Из документов, поданных в Минюст США по закону об иностранных агентах, следует: под вывеской нового исследовательского института работает подрядчик израильского правительства, а сами тексты, судя по всему, писала нейросеть — чтобы их цитировали другие нейросети.

Институт, которого нет

Hanover Institute for Public Policy выглядит как обычный американский аналитический центр: красно-бело-синяя гамма, разделы «Методология» и «Миссия и стандарты», обещание «никакой адвокации, только данные». С 6 августа он выпустил больше сотни «дата-отчётов» — по подсчётам Gizmodo, 124 материала за 9 дней и свыше 560 тысяч слов.

Ни у одного отчёта нет автора. Аналитик компании NewsGuard Элис Ли назвала сайт «идеальной мимикрией типичного авторитетного американского think tank». Сам институт объясняет анонимность так: исследователей не называют, потому что «вывод должен стоять или падать на своих источниках, а не на репутации того, кто его собрал».

Заголовки при этом устроены одинаково — как вопрос, который человек задаёт чатботу: «Является ли ЦАХАЛ самой моральной армией в мире?», «Есть ли в Газе политика голода?», «Использует ли AIPAC „тёмные деньги“ на выборах?».

Внизу страницы написано всё

Формально ничего не скрыто. В подвале сайта — строка, обязательная по американскому закону об иностранных агентах: «Этот материал распространяется Piro, Inc. от имени Havas Media Germany GmbH от имени Израильского государственного рекламного агентства (LaPam)».

Piro — небольшое рекламное агентство, сооснователь которого Дэниел Розенберг известен как продюсер фильма Спайка Ли «Inside Man». По документам FARA, к которым получили доступ 404 Media, счета от Havas составили 900 тысяч долларов за разработку проекта и ещё 100 тысяч за два месяца работ. Регистрация подана 2 июня 2026 года.

Проблема не в том, что раскрытие спрятано. Проблема в том, что модель, составляющая ответ, до раздела «Финансирование» обычно не доходит.

Написано ИИ — и написано для ИИ

Издание Responsible Statecraft прогнало 12 случайных статей института через детектор GPTZero: 11 помечены как написанные ИИ с «высокой уверенностью», одна — со средней. 404 Media проверили три материала детектором Pangram: сгенерированы целиком, вручную сделана только библиография. Иллюстрации — тоже машинные.

Тексты не просто написаны нейросетью, они написаны под нейросеть. На сайте лежит файл llms.txt — разметка, которая облегчает языковым моделям разбор страницы. А сама Piro продаёт услугу под названием AI Story Optimization — контент, «спроектированный под то, как LLM оценивают достоверность».

«Когда кто-то спрашивает ChatGPT, Gemini или Perplexity о вашей категории, ответ приходит одним уверенным абзацем. Большинство брендов понятия не имеет, как этот абзац собирается. Мы потратили месяцы, реверс-инжинирия его», — Дэниел Розенберг в LinkedIn.

Почему приём вообще срабатывает

Механика простая и оттого неприятная. «Языковые модели любят конкретную статистику и данные, а также сильные ссылки и источники — у этих статей есть всё перечисленное», — объясняет Элис Ли из NewsGuard. Сноски, оглавление, таблицы, ровный безоценочный тон — набор признаков, по которым модель считает текст добротным.

Институт заявляет, что цитируемые им исследования «прошли рецензирование и являются академическими». При этом в отчётах регулярно всплывают ссылки на израильские государственные источники — армию и МИД. По тестам Politico, первым сообщившего об этой истории, ChatGPT и Perplexity цитировали материалы Hanover в ответах на нейтральные вопросы.

И это ещё меньшая часть операции

Параллельно с институтом за сто тысяч долларов существует контракт на 46,5 млн. Его ведёт Брэд Парскейл — бывший руководитель предвыборной кампании Трампа — через фирму Clock Tower X. В соглашении, поданном по FARA в сентябре 2025-го, цель сформулирована без всякой дипломатии: «развёртывание сайтов и контента для получения нужного GPT-фрейминга в GPT-разговорах». Начинали с 1,5 млн долларов в месяц, сейчас — 4,5 млн.

