Начинали неделю похоронами – заканчиваем масленичным гулянием. Контрастно так-то, впрочем, как и всегда в жизни. Масленица в этом году февральская, смурная по погоде. Слава Богу, что ветра не барагозят хотя бы, по тихости чучело-то жечь безопаснее как-то. Хотя Наташа, которая всеми мероприятиями в лопшеньгском клубе заправляет, всё равно поставила Бориса с огнетушителем рядышком, на всякий случай – вдруг, пламя ненароком забалует и куда-то не туда пойдёт.
Маленькой Настеньке, вообще-то, в это время дня полагается спать, но она разбаловалась и тоже пришуршала на Масленицу. Как можно спать, когда тут и под канатом ползать дают, и шарики цветные в вёдра кидают (правда, Настёна шарики просто берёт и тащит до вёдер, чтобы наверняка попасть), и на снегокатах вокруг цветных кеглей на скорость мчатся, и хоровод водят, и рыбинами тканевыми бьются, и… Столько всего никак невозможно пропустить!
Настюшке непременно надо везде всунуть свой розовый носик и лапки в розовых же рукавичках, даже туда, куда детям не положено – всё равно надо. Только мать отнимет у неё одну похищенную кеглю – Настя тянет уже вторую. Только её снимут с чужого снегоката – она уже другой похищает. Только её оттянут от ноутбука с музыкой – так она уже у колонки чего-то откручивает, бегите, ловите, девку! Везде поспевает, расторопнее всех взрослых.
— Настюша, тебе помочь из сугроба вылезти?
— Неее, сяма!
— Настя, это не тебе скамейка поставлена!
— Неее, мнееее!
Анастасия Николаевна шустро шныряет между детей и взрослых, ловко умудряется улизнуть от каждого, пытающегося её отловить и ограничить её розовую малышковую свободу. Кто-то из бабушек-зрительниц говорит:
— От ить поперечна-то жонка вырастет!
Настёнка тем временем крадётся к моей второй камере, оставшейся на пару минут без догляду. Малышка жмякает на аппарате все доступные кнопки, ловит мой взгляд, хитро щурится, показывает мне язычок и хохочет:
— Тётя, бееееее!
Ещё не жонка, но поперечности в этой двухгодовалой девчонке уже с лихвой, похоже, хоть отбавляй. Помнится, обо мне в детстве прабабушка Тася (царствие ей небесное!) тоже похожее говаривала:
— До чего не покладиста девка!В кажну бочку воткнётся да поперёк улягется!
Тогда по малости лет я крепко дулась на эти слова, а теперь вот думаю – права была прабабушка, поперечности во мне хватает. Может статься и жива я, благодаря ей.
P. S. На всякий случай напомню, что теперь описываемые события не синхронизированы с реальностью. Происходящее в отрывке было весной 2026 года.
Причин множество: и проблемы с интернетом (грузить каждую фотографию по 1,5-2 часа совсем неприятно как-то), и загруженность по работе (оказалось, что быть педагогом допобразования – это вести занятия и в каникулярное время, без летнего отпуска), и семейные ситуации разные.
Но, что бы там ни происходило за эти месяцы отсутствия тут, главное – я всё ещё жива и всё ещё в Лопшеньге. Осталась работать на второй учебный год, так что до лета 2027 года тут буду.
Книгу, ради которой я, собственно, и приехала на Онежский полуостров дописала. Отдала рукопись издателю, жду ответа и тогда уже смогу понимать, выйдет ли книга.
Что ещё сказать. Из плохого: пекарня закрыта, садик сокращён до половины рабочего дня, любимого кота Басю порвали собаки, толкового пса Байкала сожрали волки… Из хорошего: мы с детьми изучали морфологический состав морского мусора, выиграли грант на очистку части побережья, открыли свою свечную мастерскую, а ещё организовали вечернюю группу лесничества для малышей из детского сада. Постепенно буду рассказывать обо всём подробнее.
