"От меня чумом пахнет и оленями": оленеводы приехали в Надым, потратили 10 тысяч на дорогу, сняли малицы, чтобы не выделяться, за час устали от цивилизации и мечтают обратно в чум. А по пути заехали в лагерь 501-й стройки, где до сих пор слышны стоны — и оставили сигаретку "мало ли кто там жил". Как люди тундры теряются в городе и почему голова болит от витрин, а не от пург
4 утра, экстренные сборы, отлов 200 оленей, священный белый олень, которого раньше определял шаман (а вдруг шаман — это вы?), и переправа через Обь, где дух проверяет чистоту белья — если везёшь грязное, олени станут худыми и пурга начнётся.
Как нарта врезалась в дерево, оленя разделывают прямо посреди пути, а съёмочная группа месяц жила с ненцами и снимала "фильм ужасов" с северным сиянием и тёплой кровью на снегу
Бесплодная важенка Хаптерка ведёт стадо, оленеводы готовятся к 300-километровому переходу через Обскую губу — по воде, где олени могут уйти под лёд в любую секунду, а буровые вышки и снегоходы уже сломали то, что предки берегли веками. Смотрите вторую часть полярной истории о том, как семья Сэротэтто решает остаться или идти — и почему белая пустыня стирает любые границы, кроме страха потерять всё.
Оленей поят рыбной ухой, запрягают по четыре хвоста в упряжку, а потом забивают оленя, пьют кровь и мажут ею берёзу — чтобы задобрить духов леса. Как ненцы за пару часов сворачивают стойбище, грузят священную нарту с рогами и уходят в каслание с родовыми куклами-оберегам
У меня на Ямале есть своя Камчатка. Зубастая, пушистая и очень кровожадная. Это вот такая шабутная, но очень милая собака родом из тундры. Она ездит на работу на мотоцикле и не выходит у меня из головы уже почти год.
Забегая вперёд — прикиньте, собаки этой породы умеют пасти оленей вот так:
И ездить на работу вот так:
Но это я уже потом узнала. А началось всё на кордоне природного парка «Ингилор» в 150 километров от Салехарда. Вообще-то здесь разводят овцебыков, но сначала вас тут встретит немного другая местная шпана.
Они разбудят вас в 5:00 утра, потом сожрут все ваши важные чеки, а потом пойдут докапываться до стада овцебыков. Эти двое — брат с сестрой, и они тут недавно. Их маму — лайку по имени Белка — задрал медведь. Два щенка «по распределению» попали на этот кордон, и ещё один оказался на соседнем.
Собственно, так у меня чуть не появился новый щенок. И появилась новая любимая порода, про которую у нас почему-то очень мало знают. Сейчас расскажу.
Рыжего пацана сначала было назвали Ямалом, но кто-то из администрации парка оказался родом с Алтая и быстро исправил ситуацию. Так на Ямале стал жить щенок по имени Алтай.
А вот девчонке кличку так и не дали. Её тут всегда звали просто «сестрой Алтая».
Мне показалось, это как-то несправедливо, и я назвала собаку Камчаткой. Во-первых, под стать брату, а во-вторых, потому что я туда очень давно хочу. Ещё был вариант с Чукоткой, куда я хочу едва ли не сильнее, но сами посудите — разве это Чукотка?
Имя Камчатка вроде прижилось. А я начала ловить себя на том, что думаю о Камчатке с приставкой «моя». Типа: «Это что там, моя Камчатка брешет в 5 утра?» или «О, а моя-то Камчатка, смотри, щуку ждёт».
Спустя 5 минут она будет очень кровожадно глодать её голову.
Дальше я от местных узнала чуть больше про породу. Оказалось, это оленегонная (или ненецкая) лайка. Обычно такие собаки здесь помогают оленеводам, и эту породу держат строго по делу.
Вообще, это типичная северная собака кочевников. Но у нас про эту породу говорят гораздо меньше, чем про хаски или маламутов, например. Хотя оленегонка не менее офигенная. Собственно, я сама узнала про неё впервые на примере Камчатки. А парой дней позже попала на стойбище оленеводов, увидела эту породу в действии и окончательно на ней повернулась.
На Ямале оленей больше, чем людей, и эти огромные стада надо как-то контролировать. Специально обученная реактивная собака — незаменимый боец в этом деле: других пород тут почти не держат.
