Как же бесила в старших классах эта коронная фраза нашей учительницы по литературе! Она употребляла её по малейшему поводу. Не сделал домашку и пытаешься наболтать хоть что-то на тройку - получай. Ушёл в сторону в рассуждениях о мотивах какого-нибудь героя нашего времени - лови подачу. Опоздал на урок и лепишь кривые оправдания - на, бестолочь пубертатная, прямо в лоб тебе.
Короче, борьба с этой фразой для меня - дело личное. А в чем суть? Суть в том, что в первоисточнике (напишу, на всякий случай, речь о "Слове о полку Игореве", извините) она употребляется не в том смысле, который закладывают нам со школьной скамьи. То есть "отвлекаться от основной темы речи, вдаваться в ненужные подробности, путано и утомительно для слушателей излагать свои мысли".
Читаем известный текст:
"Растекашеся мыслию по древу"
Казалось бы, всë, нет предмета спора. Ставим точку. Написано чёрным по белому именно так, как говорят. Но, если прочитать дальше, то начинают закрадываться сомнения.
"Растекашеся мыслию по древу, серымъ волкомъ по земле, сизымъ орломъ подъ облаками"
Что мы видим? Видим зооморфное отображение литературных умений Баяна. Орёл парит в небесах, волк бежит по земле, и абстрактная мысль по древу. Где логика? А её нет! (Сборник цитат майора Пейна, т.1). Очень удобно при любительском анализе древних текстов предполагать, что написавшие их авторы не отличались последовательностью, логикой и системным мышлением. Тогда можно любую нестыковку трактовать как косяк творца. Но здесь, скорее, косяк переписчика. Причём, на каком этапе закралась ошибка - вопрос открытый. Итак, кто же прячется под предположительно ошибочно переписанной "мыслью"? Есть близкий по звучанию и написанию вариант, предложенный некоторыми исследователями - "мысью", то есть, белкой по новгородскому говору. Белка мне нравится. Белка укладывается в логический ряд орёл-волк-белка как животное, одновременно способное бегать по земле, где охотится волк, и лазать по верхушке дерева, почти в облаках, где парит орёл. Волк олицетворяет земное, орёл - небесное, а белка - связной между этими сферами. Плюс, творческие способности Баяна сравниваются с образами животных, имеющих для древнего читателя понятное значение. Ловкость, скорость, сила, вроде того. Всё. На этой точке мои дилетантские измышления остановились на долгие годы.
Ровно до тех пор, пока я не наткнулся на книгу А.Л. Никитина "Слово о полку Игореве", в которой автор, используя научный инструментарий, даёт свою трактовку знаменитого текста.
Настоятельно рекомендую к прочтению всем, интересующимся проблемой Слова - там весьма интересная и аргументированная теория описанного в песне мероприятия.
Но, вернёмся к "мысли по древу", вернее, к "мыси по древу". Итак, Никитин придерживается точки зрения об использовании Баяном приёмов скальдической поэзии и значительном влиянии на текст скандинавской культуры. В предлагаемом контексте образы дерева, орла, волка и белки гармонично вписываются в картину скандинавского Мирового древа. Того самого, на котором белка Рататуск, быстро бегая по стволу, исполняет обязанности посредника между верхним и нижним миром. И сравнение Баяна с белкой перед волком и орлом полностью укладывается в логику повествования.
В качестве критики предложенной версии отмечу, что оставалась проблема деепричастия "растекашеся". Здесь можно предполагать комплексную ошибку переписчика в двух словах подряд. Это вполне вероятно, если ошибочно понятое первое слово приводит к искажению смысла следующих, чтобы подогнать их к складывающейся в голове переписчика/переводчика общей картине фразы/текста. Другой вариант - найти подходящий к белке смысл "растекашеся" в говорах и региональных наречиях времён написания "Слова". В любом случае - это уже второе допущение, что качественно снижает научную ценность высказанного предположения, переводит его в категорию досужих рассуждений.
Но тут выручил Пикабу - прекрасная статья по данной теме Не пора ль нам, братия, растечься мыслию по древу? расставила точки над ë. Есть устаревшее значение "растекаться" - бежать.
Ну всë, готова веская аргументация для спора с учительницей. Так и хочется вскочить и громогласно крикнуть посреди урока тридцать лет назад - ага, попалась! Но не буду, ибо ещё в те годы учительница литературы была старенькой, высушенной работой бабушкой, пытавшейся в меру сил донести до нас, акселератов, основы русской художественной литературы. Ну (не нукай, не лошадь погоняешь), не нашла она подхода к неусидчивому подростку с завышенной самооценкой. Ну (не нукай, кому говорю!), отбила охоту читать русскую классику на десять лет (спасибо Фёдору Михайловичу, вылечил впоследствии). Думаю, что по-своему она старалась. Царствие Небесное, Татьяна Владимировна, простите, если что не так.

«Слово о полку Игореве» читали мы тут с учениками. 

Краткий пересказ для тех, кто не в теме:

1185 год. Весна. Святослав сходил в военный поход на половцев и всех победил. Святославу слава и почëт, Игорю ничего, потому что он не ходил. Игорю неймется. Собирает он войско и тоже идëт.

Они выдвигаются. И сразу н-н-нааа! Солнечное затмение. Природа орет: «ИГОРЬ, НЕ ХОДИ, ДЕБИЛ!». Дружина в шоке, пальцем показывает на небо. Игорь такой: «Да пофиг, мужики, это спецэффект! Погнали!»

Дальше — больше. Степь накрылась херней. Половцев набежало как собак нерезаных — вся Орда.  Драка была знатная, но, как говорится, всем кабзда.

