Глобальная политика

Заседание, прошедшее 8 июня и ставшее достоянием общественности благодаря неофициальному протоколу Игоря Ашманова, представляло собой монолог государства и диалог глухих. Регулятор продвигал непродуманную идею «ГосVPN», а бизнес демонстрировал полное недоверие и абсурдность происходящего. Разбор позиций сторон представлен ниже.

Позиция Роскомнадзора: «Мы делаем свою работу»

Основная задача ведомства на встрече — предложить решение проблемы доступа к зарубежным инструментам для разработчиков, создав единый государственный VPN («ГосVPN»). Предполагалось, что этот сервис станет рекомендуемым инструментом для доступа к таким сервисам, как GitHub или PyPI.

Всю ответственность за техническую реализацию чиновники брали на себя, утверждая, что сервис можно «сделать правильно», чтобы его не могли заблокировать из-за рубежа. При этом представители ведомства последовательно уходили от ответа на вопрос, кто именно отдаёт приказы о блокировках, ссылаясь на то, что лишь исполняют решения «других органов власти».

На вопрос участников совещания — зачем, если западные платформы его быстро научатся блокировать — Терляков ответил, что можно все сделать правильно и спрятать от западных фильтров, опираясь на то, что Россия располагает, по его словам, самой продвинутой в мире системой DPI (глубокой инспекции трафика).

Ключевая реплика замглавы РКН Олега Терлякова отражает суть этого подхода: «Кто нас любит или не любит — это вопрос, который мы оставим в стороне. Мы делаем свою работу. У нас есть задача, мы ее будем выполнять».

Реакция IT-сообщества: «Мертворожденная идея»

Представители IT-отрасли отнеслись к предложению от крайне скептически до откровенно враждебно, назвав инициативу «мертворожденной».

• Техническая утопия: Идея единой точки входа для всего трафика считается уязвимой, так как зарубежные компании смогут легко вычислить и заблокировать один государственный шлюз, усугубив изоляцию.

• Призрак тотального контроля: Внедрение «ГосVPN» воспринимается как попытка установить полный контроль над действиями разработчиков.

• Нереалистичность внедрения: Наталья Касперская указала на невозможность контроля IT-гигантов, заявив, что её 200 удаленных разработчиков «не будут использовать что-то предписанное».

Наталья Касперская: «Разоблачитель абсурда»

Супруга опубликовавшего протокол предпринимателя выступила в роли главного оппонента, используя простые и наглядные методы.

• Свидетельство неэффективности: В ответ на заявление чиновника об успешной блокировке Telegram Касперская предложила поднять руки тем, кто продолжает им пользоваться. Руки подняли все присутствующие в зале, что наглядно продемонстрировало полный провал блокировок.

• Ответ чиновника: Удивительно, но замглавы РКН Олег Терляков воспринял это не как поражение, а как аргумент в пользу своего ведомства, заявив: «Но тогда о чем же вы переживаете, если у вас все работает? Значит, РКН не такой уж плохой».

Терляков: Кто нас любит или не любит — это вопрос, который мы оставим в стороне. Мы делаем свою работу. У нас есть задача, мы ее будем выполнять. Можем вместе с вами, можем отдельно без вас.

Касперская: А есть ли результат блокировок? Вот, например, телеграм вы заблокировали?

Терляков: Да, конечно.

Касперская: Коллеги, поднимите руки, кто продолжает использовать телеграм? — все поднимают руки — Ну и?

Терляков: Но тогда о чем же вы переживаете, если у вас все работает? Значит, РКН не такой уж плохой.

Игорь Ашманов: «Хранитель протокола»

Предприниматель сыграл ключевую роль, опубликовав неофициальную запись разговора в своем блоге.

• Выбор свидетеля: Публикация сделала закрытое обсуждение достоянием общественности, превратив частный диалог в публичную демонстрацию разрыва между реальностью и отчётностью.

• Самоцензура: Пост с изначальным «скептическим» комментарием был удалён, а затем переопубликован с заголовком «Опять самоцензура», что добавляет истории оттенок внутренней напряженности.

Западные платформы и иностранные вендоры

Хотя они не были представлены на встрече, их «роль» на ней была центральной. Весь диалог вращался вокруг попыток государства ограничить доступ к ним или, наоборот, обеспечить его.

• Причина для встречи: Массовые блокировки привели к тому, что российские разработчики потеряли доступ к таким международным сервисам, как GitHub, Figma, PyPI и другим.

• Главная угроза: Ключевой риск, который усматривают в инициативе РКН, — это возможность западных компаний легко заблокировать единый государственный шлюз, если он станет основным каналом доступа. IT-сообщество опасается, что «ГосVPN» лишь ускорит и упростит этот процесс.

Итог: диалог, которого не было

Прошедшая встреча не только не приблизила стороны к решению проблем, но и продемонстрировала углубляющийся разрыв. Регулятор воспринимает свою работу как формальный процесс, не связанный с реальным положением дел, в то время как IT-отрасль видит в его инициативах угрозу собственной деятельности и инструмент тотального контроля.

Несмотря на договоренность о регулярных совещаниях, создается впечатление, что стороны говорят на разных языках. Ситуация с Telegram стала идеальным символом этого разрыва: государство отчитывается об успешной блокировке, которую его собственные эксперты тут же опровергают, продолжая пользоваться заблокированным сервисом.

Источники:
https://frankmedia.ru/285380
https://www.gazeta.ru/social/news/2025/07/28/26367764.shtml