Человеческий организм, как показала моя «практика» всё-таки удивительный и держит в себе много тайн.

За время моей борьбы, вместе с врачами, за жизнь я много чего открыл на основе наблюдений за своим организмом. Т.е. не теоретические знания, а практика, какая бы она не была.

1. После операций, в процессе которых удаляется какой-либо орган, организм какое то время анализирует, что произошло (это не несколько секунд, а достаточно продолжительное время, зовется оно - реабилитация). Ведь обычно, если удаляется какой-либо орган, вместе с ним закрываются кровеносные сосуды, которые обеспечивали орган необходимым и рвутся нервные связи от органа к управляющим центрам и обратно. Мозг анализирует эту вакханалию получая искаженные сигналы от удаленного органа и после того, как удостоверится, что что-то не так начинает делегировать функции этого органа куда-то еще. Куда, если честно не знаю, я не изучал такие науки. Но то, что функции делегируются это проверено моим организмом. Поэтому говорю только о том, что проверил сам.

2. Итак, после удаления прямой кишки вместе с анальным сфинктером и частью ягодиц (самая первая операция 24 года назад). Организм анализировал ситуацию очень долго ибо было закрыто приличное количество нервных связей (мне сказали, что был удален крестцовый нервный узел, не знаю насколько это правда, проверить не могу) и кровеносных сосудов. Чтобы проанализировать и принять какие-либо решения потребовалось много времени. Но зато из-за этой инерции, когда организм еще не понял, что его урезали какое-то время сжимание остатков ягодиц при позывах в туалет все-же закрывало сфинктер мочевого и недержание я получил многим позднее, причем оно развивалось не быстро. Сначала по капле, потом поболе. Короче только спустя 15 лет недержание стало полным. Почему это происходит? Я думаю все кто сталкивался с позывами сходить по маленькому знают, что нужно делать - «сжать булки». Это с помощью мозга мы активируем сжатие анального сфинктера, а мочевой и анальный сфинктеры работают параллельно – сжали анальный, сжался мочевой. Вообще, анальный сфинктер - это единственный сфинктер, который управляется не инстинктами, а внешним воздействием. Человек сам дает команду сжать или расслабить. Остальные сфинктеры, коих в организме приличное количество, контролируются инстинктивно, по программам заложенным мозгом. Мы этого не чувствуем и не знаем, что это происходит. Вот и в моей практике мозг привыкал, что анального нет достаточно долго, позволив мне быть более-менее нормальным и это-же самое позволяло иметь хоть какую-то эрекцию. Да-да, эрекция тоже управляется анальным сфинктером: сжимаем и наполненный кровью орган поднимается с пол шестого на, прямо, 22-23.00. В моем случае этот процесс был примерно до 21.00. И из-за закрытия кровеносных сосудов наполняемость сильно уменьшилась, получался вялый еле приподнятый сардель. Однако даже таким легко совершались акты любви – хватало. Но так или иначе лафа закончилась, мозг удостоверился, что сигналы идут не верные и пошел процесс отказа при сжатии булок сжимать сфинктер мочевого. После первой операции заметить, что мозг делегировал функции утраченного органа не легко, практически не возможно, т.к. почти весь толстый кишечник оставался целым и исправно работал. А прямая кишка должна была заниматься только тем, чтобы сформированные фекалии удалять из организма, с чем справлялась и оставшаяся толстая кишка, но даже там что-то было изменено в связи с утратой.

3. После следующего удаления части толстого кишечника, фекальная часть стала менее плотной, т.к. на меньшей длине осуществлялся отбор влаги. Но это опять случилось не сразу, а только после реабилитации. Вначале, как и при первом вмешательстве, мозг анализировал, что да как. Только потом оптимизировал работу. Я опять же в ту пору не мог определить делегирование.

4. После 4 онко-операции (там еще почку удаляли, но с ней все просто: весь поток был делегирован в спаренный орган – вторую почку), когда удалили часть тонкого кишечника. Я тогда еще чуть не сдох из-за того, что современными исследованиями не смогли определить рак в тонком кишечнике и операция была внеплановой, т.е. рискованной. Вообще хирурги думали, что это спайки кишков так себя ведут. И они были даже рады, что это был рак, как бы парадоксально это не звучало. Вот здесь уже после реабилитации стало заметно, что организм (я не знаю точно, что управляет организмом, толи мозг на уровне инстинктов, которые мы не контролируем, толи в рибо-нуклеидах какие-то изменения происходят и мозг уже действует на этом основании, короче просто организм) стал регулировать деятельность кишечного механизма. Проявлялось это в том, что после того, как я был выписан из больницы и поэтому перестал пользоваться лекарствами. Организм сделал общий стоп кишкам и пришлось начинать всё сначала, как младенцу – сначала жидкая молочная масса, потом жидкие кашки, потом бульончики с мякотью мясной и овощной и т.п., пока организм не настроил вся оставшуюся систему. После настройки, как будто и не удаляли ничего. Это значит, что на оставшиеся части кишок организм увеличил нагрузку с утраченного.

5. И вот сейчас я наиболее сильно наблюдаю, что организм, каким-то ему одному известным способом, поддерживает стабильную работу 10 сантиметров толстой кишки и почти целого тонкого кишечника. Да, его колбасит и плющит, но он, я думаю, уже изо всех оставшихся сил тянет эту лямку, забирая у каких-то менее важных частей энергию и функционал.

В данный момент я наблюдаю следующую картину: если вдруг наносится какой-либо вред организму, как-то ожог (2 раза было, сначала формой от хлеба, потом паяльником пластиковых труб), организм сразу повышает температуру, начинает кружиться голова, наступает общая слабость. Это буквально в первые минуты после нанесения ущерба. Однако в течение минут 10-15 после анализа ущерба, всё приходит в норму, т.е. организм считает данные раны не существенными и отпускает, переключаясь на более важное. Если простыл сам или заразили близкие, здесь всё проще, данные болезни организму знакомы и реакция обычная, температура и неделя на выздоровление. А вот со всеми неизвестными или внезапными организм останавливается и анализирует. А тушка в это время становится недвижимой и валяется на кровати или диване. И, я думаю, что если с внезапными вещами встретится вне дома, то тушка будет лежать там, где её застало «происшествие».

Сейчас в нашем Западно-Сибирском, Алтайском крае, аномальная погода – жара с конца мая и по сей день. Месяц организм хоть и страдал от жары, но как-то держался, а вот уже как неделю он перестал справляться с постоянным перегревом. Т.е. периодически становится худо. Но пока тянет. Правда перестал не только из-за перегрева, а еще и потому, что вернулась старая болячка – снова появился свищ в промежности (нарывал он не заметно, в момент прорыва, это была чуть ли не обычная красная точка. Но оказалось, что сантиметра 4 внутрь полость организовалась, пришлось плестись к хирургу, чтобы расширил входное отверстие для перевязок, супруга отказалась работать скальпелем. Лучевая терапия, похоже, начала проявлять свою негативную часть. Срастается очень плохо и медленно.

У меня есть еще, что написать. Это будет далее.