
— Нет, — покачала головой Алиса. — Если ты просто помешаешь, это не разомкнет круг. Это будет просто сбой в программе. Система перезагрузится, и Колян снова постучится в нашу дверь. Ты должен не помешать, а переубедить.
— Переубедить в чем?
— В том, что он — курьер. Ты должен заставить его увидеть, что он змея, кусающая себя за хвост. Только когда аватар осознает свою природу, кольцо разомкнется. Он должен сам разжать челюсти.
— А если не захочет?
— Тогда мы все останемся здесь навсегда, — просто сказала Алиса. — И ты будешь вечно слушать его стук в дверь.
4. Разговор с Уроборосом
На следующий день, ровно в 12:00 по московскому времени, в дверь подвала постучали. Стук был ритмичным, как метроном. Перегудов глубоко вздохнул, вышел из позы лотоса (кресло издало вздох облегчения) и открыл дверь.
Перед ним стоял Колян. На нем была красная ветровка с логотипом «Суши-Раджа», а на плече — термосумка. Пахло от него дождем и соевым соусом.
— Здравствуйте! — бодро начал Колян. — Доставка суши. Сет «Филадельфия Премиум». Оплата картой.
— Проходи, — сказал Перегудов.
Колян удивился. Обычно его посылали. Но приглашение он принял.
Они сели в переговорной «Нирвана». Алиса включила чайник. Семеныч отключил проектор, чтобы не мешать вибрациям. Перегудов смотрел на Коляна, как смотрят на бомбу с часовым механизмом.
— Колян, — начал майор, — скажи, тебе нравится твоя работа?
— Ну, так, — пожал плечами парень. — Норм. Движуха, чаевые. Но бывает скучно. Каждый день одно и то же. Встал, поехал, развез, уснул. Как в тумане.
— А ты не задумывался, почему каждый день одно и то же?
— Так работа такая, — улыбнулся Колян. — У всех так. Система.
— Вот, — поднял палец Перегудов. — Ты сам сказал: Система. А теперь представь, что Система — это не просто слово. Это живое существо. Огромная змея, которая свернулась вокруг Вселенной и жует свой хвост. А ты — ее движущая сила. Ты — тот, кто заставляет ее челюсти сжиматься.
Колян посмотрел на майора как на сумасшедшего.
— Дядь, ты чего? Я просто курьер. Пиццу развожу… то есть суши.
— Ты не просто курьер, — вмешалась Алиса. — Ты — архетип. Ты повторяешь один и тот же маршрут, создавая замкнутый контур. Каждый твой круг по городу — это виток змеи. Каждый твой стук в дверь — это импульс, который сжимает время. Ты — человеческое воплощение Вечного Возвращения, Колян. Ты — тот, кто удерживает Вселенную в петле.
— Это у вас корпоратив такой, что ли? — Колян начал нервничать. — Вы из «ХроносГазПрома», да? Я так и знал, что они меня вычислят. Я не специально им суши вожу! Просто маршрут такой!
— Ты не понимаешь, — Перегудов наклонился вперед. — Ты можешь разомкнуть круг. Прямо сейчас. Ты можешь просто не доставить этот заказ. Оставь его здесь. Или съешь сам. Сломай ритуал.
Колян отшатнулся.
— Вы чего? Меня же уволят! У меня смена горит! Клиент ждет!
— Клиент подождет, — сказала Алиса. — А вот Вселенная — нет. Каждая минута промедления увеличивает энтропию. Если ты не разомкнешь кольцо, через месяц мы все исчезнем в черной дыре, которая образуется от трения повторяющегося времени.
— Какой, блин, дыре? — Колян встал. — У меня айфон в машине заряжается. Мне надо еще в три места. Вы меня не задерживайте, пожалуйста. Если вам не нужны суши, я поехал.
— Стой! — крикнул Перегудов. — Если ты сейчас уйдешь, ты обречешь человечество на вечный понедельник!
— Ну и ладно, — бросил Колян. — Зато у меня работа есть.
И он вышел за дверь.
5. Метод «Дзен-Провайдера»
— Провал, — констатировал Семеныч. — Операция «Разомкнутый Рот» не удалась. Колян отказался от спасения мира в пользу трудовой дисциплины. Это сильно усложняет.
Алиса задумчиво рисовала на доске новые круги. Перегудов смотрел в окно, но видел только кирпичную стену.
— Логично, — сказала Алиса. — Он не может разорвать цикл, потому что цикл — это его источник существования. Для него вечное возвращение — это зарплата. Наша ошибка в том, что мы предложили ему свободу. А свобода ему не нужна. Ему нужны чаевые.
— Так может, предложить ему чаевые? — спросил Перегудов.
— Чаевые — это часть цикла, — покачала головой Алиса. — Мы не можем откупиться от вечности. Нужен другой подход. Нужно перенаправить его движение. Пусть он продолжает ездить по кругу, но круг должен измениться. Нам нужно изменить маршрут.
— Как?
— Мы должны взломать навигатор, — сказал Семеныч. — Идея простая: если мы не можем остановить змею, мы заставим ее ползти в другую сторону. Или, еще лучше, заставим ее ползти по спирали.
— Объясни, — потребовал Перегудов.