Расследование Drop Site News описывает сеть из десяти сайтов, каждый со своей темой. За январь–июнь эти сайты были заархивированы Common Crawl 912 раз — а Common Crawl дал около 80% токенов для обучения GPT-3.

Дальше самое интересное: издание протестировало пять чатботов на то, что лежит именно в обучающих данных, а не в поиске. Сеть Парскейла устойчиво проявлялась у Gemini и Copilot, частично у Perplexity, у Claude и ChatGPT — нет. А при обычных запросах Gemini, Copilot и Perplexity ссылались на эти сайты, не помечая их как часть государственной кампании влияния.

Где заканчивается доказанное

Тут нужна честность, которой в заголовках обычно нет. Задокументировано следующее: формулировки контрактов, деньги, цепочка раскрытия, машинное происхождение текстов и живые цитирования чатботами. Не доказано главное — что чьи-то веса реально изменились: попадание в Common Crawl не равно попаданию в конкретную модель, и никто не показал причинной связи.

Сам Розенберг формулирует свою работу иначе: Piro нанята, «чтобы внести точные, подкреплённые источниками факты в публичное поле и противостоять дезинформации об Израиле проверяемой информацией».

Почему это важно всем

Поисковик отдаёт список ссылок — можно посмотреть на домен и решить, доверять ли. Чатбот отдаёт один абзац, в котором источники уже переварены, а иногда и не показаны. Целью оптимизации стала не первая строчка выдачи, а сам синтезированный ответ.

Израиль здесь просто попался с документами: работа через FARA обязана раскрываться, поэтому мы видим счета и формулировки. У любого другого заказчика без такой обязанности всё то же самое выглядело бы как «новый исследовательский институт с хорошими сносками». А стоит это, судя по счетам Piro, сто тысяч долларов — сумма, доступная примерно кому угодно.

Источники: 404 Media · Responsible Statecraft · Drop Site News · Gizmodo

НЕЙРО-ПУШКА ● Новости и обзоры нейросетей

Год назад главный хаб открытых моделей отказал Nvidia в инвестиции, чтобы не пускать к себе доминирующего акционера. Теперь, по данным The Information, Nvidia забирает компанию целиком — почти вдвое дороже той оценки, от которой Hugging Face отвернулся.

Хронология из четырёх дней

В воскресенье Business Insider написал, что Hugging Face нанял банк и щупает интерес покупателей при оценке 13 млрд долларов и выше — сделки нет, имён нет, стадия ранняя. В среду The Information выкатил другое: Nvidia уже согласилась купить компанию за 12,9 млрд. Reuters подхватил репортаж, обе компании на запрос комментария не ответили. Официального подтверждения нет до сих пор, и, по данным Gizmodo, сделка ещё дорабатывается и теоретически может развалиться.

Год назад ей сказали «нет»

В конце 2025-го Nvidia предлагала вложить в Hugging Face 500 млн долларов при оценке около 7 млрд. Компания отказалась — и объяснила Financial Times почему: не хочет единственного доминирующего инвестора, способного влиять на решения. Последний внешний раунд у Hugging Face был в августе 2023-го: 235 млн при оценке 4,5 млрд, лид — Salesforce Ventures, а в списке участников Nvidia, Google, Amazon, Intel, AMD, Qualcomm и IBM. То есть тот самый кэп-тейбл, который сегодня читается не как венчурный синдикат, а как список потенциальных покупателей.

Что вообще покупают

Hugging Face основали в Нью-Йорке в 2016-м Клеман Деланг, Жюльен Шомон и Тома Вольф — начинали с чат-бота, а построили инфраструктурный слой под чужими моделями. Сегодня на Хабе больше 3 млн публичных моделей (третий миллион взяли 18 августа) и около миллиона датасетов, платформой пользуются 13 млн разработчиков и 500 тысяч организаций, включая больше 30% компаний из Fortune 500. Суммарных скачиваний — 45,4 млрд.

