Предательство (кф. Заводной апельсин)
43:06 — 43:30
Закон иллюзорного братства рушится в единую секунду, когда кажущиеся соратники наносят подлый и жестокий удар в самый уязвимый момент. Вспышка неожиданной агрессии оставляет главу банды в полной темноте и беспомощности прямо на месте преступления, пока недавние подчиненные с хохотом скрываются во тьме. Тот, кто еще недавно мнил себя непобедимым вожаком, мгновенно превращается в брошенную жертву, обреченную платить за свои грехи. Какова настоящая цена слепого доверия к тем, кто шел рядом?
Вопрос жизни и смерти (кф. Заводной апельсин)
10:09 — 11:05
Милосердие может стать смертельной ловушкой, если за маской просящего о помощи скрывается хладнокровный хищник, использующий доверие как оружие. Фатальная слепота, отсутствие критического мышления и слепая наивность перед лицом опасности превращают защищенный дом в братскую могилу. Насколько высока цена человеческой доброты в мире, где любое неверное решение способно в одно мгновение уничтожить целую жизнь?
Меня бросили (кф. Грязь)
Меня бросили (1:12:33 — 1:14:10)
Мэри: У тебя есть жена, Брюс?
Брюс: Да.
Мэри: А дети есть?
Брюс: Стейси. По-моему, меня бросили. Моя семья меня взяла и бросила. Я не знаю как... и не помню почему. Со мной что-то не так... Мне кажется, что я очень серьезно болен.
Мэри: Ты... с кем-то говорил? К врачу обращался?
Брюс: Да... Нет. Я не знаю. Я не знаю.
Вспышка галлюцинации: Мэри на секунду превращается в жуткую, оскалившуюся ведьму, которая издает дикий хрип.
Брюс: Под контролем... Всё под контролем. Всё под контролем... Под контролем. Я руковожу этим долбаным расследованием, не забывай.
Мэри: Брюс. Послушай меня, ты слышишь? Я очень за тебя переживаю. По-моему, сейчас ты не в состоянии работать.
Брюс: Ступай туда и отсоси у кого-нибудь. И хватит строить из себя психолога-любителя. Слышишь, ведьма?!
Всё его дебоширство, кутёж и прочий деструктивный треш связан не с желанием развлечься или повысить яркость жизни, а с попыткой убежать от реальности и забыться в маня-фантазиях.
Его бросила семья, но он даже не помнит причин, ибо для него это настолько болезненно, что воспоминания просто заблокировались/амнезировались. Он понимает, что с ним явно происходят нездоровые вещи, но пытается убедить себя в наличии контроля даже при полной его потере.
А когда знакомая начинает углубляться в ситуацию и поднимать на поверхность всё то, что он пытался забыть/скрыть, он начинает галлюцинировать, видя в ней ведьму. Начинают срабатывать защиты, которые трансформируют восприятие реальности, создавая такие декорации, что отдалят его от болезненных воспоминаний.
Препятствия на пути самоутверждения подростка
Взрослые и определенные ими социальные правила поведения предстают, однако, как наиболее аффективно значимое препятствие на пути самоутверждения подростка. Если он становится более свободным и творческим в преодолении других преград, то в данном случае остается захваченным ими, теряет контроль, становится категоричен, пристрастен, и следовательно, неадекватен в суждениях, катастрофически реагирует на неудачи. Иначе говоря, в отношениях со взрослыми его экспансия еще не может строиться как продуктивный диалог. И на этот раз трудности могут проявиться не только в нарушении контакта с близкими, но и как негативизм и противопоставление себя общим социальным нормам.
В противоположность этому, в русле отношений со сверстниками сверхценными часто становятся групповые моральные нормы, тщательное соблюдение принятых форм поведения, внутренних правил, субординации, стремление идеально соответствовать формам своей субкультуры, в частности носить особую одежду и т. п. В этом случае стимуляция переживания своей принадлежности дружеской общности, принятия ее идеальных ценностей, соответствия ее нормам и правилам, внешнему облику члена группы может рассматриваться как компенсация по отношению к переживанию разлада, отверженности от общих социальных установок.
Выше мы говорили, что близкий имеет возможность помочь трехлетнему ребенку справиться с кризисом потому, что они сохраняют еще эмоциональную целостность, общую систему организации поведения и сознания. В подростковом возрасте ситуация меняется: конечно, остается эмоциональная привязанность друг к другу, общий эмоциональный опыт, но ребенок берет на себя функции эмоционального контроля, оценки правильности своего поведения и не нуждается во взрослом даже для саморегуляции, так как для этого имеет группу сверстников.
Характерно, что выход из кризисной ситуации происходит, как правило, с помощью посторонних людей, имеющих с подростком сначала чисто "деловые" отношения - общение в обучении, в профессиональной подготовке, в какой-то творческой деятельности. Если подросток заинтересован в таком взаимодействии, то его отношения со взрослым входят в контекст их общей экспансии, в рамках которой он может утвердить себя вне напряженного аффективного конфликта. В этом случае его уровень притязаний может складываться адекватно, с учетом реальных достижений.
