Формально лудомания — совсем не шизофрения, это очень разные по этиологии расстройства. Но на стадии так называемой сверхценной (доминирующей) идеи это очень близкое к шизе состояние, сопровождаемое по сути классической ломкой, как от нехороших веществ.

И вот до этой стадии (доминирующей идеи) с лудоманом еще возможно работать через когнитивно-поведенческую терапию. Но эффективность КПТ сильно зависит от уровня интеллекта. В некоторых случаях от нее вообще ноль положительного эффекта, потому что человек сам по себе дурак дураком. И ты ему никак не объяснишь, почему всегда в выигрыше только игорное заведение. Но в целом прогноз обычно положительный.

Подчеркиваю, именно до этого момента, пока еще не сформировалась сверхценная идея. Другими словами, пока лудоман еще окончательно не вышел из реальности. После начинается уже самая настоящая психиатрия. И назад дороги нет. Первоначальная личность окончательно похерена. И если человек не идиот, он уже при первых признаках проблемной игры должен обратиться к специалистам, чтобы понять, что с ним происходит.

Но, к сожалению, уже при средней тяжести лудомании первым делом наглухо вырубается волевой центр, и человек остается абсолютно беззащитным. Даже если он осознает свою проблему и понимает, к чему дело движется, сделать ничего не может — подавлены воля и мотивация. Он точно не пойдет ни обследоваться, ни тем более лечиться. У него найдется миллион отговорок. Потому что там уже вовсю начинает плясать нейробиология, для поддержания которой все мощнее и чаще требуются дофаминовые и норадреналиновые шторма. И с каждым днем шансы вернуться в нормальную жизнь для игромана буквально тают на глазах. Потому что лудомания — это прогрессирующее заболевание.

А вот все эти маркетинговые самозапреты и самоограничения — это для здоровых людей, так сказать, на всякий пожарный. Как говорится, береженого бог бережет.

Понятно, как в современном обществе в целом относятся к ремеслам, где возможно хорошо заработать. Плохо получается осуждать, зато хорошо получается смотреть на все это с завистью. И это не только вебкам, но и те же самые так называемые профессиональные игроки в покер, венчурные инвесторы, биржевые торгаши и прочие не совсем приемлемые для многих формы финансовых игрищ.

Я еще раз скажу, что мне искренне жаль эту молоденькую девочку, которая еще и жить толком не начала. Неважно, вебкамщица она или эскортница — не сильно в этом разбираюсь. Важно другое — ей никто не помог. Никто не объяснил, почему единственное правильное решение в случае с лудоманом может быть только одно — гнать его в шею и забыть как страшный сон.

Потому что клинический лудоман (это который уже влез в долги и начинает врать и воровать) — это хуже черта. Лудомания — это хуже, чем зависимость от веществ. Это подтвердят люди, которые или с этой проблемой работают, или сами сталкивались с ней на своем опыте. И никакими беседами по душам и заклинаниями это не лечится. Потому что это психиатрия (в большинстве случаев). По-хорошему, лудоманов в клинической стадии болезни нужно лечить добровольно-принудительно. Все остальное — от лукавого.

У меня на эту тему есть популярный комментарий в блоге. Он чрезмерно жесткий. Даже для меня. А я, поверьте, за более чем два десятка лет в индустрии повидал всякого. На сюси-пуси к лудоманам не ведусь уже очень давно. Видно, что человек знает о проблеме не понаслышке. Но все же не могу согласиться. Есть разница между развлечением и патологией, это факт.

Я ни в коем случае не оправдываю ее поступок. Теперь ей предстоит нелегкая внутренняя работа — как-то с этим научиться жить.

Мой родной старший брат (я с 85-го, он с 79-го) в 90-е годы подсел на вещества (..роин, понятно, про что речь). И я все свое детство, почти десять лет, жил с таким человеком. Половина двора, а то и больше, в этом погрязло. Сейчас практически никого в живых не осталось. Кроме моего брата, да и то — стараниями моей сестры (напишу как-нибудь отдельный пост об этом). Нихера это не лечится. Не поможет даже пересадка мозга. Чудесных исцелений тоже не наблюдал. И был один интересный случай... Ладно, об этом должен быть отдельный пост.