— Смотри. Уроборос — это круг. Вечное возвращение — это повторение. Но если мы введем в этот круг вектор, если мы заставим Коляна ехать не по кругу, а по спирали, он начнет постепенно удаляться от исходной точки. Это и будет размыкание. Он не заметит, как выедет за пределы цикла.
— И куда он приедет?
— В точку невозврата, — улыбнулась Алиса. — Туда, где хвост не дотягивается до пасти.
План был принят. Семеныч взялся за работу. Он был протоплазменным хакером. Он подключился к ГЛОНАСС, GPS и к своей собственной протоплазме, которая вибрировала в резонансе с информационными полями. Через час в его руках был доступ к серверу «Навигатор Про».
— Готово, — сказал он. — Я загрузил в приложение Коляна новый маршрут. Теперь он будет ездить не по окружности, а по лабиринту. Каждая точка доставки будет находиться чуть дальше от центра. Он не заметит, но его траектория превратится в спираль Архимеда.
— А если он заметит? — спросил Перегудов.
— Не заметит. Я также внедрил в его приложение генератор пробок. Он будет думать, что просто объезжает заторы. Ему будет казаться, что он стоит на месте, а на самом деле будет двигаться вверх.
— Вверх? — удивился Перегудов. — Куда вверх?
— Из сансары, — сказала Алиса.
6. Спираль
Прошло три дня. Точнее, прошло три витка спирали. Колян ездил по городу, развозил суши, и с каждым днем его маршрут становился все более странным. Он начал замечать, что улицы, по которым он ездит, становятся какими-то… нереальными. Здания были похожи на декорации из папье-маше. Люди на переходах смотрели сквозь него, как будто он был призраком.
Однажды вечером он приехал к очередному клиенту. Адрес был странным: «Улица Пустоты, дом 0». Дома с таким номером не было. Вместо него был пустырь, а посреди пустыря стоял стол, покрытый белой скатертью. За столом сидели трое: мужчина в странном мундире, женщина в деловом костюме и человек в свитере, похожий на сисадмина.
— Вы? — Колян вылез из машины с термосумкой. — Что вы здесь делаете?
— Ждем тебя, — сказал Перегудов. — Это конечная точка маршрута.
— А где дом? Где клиент?
— Клиент — это ты, — сказала Алиса. — Ты привез еду самому себе. Вечное возвращение замкнулось на тебе. Ты больше не курьер. Ты — конечный получатель.
Колян медленно открыл термосумку. Внутри лежал не сет «Филадельфия», а маленькая стеклянная фигурка змеи, кусающей свой хвост.
— Что это? — прошептал он.
— Это ты, — сказала Алиса. — Теперь ты видишь.
Колян взял фигурку в руки. В этот момент он почувствовал, что его тело стало легким, почти невесомым. Он посмотрел на свои руки — они были полупрозрачными. Он оглянулся на свой автомобиль. Машина медленно растворялась в воздухе, как кусок сахара в стакане с кипятком.
— Я исчезаю? — спросил он без страха.
— Нет, — ответил Перегудов. — Ты размыкаешься. Ты выходишь из петли. Больше никаких маршрутов, никаких заказов, никаких понедельников.
— А что будет со Вселенной?
— Вселенная вздохнет свободно, — улыбнулся Семеныч. — Время снова потечет по прямой. Или по кругу, но уже гораздо большему.
Колян улыбнулся. Впервые за много циклов он почувствовал, что может не спешить.
— Знаете, — сказал он, — а ведь суши уже остыли.
— Это не страшно, — сказал Перегудов. — Главное, чтобы цепь разомкнулась.
Фигурка в руках Коляна треснула. Стекло рассыпалось на мелкие осколки, которые, не долетая до земли, превратились в свет. Тело Коляна вспыхнуло, как перегоревшая лампочка, и исчезло.
На пустыре остались только трое.
7. Эпилог: Оперативное совещание
В подвале бизнес-центра снова было тихо. Перегудов сидел в позе лотоса на скрипучем кресле. Алиса поливала фикус, стоящий в углу. Фикус, как заметил Перегудов, снова начал расти.
— Операция завершена успешно, — доложил Семеныч, входя в кабинет с планшетом. — Вечное возвращение остановлено. Уроборос разомкнут. Время во Вселенной снова течет линейно.
— Это хорошо, — кивнул Перегудов. — Только что-то у меня чувство тревоги осталось. Будто мы что-то забыли.
— Мы забыли оплатить счет за электричество, — сказала Алиса. — Если не заплатим, отключат свет. А в темноте, как известно, снова может свернуться Уроборос. Потому что тьма — это и есть хвост, а свет — это пасть.
— Тогда пусть Семеныч оплатит, — сказал Перегудов. — У него есть доступ к протоплазме. Пусть генерирует биткойны.
Семеныч закатил глаза.
— Товарищ майор, моя протоплазма не для биткойнов. Она для духовного роста.
— А в чем разница? — спросил Перегудов.
— Биткойн — это цифровое золото, а духовный рост — это обесценивание золота в пользу пустоты.
— Хорошо, — Перегудов встал. — Тогда вызовем курьера. Пусть привезет нам что-нибудь поесть. Но только не суши. Суши у меня уже ассоциируются с вечностью.