Выйти из подросткового кризиса ребенок может, только заняв реальные социальные позиции в мире взрослых. В этом случае ценности его субкультуры теряют свою сверхактуальность, и он получает возможность восстановить отношения эмоциональной координации с близкими и присвоить идеальные ценности своего сообщества. В связи с этим можно отметить, что уязвимость, характерная для следующего, более "благополучного", периода развития - юношества - часто проявляется как раз в стремлении идеально, бескомпромиссно следовать избранным сообществом ценностям.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
У меня в целом по жизни так
На АлиЭкспресс
На Яндекс Маркете
UPD:
Реклама: ООО "АЛИБАБА.КОМ (РУ)" ИНН: 7703380158 Реклама: ООО "Яндекс Маркет" ИНН: 9704254424
Партнёрство. Всё, что не сказано. 3/8
Решения принимались без меня
Это началось незаметно, я уже рассказал. Как будто тебя не исключили, а просто перестали звать как нежелательного друга в компании.
Следующим сигналом была почта. Клиент, с которым мы всегда общались вдвоём, прислал подтверждение не мне, а ему.
Я написал:
- Почему меня не добавили в рассылку?
Он ответил:
- Да там всё формально. Я закрыл по-быстрому.
*пишу и думаю, звучит как будто я ябедничаю)) но на самом деле нет, все было в рабочем порядке*
Я знал, что это не критично. Но галочку еще одну поставил.
Потом пошли звонки от клиентов, с которыми я раньше работал напрямую. Они задавали вопросы, о сути которых я был не в курсе. Я слушал и понимал: часть коммуникации ушла в тень.
Может быть без злого умысла. Просто… ушла. Но факт остается фактом
Я стал внимательнее смотреть на документы. Обнаружил новые позиции, изменённые формулировки. И самое главное - решения, которых мы не обсуждали.
Спросил:
- Когда это утвердили?
Ответ:
- Я думал, ты в курсе. Наверное, забыл сказать.
Это не была ложь. Это было удобство, которое стало системой.
Я не устраивал разборки. Просто начал делать двойную работу: перепроверять, сводить, на всякий случай дублировать запросы. и так каждый раз, как будто страхуя кого-то. Но по факту, я страховал себя от выпадения из картины.
Когда ты создаёшь проект с нуля, у тебя есть иллюзия контроля, что ты в курсе всего, что твоё мнение имеет вес, что ты один из тех, кто решает.
Потом наступает момент, когда ты всё ещё внутри, но уже не в центре.
Это чувствуется по мелочам. Когда документы появляются на столе без пояснений. Когда обсуждения идут без твоего участия. Когда ты слышишь:
- А что, тебе это важно?
Однажды я увидел новый прайс, утверждённый без согласования. Цены были другими. Аргументация ...хм... спорная. Но главное то, что меня опять даже не поставили в известность.
Я спросил:
- Это окончательная версия?
Он сказал:
- Мы с клиентом так решили. Он сам предложил.
Мы. С клиентом.
Я тогда долго смотрел на это сообщение. И понял: я, похоже, третья сторона. В собственном проекте.
Дальше стало сложнее. Команда начала задавать вопросы не мне, а ему. Поставщики тоже. Я перестал быть лицом проекта. Стал… тенью, которую ещё помнят. Пока.
Внутри нарастала раздражённость. Но не на него. На себя. Потому что каждый раз, когда я хотел задать жёсткий вопрос, я останавливался. Искал объяснения. Пытался быть рациональным.
Говорил себе:
- Мы взрослые. У нас просто разный стиль. Уравновесим.
Но это не стиль. Это сила и слабость. Один тянет. Второй отступает.
Я тоже пришел к этому не сразу.
Я заметил, что начинаю сомневаться в себе. Не в своей логике и рассуждениях, а в целом в праве говорить.
Когда ты долго молчишь, ты теряешь ощущение, что имеешь право на голос.
Это не про эго, а про чувство присутствия. Если ты находишься в комнате, но все решения принимаются без тебя, волей неволей начинаешь думать, что и не надо было приходить.
Мы не ссорились. Просто поменялись ролями.
Он стал ведущим. Я - бэкапом.
Он решал. Я - дорабатывал.
Он действовал. Я - подчищал.
Когда я это понял окончательно, не было ни боли, ни обиды. Только пустота и одна мысль:
«Так вот как это выглядит, когда ты выскальзываешь из системы, которую сам строил».
А потом случился кризис. Серьёзный кризис. Тот, где всё трещит. Где либо вместе, либо никак. И я ждал, что он скажет: «Давай будем разруливать».
Но он... не пришёл.
Ответ на пост «Мой первый сонный паралич...»1
У меня с детства был часто сонный паралич.
В одно мгновенье от него излечилась (мой случай ) .
Помните, в детстве шутку шутили: "курение-смерть, смерть - это сон, сон - это здоровье, курите на здоровье"?
А я носитель аутичного спектра и шутку приняла взаправду.
Оказался был страх потери контроля и в основном, страх смерти 🤷 страх спать, ибо во сне потеря контроля и всё, типа смерть. Итак я маялась более 30 лет , но вот уже год сплю без паралича.
Сам сон пока не наладила до конца, но в процессе.