Чтобы понять важность оленегонки на Ямале, надо сначала понять кое-что про уклад кочевой жизни тут. Если очень коротко, стадо оленей — это капитал семьи. Олени везде ходят и косят ягель. Иногда он заканчивается или его присыпает снегом. Плюс летом есть другие факторы типа убийственной концентрации гнуса, который, в свою очередь, жрёт уже оленей. Отсюда и постоянная необходимость перемещаться за стадом — надо всё время искать лучшее место. За сезон кочевники могут пройти несколько сотен километров.
Есть чум — временная станция для жизни, где спят и едят. И где-то относительно рядом обычно есть стадо. Когда стаду надо двигаться дальше — оленеводы собирают чум, укладывают всё своё добро на нарты, запрягают оленей и едут в подходящее место — каслают.
А оленегонки сопровождают весь этот кортеж. Такие вот лохматые «Камчатки» есть почти в каждой семье кочевников, и не по одной. Ну, например:
Стадо оленей — это жидкость. Чтобы отщипнуть себе от стада несколько быков для упряжки или для, кхм, ужина, надо это стадо сначала собрать.
Кстати, у оленей очень странные глаза-хамелеоны — они меняют цвет по сезону, вот пост про это.
Если концентрация оленей 10 штук на 2 метра — отловить одного кандидата немного проще, чем если они растеклись по тундре. И вот тут-то и пригождается наша суперсобака. Она управляет морем оленей.
Когда надо ехать к стаду, собака уже тут как тут. Вот одна такая ждёт начала рабочего дня на нартах:
Для неё всё происходящее — абсолютный кайф, и ей самой не терпится поехать кошмарить оленей. Поэтому временами она ведёт себя как шальная собака с турбированным движком. Это норма для породы.
При виде оленей она испытывает примерно те же, что испытывает ваша городская собака, когда ей показывают мячик или любимую игрушку.
Снегоход останавливается — и собака тут же катапультируется к стаду. Без команды, автоматически. Через пару минут общими силами несколько сотен оленей собраны в цельную кучку.
Теперь это единый управляемый организм. Собака может помочь развернуть стадо, провести его через узкое место, отсечь какую-то часть и так далее.
И часто всё это происходит в лютом холоде, тумане или пурге, когда видно на пару метров вперёд. Собственно, повышенная пушистость и лохматость — ровно отсюда.
Оленегонка — это пастушья собака, то есть по прошивке она похожа на бордер-колли, корги или овчарку. Просто эта пасёт не коров или овец, а оленей.
Вот пост про то, как учёные искали у таких собак «пастуший ген» (нашли) и как это вообще работает на уровне собачьей прошивки. Как итог — такая собака испытывает дикое удовольствие именно от факта преследования. При этом не особо важно, за чем именно ты гонишься — за мячиком или за оленем.
Вон, например, Камчатку с Алтаем к оленям не выпускают, потому что они живут не с оленеводами, а на кордоне парка. Но щенки всё равно проявляют признаки породы и отыгрываются на огромных рогатых «козах» родом из Ледникового периода — овцебыках из питомника. Иногда, правда, получают от них же люлей. Вообще-то вокруг овцебыков в природном парке крутится вся жизнь — их тут пытаются реакклиматизировать, и это отдельная большая история. Вот у нас был пост про то, почему овцебыки — немного олени.
А вот Алтай догнал городскую собаку, которая приехала гостить на кордон, и сделал ей кусь:
Да и сотрудники природного парка как назло предложили взять щенка — на кордонах они не в дефиците.
Но я всё-таки не решилась. Во-первых, дом Камчатки — Ямал. Во-вторых, я и у себя-то дома бываю относительно редко. Но если вдруг в моей жизни появится какая-нибудь собака по имени Чукотка, я буду думать уже тщательнее.
И помните: это лайки собирают оленей, а не олени лайки. Ну и не загоняйтесь — вы же не олень. А ещё заглядывайте к нам в тг-канал про животных — мы там ездим по миру и рассказываем зверски интересные штуки.
Фото Камчатки ей на паспорт и ещё несколько отсюда сделал @Milfgard.
У нас тут с оленеводами на съёмках сломался снегоход в тундре. Вот его чинят.
Ехал-ехал и заглох посреди ничего. Спустя 2 километра мы с водителем и лохматой оленегонной лайкой заметили пропажу попутчиков. Обернулись — сзади арктическая пустыня и ни-ко-го. Оленевод не сказал ни слова. Просто молча развернулся и нашёл ребят. Починили, поехали дальше. Обычное дело в тундре.
На Ямале оленей больше, чем людей.
