Сыночка-корзиночка. Коварство или Первая любовь Толеньки
В подготовительной группе детского сада шестилетний Толенька впервые открыл для себя силу природного интереса к прекрасному пола. В его стерильный мир, состоящий из маминых поцелуев и кашек без комочков, бесцеремонно ворвалась Катя — девочка с розовыми бантами размером с её же голову и улыбкой бьющей прямо в сердце.
Толенька влюбился как мартовский кот. Ради Кати он даже пошел на беспрецедентную жертву: не настучал воспитательнице, когда Катя тайно скормила ненавистную рыбную котлету детсадовскому коту.
Но на пути к семейному счастью встал коварный соперник — Борька. Борька брал чистой брутальностью: он умел шевелить ушами, плевал через трубочку на три метра и нагло катал Катю на трехколесном велосипеде «Гномик». Толенька понял: в честном бою против этого неандертальца у него шансов нет. Пришло время включать интеллект и уроки домашней дипломатии.
План «Ликвидация Борьки» созрел во время тихого часа. Когда группа вяло натягивала колготки на прогулку, Толенька незаметно пробрался на веранду второго этажа, разулся и со всей силой свое нежной душевной организации зашвырнул свой новый ортопедический сандаль (купленный мамой в кредит за 15 тысяч рублей) прямиком в закрытое окно кабинета заведующей. Звон разбитого стекла эхом пронесся по всему саду.
Через две минуты Толенька уже стоял перед заведующей и воспитателями, виртуозно размазывая сопли по щекам и артистично хромая на одну ногу, рассказывал "чудовищную" историю:
— Я просто стоял… — всхлипывал Толенька, глядя на заведующую глазами кота из Шрека. — А Боря сказал, что он самый сильный, и сейчас всем докажет. Отобрал мой сандалик и как кинет в окошко! Я кричал «не надо, перестань», я плакал, но…
Борьку, который в этот момент доедал запеканку в столовой, скрутили жестко и без объяснения прав. Репутация Толеньки как «самого честного мальчика, у которого мама в родительском комитете» была титановой. Борьку лишили мультиков, Катя впечатлилась масштабом трагедии и лично помогала несчастному Толеньке доковылять до песочницы, а сам Толенька мысленно нахваливал себя за находчивость. Победа была абсолютной.
Но триумф длился ровно до вечера, пока за Толенькой не пришла Елена Викторовна. Узнав про «зверства малолетнего рецидивиста Бори» и уничтоженную ортопедическую обувь, мама сначала устроила руководству сада разнос в стиле «я дойду до Министерства образования». Но по дороге домой Толенька совершил роковую ошибку, чуть слышно сказав: «Зато Катенька теперь гуляет только со мной».
Лицо Елены Викторовны мгновенно пошло пятнами. Дома Толеньку ждал жесткий сеанс материнских разносов и строжайшая нотация.
— Какая еще Катя, Толя?! — Елена Викторовна едва не пробила фейспалмом стену. — Ты посмотри на нее, это же классическая шкура растет! Она уже в шесть лет манипулирует мужиками и чужими руками окна бьет! Сегодня она у тебя сандалик за 6 тысяч отжала, а завтра ты ей квартиру отпишешь и на теплотрассе окажешься!
В этот момент в прихожую, опасно кренясь на левый борт, вплыл папа Виталий, от которого разило свежим разливным и гаражной свободой.
— Лен, хорош пилить пацана… Ну влюбился парень, что с того... — икнул отец, попытавшись проявить мужскую солидарность.
— Заткнись, алкоголик! — рявкнула мама, задвигая Виталия за вешалку. — Ты свою жизнь уже пропил, теперь сыну хочешь судьбу сломать?! Не бывать этому! Толенька, запомни: бабы приходят и уходят. Им от тебя нужны только твои конфеты, игрушки, а потом деньги и квартиры. Единственная женщина, которая будет любить тебя искренне, бескорыстно и до гробовой доски — это твоя мать! Понял?!
Мама мертвой хваткой прижала притихшего Толеньку к своей груди.
В свои шесть лет Толенька выучил ещё один важный урок. Все женщины (кроме мамы) — это опасные хищники, созданные для того чтобы отобрать все лучшее в его жизни. Только мама заботится о его счастье.
А Борька, его всё равно было не жалко...





