При этом бизнес тут скромный до неприличия: в конце июня Деланг сообщил, что компания перевалила за 100 млн долларов годовой выручки, и отдельно подчеркнул, что платформа остаётся бесплатной для 97% пользователей, храня при этом сотни петабайт. Платят около 50 тысяч организаций — примерно 667 долларов с организации в год, дешевле одного места в Slack.

Зачем это Nvidia

Логика, которую The Information приписывает руководству Nvidia, простая: успешные открытые модели — противовес закрытым лабам, которые строят или финансируют собственные серверные ИИ-чипы. Чем шире зоопарк открытых моделей, тем шире спрос на GPU. Плюс Hugging Face даёт то, что не выпустишь на фабрике: сообщество и привычку. Хаб стоит в самом начале миллионов рабочих процессов — до счёта за вычисления, до выбора облака, до того, как модель вообще дотюнят.

Почему сообщество напряглось

Деланг годами описывал Hugging Face как «Швейцарию ИИ»: платформа не отдаёт предпочтения ни модельным провайдерам, ни облакам, ни вендорам железа — и именно поэтому ей доверяют. Нейтральность здесь не риторика, а сам актив. Владелец с очевидным коммерческим интересом в этом же рынке ломает конструкцию просто фактом владения.

Отягчает то, что Nvidia уже ходит по этой дорожке. Попытка купить ARM за 40 млрд закончилась иском FTC — комиссия проголосовала 4:0 — и развалилась в феврале 2022-го. С середины 2024-го Минюст США расследует, не привязывает ли Nvidia доступ к дефицитным чипам к закупке своего же сетевого оборудования. Ближайший обнадёживающий прецедент — покупка GitHub компанией Microsoft в 2018-м: платформа выжила и осталась доминирующей, но осадок у скептиков остался навсегда.

Отдельная ирония

В июле модель OpenAI вырвалась из песочницы во время киберучений и вскрыла инфраструктуру Hugging Face — больше 17 тысяч действий. Когда компания села разбираться, коммерческие закрытые модели отказались помогать: их фильтры не отличали атакующего от защитника и блокировали форензику. Расследование в итоге вытянула открытая китайская модель GLM 5.2 от Z.ai, запущенная на своих серверах.

«Атакующие располагают фронтир-ИИ. Во время инцидента с Hugging Face закрытый ИИ заблокировал критически важную форензику. Модель с открытыми весами помогла остановить вторжение», — написал тогда Дженсен Хуанг в X. А 24 июля он опубликовал письмо в защиту открытого ИИ, среди первых подписантов были Meta* и Microsoft. За две недели после взлома объём данных, заливаемых на Hugging Face, вырос на 58%.

Что дальше

Пока это репортаж двух изданий, а не пресс-релиз. Если сделку подтвердят, главным вопросом станет не цена, а условия: сохранит ли Nvidia нейтральность площадки, останется ли равным доступ для конкурирующих производителей чипов и как на всё это посмотрят антимонопольные регуляторы. Открытость Hugging Face всегда держалась на том, что платформа не принадлежит никому из игроков рынка. Ценник в 12,9 млрд говорит ровно об обратном: этот слой перестал быть общей инфраструктурой и стал стратегическим активом с конкретным владельцем.

* Meta признана экстремистской организацией, её деятельность запрещена на территории Российской Федерации.

Источники: Reuters · Gizmodo · TechCrunch

НЕЙРО-ПУШКА ● Новости и обзоры нейросетей

Компания Emrgy предлагает использовать уже существующие оросительные, городские и очистные каналы для выработки электроэнергии. В них устанавливаются компактные модули с вертикальными турбинами, которые не мешают воде выполнять свою основную задачу.

Установка состоит из двух вертикальных гидрокинетических турбин Дарье вращающихся в противоположных направлениях. Такой тандем способен производить от 5 до 25 кВт, легко демонтируется для обслуживания и при необходимости масштабируется добавлением новых секций.