И больше всего кочевого населения в России. Эти люди всё ещё живут в чумах из шкур и спят на земле. Но уже иногда запускают дрон, чтобы следить за своим стадом с воздуха. Всё ещё пьют оленью кровь, но уже возят с собой по тундре спутниковую тарелку.
Ямал вообще очень противоречивый.
И главное его противоречие, пожалуй, в том, что на вечной мерзлоте с холодами под –60, вдалеке от дорог и магазинов живут удивительно тёплые и добрые люди.
Северные мужики катали нас по тундре на вездеходе, а мы снимали примерно всё, что видели.
Так что сейчас будет лютый северный бэкстейдж. Собрала несколько по-настоящему «ямальских» моментов со съёмок фильма, которые вам не покажут в рекламных буклетах про тундру.
Ночью в вездеходе замёрз чай
Получился настоящий айс-ти!
Мы проснулись где-то в тундре — в маленьком домике, где инспекторы заповедника живут вахтой. Ночью был «лёгкий морозец» — ну то есть минус 25. Такая вот на Полярном Урале весна.
2. А вот так обуваются местные в –25
Просто инспектор заповедника вышел на крыльцо покурить.
3. ПРИХОДИЛ КОПЫТНЫЙ МЕДВЕДЬ
Ехали на вездеходе и увидели сквозь стекло медвежьи следы.
Дальше трое мужиков стояли и спорили, когда и за каким хреном мишка приходил зимой. А потом внезапно поняли, что следы оставила другая тушка. Вот такая:
Так на Ямале открыли новый редкий вид — копытный медведь.
4. Встала в 5 утра, потому что надо было кормить овцебыка в самом большом в мире овцебычьем питомнике.
Их тут разводят, чтобы отправить на вольные хлеба по тундре — как в старые добрые времена ледникового периода.
5. Замёрзла. Делаем «шаурму» из подручных материалов
Понимаю, выглядит не очень. Но до ближайшего магазина 150 км по лютому бездорожью. На третий (последний) день в тундре у нас кончились запасы нормальной еды. Объедать сотрудников заповедника не хотелось, поэтому питались всем тем, что не съешь в городе в нормальном состоянии.
А ещё иногда ветра в тундре такие сильные, что куропатки застревают в заборе. На кордоне их потом собирают и варят супец. Нам с ветрами не повезло. Ну или наоборот.
6. А вот картинка с запахом. Инспекторы заповедника жарили на ужин щуку. Это видно по дымогну в домике.
Пришлось проветривать вот так прям в мороз:
7. Вот бабушка продаёт «лапы оленя» на рынке. Это уже в городе
На северные съёмки мы обычно возим с собой иглы для шитья по коже — в подарок оленеводам. У них это реально полезная ходовая штука. В этот раз на Ямале мы не успели раздарить весь запас игл. В конце поездки стали думать, куда бы их пристроить.
Вспомнили про эту бабушку. Вот ей бы наверняка пригодились. Только нам уже уезжать, да и рынок сейчас закрыт.
Кончилось всё тем, что на ресепшене гостиницы нам печатали портрет бабушки — благо, на днях мы её фотографировали. На рынке в 9 утра субботы было шаром покати. Спали все за исключением суровых охранников:
— Передайте эти иглы женщине вот с этой фотографии, когда она приедет в следующий раз на рынок, пожалуйста.
Не знаю, дошли ли.
8. Северное сияние можно смотреть прям из центра города
В Салехарде примерно две нормальные гостиницы на весь город. И обычно они все под завязку забиты вахтовиками. Но нам удалось урвать номер в самом центре. Гостиница хорошая, но, если судить чисто по слышимости, то все живут как бы в одном большом номере.
И это оказалось только на руку:
Уже засыпаю и тут отчётливо слышу в соседнем номере фразу: «Северное сияние!». Дальше за минуту — куртка поверх пижамы, задний двор отеля с сугробами по бедро и одно из самых эпичных полярных сияний в моей жизни.
9. А вот настоящий МФЦ-чум!
То есть там реально можно оформить документы. Это на Дне оленевода — празднике, который на Ямале важнее Нового года.
Кстати, вас с наступающим! А фильм, если что — вот. Снималось всё это с огромным теплом. Но ещё больше тепла — в том, как местные сами рассказывают про свой суровый дом в фильме. Обязательно смотрите)
Фото Сергея Абдульманова @Milfgard и Елизаветы Коротковой
Что их привлекает в этой жизни? Что для них самое сложное? И как выглядит их обычный день? Мы живём в городах, но редко задумываемся о том, как устроена жизнь в самых отдалённых уголках планеты. Но мне стало интересно.
