Обострение способности различать полезные природные явления
Мы предположили, что основной задачей уровня аффективных стереотипов является дифференциация, опредмечивание потребностей человека. К. Леви-Стросс (1994) считает характерным для традиционной культуры как раз обострение способности различать полезные природные явления, все остальное может оставаться недифференцированным - "прочим". В том же, что полезно, эта культура стремится к исчерпывающему наблюдению и инвентаризации, составлению подробнейших каталогов жизни. Он приводит данные, свидетельствующие о том, что "примитивный" человек использует природную среду гораздо более полно и разумно, чем современный, интенсивно разрабатывающий лишь часть ее возможностей и разрушающий остальные.
Уровень аффективных стереотипов отвечает за фиксацию и накопление полезных навыков жизни. К. Леви-Стросс, характеризуя архаическую культуру, вводит понятие "неолитический парадокс", напоминая нам о том, что главные открытия человечества, заложившие основы развития цивилизации, были сделаны именно тогда, в период "примитивного мышления", и в следующий период интенсивного освоения природы и новых открытий человечество вступило только спустя долгое время, в период, называемый нами "промышленной революцией".
Мы помним, что уровень аффективных стереотипов отвечает за установление порядка - удачное вписывание ритмов жизни тела в ритмы окружающей среды. И, как уже упоминалось, одной из основных ценностей традиционной культуры и ее насущной заботой является установление порядка, предсказуемости хода жизни. Ю. M. Лотман (19926) считает важной типологической характеристикой культуры отношение к хаосу - неупорядоченной части жизни: как к врагу или как к возможному резерву развития. Для традиционных культур он активно враждебен. Мир возникает в них как гармония из хаоса, он делится на Космос и Хаос (Лосев А. Ф., 1991а). Акт творения мира - это, прежде всего, его упорядочивание. Осваивая новое место, человек традиционной культуры совершает ритуалы, символизирующие акт творения как акт упорядочивания мира (Элиаде M., 1987).
И, как мы помним, именно уровень аффективных стереотипов оценивает как удовольствие воспроизведение привычного и болезненно реагирует на нарушение установленного порядка жизни. В этом сознании субъект определяет собой мир и переживает неразрывную связь с ним.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
На волне обсуждений сервисов/подписок...
Кто-то пишет как на спотик возвращается, кто-то ВК-музыку решил попробывать...
Я вот принял решение вернуться к технологиям предков, так сказать.
мне кажется нет ничего стабильнее в нынешней музыке, чем флэш-накопитель и пара/тройка вечно зелёных сайтов.
Я вот принял решение вернуться к технологиям предков, так сказать.
мне кажется нет ничего стабильнее в нынешней музыке, чем флэш-накопитель и пара/тройка вечно зелёных сайтов.
ЗЫ: в основном музыка включается дома с винта, либо в авто, для которого как раз и набрал флешек, для репа, рока, электронщины и разных солянок. Которые как раз на фото))
Уровни аффективной системы организации поведения
Рассматривая вслед за К. Бюлером ступени развития поведения, Л. С. Выготский к трем стадиям "натурального" поведения - инстинкту, дрессуре и интеллекту - добавляет четвертую - волю, связанную с освоением специфически человеческих форм жизни: с социальным развитием и, в частности, с употреблением знаков, позволяющих начать отсчет собственно культурному развитию. Низший слой натурального поведения рассматривается им в связи с врожденными безусловными рефлексами, дрессура - с условными рефлексами, интеллект - с целесообразными поступками, решением задач без повторных проб и ошибок (1983а).
В целом такое понимание ступеней организации поведения - врожденные инстинктивные формы, прижизненно обусловленные, интеллектуальная деятельность, направленная на разрешение новых задач и социально-культурное развитие произвольного поведения - звучит современно и в настоящее время. Тем не менее, мы надеемся, что наш опыт работы с детьми с глубокой аффективной патологией позволяет уточнить и несколько по-иному реконструировать эти традиционно выделяемые уровни, подойти к пониманию их работы в системе аффективной организации поведения.
Уточнения касаются прежде всего высшего и низшего уровни. Низшая ступень связывается нами не с просто врожденными автоматизмами, а с наименее дифференцированными формами поведения осуществляющими целостную оценку воздействия среды и определяющими допустимую дистанцию в контактах с миром (мы описывали их в части, посвященной первому уровню организации поведения). Кстати, и сам Л. С. Выготский в другой своей работе (1984) рассматривает в качестве характерной особенности первых форм младенческой психической жизни не просто ее инстинктивность, а сочетание нерасчлененности впечатления от ситуации в целом с общим массовидным ответом на воздействие. Он также высказывает предположение, что эти примитивные формы входят потом в качестве подчиненной инстанции в психические образования более высокого порядка.
В то же время высший, четвертый, уровень рассматривается нами не только как уровень социокультурной организации поведения, но и как "натуральный" уровень - предпосылка развития этих высших форм поведения, становления аффективной сферы как высшей психической функции, по праву стоящей в ряду других "натуральных" базальных уровней аффективной организации жизни человека.
Таким образом, арсенал безусловных форм адаптации понимается нами как исходная, врожденная основа всех, ступеней организации поведения. Мы знаем о врожденных защитных движениях в ответ на надвигающийся объект, потерю равновесия; о врожденном наборе ключевых впечатлений, запускающих процесс опредмечивания потребностей; о врожденных основах ориентировочно-исследовательского поведения; об исходном предпочтении младенцем социальны стимулов. Врожденные формы поведения представляются основе развития всех уровней, потому мы и назвали их базальными, укорененными в наследственно заданных формах адаптации.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000