Лудомания — это еще хуже. Это многими причастными подтверждается. Недавно известный тренер Сергей Юран высказался, что лудомания хуже наркомании. Тоже повидал всякого.

Поэтому дай бог, чтобы эту девочку оправдали (ну или посадили, кому как больше нравится). Потому что лично для меня все очевидно (почти, некоторые вопросы имеются): она находилась в созависимости. А лудоман под воздействием алкоголя — это особо опасный психически больной. И это тоже медицинский факт.

Но это все лирика. Теперь о том, как будет, скорее всего, на самом деле.

Защита девушки попытается зайти через то, что потерпевший страдал лудоманией, из-за чего обвиняемая испытывала психотравмирующий опыт.

Вот только если потерпевший не обращался за помощью к психологу или психиатру (по статистике клинические лудоманы обращаются к специалистам менее чем в 10% случаев), любой грамотный юрист развалит эту гипотезу на раз-два. Факты транзакций в игорные заведения сами по себе не говорят о том, что потерпевший был лудоманом. В общем, тут есть большое поле для маневров.

Понятие «созависимость» (отсылка к психотравмирующему опыту) — это исключительно психологический термин, а не юридический. Но и в этом случае все равно ноль перспективы, так как имеются публичные фотографии, как пара отдыхает вместе и ни в чем себе не отказывает. Хорошая такая «психотравма», да? Ну какой дурак в это поверит?! Потому что никакой психотравмой тут и не пахнет! Оба тусят на все бабки.

Маловероятно, что психиатрическая экспертиза признает потерпевшего лудоманом, если при его жизни он не состоял на учете и никуда не обращался. У нас даже лютые маньяки признаются вменяемыми. А тут какой-то лудоман. Да ну, какой психиатр захочет, чтобы его экспертизой... ну, вот это самое.

Если парню при жизни не был выставлен диагноз «F63.0 (Патологическое влечение к азартным играм)», государственные эксперты никогда не напишут в заключении: «Да, на основе выписок из казино мы ставим ему диагноз "лудомания"». Максимум укажут «склонность к рискованному поведению» или «черты зависимого поведения», что для квалификации преступления — пустой звук.

Ну и самое главное, наверное.

Представим себе на секунду, что признание потерпевшего лудоманом, а обвиняемой, соответственно, созависимой — это смягчающее обстоятельство. Это ж какой создается прецедент! Да у нас так полстраны завтра начнет своих надоедливых родственников-лудиков рубить в капусту на правах «созависимых». Если верить отчету АНО «Центр борьбы с лудоманией», в стране свыше 400 000 человек — патологические лудоманы, которые полностью потеряли контроль над игровым процессом и здравым смыслом.

Так что, отъедет вебкамщица на несколько лет как минимум. По-моему, тут вообще без вариантов. Продолжаю наблюдение.

Она отвечает «нормально» - и это «нормально» звучит как захлопнутая дверь. Слова вроде есть, а между ними - пустота, сухая, стерильная, аккуратно выметенная.

Никто не кричит, никто не врёт. Просто каждый вечер из отношений тихо вычитают по одной минуте. Вычитают, вычитают - а потом удивляются, почему стало пусто.

И вот наступает вечер, когда эта арифметика обрывается. Он поднимает глаза от телефона - а её уже нет в комнате. Или она оборачивается - а он уже спит, отвернувшись.

Резко, внезапно, хотя всё шло к этому месяцами. И ты сидишь в этой тишине, и внутри что-то сжимается, тонко, тоскливо, и ты вдруг понимаешь: мы разучились разговаривать. Не поссорились - разучились.

И это открытие бьёт больнее любой ссоры, потому что ссора - это ещё контакт, а здесь - ровная, гладкая, отполированная пустота.

Дальше - самое неприятное. Ты начинаешь считать. Сколько дней мы не говорили по-настоящему? Сколько раз я спросил и не дослушал? Сколько раз она начала фразу и остановилась на полуслове, потому что я кивнул, не отрываясь от экрана?