И чтобы найти ответы, я отправился на Ямал, в самое сердце тундры - Приполярный Урал, в настоящее стойбище оленеводов.
Стойбище сверху кажется маленьким островком жизни среди бесконечной суровой тундры. Здесь нет связи, магазинов рядом или соседей. Здесь только семья, олени и несколько домов-чумов, и все они вместе кочуют сотни километров.
Я прожил с оленеводами несколько дней: помогал в хозяйстве, слушал их истории и видел своими глазами, как выглядит жизнь в этих суровых условиях.
А в конце моего путешествия я подарил им подарки из Москвы, но и они тоже сделали мне неожиданные сюрпризы...
Коротко предыстория.
Стойбище, куда я прилетел, находится примерно в сотне километров к юго-западу от Салехарда, столицы Ямала.
До Полярного круга совсем рядом.
Несмотря на то, что на календаре июнь, здесь только-только наступает весна. Вокруг ещё лежат пятна плотного снега, а воздух по утрам бодрит морозной свежестью.
Июнь на Приполярном Урале.
Когда мы прилетели, дождь сильный шёл и был ветер.
Погода решила показать, что она хозяйка здесь.
Но неважно какая погода, работа тут всегда есть, и надо её делать.
Почему здесь время не важно.
Оленеводы - это фермеры, только в тундре. И я почему-то думал, что здесь как на фермах, оленеводы тоже все рано встают. Но это не совсем так. На самом деле время дня не играет большую роль.
Так выглядит полночь.
Главное - доделать все дела. Тем более летом, когда полярные день и 12 ночью выглядит как 12 дня в пасмурном дне. Свет всегда есть.
Но ночью обычно прохладнее, поэтому удобно ночью работать по возможности.
И поэтому летом поздно ложатся спать, и слишком рано не встают. Точнее, встают, но не оленеводы, а их жёны.
Как выглядит утро на стойбище.
Да, женщины обычно первые встают тут в тундре. У них много важной работы: они хозяйки чума, и их обязанность - затопить печку, прогреть чум и приготовить завтрак.
Потом мужчины встают, а дети обычно дольше всего спят (но и рано спать их не кладут, они могут пойти спать после полуночи).
Так моё утро началось.
Чем занимаются женщины.
Вернулись мы также на упряжках, и я вижу, что на стойбище все заняты. Дети играют на улице с собаками, мячом и летающим змеем.
Но дети тоже помогают. Девочки - Маме и Бабушке в чуме, а мальчики - Папе и Дедушке.
Женщины и девушки заняты в чуме. Они готовят еду, моют посуду или шьют одежды.
В чуме всегда много работы.
Около другого чума вижу девушка принесёт воды с речки. Ничего себе, там девушка даже дрова рубит, чтобы было чем прогреть чума и готовить еду!
Довольно тяжёлая работа для девушек. Сказали, что обычно мужчины дрова колют, но если они заняты, и необходимо сейчас, то девушки тоже могут.
"Всегда есть, чем заняться тут в чуме. Если еда готова, можно продолжать шить платье или зимнюю одежду из шкуры оленя".
Очень много они делают, конечно. Я не видел моментов, когда они просто потихоньку сидят и отдыхают. Но надеюсь такие моменты всё-таки есть!
Бельё, кстати, тоже руками стирают. Кто-то сказал, что привозили маленькую стиральную машинку, но руками привычнее.
Чем занимаются мужчины.
Мужчины тоже не сидят просто так. Один оленевод стоит около нарты и шлифует доски.
Такую защиту на полозья крепят всегда. Потому что дерево быстро изнашивается, и такие палки менять легче, чем полозья.
Когда пора менять.
Вообще нарты часто проверяют. Все доски, верёвки. "Особенно верёвки надо сравнительно часто поменять. Они изнашиваются быстрее всего."
Внук пришёл помогать Дедушке.
Олени.
"А где олени?" - наверное, вы думаете. Это был тоже мой вопрос оленеводам! Это же главная работа оленеводов?
"Махил, смотрите на ту гору. Наше стадо находится примерно за этой горой."
Олени всегда пасутся где-то рядом.
"А они там одни, без пастуха?"
"Нет, постоянно нужно смотреть за ними, чтобы олени никуда не ушли. И тоже надо защищать от хищников - медведей и волков, которые легко могут поймать одного или нескольких оленей".