Алиса подошла к окну. За стеклом шел дождь. Обычный московский дождь. Не циклический, не символический. Просто вода с неба.
— Как ты думаешь, — спросила она, не оборачиваясь, — если Уроборос разомкнулся, то кто теперь будет виноват в том, что все повторяется?
— Никто, — ответил Перегудов. — Теперь виноватых нет. Есть только мы.
— И это, — сказал Семеныч, — самый страшный вид ответственности.
На этом совещание закончилось, потому что чайник, стоящий на подоконнике, внезапно закипел сам собой. И все поняли: это значит, что где-то в недрах Вселенной заварился новый цикл.
Но это уже совсем другая история.
Показать полностью
Андрей Владимирович Иванов (1958—) Мир сознания. Барнаул, 2000 год
Глава I. Сознание как парадоксальная реальность
§3. Концептуально-методологические основания целостного осмысления феномена сознания
...Мало того, только благодаря этой живительной связи с «мы» я могу сформироваться, существовать и развиваться как сознательная личность. «Каждое “я”, — фиксирует эту важнейшую интуицию отечественной философии и культуры С.Л.Франк, — не только содержится в “мы”, с ним связано и к нему относится, но можно сказать, что и в каждом “я” внутренне содержится, со своей стороны, “мы”, так как оно ... и является последней опорой, глубочайшим корнем и живым носителем “я”». Однако «со» подразумевает не только «горизонтальную» общность и связанность с тем, что мне подобно, т.е. с другими «я» в рамках социального «мы»; но также связь с тем, что может быть и «выше», и «ниже» меня. Имеется в виду органическая связь с природным миром и его многообразными формами, а также связь с духовными началами, а, возможно, и деятельными «я», которые могут превосходить меня по уровню своей сознательной деятельности. Низшее заслуживает сострадания и помощи, поскольку я нахожусь или должен находиться с ним в покровительственном со-общении; высшее — наоборот, благоговения и служения, поскольку сообщает нечто, позволяющее мне лично совершенствоваться и восходить. Ницше совершенно верно обронил: «Обыкновенно принимают само сознание за общий сенсориум и высшую инстанцию; тогда как оно есть лишь средство взаимного общения, оно развилось из сообщения и в интересах сообщения». Наконец, есть еще один, направленный вглубь, аспект этого краеугольного «со» — сопричастность собственному внутреннему миру, который не менее таинственен и непонятен, чем предстоящее нашему внешнему восприятию мировое сущее. Словом, в этом русском «со» — содержится мотив принципиальной открытости человека всему, что только есть в окружающем его мире, в том числе и собственным неизведанным глубинам души и духа.
Показать полностью
Кара-Мурза С. Г. (1939—2025) После перестройки. Интеллигенция на пепелище родной страны. М., 1995
Постулат шестой. Революция имеет целью создать взамен порочной плановой системы эффективную экономику
"На Руси никогда не было нормальной, вольной частной собственности… Частная собственность — материя и дух цивилизации." А.Н.Яковлев
...Мы помним, что весь пафос в сфере экономики начиная с 1988 года был сосредоточен на сломе "ненормальной" административно-командной системы. "На то и революция, чтобы ломать отжившее, застойное, все то, что мешает быстрому движению вперед. Без ломки не расчистишь площадку для нового строительства. Вот и перестройка означает решительную, крутую ломку…", — говорил М.С.Горбачев.
Каков же был тот чудодейственный аргумент, который убедил интеллигентов поддержать слом экономической системы, на которой было основано все жизнеобеспечение страны? Ведь не шуточное же дело было предложено. Аргументом была экономическая неэффективность плановой системы. Это было как заклинание. Люди, привыкшие рационально мыслить в своей сфере, поразительным образом приняли на веру, как некое божественное откровение, разрушительную идею, воплощение которой потрясало весь образ жизни огромной страны. Никто даже не спросил, по какому критерию оценивается эффективность.
Почти никто не усомнился, не потребовал мало мальски серьезной проверки. А ведь основания для сомнений были налицо. Более того, невозможно предположить, что "архитекторы" выдвигали этот тезис искренне — они реальность знали достаточно хорошо. Вот их самые грубые методологические подтасовки:
1. В качестве стандарта сравнения экономики СССР были взяты развитые капиталистические страны — очень небольшая группа, в которой проживает лишь 13 проц. человечества. Этот выбор абсолютно ничем не обоснован (ни исторически, ни логически). Самые элементарные критерии подобия, необходимые для такого сравнения, не соблюдаются.
2. За 400 лет Запад сформировал главную производительную силу своей экономики — "человека фабричного" с особой мотивацией, трудовыми навыками и даже с особой физиологией (в частности, суточными биоритмами). Такой рабочей силой СССР, прошедший основной этап первичной индустриализации одно-два поколения назад, еще не обладает. По этому важнейшему ресурсу сравнение просто некорректно (а эффективность — это результат, соотнесенный с ресурсами).
3. В ХХ веке состояние экономики в большой степени определяется использованием новых технологий. СССР был лишен доступа к продукту мощного совокупного научно-технического потенциала капиталистического мира, а собственная наука могла обеспечить хорошими технологиями лишь немногие ключевые отрасли.
