Могилу искали не там, где она находилась. В сентябре 1947 года сапёры вышли к железной дороге под селом Лепляво, к холмику, который шесть лет считался захоронением Аркадия Гайдара, и нашли останки не под ним, а в стороне. За шесть лет до этого писатель уехал под Киев корреспондентом «Комсомольской правды». После разгрома окружённых частей остался с партизанами. Погиб 26 октября 1941 года.

Командир Аркадий Голиков

Аркадий Петрович Голиков родился 22 января 1904 года во Льгове, Курской губернии, вырос в Арзамасе. Дальше — по нарастающей. Конец 1918 года: Красная армия, командные курсы, ранение, контузия. 1919-й: командует ротой. В июне 1921-го семнадцатилетнего Голикова назначают командиром 58-го отдельного полка, который действовал в Тамбовской губернии против участников восстания Александра Антонова.

В 1922 году он руководил боевым участком частей особого назначения в Енисейской губернии. И вот здесь начинается то, о чём в юбилейных статьях обычно не пишут: жалобы на самочинные расстрелы. Историк Александр Шекшеев работал с материалами расследования — Голиков признавал нарушение установленного порядка, но считал убитых повстанцами или их пособниками. Ему объявили партийное взыскание с ограничением права занимать ответственные посты. В 1924 году Голиков оставил военную службу по состоянию здоровья.

Пермь. Фельетоны, очерки. 7 ноября 1925 года «Звезда» печатает рассказ «Угловой дом» под псевдонимом «Гайдар». Откуда взялось имя, он не объяснял — ни тогда, ни потом. Дальше под ним вышли «Школа», «Военная тайна», «Голубая чашка», «Чук и Гек».

В 1932 году Гайдар — разъездной корреспондент хабаровской «Тихоокеанской звезды». Осенью вернулся в Москву. В 1938-м написал сценарий «Судьба барабанщика», летом 1940 года закончил повесть «Тимур и его команда».

Удостоверение № 0143

Начало июля 1941 года. Тридцатисемилетний Гайдар приходит в «Комсомольскую правду» и просит отправить его на фронт. Борис Сергеевич Бурков, тогда заместитель главного редактора, вспоминал: принёс отказ военкомата и медицинские справки. Последствия ранений и болезнь — с воинского учёта снят. Союз писателей ходатайствовал за него. Безуспешно.

В редакции нашли другой ход — военный корреспондент. 18 июля Генеральный штаб выдал пропуск на фронт. На следующий день Бурков подписал удостоверение № 0143 для работы на Юго-Западном направлении. За документом Гайдар пришёл в военной форме, с орденом «Знак Почёта», и на следующий день собирался в Киев. Корреспондентом. Без строевого назначения.

Бурков пересказывал воспоминание военкоров Михаила Котова и Владимира Лясковского: у Каневского моста Гайдар помог устранить затор машин. В своём очерке «Мост» он собственной роли не описал. В августе его ненадолго вызвали в Москву — по словам Буркова, рассказывал о боях под Киевом и вместе с редакторами читал газетные полосы. Потом вернулся на фронт.

Фронтовые очерки

В августе «Комсомольская правда» напечатала три материала. «У переправы», 8 августа: связист Сергиенко ползёт под огнём с катушкой провода, пьёт воду из минной воронки, тянет линию дальше. Комбат, старший лейтенант Иван Прудников, пытается разобрать оборванный приказ. В «Мосте» (20 августа) часовые сбрасывают с настила зажигательные бомбы — прикладами и носками сапог. В «Войне и детях» (21 августа) мальчишки раздают бойцам ягоды у эшелона.

Ещё два текста — в сентябре и октябре. 17 сентября вышел «У переднего края»: Гайдар пешком идёт из Киева к оборонительным позициям, у баррикады милиционер проверяет пропуск, возле дзота документы требуют снова. Начинается обстрел — телефонист накрывает каской миску с гречневой кашей и продолжает передавать команды. После обстрела выясняется, что красноармейцу Коноплёву осколками унесло сапог, оставленный на просушку; сержант советует показать старшине уцелевший сапог как доказательство потери. Неподалёку донецкие шахтёры оборудуют оборонительный рубеж.

«Ракеты и гранаты», 4 октября: десять разведчиков сержанта Ляпунова ночью переходят реку и ищут противника. Красноармеец Мельчаков слишком рано выдёргивает чеку из гранаты Ф-1 — отпустить рычаг нельзя, а бросок выдаст группу. Товарищи ругают его шёпотом, забирают винтовку и отправляют в головной дозор. Когда разведчики сталкиваются с немецкими мотоциклистами, Мельчаков бросает гранату по сигналу ракеты. Датировать ночной поиск по очерку нельзя. И во всех пяти текстах на первом плане — бойцы, связисты, младшие командиры. Штабная жизнь почти не появляется.

Сентябрьское окружение прервало эту работу.

За линией фронта

15 сентября немецкие танковые группировки сомкнули кольцо восточнее Киева. 19-го Красная армия оставила город. Части Юго-Западного фронта пробивались на восток разрозненными группами, а немецкая авиация била по дорогам, где скапливались машины и обозы.