Хотелось бы, конечно, ещё и показывать, но даже сейчас за 48 минут не смогла загрузиться даже одна-единственная фотография. А дольше ждать я не могу, дальше у меня урок с ребятами. Что ж, пока что так, без снимков. Привет вам.
Замки Тевтонского ордена обычно похожи друг на друга: мощные стены, квадратный двор, башни по углам. Всё подчинено строгой функциональности. Но Квидзын — исключение: он построен неправильно. Вместо того чтобы быть отдельной крепостью, он сросся с кафедральным собором в единый комплекс. Такого больше нет нигде. И это только начало аномалий.
Два замка вместо одного
История Квидзына начинается с крепости, построенной в XIII веке на месте бывшего прусского городища Квидис. Её называли Епископским или Старым замком — Altschlösschen. Это был небольшой комплекс с двумя крыльями (южным и восточным), двумя прямоугольными башнями и двором, защищённым стеной с севера и запада. У замка было и декоративное убранство: археологи находили профилированный кирпич и терракотовые ажурные плиты.
Но время шло, и капитулу — собранию каноников, управлявших Помезанской епархией — стало тесно. В конце XIII — начале XIV века начали строить Новый замок. Его спроектировали как квадратную крепость со сторонами около 44 метров, с угловыми башнями и двухъярусной обителью по периметру двора. Основные работы завершили к 1340–1350 годам.
Макет крепости, выставленный в замке.
Внутренний двор Нового замка. На макете выше его легко найти.
А Старый замок снесли в XVI веке, и его камни пошли на строительство других зданий. Так Квидзын получил свою главную архитектурную аномалию: вместо одного замка здесь построили два, но выжил только второй.
Уникальный ансамбль
Квидзын отличался от других орденских замков. Здесь сложился целый архитектурный комплекс, который включал два замка (епископский и капитульный), собор и укреплённый город с внешней стеной. Всё это было умело вписано в ландшафт и составляло единое целое.
Главный замок — капитульный — долгое время не имел собственной церкви. Его юго-восточная башня служила колокольней для старого собора. В 1377–1409 годах, при епископе Яне Мёнхе, построили новую кафедральную церковь, и замок соединили с ней.
Получился уникальный замково-кафедральный комплекс, где каноники жили, работали и молились под одной крышей.
Данскер — шедевр средневековой инженерии
Но главный архитектурный курьёз Квидзына — это отдельно стоящая башня на западе, соединённая с замком 55-метровой крытой галереей на пяти высоких арках.
Это данскер — оборонительно-санитарное сооружение, средневековый туалет, который позволял защитникам замка справлять нужду, не покидая укреплений. Стоки падали прямо в реку. В Европе сохранилось несколько подобных сооружений, но ни у одного нет такого длинного перехода. Это абсолютный рекорд.
Данскер замка (самый длинный в мире). На макете выше его тоже очень легко найти.
Сегодня данскер — самый фотографируемый объект Квидзына, а в Средневековье — символ инженерной мысли, способной решать и оборонные, и гигиенические задачи одновременно.
Данскер внутри.
Кровавая история
Замок не раз оказывался в центре конфликтов.
В 1478 году, во время Войны священников, польские отряды захватили Квидзынь. Горожане укрылись в замке и подожгли город. Замок сильно пострадал, после этого повреждённые угловые башни пришлось снести. В 1520 году военные действия между орденом и Польшей довершили разрушение — епископский замок был уничтожен полностью.
В 1526 году помезанские клирики перешли в протестантизм. Первый протестантский епископ Паулюс Сператус за свой счёт начал реконструкцию главного замка. После его смерти в 1551 году замок захватил Альбрехт Гогенцоллерн, и здесь разместилась резиденция наместника.
Памятник герцогу Альбрехту у кафедрального собора Кёнигсберга. Мужчина был деятельный, неглупый и дальновидный, поэтому успел много.