4. Страны первого мира, взятые за образец, получили для своего развития огромный стартовый капитал за счет ограбления колоний. На эти деньги было создано "работающее" до сих пор национальное богатство (дороги, мосты, здания, финансовый капитал и т.д.).* СССР не имел таких источников, Россия не эксплуатировала, а, наоборот, инвестировала национальные окраины. Отставание в накопленном национальном богатстве колоссально, и форсированное преодоление этого разрыва отвлекало от "наполнения прилавков" очень большие ресурсы.**
5. За последние 50 лет экономическое и технологическое развитие протекает исключительно нелинейно. Сравнивать системы, находящиеся на разных стадиях своего жизненного цикла, неправомерно. В частности, СССР в 70-80-е годы вошел примерно в ту фазу индустриального развития, которую Запад прошел в 30-е годы с тяжелейшим структурным кризисом. Напротив, в 50-60-е годы никому и в голову не приходило говорить о неэффективности плановой экономики.***
6. Капиталистическая экономика существует в форме единой, неразрывно связанной системы "первый мир — третий мир". Т.н. развитые страны представляют собой лишь витрину, небольшую видимую часть айсберга этой системы. Эта часть потребляет около 80 процентов ресурсов и производит около 80 проц. вредных отходов. Массивная часть ("третий мир") поставляет минеральные, энергетические и человеческие ресурсы и принимает отходы. Создав экономические и политические рычаги (внешний долг, подготовка элиты, коррупция администрации, военная сила), первый мир за последние десятилетия создал эффективную систему сброса в третий мир не только отходов и вредных производств, но и собственной нестабильности и кризисов.****
Стыдно напоминать прописные истины, которые можно найти в любом международном справочнике, но приходится — их чудесным образом забыли. США, обладая богатейшими минеральными ресурсами, импортируют 91 проц. хромовой руды, 96 кобальта, 98 марганца, 72 никеля и 87 олова. Потому что это во много раз дешевле.
Если хоть на минуту представить себе, что Запад внезапно оказался отрезанным от потока ресурсов из третьего мира, его экономика испытала бы коллапс, после которого, скорее всего, там ввели бы жесткую систему планирования. Малейшие попытки хоть небольшой части третьего мира контролировать поток ресурсов вызывают панику на биржах и мобилизацию всех средств давления. Война в Ираке, лишенная всякого идеологического прикрытия, это показала с полной очевидностью. За один день операции "Буря в пустыне" Запад тратил до полутора миллиардов долларов. Почему такая щедрость? Потому, что 1 доллар, вложенный в Ближний Восток, давал 7 долл. прибыли.
CCCР доступа к дешевым ресурсам третьего мира (в том числе экологическим) был лишен.
Тезис о неэффективности советской экономики с использованием критерия "полные прилавки" (вернее, уровень потребления) очевидно несостоятелен, если его прилагать ко всей системе "первый мир — третий мир", а не к ее витрине. В среднем уровень потребления всех людей, непосредственно включенных в технологическую цепочку производства капстран (боливийских индейцев, добывающих олово, или собирающих компьютеры филиппинских девочек), был гораздо ниже, чем в СССР.
7. Вплоть до перестройки Россия (СССР) жила, по выражению Менделеева, "бытом военного времени" — лучшие ресурсы направляла на военные нужды. Как бы мы ни оценивали сегодня эту политику, она не была абсурдной и имела под собой исторические основания. Ее надо принять как факт. Вспомним, как У.Фостеp, министp пpи Тpумене и пpи Кеннеди, обосновывал удвоение военных pасходов США: это, мол, заставит СССР сделать то же самое и "лишит pусский наpод тpети и так очень скудных товаров наpодного потpебления, котоpыми он pасполагает".
Та часть хозяйства, которая работала на оборону, не подчинялась критериям экономической эффективности (а по иным критериям она была весьма эффективной). По оценкам экспертов, нормальной экономикой, не подчиненной целям обороны, было лишь около 20 проц. народного хозяйства СССР. Запад же, при его уровне индустриализации, подчинял внеэкономическим критериям не более 20 проц. хозяйства. Если демократы говорят, что прямо "на прилавки" работала лишь 1/5 нашей экономики — против 4/5 всей экономики капиталистического мира, то сравнивать надо именно эти две системы. И сказать, что плановая система справлялась хуже — значит просто отказаться от всех норм рационального мышления и от всяких следов интеллектуальной совести. Да и обеспечить военный паритет на современном уровне убогая и неэффективная экономика не смогла бы. Пусть подумает наш интеллигент, что означает создать и наладить крупномасштабное серийное производство такого, например, товара, как МИГ-29.
Не могу не сделать здесь лирического отступления. Сегодня интеллигенция России "как бы забыла" о холодной войне и считает гонку вооружений в СССР признаком идиотизма советской системы. Думаю, здесь отключение исторической памяти подкрепляется нечистой совестью человека, смутно сознающего, что его мозги промыты "Голосом Америки". Но заметьте: ни один военный из демократов не взял на себя смелость заявить, что вооружаться не было нужды.