Тимур Аркадьевич Гайдар, сын писателя, собрал рассказы его фронтовых товарищей. После приказа оставить Киев корреспонденты провели ночь в Дарницком лесу и двинулись в сторону Борисполя. Военный журналист Виктор Полторацкий видел Гайдара в кузове штабного грузовика после бомбёжки. Дальше их пути разошлись. До редакции писатель уже не добрался.

Лейтенант Сергей Федотович Абрамов, позднее участник последнего похода Гайдара, сообщал, что писателю предлагали вылететь из окружённой группировки — тот остался с бойцами. После разгрома войск Гайдар шёл по левому берегу Днепра вместе с уцелевшими военнослужащими.

Капитан Алексей Филиппович Башкиров, военный журналист «Комсомольской правды», в 1944 году собирал сведения о погибшем коллеге. По его материалам выходит так: Гайдар шёл с группой окружённых военнослужащих, которой руководил полковник Орлов. Группа встретила партизан под командованием Фёдора Дмитриевича Горелова, прежде первого секретаря Гельмязевского райкома партии.

Орлов повёл часть людей к советским позициям и предложил Гайдару присоединиться. Писатель остался с Гореловым. У Башкирова это отнесено к сентябрю. Борис Николаевич Камов по рассказам участников датировал уход группы Орлова примерно 18 октября. Сентябрь или середина октября — месяц разницы, и кто из них ближе, по этим материалам не понять. Я пробовал прикинуть по расстояниям и бросил: данных нет. Полное имя полковника и название его соединения в использованных публикациях отсутствуют тоже.

Отряд Горелова

У Горелова Гайдар стал пулемётчиком. В приднепровских лесах укрывались местные жители и красноармейцы, отставшие от своих частей. Продукты и патроны приходилось добывать за пределами лагеря — небольшими группами, потому что дороги к сёлам и старым стоянкам могли перехватывать немецкие патрули.

Башкиров описал бой у лесопильного завода: трое пулемётчиков, среди которых был Гайдар, отбились от немцев. Дня боя он не назвал. Камов относил этот эпизод к 22 или 23 октября и описывал отход от лагеря.

После нападения партизаны, по поздним рассказам участников, сменили стоянку. Часть продовольствия оставалась на старом месте.

У насыпи 26 октября

О последнем дне рассказывают три источника. Письмо Абрамова от 1 мая 1942 года — его опубликовал Бурков. Донесение Башкирова 1944-го — оно в книге Тимура Гайдара. И магнитофонная запись беседы Камова с уцелевшими участниками похода: 26 октября 1966 года, в день двадцатипятилетия гибели писателя.

По той же записи вечером 25 октября Гайдар отправился за продовольствием с четырьмя товарищами. 26-го пятеро подошли к железнодорожной линии Канев — Золотоноша и попали в засаду. Четверо спаслись. Поимённо в использованных свидетельствах названы двое — Абрамов и лейтенант Василий Иванович Скрыпник; имена ещё двоих там не приведены.

Абрамов сообщил жене писателя Доре Матвеевне о его гибели и подробно описал место могилы: от станции «Липляо» к первому переезду в направлении Золотоноши, затем к путевой будке, в нескольких метрах от полотна. «Липляо» — так Лепляво написано в письме; в 1941 году село входило в Гельмязевский район Полтавской области УССР. Последних слов Гайдара Абрамов здесь не приводил.

Башкиров передал рассказ партизана Бутенко (в донесении указана только фамилия) и других опрошенных жителей. По их словам, Гайдар встал при появлении противника и крикнул «В атаку!», после чего раздалась пулемётная очередь. Кто именно слышал эти слова, в донесении не сказано. Может, и никто из тех, кто потом рассказывал.

В записи 1966 года Абрамов и Скрыпник рассказывали другое: Гайдар направился к будке путевого обходчика и скрылся из виду. Крик. Потом пулемётная очередь. Лейтенанты бросили гранаты и укрылись. Абрамов признавал, что слов не разобрал, — предупреждение «Ребята, немцы!» он передавал со слов Скрыпника. Самого попадания они не видели и узнали о гибели товарища позднее.

Перезахоронение в Каневе

По воспоминаниям Тимура Гайдара, тело писателя похоронил путевой обходчик Игнат Сорокопуд. В газетной перепечатке этих воспоминаний фамилия передана как «Сорокопул».

В сентябре 1947 года могилу разыскивали по письму Абрамова и рассказам жителей. Сапёры обследовали поляну у насыпи и нашли останки примерно в десяти метрах от обозначенного холмика. Тимур предполагал, что путеец специально оставил примету в стороне, чтобы оккупанты не обнаружили настоящее захоронение.

