Испытательный срок
Дверь лифта разъехалась, и Максим шагнул в холл двадцать третьего этажа бизнес-центра «Меркурий». Первый рабочий день на новом месте. Сердце колотилось где-то в горле. Он поправил галстук, одёрнул пиджак и глубоко вдохнул.
«Только без нервов. Ты справишься».
Стеклянные двери офиса бесшумно разъехались. За стойкой ресепшн сидела миловидная девушка.
— Доброе утро! Максим Соколов, к Веронике Андреевне.
— Одну минуту, — улыбнулась девушка, набирая номер. — К вам Максим Соколов, новый аналитик... Да, хорошо.
Она подняла взгляд:
— Вероника Андреевна ждёт вас. Третий кабинет справа.
Максим прошёл по коридору мимо прозрачных перегородок, за которыми сотрудники уже погрузились в работу. Постучал в дверь с табличкой «Руководитель аналитического отдела».
— Войдите.
За столом сидела женщина лет сорока пяти. Тёмные волосы собраны в строгий пучок, безупречный макияж, идеально сидящий деловой костюм. Она не улыбалась, лишь окинула его оценивающим взглядом.
— Максим Соколов? Присаживайтесь.
Её голос звучал холодно и властно. Максим сел напротив, стараясь выглядеть уверенно.
— Я Вероника Андреевна Климова. В моём отделе строгая дисциплина и высокие требования. Рабочий день начинается ровно в девять. Опоздания недопустимы. Отчёты сдаются в срок. Никаких исключений.
Максим кивал, чувствуя, как по спине стекает холодная капля пота.
— Испытательный срок три месяца. Если справитесь — останетесь. Если нет — не обессудьте.
Прошёл месяц. Максим выматывался до предела. Вероника Андреевна оказалась той ещё драконшей. Она могла вернуть отчёт из-за неправильно расставленных запятых, заставить переделывать презентацию из-за «недостаточно информативных графиков» и вызвать на ковёр за пятиминутное опоздание.
Коллеги лишь сочувственно качали головами. «Климова всех так прессует, привыкай», — говорили они.
В пятницу вечером, после особенно тяжёлой недели, Максим сидел дома перед ноутбуком с бутылкой пива. Нервы были на пределе. Начальница раскритиковала его квартальный прогноз, заставила переделать, а потом объявила, что всё равно «недостаточно глубокий анализ».
Он бесцельно бродил по интернету, когда всплыла реклама сайта знакомств для взрослых. «Найди партнёра для особых отношений». Максим хмыкнул. Почему бы и нет? Может, это поможет снять стресс.
Зарегистрировавшись, он начал просматривать анкеты. Внезапно его внимание привлёк профиль: «Властная Госпожа». Фотография была размытой, видны лишь очертания стройной фигуры в чём-то блестящем. В описании значилось: «Ценю послушание и дисциплину. Накажу за ошибки и вознагражу за старания. Только для тех, кто готов подчиняться».
Что-то в этом профиле зацепило его. Возможно, подсознательное желание перевернуть ситуацию — в реальной жизни он подчинялся, а здесь мог бы добровольно отдаться во власть, контролируя происходящее.
Максим отправил сообщение: «Добрый вечер. Заинтересовал ваш профиль».
Ответ пришёл почти мгновенно: «Ищешь, кому подчиняться?»
«Возможно. Устал принимать решения».
«Завтра. 21:00. Адрес пришлю за час до встречи».
Весь следующий день Максим был как на иголках. Дважды он хотел отменить встречу, но что-то останавливало его. Азарт? Желание эксперимента? Или просто потребность в эмоциональной разрядке?
В 20:00 пришло сообщение с адресом. Элитный жилой комплекс в центре города. Он нервно хмыкнул — видимо, «Госпожа» неплохо зарабатывала на своём хобби.
В 21:00 Максим стоял перед дверью квартиры на двенадцатом этаже. Сердце колотилось как безумное. Он медленно поднял руку и нажал на звонок.
Дверь открылась. На пороге стояла женщина в облегающем чёрном латексном костюме, с плёткой в руке. Лицо закрывала маска.
Женщина медленно подняла руки и сняла маску.
Время остановилось. Максим почувствовал, как кровь отхлынула от лица.
Перед ним стояла Вероника Андреевна.
Немая сцена длилась, казалось, вечность. Максим не мог пошевелиться, не мог вымолвить ни слова. В голове крутилось только одно: «Это конец. Завтра я уволен».
Но вдруг уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. В глазах появился озорной блеск, которого он никогда не видел в офисе.
— Испытательный срок продлён на неделю, — произнесла она бархатным голосом. — Входи.
И Максим переступил порог.
СИСТЕМА ЭФФЕКТИВНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СОЗНАНИЯ
В этой части мы сделаем попытку рассмотреть аффективную сферу как систему, отвечающую не за отдельные моменты адаптации, связанные, например, с регуляцией активности, побуждением или эмоциональной оценкой, а за организацию актов поведения, обеспечивающих разрешение простых и сложных приспособительных задач. Аффективная сфера. Таким образом, представляется нам как активная целостная система адаптации со своими принципами организации афферентного входа и эфферентного выхода, центральной переработки информации, имеющая возможность саморегуляции - поддержания собственной активности и стабильности в отношениях с миром.