Сегодня мы получаем кое-какой доступ к документам холодной войны. Сразу после так любимой демократами речи Черчилля в Фултоне было собрано совещание пpомышленных магнатов США фоpмулиpуется. Вот выдержки из резолюции: "Россия — азиатская деспотия, пpимитивная, меpзкая и хищная, воздвигнутая на пиpамиде из человеческих костей, умелая лишь в своей наглости, пpедательстве и теppоpизме" — это о союзнике, который вчера спасал тебя в Арденнах. И вывод: чтобы блокировать Россию, США должны получить пpаво контpоля за пpомышленностью всех стpан и pазместить свои лучшие атомные бомбы "во всех pегионах миpа, где есть хоть какие-то основания подозpевать уклонение от такого контpоля или заговоp пpотив этого поpядка, а на деле немедленно и без всяких колебаний сбpасывать эти бомбы везде, где это целесообpазно". Это надо читать, вдумываясь в каждое слово.
* Кажется невероятным, но до сих пор заметная часть европейского среднего класса (например, в Испании) получает ренту с капитала, полученного в колониях.
** Различие в накопленном за века национальном богатстве не отражается в статистике, и наши люди просто не имеют о нем представления. Только долго пожив за границей, оцениваешь величину разрыва в материальных накоплениях на всех уровнях техносферы. Действующий фонд жилищ и общественных зданий Западной Европы создан за 5 веков. А когда немецкая компания для дружеской пирушки зажаривает свинью, для ее разделки используется два десятка разных ножей, пилок и щипцов. Чтобы прийти к этому от нашего "топора да долота", нам надо еще долго-долго вкладывать средства вопреки убогому критерию "эффективности". Иначе — регресс (который мы сегодня и наблюдаем). Но эффективность применения того, что мы имели, была огромной. Кропотливые расчеты, проведенные в 1986-1988 гг., показали, что в то время советский ученый в среднем имел приборов и оборудования в 200 раз меньше, чем его коллега в США (даже без учета вычислительной техники).
*** В те годы виднейшие американские экономисты писали, что рыночная экономика, конечно, менее эффективна, чем плановая, но это — та плата, которую Запад должен платить за свободу.
**** "Третий мир" выдает на гора все больше сырья, сельхозпродуктов, а теперь и удобрений, химикатов, машин — а нищает. Соотношение доходов 20 проц. самой богатой части населения Земли к 20 проц. самой бедной было 30:1 в 1960 г., 45:1 в 1980 и 59:1 в 1989. Латинская Америка при весьма высоком уровне развития и образования погружена за 80-е годы в тяжелейший кризис при постоянном росте производства и извлечения природных ресурсов. Некоторым странам позволяют выйти из кризиса исходя из сугубо политических соображений (Чили — ради борьбы с социалистическими идеями, Мексике — как соседу США, "буферной социальной зоне").
...То, что интеллигенция поверила в миф о советских товарах, говорит о ее полной беззащитности против манипуляции сознанием. Но как же "компетентные" экономисты, хотя бы не из команды Гайдара? Вот это — загадка. Из всех моих разговоров с этими людьми я вынес тяжелое ощущение интеллектуальной патологии. Полный отказ от логики (это — как минимум). Любая попытка установить "систему координат" отвергалась, любой вопрос сразу "замазывался". Говоришь об алюминии, а тебе в ответ про сталинские репрессии и тайные страдания Шостаковича. И бесполезно было признать все это и попытаться ограничить тему: пусть мы были "империя зла", но товары-то конкурентоспособны? Куда там.
Представление о собственности. А.Н.Яковлев поднимает его на небывалую в мире, религиозную высоту: "Нужно было бы давно узаконить неприкосновенность и священность частной собственности".
Поговорим о священности — остальное прикладывается само собой. Известно, что частная собственность — это не зубная щетка, не дача и не "мерседес". Это — средства производства. Тот, кто их не имеет, вынужден идти к тебе в работники и своим трудом производить для тебя доход. "Из людей добывают деньги, как из скота сало", — гласит пословица американских переселенцев, носителей самого чистого духа капитализма. Единственный смысл частной собственности — извлечение дохода из людей.
Где же и когда средство извлечения дохода приобретало статус святыни? Этот вопрос поднимался во всех мировых религиях, и все они наложили запрет на поклонение этому идолу (золотому тельцу, Мамоне). Даже иудаизм на стадии утверждения Закона Моисея. В период возникновения рыночной экономики лишь среди кальвинистов были радикальные секты, которые ставили вопрос о том, что частная собственность священна. Но их преследовали даже в Англии. Когда же этот вопрос снова встал в США, куда отплыли эти святоши, то даже отцы-основатели США, многие сами из квакеров, не пошли на такое создание идола, а утвердили: частная собственность — предмет общественного договора. Она не священна, а рациональна. О ней надо договариваться и ограничивать человеческим законом.
И вот, в России, среди культур, выросших из православия, ислама, иудаизма и марксизма, вдруг, как из пещеры, появляется академик по отделению экономики и заклинает: священна! священна! А за ним целая рать шестерок из прессы и ТВ. Что же это творится, господа? Нельзя же так нахально переть против законов Моисея и диалектического материализма.