В XVIII веке замок стали перестраивать под нужды военного гарнизона, южное крыло превратили в продовольственный склад. После первого раздела Польши замок стал судом и тюрьмой. В 1798 году прусские власти снесли восточное и южное крылья — камни пошли на строительство новых зданий.
На этом макете восточное и южное крылья еще наличествуют. Это легко понять, сравнив макет с нынешним видом замка сверху.
Только в 1854 году, по указу короля Фридриха Вильгельма IV, замок начали восстанавливать. Крупные работы провели в 1874 году под руководством Густава Райхерта: перестроили угловые башни, реконструировали своды, добавили декоративные элементы.
Школа Гитлерюгенда
В 1936 году замок стал резиденцией школы Гитлерюгенда — HJ-Ostlandführerschule. Она просуществовала здесь до 1945 года.
Преподавание расовой политики в школе фюрера HJ (около 1935 г.)
Замок пережил войну почти без повреждений — в отличие от большинства домов старого города. Но интерьеры были разграблены.
В декабре 1949 года замок передали Министерству культуры и искусств, и с тех пор здесь располагается музей.
Тайна трёх магистров
В 2007 году в соборе начали раскопки. Искали могилу блаженной Доротеи из Монтау, но нашли куда более неожиданное — крипту с тремя дубовыми гробами.
Внутри оказались останки трёх великих магистров Тевтонского ордена — единственное известное место захоронения верховных командоров.
1/3
Найденные останки и реконструкция погребения великих магистров.
Вернер фон Орзельн (1324–1330). Убит в 1330 году собственным рыцарем. Ходили слухи, что это было связано с сокровищами тамплиеров.
Людольф Кёниг фон Ватцау (1342–1345). Подал в отставку из-за психического расстройства .
Генрих фон Плауэн (1410–1413). Тот самый, который после Грюнвальдской битвы возглавил оборону Мальборка. Легенда гласит: он молился блаженной Доротее о спасении, и она пообещала помощь, но ценой того, что его тело никогда не упокоится в Мальборке.
Останки идентифицировали по ДНК в 2010 году. Сегодня они покоятся под стеклянным полом в крипте собора, и каждый может увидеть их.
Фреска 16 века из собора св. Иоанна Богослова города Kвидзын (Мариенверд) с изображением великих магистров, похороненных под его алтарем.
Факт на полях
В 1930 году замок украсил немецкую почтовую марку номиналом 25 пфеннигов.
А 5 марта 1971 года Польша выпустила марку с изображением Квидзына номиналом 3,40 злотых в серии "Польские замки". Она оставалась в обращении до 31 декабря 1994 года.
Вот она, слева внизу.
Суть Квидзына
Квидзын — замок, который объединил собор и крепость в одно целое и построил самый длинный средневековый туалет в мире, хотя вряд ли стремился к рекордам в этой щекотливой сфере.
Он выжил. Вопреки войнам, сносам, тюремным камерам и нацистской школе. Каждая эпоха оставила свой след — от декоративного кирпича XIII века до стеклянного пола над костями магистров. Он стал единственным местом, где нашли могилы трёх великих магистров.
Сегодня Квидзын — филиал Музея замка в Мальборке. И его стены до сих пор хранят тайны, которые ждали своего часа шесть веков.
1/6
Несколько фотографий замка внутри. Очень атмосферно!
В нашей культуре тоже есть шокирующая иностранцев еда. Есть множество рыб, с более приятными головами, но самой вкусной оказалась самая ужасная на вид. Не достаточно было зубастого рта, природа наградила палтуса глазом на лбу.
На севере России этот пирог с головами едят очень часто и сегодня. И никогда я не задумывался, что с ним что-то не так, пока не угостил им друзей из Москвы. Увидев застывший ужас в их лице, я впервые осознал, что блюдо специфическое.
Дело не в экономии. Головы палтуса стоят от 600 до 850 р/кг. За эти деньги можно купить филе трески или тушку окуня. Можно добавить немного и взять даже дорадо. Но на севере головы палтуса продаются сотнями кг в месяц.