Последнее принципиально важно и требует специального внимания. Формулируя принципы физиологии активности, Н. А. Бернштейн (1990) ведет нас к пониманию того, что живая система отличается от неживой наличием в ней негэнтропических (мера упорядоченности, организованности и сложности системы, противоположная по смыслу энтропии) процессов. Если это справедливо по отношению к физиологическим системам, то тем более и к системам более активным, психическим. Н. Винер (1968, с. 195-202), рассматривая принципы работы психической системы, выделяет процессы саморегуляции аффективного тонуса. Как известно, А. Р. Лурия (1973) также говорит о наличии специального функционального блока поддержания тонуса и регуляции динамики психических процессов, обеспечивающего оптимальный уровень бодрствования, возможность активно воспринимать и перерабатывать информацию, избирательно вызывать в памяти необходимые системы связей, осуществлять контроль за протеканием психических процессов, корригируя ошибки и сохраняя направленность деятельности.
Понятно, что только благодаря специальным психическим процессам, направленным на поддержание собственной активности выше уровня активности среды, субъект может не только реагировать, но и активно овладевать обстоятельствами: добывать и перерабатывать информацию, использовать прошлый опыт и предвосхищать будущее.;
Именно поэтому необходимо выделять две основные, взаимосвязанные, но отдельные функции аффективной сферы: 1) организацию непосредственного разрешения реальных, конкретных жизненных задач и 2) саморегуляцию аффективных процессов.
Рассматривая процессы аффективной саморегуляции, мы таким образом обращаемся к той части психической жизни, которая, находясь за рамками процесса удовлетворения наших обыденных нужд, является общим признаком живого существа, первичной жизненной категорией. Так, И. Хейзинга (1992) определяет сущность игры, подчеркивая ее витальную значимость, он указывает на серьезную захваченность играющего существа.
Другим важным для нас моментом является то, что мы рассматриваем аффективную сферу как сложно организованную многоуровневую систему, способную одновременно разрешать несколько разнородных, и даже разнонаправленных, адаптационных задач. Таким образом, здесь мы тоже следуем идеям Н. А. Бернштейна о многоуровневой организации взаимодействия живой системы со средой, разработанным им на примере организации движения.
Основы этого подхода были заложены в работах 3. Фрейда, Э. Кречмера, К. Бюлера, Л. С. Выготского и других авторов, полагавших, что архитектоника душевной жизни "строится... по принципу слоев, инстанций, находящихся одна над другой" (Фрейд 3.), что ступени организации поведения надстраиваются друг над другом, и существует "своеобразная геология в развитии генетически наличных пластов в поведении" (Л. С. Выготский), причем низшие слои не уничтожаются, а продолжают жить в высших как их подчиненная инстанция.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Доминирующая гиперпротекция
Чрезмерная опека, мелочный контроль за каждым шагом, каждой минутой, каждой мыслью вырастает в целую систему постоянных запретов и неусыпного бдительного наблюдения за подростком, достигающего иногда постыдной для него слежки. Например, за 16-летним подростком его бабушка ежедневно, крадучись, следовала от дома до школы, затем ожидала в подъезде напротив школы окончания уроков и так же тайно сопровождала его до дома, выясняя, с кем он идет, не курит ли по дороге, не заходит ли куда и т. п. Одна мать стояла под дверями уборной, когда туда шел ее 14-летний сын, подслушивая, не занимается ли он там онанизмом. Непрерывные запрещения, невозможность никогда принимать собственные решения путают подростка, создают у него впечатление, что ему «все нельзя», а его сверстникам «все можно». Гиперпротекция не дает возможности учиться с ранних лет на собственном опыте разумно пользоваться свободой, не приучает к самостоятельности. Мало того, она подавляет чувство ответственности и долга, ибо если за подростка все решают и все ему указывают, то он приходит к убеждению, что сам он может ни за что не отвечать.
У гипертимных подростков еще в младшем или среднем подростковом возрасте (12-13 или 14-15 лет) гиперпротекция приводит к резкому усилению реакции эмансипации. Родители реагируют на эмансипационные устремления опекаемого подростка адекватным, с их точки зрения, способом — еще жестче требуют послушания, строже наказывают, еще более усиливают контроль, стараются изолировать от сверстников. Все это имеет лишь обратный эффект — усиливает реакцию эмансипации. В результате создается порочный круг подросток все более проявляет непослушание, родители все сильнее стремятся его подчинить своему руководству. В какой-то момент, почувствовав возмужание, такие подростки поднимают бунт против «притеснения», сразу напрочь рвут все родительские запреты и устремляются туда, где, с их точки зрения, «все можно», т. е. в асоциальную уличную компанию. Здесь сказывается и подростковая реакция группирования и другие слабые места гипертимов — любовь к новизне, к развлечениям, легкость, с которой переступается, порою просто просматривается, грань дозволенного, неразборчивость контактов, привлекательность риска. Алкоголизация и знакомство с другими дурманящими средствами значительно подталкивают психопатическое развитие по гипертимно- неустойчивому типу.
На подростков с психастенической, сенситивной и астеноневротической акцентуацией доминирующая гиперпротекция оказывает совершенно иное действие — усиливает несамостоятельность, неуверенность в себе, нерешительность, неумение постоять за себя и за свое дело. Но здесь подобное воспитание в случаях акцентуаций характера в подростковом возрасте обычно не доводит до психопатического развития. Наибольшие трудности возникают для них, когда они становятся взрослыми, когда жизнь начинает требовать от них самостоятельности.
Из книги А.Е. Личко « Психопатии и акцентуации характера у подростков».