...Атомизация человека в буржуазном обществе была дополнена идеологией социал-дарвинизма ("выживание наиболее способных"). Особый его всплеск был вызван кpизисом конца 20-х годов. В Англии уважаемый ученый сэp Джулиан Хаксли пpизывал к меpам, не допускающим, чтобы "землю унаследовали глупцы, лентяи, неостоpожные и никчемные люди". Чтобы сокpатить pождаемость в сpеде pабочих, Хаксли пpедложил обусловить выдачу пособий по безpаботице обязательством не иметь больше детей. "Наpушение этого пpиказа, — писал ученый, — могло бы быть наказано коpотким пеpиодом изоляции в тpудовом лагеpе. После тpех или шести месяцев pазлуки с женой наpушитель, быть может, в будущем будет более осмотpительным". Немало было и "научно обоснованных" возражений против программ социальной помощи, нарушающей закон борьбы за существование. Как выразился Ницше, "сострадание в человеке познания почти так же смешно, как нежные руки у циклопа".
Но культура России совершенно иная. В России дарвинизм был воспринят быстро, но неприемлема была его мальтузианская компонента. Произошла адаптация дарвинизма к русской культурной среде ("Дарвин без Мальтуса"). Главный тезис этой "немальтузианской" ветви дарвинизма, связанной прежде всего с именем П.А.Кропоткина, сводится к тому, что возможность выживания живых существ возрастает в той степени, в которой они адаптируются в гармоничной форме друг к другу и к окружающей среде. Эту концепцию П.А.Кропоткин изложил в книге "Взаимная помощь: фактор эволюции". Он резюмирует: "Взаимопомощь, справедливость, мораль — таковы последовательные этапы, которые мы наблюдаем при изучении мира животных и человека. Они составляют органическую необходимость, которая содержит в самой себе свое оправдание и подтверждается всем тем, что мы видим в животном мире… Чувства взаимопомощи, справедливости и нравственности глубоко укоренены в человеке всей силой инстинктов. Первейший из этих инстинктов — инстинкт Взаимопомощи — является наиболее сильным".
Cегодня и духовные лидеры западной цивилизации отдают себе отчет в том, что постулат о природном индивидуализме человека — миф. Ведь говорил в 1984 г. Фридрих фон Хайек, духовный отец наших либералов, что для нормальной работы рыночной экономики "люди должны изжить некоторые естественные инстинкты, прежде всего, инстинкт сострадания и солидарности". Он считал эти инстинкты естественными. Иными словами, в идеале человек рыночный есть новый биологический вид, отличающийся от "нерыночного" не культурой, а отсутствием некоторых биологически присущих тормозов (инстинктов). В осознании этого "конечного" утверждения истоки глубокого духовного кризиса Запада.
И вот, в конце ХХ века русская интеллигенция отказывается от Кропоткина, от Толстого и Достоевского — ради Фридмана и фон Хайека!
...Приватизация. Приватизация — лишь элемент процесса изменения отношений собственности, а именно, наделение правом частной собственности на приватизируемое предприятие. Но государственные предприятия находятся в общественной собственности — они национализированы. Государство выступает лишь как распорядитель, управляющий этой собственностью. Чтобы иметь возможность ее приватизировать, необходимо сначала осуществить денационализацию. Это — первый важнейший этап, и он означает изъятие собственности у ее владельца (нации). А это, совершенно очевидно, никак не сводится к экономическим отношениям (так же, как грабеж в переулке не означает для жертвы просто утраты некоторой части собственности). Однако и в законах о приватизации, и в прессе проблема изъятия собственности замалчивались. Слово "денационализация" не встречается ни разу, оно стало табу и заменено неологизмом "разгосударствление". Очевидно, что именно изъятие собственности, экспроприация чревата острыми коллизиями — даже если экономическая компенсация собственнику вполне справедлива. У нас же о компенсации и речи нет.
Лукавые "архитекторы" запустили в сознание мифологему "общественная собственность — ничья" и назойливо утверждали, что трудящиеся потеряли чувство хозяина. Ура! Их можно ограбить незаметно. Интеллигенция в это поверила и стала рьяным пропагандистом приватизации. На деле чувство хозяина лишь "дремало", пока с собственностью было все в порядке. Именно национализированная собственность обеспечивала ту "уравниловку", при которой люди покупали хлеб по 18 коп. и ездили на метро за 5 коп. Вчитайтесь в слова Г.Попова (в книге "Иного не дано"): "Социализм, сделав всех совладельцами общественной собственности, дал каждому право на труд и его оплату… Надо точнее разграничить то, что работник получает в результате права на труд как трудящийся собственник, и то, что он получает по результатам своего труда. Сегодня первая часть составляет большую долю заработка". Г.Попов признает, что большая часть заработка каждого советского человека — это его дивиденды как частичного собственника национального достояния. Сейчас мы видим, как граждане теряют именно эту компоненту своего заработка, а приватизаторы начинают получать доход как собственники, но уже не трудящиеся собственники — это и есть "реформа". Но можно ли всерьез надеяться, что этого экспроприированные собственники не заметят и не поймут? Значит, расчет на подавление силой. При помощи русской интеллигенции!
...Чубайс говорил о "перераспределении дохода в пользу неимущих". Ложь. Речь шла о перераспределении не дохода, а собственности на средства производства. Собственности, которая приносила людям постоянный и немалый доход. Чубайс рад — люди не протестуют. Это — линейное мышление западника. То-то и страшно, что наш народ не умеет протестовать соответственно несправедливости, потому у нас и произошел взрыв революции. Рано или поздно люди воспримут проведенную экспроприацию именно как формулу "обман + грабеж". Эта формула по своей взрывчатой силе просто несопоставима с тем, что привело к революции 1917 г. Тогда людям не давали части дохода и собственности, а сегодня отняли все.