Оленям нужно много еды - ягеля (мох), и поэтому оленеводы должны постоянно кочевать.
Виталий, главный оленевод на этом стойбище, сказал, что не раз видел, что медведь приходил, нападал на оленей и взял, прямо под руки два или три телёнка.
"Да, он их поймает, возьмёт пока живые, уходит на задних лапах и потом спокойно их съест".
Конечно, стараются прогнать эти хищников. "Например, мы используем свои снегоходы, чтобы их отгонять. Но тогда много на бензин уходит."
Самые главные помощники оленеводов - это собаки.
Тоже сильно помогают собаки! Они невысокие, но быстрые, гавкают хорошо и оооочень умные. Я своими глазами увидел, как они могут возвращать оленей обратно к стаду, если те убегают. Также стараются пугать хищников своим голосом.
Работа по сменам.
Поэтому всё время есть один или два мужчины у стада. И они делают это по сменам. Одна смена - 24 часа. Вот это да! Представляю, как это тяжело, так долго не только не спать, а быть внимательным. А что оленеводы делают на смене? Ведь так много времени.
Стадо оленей спокойно гуляет, но за ними смотрит пастух всегда.
"Слежение за стадом занимает большую часть времени. Это тысячи оленей, и они стоят не в одной куче. Из них почти тысячи телят - в этом году очень много телёнков родились. Им может быть сложно идти со стадом в другое место, где еды побольше, и поэтому они лёгкая добыча для хищников. Но помимо этого, если есть время, мы можем, например, починить или проверить снегоход или нарты"
Вечер и подарки.
Женщины готовят ужин. Обычно едят в чуме, но когда я там был, была хорошая погода, и решили поесть все вместе на улице.
В этот момент они решили мне подарить подарки, а я - им.
Я уже не первый раз в гостях у оленеводов и знаю, что всегда хорошо брать подарки. Они далеко от городов живут, и даже небольшой подарок может дать радость.
Я взял несколько разных подарков. Для обеда я приготовил голландский десерт, который я с детства обожаю: бутерброд с арахисовой пастой и кусочками банана сверху (можно и без хлеба - просто банан с арахисовой пастой - уже вкусно). Всем вроде понравился!
Ням-ням! И глядя на добавки, которые попросили, десерт понравился! .
А потом и мне (совсем неожиданно, но очень приятно!) тоже подарили подарки! Специально мне сделали национальную рубаху. И даже такой необычный оберег: зуб медведя!
Зубы у медведей, оказывается, огромные!
Как сказал Алексей, теперь медведи будут меня бояться! (тогда я ещё не знал, что я проведу целую ночь в тундре один, и оберег очень кстати!)
И в конце ужина женщина спросила меня: “Нравится чай?” - “Да, вкусный,” - я ответил. Через минуту она принесла пакет: "А это наш местный чай - чага. Это гриб, который растёт на дереве. Надо отрезать кусочек и залить горячей (не кипящей) водой. Это очень полезно!"
Оленеводы такие гостеприимные и добрые люди, я это уже заметил. Но и подарки такие оригинальные, сделаны руками. Мне было очень приятно получить их!
Спасибо огромное!
Кочевание.
Вечером, когда в городе все ложатся спать, оленеводы собираются в путь - кочевать. Это тоже нередкое событие в жизни оленеводов. И я должен сказать, что наблюдать за тем, как это происходит - это самое яркое впечатление от этой поездки. Об этом я расскажу в одной из следующих статей. Подписывайтесь, если вам интересно!
А что вы знали об оленеводах раньше? Рискнули бы отправиться в тундру на Ямал?
Я выросла в Якутии, но моя семья была приезжая. Папа однажды поселил на нашем участке в теплом сарае бомжа, которого обнаружил в процессе работы. Бомж этот -- эвен (или эвенк? это разные народности) Аркадий, мне кажется ему тогда было лет 30. Он из оленеводов, но переехал в посëлок и начал спиваться. В итоге потерял все документы, недвижимость и остался на улице. Он мало говорил, жил очень тихо и незаметно. По нашим меркам, он очень похож на аутиста. Может игнорировать обращенную к нему речь. Жил совершенно изолированно от нас, общался только с отцом. Не мог работать на обычной работе, сколько отец его не пристраивал по знакомым. Но как он рисовал! Его олени выходили на бумаге, как живые.
Пишу это сейчас и самой не верится, что мы так жили.
