Мне хотелось рассказ о предыдущем дне закончить фото с закатом, но там были ещё полтора часа достаточно тяжёлой (из-за дождя и полной темноты) горной дороги. Благо мотель располагается на основной улице и его не пришлось долго искать.
Наш номер действительно оказался открыт и ключ от него лежал на столе (не то, чтобы я не поверил тому, что он будет не заперт, но определённые опасения были).

Утро 8 марта встретило нас тяжёлым серым небом и моросью, которая периодически переходила в дождь. Такая погода в этом регионе не редкость (потому что Южные Альпы на востоке задерживают огромное количество влажного воздуха с океана), но я всё-же надеялся что нам повезёт увидеть горы и ледники с этой стороны хребта.

Вообще, Западное побережье - самый влажный, самый малонаселённый (из населённых) и один из самых не обжитых регионов Новой Зеландии. А ещё он на 85% состоит из национальных парков и заповедников.

Из заранее известного на этот день у нас была только точка следующей ночёвки в Хаасте, небольшом посёлке на другом конце западного побережья (навигатор показывал что дорога в 300 километров займёт около 4 часов). Но ещё с вечера, когда я листал в номере какой-то местный журнал, увидел там рекламу Киви центра в городке Хокитика, где можно было гарантированно увидеть этот символ Новой Зеландии. А ещё там можно было поучаствовать в кормлении огромных пресноводных угрей (huge Longfin freshwater eels). А это интересно, значит нам туда надо. Тем более погода не очень располагала к прогулкам на свежем воздухе.

Но первым делом выехав из мотеля, мы направились к океану. Несмотря на то, что мы слегка промокли от дождя и брызг, время, проведённое на берегу, успокаивает.

Путь до Хокитики (кстати, второй по населению город в этом регионе, около 4500 жителей) не длинный, буквально полчаса и мы на месте.

Угрей тут кормят в 10, 12 и 15 часов, мы прибыли как раз чтобы успеть к 12-часовому сеансу. Расставшись с 78 новозеландскими долларами за входные билеты, мы отправились внутрь.
Сначала нам рассказали немного интересных фактов об угрях:

Данный вид угрей обитает в пресноводных реках и озёрах по всей Новой Зеландии.
Угри могут передвигаться по суше, скользя по влажной траве, чтобы добраться до пруда, реки или озера.
Пока их кожа остается влажной, они могут поглощать кислород через неё, что позволяет им долгое время обходиться без воды.
Когда угорь достигает половой зрелости (самцы от 24 до 34 лет, самки от 30 до 60 лет), он отправляется в долгое 6-месячное путешествие к месту своего рождения, в глубоководные впадины у берегов Тонга. После нереста угри погибают.
Их малькам требуется около 18 месяцев, чтобы доплыть до пресных вод Новой Зеландии.

Особи, которых мы кормили, достигают длины до двух метров (а растут они медленно, по 1-2 сантиметра в год) и их возраст от 80 до 110 лет.

Что мне больше всего в них понравилось, так это то, что их можно погладить и им это нравится. Они вообще оказались очень интересными животными, которые привыкли к людям.

После того как угри были накормлены и поглажены, мы пошли смотреть на киви, которые к моему удивлению, оказались совсем не маленькие, а размером со средний арбуз примерно.

Киви ведут преимущественно ночной образ жизни, поэтому в этом центре их запрещено снимать (чтобы никто не использовал вспышку и не вгонял птиц в стресс). Поэтому фото киви в карусели ниже взято с сайта киви-центра.

Замечательно проведя тут час с небольшим, мы немножко побродили по сувенирной лавке, купили какой-то мощный репеллент от пляжных мошек и поехали дальше.

А дальше мы просто поехали в нужную сторону, любуясь открывающимися видами (когда дождик немного поутих, а потом и вообще прекратился) и останавливаясь в особо приглянувшихся местах.

В небольшом туристическом посёлке Франц-Джозеф (или Франц-Иосиф) остановились на обед. Это очень популярная точка на западном побережье, потому что отсюда можно прогуляться до одноимённого ледника, который спускается с гор практически до леса. А в хорошую погоду отсюда можно взять и вертолётную экскурсию, как на этот ледник, так и на соседний ледник Фокса.

Несмотря на то, что особых планов по точкам посещения западного побережья не было, мне очень хотелось посетить пляж Монро. Там иногда можно увидеть редких пингвинов таваки(про то что их там можно увидеть я прочитал и запомнил, а вот то что они туда приплывают в сезон размножения с июля по ноябрь - нет).

И к тому времени как мы к нему подъехали, погода немного разошлась и иногда выглядывало солнце.

На видео я хоть и сомневаюсь в том, что увижу пингвинов, но в душе очень на это надеюсь:

Но встретить пингвинов в дикой природе в этот раз нам не удалось.

Зато на этом пляже нас радостно встретила толпа песчаных мошек (sandfly), против которых мы утром купили репеллент. Но мы забыли его взять с собой и оставили в машине.
На видео ниже этих мошек можно увидеть.

Был в этом и небольшой положительный момент. На пляж мы вышли уже ближе к 19 часам, а ресепшн мотеля в который мы ехали, работал до 20:30. Можно было бы договориться о более позднем заселении, но в этих местах не везде ловит связь и вот тут её не было. Так что провели мы там совсем непродолжительное время и пошли обратно к машине.

Вскоре погода опять начала портиться и уже перед самым Хаастом начался дождь, а когда припарковались возле входа в свой номер в мотеле - зарядил хороший такой ливень.

На следующий день у нас был запланирован ещё более длинный перегон, но уже через горы. Но это будет уже завтра, а пока мы вскрыли одну из приобретённых на винодельне бутылок и под шум дождя легли отдыхать.

За что Новая Зеландия казнила свою легенду?

Его называли Nine Lives — «Девять жизней». Три года этот одичавший кот обходил любые ловушки, превратив государственные заповедники в личную охотничью зону. На его счету — уничтожение редчайших уток патеке, птенцов киви и уникальных ящериц. Для экологов он был бедствием, для публики — неуловимым лесным призраком, о котором слагали истории.

На прошлой неделе легенду перехитрили: заманили в ловушку на приманку из жареной курицы и лосося.
Но самым неожиданным стала расправа над котом на месте поимки. Кота застрелили прямо в клетке- ловушке. Даже не усыпили, а вызвали егеря и пристрелили. А после объявили, что сделают из его тела чучело.

В соцсетях развернулись дискуссии. Люди не понимают: зачем нужно было убивать кота, который уже был безопасен в клетке? Почему ему не дали шанс дожить в зоопарке или вольере? Ведь на кота-легенду ходили бы смотреть тысячи людей!

Пока чиновники отмалчиваются, в комментариях набирает популярность жесткая версия: коту просто отомстили. Nine Lives слишком долго водил экологов за нос, сжирал миллионные бюджеты и три года подряд доказывал всей стране, что он умнее всей их системы. За этот позор его и пустили в расход.
Отмечу. Дикие коты в Новой Зеландии — это не какой-то отдельный вид хищников. Это потомки бывших домашних питомцев, которых когда-то завезли сами люди. Кот просто боролся за выживание в мире, куда его выбросила человеческая беспечность.

И© блога Оксаны Стэнберг