Только в 2025 году в нашу страну по программе добровольного переселения прибыли 26 700 соотечественников. Ещё 2800 человек воспользовались президентским указом о поддержке иностранцев, разделяющих наши ценности. Мы узнали, как прошел первый год в России у тех, кто начал здесь новую жизнь.

Путешествие с шестью котами

Семья Татьяны Черноцкой готовилась к переезду два года — переписывалась с псковской администрацией. А год назад двинулась через границу. С шестью котами и собакой.

«Мой прадед был вынужден бежать в Латвию как бывший царский офицер. Мы с мужем старались встроиться в местную жизнь. Из пяти наших детей у двоих латышские имена — Имант и Ивар. Но отношение к русским стало невыносимым», — говорит Татьяна. Последней каплей стал запрет на язык в школе: из-за него девятилетний Серёжа отказался ходить на уроки.

В Карамышевской волости, в 30 километрах от Пскова, Черноцкие присмотрели старый дом. Начали ремонт, укрепили фундамент. Но тут 50-летний муж Татьяны собрался в армию — контрактником. Сын Имант пошёл срочником, взяли в ВДВ, служит в Калининграде.

«Остались в доме я, невестка, внучка и младший сынок. Деньги присылает муж. Вот только в доме зимой холодно», — вздыхает Татьяна.

Женщины и дети ждут, когда вернутся мужчины. В планах — открыть в райцентре автосервис. Мужчины в этой семье настоящие профи в механике. А потом Татьяна мечтает устроить детский развлекательный центр с героями русских сказок. Ведь там добро всегда побеждает зло.

Оставил солидный банк

Игорь Кочан родился в Ленинграде, уехал в США в начале двухтысячных. Оформился айтишником, дослужился до вице-президента в компании, которая делала рождественские украшения, а потом нашёл отличное место в солидном Bank of America.

Но этого ему было мало. Кочан стал развивать движение «Русская молодежь Америки». Вместе посещали храмы, собирались на чаепития, выходили с «Бессмертным полком» на 9 Мая.

А после начала СВО случилось вот что.

«Мы договорились с мэрией Нью-Йорка, что возложим цветы к мемориалу героев Второй мировой. И всё — мне сказали, что это замаскированная пропутинская акция, и мне грозит 15 лет тюрьмы», — рассказывает Игорь.

ФБР обвинило его в агитации «за Россию». Пришлось летом 2024-го срочно возвращаться на родину. От российского гражданства он не отказывался, но документы надо было восстанавливать. Ни работы, ни жилья…

Помог настоятель храма Святого Духа в подмосковном селе Первомайское.

- Отец Евгений раньше бывал в Америке, служил там в православных приходах, - вспоминает Кочан. - Мы познакомились в Свято-Николаевском соборе в Нью-Йорке. Потом батюшка получил приход в России, узнал о моих проблемах и пригласил жить в домике при церкви.

Игорь может и дров наколоть, и крышу залатать. Дом украсил так, что любо-дорого — кухню отделал панелями из дерева, которые сам напилил и модно «состарил».

Кочан быстро разобрался в наших цифровых сервисах, получил ИНН, СНИЛС, новый паспорт. Обновил права. Оформился бизнес-аналитиком на удалёнку в фирму, которая производит косметику и фарму.

Игорь уверяет: в цифровизации — по крайней мере бытовой — Россия обогнала Америку. Как и по уровню сервиса и доступной медицине.

«В Штатах я подвернул ногу, и меня в больницу три квартала везла скорая. Выложил за это 800 долларов. А тут мне сделали операцию на колене бесплатно!»

«Нас привёл Уоррен»

«Мы с мужем прилетели из ЮАР в Москву год назад», — говорит Джессика. Её муж, 42-летний Уоррен Уильям Джонс, служил в армии ЮАР, но недавно его уволили, как и многих белых офицеров.

В мае 2025-го Уоррен пошёл по контракту добровольцем за Россию.

«Он считал, что в трагедии Украины виноваты те же, кто разрушил Ливию и Сирию, кто у нас поощряет радикалов. Вот и решил воевать против них», — вспоминает Джессика.

Перед тем как уйти на фронт, Уоррен поселил жену с малышкой в хостеле в Москве. В декабре пришла похоронка: «Ваш муж погиб в бою. Тело доставлено в Ростов».

Джессика отворачивается, пряча слёзы, и гладит по голове увлечённую рыбками Рейвен. В четыре года трудно понять, что папа ушёл навсегда.

Мать Уоррена Джоан, узнав о беде, приехала в Москву. Теперь она всегда рядом.