Это традиционная поморская кухня. Поморы рыбу покупали не в магазинах и могли сделать себе пироги из любой рыбы. Но через века прошел именно этот рецепт.
1/3
Вырезаем глаза, жабры и зубы. Режем головы пополам.
Тесто
Сначала делаем опару: разводим сахар с 100 гр муки и дрожжами в теплом молоке (150мл, 30 — 35° С). Количество муки и молока не строгое, у вас должна получиться жидкая смесь, как для блинов.
Теперь оставляем ее в теплом месте на час.
Подготовка голов
Вырезаем глаза, жабры и зубы. Зубы вырезаются легко: на челюсти есть паз, в который вставляется лезвие ножа и аккуратно достается вся челюсть.
Головы режем пополам. Режутся они легко: у рыб нет твердых черепов, их головы мягкие.
Жарим лук
Я не знаю что тут добавить.
Снова тесто
Опара должна сильно увеличиться в объеме. Теперь смешиваем яйца с растопленным сливочным маслом. Эту смесь добавляем в опару, высыпаем оставшуюся муку и молоко (тоже теплое). Замешиваем это всё. Можно уже не в посуде, а оставить в виде колобка.
Снова оставляем на час. Колобок должен увеличиться в объеме.
Запекаем
От теста отделяем примерно 1/3 — это будет тонкая верхняя корочка.
Раскатываем толстую нижнюю и выкладываем лук и головы. Закрываем тонким раскатанным листом. Духовка на 180°С на 30-40 минут. За 15 минут до конца достаньте пирог и смажьте сверху яичным желтком, смешанным со сливочным маслом.
1/2
Почему его так любят
В пироге почти не будет начинки. Гголовы состоят из мелких косточек и жирной соединительной ткани. После запекания они полностью растапливаются. Удовольствие от этого блюда состоит из двух частей.
Хрустеть корочками. У головы действительно другой химический состав. Она исчезает после запекания и впитывается в хлеб. Вкус гораздо сильнее, чем у пирога из филе палтуса.
Обсасывать косточки. Косточки в голове у палтуса мягкие и полые. Внутри полостей находится жирное мясо. Процесс похож на поедание раков и высасывание клешней.
Если хочется больше рыбной начинки, то можно добавить филе трески, минтая, окуня, самого палтуса. Но головы — обязательный элемент.
Разыгралась фантазия. В центре — попытка изобразить чешую. Справа два глаза и рот.
Ингредиенты
Головы палтуса — 600-700гр
Мука — 400 гр
Молоко — 350 гр
Яйцо — 2 шт + 2 желтка на смазывание корки в конце
Сливочное масло — 90гр ( 70 в тесто, 20 на смазывание корки с желтком)
Лук репчатый — 600гр (не пугайтесь такому объему — ужарится)
Масло подсолнечное — для жарки лука на глаз
Остается вопрос — где купить головы палтуса?
В рыбных магазинах Вологодской, Архангельской, Мурманской, Ленинградской областей это популярная позиция. Люди действительно часто готовят этот пирог и покупают много голов.
Но это скорее местная аномалия, в основном головы палтуса перерабатываются промышленностью на рыбную муку.
Поэтому вам придется приехать на Русский север, чтобы попробовать поморские традиции на месте.
13-этажный деревянный «небоскрёб» в Соломбальском округе Архангельска. В декабре 2008 года его разобрали до четырёх этажей по решению суда, а 5 мая 2012 года оставшаяся часть сгорела. Объект утрачен полностью.
Являлся одной из самых высоких частных деревянных построек в России, уступая при этом в высоте некоторым ярусным деревянным храмам.
Строительство началось в 1992 году с трёхэтажного здания. В конце 1990-х годов бизнесмен Сутягин отбывал наказание в ИТК и строительство было приостановлено, но возобновилось после его освобождения.