...Реформы породили абсолютно ненормальную экономическую систему — в ней происходит отток средств производства из отраслей, призванных удовлетворять самую острую, жизненную потребность. Значит, сделана фатальная ошибка в экономической политике (если страна не удушается преднамеренно).
Рассмотрю здесь только одну позицию. Первая жизненная потребность — питание. В СССР был обеспечен достаточный и сбалансированный по основным показателям рацион питания, и он улучшался (при всех известных дефектах в системе переработки, хранения и распределения). Имея 6 проц. населения Земли, СССР производил 16 проц. продовольствия, и против этого никакая ложь Шмелева силы не имеет.* Да, улучшали рацион импортом, из 75 кг потребляемого на душу мяса импортировали 2 кг (зато экспортировали 10 кг рыбы).
Чего добились реформаторы? Создали такие условия, при которых производство продовольствия в России убыточно. Любое производство! За пять лет полностью удушили село. При том, что крестьяне, сопротивляясь, снизили собственное потребление до небывалого минимума, во многих местах буквально перешли на хлеб и воду. Подумайте: в Дагестане, при обилии земли, солнца и рабочих рук производство пищи убыточно — хотя зарплата в совхозах снижена до 50 тыс. руб. Иными словами, рабочая сила вводится в оборот практически бесплатно. Это — нормальная экономика?
Имеются ли какие-нибудь признаки изменения тенденций? Абсолютно никаких. Сельское хозяйство в целом (включая фермеров, о которых кукарекал Черниченко) обескровлено. Его готовят для сдачи, как банкрота, иностранным хозяевам. В первом квартале 1996 г. импорт мяса из-за рубежа ("дальнего", а не СНГ) дешевле покупки отечественного на 200 долларов за тонну, а импорт масла дешевле на 700 долларов. Значит, производство в России "при рынке" должно быть остановлено — снизить издержки оно уже не может, ибо работает на старых, советских ресурсах, уже несколько лет ничего не приобретая и не обновляя. У него уже нет статей расходов, которые можно было бы сократить.
Все это — на фоне нарастающего недоедания и угрозы голода для огромных масс людей. В 1995 г. по сравнению с 1991 г. потребление (включая импорт) мясопродуктов в целом упало на 28, масла на 37, молока и сахара на 25 проц. Но этот спад сосредоточился почти исключительно в той половине народа, которую сбросили в крайнюю бедность. Значит, в этой половине потребление самых необходимых для здоровья продуктов упало на 50-80 проц.! Интеллигенция делает вид, что не понимает этой простой вещи. О каком же национальном компромиссе может идти речь в этих условиях?
Можно это назвать издержками переходного периода? Ни в коем случае. Все делалось для того, чтобы необратимо подорвать производственный потенциал, изъять из производства базовые, инерционные ресурсы. Прежде всего, подорвать плодородие пашни — основного национального достояния России. Известно, что естественное плодородие обеспечивает урожайность не выше 7-8 ц зерна (такой она и была в благословенном 1913 г.). Больше не может компенсировать почва вынос питательных веществ, надо удобрять. При урожае 18-19 ц., как было в последние советские годы, вынос с урожаем был 124 кг питательных веществ с гектара, а вносилось 122 кг с удобрениями. Мы только-только подошли к равновесию. Оно было сломано, причем резко, грубо, режимом Ельцина. Применение удобрений в РФ упало с 14 млн. т в 1987 г. до 2 в 1995 г. В 1995 г. за рубеж ушло 77,5 проц. произведенных в РФ удобрений (причем только 2 проц. в СНГ). Подумайте только, Россия сегодня вносит в гектар пашни в 6-7 раз меньше удобрений, чем страны "третьего мира" — Бразилия, Мексика. За пять лет скатиться с уровня развитой страны на уровень во много раз более низкий, чем голодающие страны!
Что же это значит? Рынок — механизм, соединяющий производство с общественной потребностью, и он это якобы делает лучше, чем план. В России мы имеем острую общественную потребность в удобрениях (и, далее, в продуктах питания). И имеем развитое производство. Как их соединил тот "рынок", тот экономический уклад, который создан режимом Ельцина? Он их катастрофически разъединил. Это — уродливая, губительная для общества и смертельная для массы сограждан экономическая система.
* По другим данным, СССР производил 13 процентов, но этот неустранимый разброс данных дела не меняет.