«Мы даже представить себе не могли, что, узнав о нашей беде, к нам на помощь придёт столько людей, — говорит Джессика. — Супружеская пара из Америки дала нам отдельную комнату в квартире. Другие жертвуют деньги…»

Пока помогают в основном переселенцы с Запада. Имена в секрете — у многих за границей осталась недвижимость, и с её продажей тамошние власти могут создать проблемы, если узнают, что владельцы помогают семье участника СВО.

Как Джонсы думают жить дальше? Джессика была медсестрой, надеется работать по специальности. Джоан собирается съездить в Южную Африку, чтобы продать там дом в Капской провинции. Потом вернётся и будет жить и работать в России.

«Нас привёл сюда Уоррен, куда ещё нам ехать?» — отвечает мать героя на все вопросы.

Представьте, что вы уходите из дома на три месяца, а возвращаетесь через три года. Дверь не заперта. Вещи на местах. Но в доме никого нет. Ни живых, ни мертвых. Только звенящая тишина. Именно это увидел губернатор Джон Уайт в августе 1590 года. Это дело, в котором нет тел, нет свидетелей и нет оружия. Есть только 115 пропавших душ и одна надпись, ставшая самой жуткой загадкой в истории Америки.

В 1587 году группа английских колонистов высадилась на острове Роанок. Это должно было стать Новым Эдемом. Здесь родилась внучка Уайта, Вирджиния Дэйр — первый английский ребенок в Америке.

Но рай требовал ресурсов. Уайт был вынужден оставить семью и отплыть в Англию за провизией, обещая вернуться до зимы.

Судьба сыграла злую шутку. В Европе началась война с Испанией. Королева Елизавета реквизировала все корабли для битвы с Непобедимой армадой. Три месяца превратились в три года ада и ожидания.

Когда Уайт наконец вернулся, его встретил не шумный форт, а могильная тишина. Поселение было пустым, но — и это самое странное — не разрушенным. Дома были аккуратно разобраны. Тяжелые пушки исчезли. Ни следов борьбы, ни крови, ни одного тела. Люди не бежали в панике — они ушли организованно.

На одном из столбов частокола Уайт нашел единственную улику. Одно слово, вырезанное ножом: CROATOAN.

Это был ключ. Перед отъездом Уайт договорился с колонистами: если они переедут, то напишут название нового места. Но если их заставит бежать опасность или война — они должны были вырезать над словом Мальтийский крест. Креста на столбе не было.

«Кроатоан» — это соседний остров, где жило дружественное племя. Казалось, ответ рядом — нужно пройти всего 80 километров на юг. Но океан решил иначе. Чудовищный шторм порвал якорные цепи кораблей Уайта. Спасая экипаж от гибели, капитан приказал возвращаться в Англию. Уайт так и не попал на соседний остров. Он умер, не узнав, что случилось с его внучкой.

Что случилось с «Потерянной колонией»? Главная версия археологов сегодня — ассимиляция. Брошенные империей люди ушли к индейцам, чтобы выжить, и растворились в их племени. Спустя столетия путешественники встречали в тех краях индейцев с серыми глазами, знавших английские слова. Но есть и темные теории: от ритуальной резни до неизвестной эпидемии, заставившей людей уйти в леса умирать. Правда скрыта где-то в болотах Северной Каролины, а Роанок остается напоминанием: целая цивилизация может исчезнуть, не оставив после себя ничего, кроме слова на гнилом дереве.

В 1492 году, когда король Фердинанд и королева Изабелла изгнали своих еврейских подданных, 150 000 евреев были спасены османами в ходе морской операции, организованной султаном Баязидом II, который отправил корабли в Кадис (Испания). Миграция евреев в Османскую империю из стран, затронутых инквизицией, продолжалась несколько десятилетий. В 1501 году султан Баязид II принял евреев, бежавших из Франции.

Следующая цитата приписывается султану Баязиду II: «Католического монарха Фердинанда ошибочно считали мудрым, поскольку он разорил Испанию изгнанием евреев и обогатил Турцию».

Кемаль-реис, адмирал османского флота, несколько раз между 1490 и 1492 годами перевозил мусульман и евреев, желавших бежать из Испании, в провинции Османской империи, которые их радушно приняли. Мусульмане и евреи Испании внесли большой вклад в рост могущества Османской империи, внедряя новые идеи, методы и мастерство.

В основу изображения корабля на монете легла картина Mevlut Akyildiz (Метвлут Акйылдыз), современного турецкого художника. Монета и картина показывают прибытие и приветствие султаном Баязидом II евреев-иммигрантов в Турции .
Судно, изображенное на картине, скорее всего, транспортное, флагманским кораблем адмирала Кемаля Рейза был GÖKE, но он был четырехмачтовым, а на монете изображено трехмачтовое судно, скорее всего, транспортный галеон.

Турция, 5000 лир 1992г. Медно-никелевая монета, диаметр 29,7 мм, тираж 20 000. Монетный двор Стамбул, Турция.