И счёт этот давит, наваливается, растёт, как снежный ком, и ты уже не можешь остановиться, и кажется, что выхода нет: либо так и доживать вдвоём в этом холодном, выметенном пространстве, либо признать, что всё кончено. Любой вариант - тупик. И ты готов уже согласиться на самый горький финал, лишь бы эта арифметика прекратилась, лишь бы перестало ежевечерне вычитать.

И вот в этой точке - когда считалка дошла до нуля - остаётся один ход. Отложить телефон. Не на час на десять минут. Сесть напротив и сказать не «как день прошёл», а «расскажи мне». Не «нормально», а «мне тебя не хватает».

Одно живое, тёплое, настоящее слово - и счёт обнуляется. Потому что отношения - это не сумма совместно прожитых лет, а сумма совместно прожитых минут. И если вы перестали их считать, начинайте заново. Прямо сегодня. Прямо сейчас.

Вот и вся наука. Ничего сложного. Просто перестаньте вычитать - и начните складывать.

- стал подозрительным, подозревает, что лазили в его телефоне, например;

- избегает общения;

- скрытный, мутный;

- перескакивает с одной темы на другую;

- говорит непрерывно и не даёт собеседнику вставить слово. Ведет диалог как будто бы сам с собой. Перескакивает с мысли на мысль. Как будто бы кто- то хаотично пленку мотает.

- произносит слова невнятно;

- повторяет одни и те же мысли;

- теряет нить разговора, подвисает;

- жажда;

- учащённое сердцебиение, проблемы с дыханием, жалуется переодически жене на боль в груди;

- излишняя двигательная активность;

- бессонница, может не спать по несколько дней. Спать не хочет

- резкая усталость после периода возбуждения, спит по 2-3 дня. Спит в полном отрубоне.

- суицидальные мысли - смерть не пугает, было бы хорошо умереть, все бессмысленно, так будет лучше, смысла нет;

- потерял интерес в обычным вещам: семья, дети, быт, родители, свои увлечения;

- быстрая переключаемость, высокая нервная перевозбудимость. Не может сконцентрироваться на том, что делает;

- литрами энергетиками и пиво, не фигурально, Крепкий алкоголь избегает, говорит что плохо от него. Хотя раньше пил, крепыш как все.

- можно с ним разговаривать, как раньше, только когда под пивом. По трезвости избегает любых разговоров, даже по делу;

- говорит про голос, который ему всегда помогал (в бизнесе) и подсказывал, а теперь обманывает его. Говорит вещи, которых нет. Я так понимаю, имеет ввиду внутренний голос. Переживает из-за этого, даже напуган бывает местами.

Это после 2х недель моих наблюдений за ним и еще 2х недель, после возвращения и общения с женой. Я в ахуе, жена в ахуе. Изменение поведения первое время списывали на стресс, перегруз, кризис среднего возраста.

Отдыхай, всех денег не заработаешь, сдохнешь и нахрен оно кому надо. Это то, что жена, я и мама ему всегда талдычили.

По моим ощущениям, изменения начались 2-3 года назад. Сам по себе был достаточно эмпатичный, внимательный к родителям, заботливый.

Точно известно, что несколько лет назад подсел на качалку. Массово кололи хрен пойми что. Жена нашла год назад непонятные таблетки. Собрала вещи, детей. Навешал ей лапшу на уши.

Проблема в следующем. У меня совершенно нет опыта с зависимыми от психотропных, фармы. Видела шизофрению, депрессии, биполярное, психоз, алкоголизм, деменцию. Я хотя бы знаю как это выглядит.

Просьба поделиться любыми практическими советами по трем вариантам: не признает/не лечится, не признает/лечится, признает/лечится.

Знаю, что если сам не захочет, никто не поможет. Только он сам, выбор только за ним.

С ним рядом жена и двое маленьких детей. За них страшно. Мне самой было страшно, когда он 2 раза при мне ушел в агрессию на жену и решил чутка погромить. В нем 180 см и 110 кг.

На следующей неделе они буду в Москве по делам и по врачам. Записали его к психиатру в склиф. Хз дойдет или нет, жене предложила что приеду в мск. Решили не говорить ему, что приеду. Про запись к психиатору он знает.