21 сентября останки повезли в Канев. Тимур Гайдар описал низкую двухосную платформу — та катилась по ржавым рельсам и поскрипывала на стыках. Рядом шёл почётный караул; шпалы мешали солдатам держать шаг. У берега гроб перенесли в лодку, украшенную зелёными ветками. В соседних челнах плыли учительницы из Канева и Лепляво. На берегу Днепра писателя перезахоронили. Снимок, на котором Тимур стоит у могилы отца, хранится в Литературно-мемориальном музее А. П. Гайдара.

Сколько лет прошло, а проблема снова актуальна как никогда! Что думаете?

Фрагменты м/ф "Двадцать пятое - первый день" реж. Юрий Норштейн, Аркадий Тюрин.

А теперь давайте так же честно посмотрим на то, что имеем сегодня. Не для того, чтобы ругать, а для того, чтобы понять, что нам нужно. Потому что нельзя починить то, что не признаёшь сломанным.

Власть — для Народа или Народ для власти?

Сегодня у нас есть парламент, президенты, губернаторы, мэры, депутаты, чиновники всех уровней. Тысячи людей, которые «управляют» нашей жизнью. Но скажите честно: вы хоть раз влияли на их решения? Вы выбирали их по совести или из списка, который вам дали? Вы можете их отозвать, если они не справляются со своими обязанностями?

На Руси Вече могло прогнать князя. В России вы не можете прогнать даже начальника ЖЭКа.

Система устроена так, что Народ — источник власти на бумаге, но не на деле. На деле источник власти — деньги, связи и принадлежность к «правильному кругу». А обычный человек — это «электорат», который нужен раз в несколько лет, чтобы поставить галочку и уйти.

Экономика — для людей или для процентов?

Вы работаете. Платите налоги. Берёте кредит на квартиру, которая стоит в три раза дешевле, чем вы за неё отдадите банку. Платите за «бесплатную» медицину, в которой нет лекарств. Платите за «бесплатное» образование, в котором нет знаний. А потом удивляетесь, почему денег не хватает.

Давайте посчитаем. Если убрать банковский процент — ваша квартира стоила бы в пять раз дешевле. Если убрать посредников — продукты были бы в три раза доступнее. Если убрать налоги на труд — ваша зарплата выросла бы вдвое. Куда уходят все эти деньги? Не к вам. Не к вашим детям. Не к вашим родителям.

При этом в России есть честные хозяева, которые заботятся о своих работниках, платят достойную зарплату и не воруют. Они существуют, и их немало. Проблема не в богатстве — проблема в паразитах, которые богатеют за чужой труд, не создавая ничего.

Медицина — лечит или калечит?

«Бесплатная» медицина. Звучит красиво. А на деле: талон к кардиологу через месяц, платный анализ в «бесплатной» поликлинике, очередь в три часа к терапевту, который принимает семь минут. Если ты богат — тебя вылечат. Если беден — тебе посоветуют «не болеть».

При Советах медицина была настоящей бесплатной. Да, не идеальной, да, с очередями. Но врач лечил, а не считал, сколько ты заплатишь. Больница была для больных, а не для отчётов. И это не ностальгия — это факт, который подтвердят миллионы людей, живших в ту эпоху.

Образование — учит или дрессирует?

Школа сегодня — это конвейер послушных работников. Ребёнок приходит в первый класс с горящими глазами и вопросом «почему?». Через одиннадцать лет он выходит с потухшим взглядом и ответом «потому что так надо».

ЕГЭ, тесты, рейтинги, баллы. Всё измеряется, кроме главного: счастлив ли ребёнок? Умеет ли он думать? Творить? Сомневаться? Искать правду? Нет таких показателей. А раз нет — значит, не нужно.

При Советах образование было бесплатным на всех уровнях, от школы до аспирантуры. Без экзаменов в школе — только в жизни, на рабочем месте, когда ты показываешь, что умеешь. И страна, которая так учила, полетела в космос. Первая в мире.

Справедливый период в истории

Нельзя говорить о России и не сказать о великой эпохе, когда Народ Руси поднялся из руин и построил великую державу. Советский период — это не «тоталитаризм», как нам рассказывают. Это время, когда:

• Каждый ребёнок учился бесплатно и получал профессию

• Каждый больной лечился бесплатно и получал помощь

• Каждая семья получала квартиру — не в кредит на 30 лет, а от государства

• Труд был достоинством, а не кабалой

• Народ победил в самой страшной войне в истории человечества — вместе, как один кулак

• Человек полетел в космос — и это был наш человек

Да, были ошибки. Да, были перегибы. Но добродетели — трудолюбие, взаимопомощь, справедливость, мужество, достоинство — в ту эпоху были живыми, а не словами на плакате. И мы не имеем права это забывать.

Итог второй части

Россия сегодня — это страна, в которой люди лучше системы. Система давит, обманывает, грабит. Но люди — живые. Бабушка варит борщ для всего подъезда. Слесарь чинит кран старушке бесплатно. Соседи скидываются на ремонт двора, потому что ЖЭК не шевелится. Народ жив, но он забыл, что его много и он в праве повлиять на свою жизнь.

(И. В. Сталин, «Экономические проблемы социализма в СССР», 1952

год)