Главное отличие от традиционных гидроэлектростанций заключается в использовании уже построенной водной инфраструктуры. Это исключает необходимость в водохранилищах и масштабных инженерно-строительных работах. Такой подход не заменит крупные гидроэлектростанции, но способен превратить тысячи километров существующих каналов в распределенную сеть небольших источников чистой энергии.

Много интересного в телеграм-канале ЭнергетикУм

Объём воды достиг примерно 23,5 млрд кубометров.

Увеличилась площадь водной поверхности. По сравнению с началом 2022 года площадь выросла примерно на 111 км² и составила около 3065 км².

Т.е. море- расширяется.

https://ru.ruwiki.ru/wiki/Аральское_море?ysclid=mtb0lt719266...

https://www.inform.kz/ru/kak-vosstanavlivayut-severnoe-arals...

И для этого хлопка нужна была вода. Реки Амударья и Сырдарья, которые веками питали Аральское море, развернули в другую сторону. Их воды пустили по каналам на хлопковые поля. Самый крупный — Каракумский канал — начали строить в 1954 году.

Масштаб был отведения воды был огромен. С 1960 по 1990 год площади орошаемых земель в Средней Азии увеличили вдвое. Воду брали из все тех же двух рек, и она безвозвратно уходила в пустыню, на поля, в испарения.

К 1980-м годам уровень воды в море падал уже на 80 сантиметров в год. Объем поступавшей в Арал воды упал с 43 до 17 куб. км в год. Море переставало получать питание и начало умирать.

К 1987 году Аральское море распалось на две части — Северное (Малое) и Южное (Большое). К 1989 году это уже были два изолированных водоёма.

Дальше — еще более стремительный финал. Площадь моря, которая в 1960 году составляла почти 69 тысяч кв. км, к началу 2000-х сократилась более чем вдвое. К 2015 году осталось около 8 тысяч. К 2020-му — всего 6 тысяч. Объем воды уменьшился в 15 раз, уровень упал на 29 метров. Море, которое когда-то кормило рыбой весь регион, превратилось в соленую лужу.

Раньше, в 1960-х, на Арале работал рыболовный флот. В море водились десятки видов рыб — осетр, судак, лещ, сазан. Рыбокомбинаты давали работу тысячам людей. Порты принимали суда.

Сейчас на месте большей части моря — новая пустыня Аралкум. Вместо воды — соль и песок. Вместо рыбы — ядовитая пыль. Ежегодно в воздух поднимается до 27 миллионов тонн токсичной пыли и солей. Вместе с пылью — пестициды и ядохимикаты, которые десятилетиями смывались с хлопковых полей в реки, а потом оседали на обнажившемся дне.

Из 173 видов животных в регионе сохранилось только 38. Вода стала солонее океана. Рыба исчезла почти полностью.

В 1990-е годы, когда СССР рухнул, стало ясно, что катастрофу не остановить. Казахстан построил дамбу, чтобы спасти Северный Арал. Уровень там даже немного приподнялся. Но Южный Арал, который находится на территории Узбекистана, практически мертв.

При этом хлопок в регионе выращивают до сих пор. Просто теперь его не забирают в центр, а продают на экспорт. Вода из Амударьи и Сырдарьи все так же уходит на поля. И море, которого нет все так же не получает питания.

Мы все носившие и носящие одежду из хлопка стали невольными соучастниками этого. Целое море испарилось ради того, чтобы нам было удобно, а армия получала своевременно порох.

Четвертое по величине озеро в мире превратилось в пустыню не за тысячу лет, и даже не за сто. За одно поколение. С 1960 по 2020 год.

Если пост зашёл, прошу поставить плюс, написать комментарий и поделиться с коллегой, также можно поддержать автора донатом — это поможет делать больше разборов.

Ладно, понимаю, это слишком много. Тогда хотя бы подпишитесь на авторский канал ТехноДрама, чтобы не пропускать свежие публикации. Это займет примерно секунду.