Вчера отправляла ему голосовые, за советом по резине. Вернулся с командировки, был не в себе, жене сказал, что не спал 3 дня. Послушал мои голосовые, решил, что я под наркотой, и мой гражданский муж мне ее продает. Это он все жене вчера рассказывал. Сегодня отписался, что смешал бустер гриба ежовика с алкоголем и его накрыло.

Жена, если что, вменяемая на все 200%, дай бог такую каждому. Детей тянет сама, не соска, мозги не ебет, поддерживает. Вообще не понимаю, как она последние 2 года вывозит.

В том смысле, что это не ситуация «чувак заебался по жизни, дайте ему отдохнуть».

Это именно зависимость от какой-то хуйни. Точнее, очевидно, что были психические предпосылки, для возникновения зависимости.

Скорее всего, в качалке открыл доступ к фарме/даркнету, решил расширить свои физические возможностей (повысить работоспособность) и пиздец. Точно знает, что ему приходит пиздец, и что он не в порядке, но боится признаться. Я очень надеюсь, что не станет отрицать и говорить, что это мы не в себе, Думали тест сделать - мочу/волосы. Жена узнает в этом направлении. На случай, если решит уйти в полное отрицание. Ключевое в сообщениях уже удалил. Здесь я уже в ахуе была, тк допетрила, что за дичь с ним происходит. Писала и молилась, чтобы у него сердце не отьебнуло.

Как разговаривать с братом: давить/угрожать/пугать/успокаивать/поддерживать/гладить по головке/все перечисленное вместе?

Если дойдет до психиатора, надо ли разговаривать с врачом предварительно и рассказывать основные симптомы?

Про рехабы полезла изучать вопрос - лучше бы не читала.

Будем предлагать ему помощь, тк у него или сердце отьебнем или инсульт разобьет.

И каждый раз, трезвея, мое состояние ухудшалось. Стали разрушаться все сферы моей жизни. Родители разочаровывались во мне. Я не смог закончить учебу в институте, не смог удержаться ни на одной работе дольше 3-х месяцев. Я женился, но жена развелась со мной и ушла вместе с ребенком, которого я очень любил, как мне казалось. Только в программе 12 шагов я узнал, что употребляющий зависимый неспособен на любовь. И в возрасте 29 лет я впервые переступил порог следственного изолятора. Отбывая срок, я прекрасно знал, что освобожусь и буду употреблять дальше. Я уже смирился с тем, что я из числа плохих персонажей. «Ведь дурной пример – тоже пример!» - говорил я. Я смирился с тем, что либо умру в тюрьме, либо от употребления.

В четвертый раз, попав в тюрьму, я ощутил то, что, я называю, своим «ДНОМ». Это состояние полного отчаяния, отверженности, сожаления, ужаса и беспомощности. У меня родилась дочь, которую я так и не успел увидеть. Но осталось ни друзей, ни подруг. Состояние мое можно было сравнить с эмоциональным провалом, и мне захотелось покончить жизнь самоубийством.

Но ночью, я взмолился со слезами на глазах и просил моего Аллаха избавить меня от страшного состояния, дать мне душевного покоя. Я вспомнил, что у меня есть живые родители, которые стареют и нуждаются хотя бы в знании того, что я жив. У меня есть сестра, которая несмотря ни на чтолюбит меня. И мои дети все-такизаслуживают того, чтобы у них был отец.

Всевышний через несколько дней избавил меня от внутреннего напряжения. Я стал молиться ему каждый день как мог,просил указатьмне верный путь. Мне дали 4 года особого режима.

По отбытии половины срока я приехал в колонию №19 г. Казани. И здесь по Воле Высшей Силы ко мне подошли люди, которые предложили пройти реабилитацию по программе 12 Шагов Анонимных Алкоголиков. Я думал, что уже ничто не сможет избавить меня от навязчивого желания употреблять. Но, к счастью, я был не прав.

Я с уверенностью могу назвать программу 12 Шагов АА ЧУДОМ для меня. Я благодарен всем, кто привел меня сюда и участвовал в моем выздоровлении.