Показать полностью
О ДРУЖБЕ ЛЕНЫ ХЕЙДИЗ СО СКИНХЕДОМ ПО ИМЕНИ ГЕНА
СКинхед Гена стал прототипом ницшевского Заратустры - для графической серии работ Хейдиз 2009 года
дружить можно только с теми, кто тебя никогда не предаст и не продаст, никогда и ни при каких условиях, звучит по-пионерски, конечно, но я родилась в СССР, это во-первых, и даже если бы я не родилась в СССР, а где-нибудь на Ямайке, в Гренландии, в Китае или в США, мое отношение к дружбе и верности было бы то же, это, наверное, идет от воспитания в семье, это во-вторых,
и да, в разведку можно пойти только с другом или с человеком таких же взглядов на дружбу, остальные - предадут, сдадут, настучат и тд
на фото рисунок 2009 года, на нем моя любимая модель - скинхед Гена, когда я его рисовала, ему было всего 18, Гена погиб 3 года назад и я очень скорблю, потому что Гена - это как раз тот человек, с кем я пошла бы в разведку - он не сдаст, не предаст и не подведет, а это по нынешним гнилым и продажным временам - очень редкая порода людей и такие люди на вес золота, точнее - на вес калифорния-252 (это самый дорогой металл на Земле)
я познакомилась с Геной сама - увидела в соседнем вагоне метро высокого красивого парня с бритой головой и в берцах, на ближайшей станции пересела в этот вагон, подошла к нему и познакомилась, сказала, что очень хочу его рисовать, парень согласился, мы обменялись телефонами, потом он мне позвонил первым и мы начали общаться;
О ДРУЖБЕ ЛЕНЫ ХЕЙДИЗ СО СКИНХЕДОМ ПО ИМЕНИ ГЕНА ... 2009 год
Гена! ты был человеком огромной внутренней силы, ты был порядочным, добрым и абсолютно бесстрашным ...
для всех твоих друзей и для меня в том числе твоя гибель - огромная невосполнимая потеря!
знай, дорогой Гена, мы тебя любим, уважаем и ценим и так будет всегда, пока мы живы.
PS
ГЕНА ПОГИБ НА УКРАИНЕ ЛЕТОМ 2023 ГОДА.
(ГЕНА БЫЛ НАСТОЯЩИМ СКИНОМ, А НЕ КАКИМ-ТО ТАМ ДИВАННЫМ БАЛАБОЛОМ И УЖЕ К 18 ГОДАМ ОН ИМЕЛ ЖУТКИЕ ШРАМЫ ОТ НОЖЕВОГО РАНЕНИЯ НА СПИНЕ - ОТ УЛИЧНЫХ СТОЛКНОВЕНИЙ)
СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ТЕБЕ, ГЕНА!
Тот факт, что именно ты стал прототипом ницшевского Заратустры для большой серии моих графических работ 2009 года, мне очень греет душу! Надеюсь, в истории искусства твой образ останется навечно, если, конечно, не погибнет сама человеческая цивилизация...
Показать полностью
1
Вот и поговорили...
А вам кто ближе - Ницше или Шопенгауэр? Проверю комменты 😏
Лена Хейдиз. Что есть Истина?
Что такое Истина и почему я пишу это слово с большой буквы? Истина — это научное знание
1. о том, кто такой человек, откуда он появился на Земле, а еще точнее — о том, что такое человеческое сознание и каковы его физические характеристики;
2. о том, как появился на Земле язык, какой именно язык был самым первым языком на планете;
3. о том, что происходит с сознанием в момент смерти;
Ни о первом, ни о втором, ни о третьем аспекте этой Истины науке пока еще НИЧЕГО не известно. Вообще ничего.
Собственно, Манифест Veritas и Манифест Матизма об этом как раз. Об Истине, без которой научно-технический прогресс не имеет никакого смысла и превращает человеческую цивилизацию в хаотически мятущееся агрессивное стадо животных с гаджетами, которому не нужен ни «дар свободы», ни дар истины и знания.
(Из Манифеста матизма, 2005)
"Заратустра и Последний Человек" работа из сертии Так говорил Заратустра, 2009 (она сейчас в частной коллекции)
Nietzsches Übermensch ist eine geniale Künstlerin, hat Lena Hades gesagt.
Gemeinsamkeiten von Übermensch und Genie
Schöpfung aus dem Nichts: Der Übermensch schafft eigene Werte. Die Künstlerin schafft eigene Welten.
Bruch mit Konventionen: Beide ignorieren bestehende Regeln und gesellschaftliche Tabus.
Autonomie: Sie folgen radikal ihrem inneren Kompass statt der Masse.Leid als Werkstoff: Sie verwandeln Schmerz und Chaos in Ordnung und Schönheit.
Selbstüberwindung: Der Prozess erfordert ständige, harte Arbeit an sich selbst. --------------------------
Nietzsches Übermensch ist eine geniale Malerin, deren Wille zum Wissen als fundamentale Lebensenergie wirkt. Nietzsches Übermensch ist eine geniale Künstlerin ist das persönliche Credo und der künstlerische Slogan der zeitgenössischen russischen Malerin und Konzeptkünstlerin Lena Hades.
Der Hintergrund zu Lena Hades und dem Zitat: Ihr Lebenswerk: Lena Hades ist international dafür berühmt, dass sie Nietzsches Philosophie in die bildende Kunst übersetzt hat. Sie schuf einen weltbekannten, monumentalen Gemälde-Zyklus zu „Also sprach Zarathustra“. Ihre Werke wurden sogar in offiziellen philosophischen Buchausgaben abgedruckt
Nietzsches Übermensch ist eine geniale Künstlerin, deren Wille zur Wahrheit als fundamentale Lebensenergie wirkt.
Nietzsches Übermensch ist eine geniale Künstlerin, deren Wille zur Wahrheit als fundamentale Lebensenergie wirkt. Also sprach Lena Hades.
Показать полностью
2