Итог битвы: Игоря берут в плен, рать полегла. А самое смешное — пока Игорь искал славы и «постоять за землю русскую» (хотя до этого за неë постояли), земля русская осталась без защиты, и половцы, которых он возбудил, пошли грабить города, которые он должен был защищать.

 Офигенно, да?

Отдельный трек — Плач Ярославны.

Жена Игоря (Ярославна) выходит на городскую стену в Путивле и начинает причитать. Она обращается к Ветру, Солнцу и Днепру. Типа: «Ветер, херли ты дуешь? Зачем ты мои радости в поле развеял? Солнце, ах ты ж сука, зачем ты моего мужа жарило в степи? Днепр, будь человеком, верни мне его!»

Финал.

Игорь сваливает из плена, возвращается в Киев. И тут странное: народ радуется. Типа «О, Игорь вернулся, красава!». Хотя какой он нафиг красава? Он проиграл битву, просрал войско и открыл границы.

Итог:

Пацаны поехали за славой, а вернулись только через полгода пешком без штанов. 

Главная мораль: Не будите лихо, пока оно тихо. И не ходите в степи без разведки. Ну и слушайте, когда солнце моргает — это не просто так.

Самые обычные вещи могут иметь древнюю и удивительную историю. Например, кровать. Кажется, что может быть проще? Но это слово прошло через тысячелетия и даже упоминалось в переводах Библии!

Слово «кровать» пришло в восточнославянские языки из Византии, где его произносили так: κραββάτιον (кравватион). Но его история началась ещё раньше — в балканских племенах, откуда оно попало в Македонию, а затем с диадохами Александра Македонского в Египет. Там в Александрийской библиотеке был выполнен древнегреческий перевод Ветхого завета (Септуагинта), в котором слово записали как κράββατος (краббатос). Впоследствии оно распространилось по грекоязычному востоку Средиземноморья и, конечно, появилось в Константинополе.

В Византии слово κραββάτιον обозначало не просто ложе, а богато украшенное ложе знати. Василевсы, патрикии, спафарии и прочие знатные ромеи с удовольствием возлежали на своих кравватионах. Можно предположить, что на них же положили послов князя Владимира, которых ПВЛ под 986 годом отправляет в Константинополь. Вернувшись в Киев, они сообщили:

"Не можем мы забыть красоты той, ибо каждый человек, если вкусит сладкого, не возьмёт потом горького; так и мы не можем уже здесь пребывать".

Тревожные слова, если вдуматься. Что было бы, если б все русичи, наслушавшись этого "не можем уже здесь пребывать", отправились в Византию!? С таким настроем государство не построишь. Поэтому князь Владимир решил сделать немного Византии у себя дома. И в процессе русский язык обогатился словом "кровать".

В древнерусских текстах оно впервые встречается в конце XII века в "Слове о полку Игореве". В нём упоминается отец главного героя:

"А Святослав тревожный сон видел в Киеве на горах. "Этой ночью с вечера одевали меня, — говорил, — черною паполомою на кровати тисовой"

Началось с князей и аристократии, да так и закрепилось. Изначально кровать была предметом роскоши, но со временем слово было переосмыслено и стало обозначать любую постель. Так из покоев византийских императоров кровать попала и в вашу спальню. Вспомните об этом вечером, когда соберётесь спать!

* Изображения:
1) Древнеримская кровать 1-2 веков н.э.;
2) Миниатюра из "Минология Василия II", рукописи 11 века. На нем пример того, как мог выглядеть византийский κραββάτιον;
3) Карта Руси и Византийской империи;
4) Царская опочивальня — одно из помещений кремлёвского Теремного дворца, памятника архитектуры XVII века.

Мой телеграмм канал "Свиток Клио"

В русском языке много слов :

- похожих по звучанию, один "лук" чего стоит

- с разными изменениями звуков, как гласных, так и согласных, в том числе, аканье и оканье

- есть древние слова, уже не употребляемые и не имеющие аналогов или однокоренных в современном языке

- есть диалектные слова, нигде более не используемые.

И так далее.

Язык менялся довольно существенно на протяжении тысячи лет, со времен "Слова о полку Игореве".

И само Слово, как раз, полно диалектизмов, их употреблял автор.

Та же история существовала и в средневековых Западной Европе, и на всех трех Востоках, и в Византии с её колониями.

А слово Кощей / Кащей имеет схожую судьбу с "луком", который овощ, оружие, а сейчас и " внешний образ одежды и аксессуаров", как калька с английского.

Очевидно, что в древности было несколько каких-то похожих слов и несколько мифологических персонажей.

Они постепенно слились в одного в представлении былинников и литераторов..

Потому что у других индоевропейских народов были разные боги для подземного царства смерти, и для подземных богатств.

Скорее всего утратили этих богов в период Великого Переселения народов, после распада Римской империи.

А значит, ушли какие-то слова и имена, и корни для многих слов.

Во времена 19 века, ещё до Пушкина, началось создание новой мифологии.

Толчком, как раз, послужило обнаружение "Слова о полку Игореве".

Многие образованные люди кинулись изучать древности, и создавать свои гипотезы и теории насчёт славянских древностей.

После появились: Светлана, Снегурочка, Морозко и Дед Мороз.

Царская семья и высшие дворяне стали проводить балы в "национальных костюмах".

То есть изучение древности отошло от чисто истории и филологии, уйдя в разработку каких-то современных (тогда) тенденций моды и романтической литературы.

Итак, как же писать имя персонажа, с "о" или "а"?

На сегодня уже неважно, если прямо говорить.

Древние корни Кощея / Кащея утеряны, как минимум, тысячу лет назад.

Родственных и прямо подобных богов у других славян нет — как выше написано, этот персонаж мифологии, на самом деле, литературный новодел.

Нет и "ветви корней и слов", откуда можно было бы вывести точную этимологию (происхождение) этого имени.