По российскому закону человек, нашедший клад получает 50%. Если он нашёл на территории собственника, то половину от 50% обязан отдать собственнику территории. Интересно получается. Наши олигархи, "нашедшие" предприятия на территории страны вообще забрали 92% собственности себе, 3% акционерам, и 5% государству. Заводы и фабрики, которых находились на территории государства. +/- малая погрешность. Так что если я найду клад, то извините...
В Дзержинске Нижегородской области обострился конфликт в муниципальном предприятии МУП «Экспресс». Водители заявили о готовности бастовать после сокращения объёма работы и падения доходов.
С 1 июля 11 автобусных маршрутов МУП «Экспресс» перешли частной компании «Столица Авто». Речь идёт о маршрутах № 1, 5, 8, 8а, 15, 22, 23, 33, 205, 206 и 213. Частный перевозчик стал единственным участником торгов, поскольку «Экспресс» заявку на конкурс не подал. Контракты заключены до конца марта 2027 года.
Для муниципального предприятия это стало серьёзным сокращением объёма работы. Если ранее оно обслуживало 14 автобусных маршрутов, после передачи 11 направлений осталось три. В августе часть маршрутов № 8, 8а, 22 и 23 вновь вернулась МУП «Экспресс», однако первоначальные потери уже привели к проблемам с занятостью водителей.
ВОДИТЕЛЕЙ ПЕРЕВЕЛИ НА ЧЕТЫРЁХДНЕВКУ
После сокращения объёма перевозок водителей перевели на четырёхдневную рабочую неделю, что привело к снижению заработка.
По словам начальника управления пассажирских перевозок МУП «Экспресс» Дмитрия Демина, в одном из месяцев зарплата водителей оказалась примерно в три раза ниже прежней. Он также сообщил, что несколько работников уже уволились.
Водители потребовали от руководства объяснений. Не получив, по их словам, внятного ответа, они записали обращение и заявили о готовности прекратить работу.
Один из работников сформулировал проблему предельно просто: предприятие потеряло маршруты из-за решения руководства, но последствия этого решения легли на водителей — через сокращение работы и заработка.
КОНФЛИКТ ВЫШЕЛ ЗА ПРЕДЕЛЫ ПРЕДПРИЯТИЯ
После обращения водителей вмешались городские власти. Глава Дзержинска Михаил Клинков заявил, что встретится с коллективом , поскольку у работников остаются вопросы, на которые руководство предприятия не смогло дать достаточных объяснений.
В городской администрации также сообщили о подготовке совместно с региональным Минтрансом финансовой модели и дорожной карты выхода МУП «Экспресс» из кризиса. Одновременно были приняты кадровые решения в отношении руководства предприятия.
При этом администрация ещё до конфликта заявляла, что считает «Экспресс» стратегически важным муниципальным предприятием. После передачи 11 маршрутов ему были переданы три новых направления — № 20, 21 и 204.
В ЧЁМ ПРОБЛЕМА
Формально причиной нынешнего конфликта стала потеря маршрутов. Но для работников последствия гораздо конкретнее: меньше маршрутов — меньше объём работы, четырёхдневная неделя — ниже зарплата.
При этом предприятие потеряло большинство прежних маршрутов не из-за забастовки или отказа водителей работать, а потому что его руководство не подало заявку на соответствующий конкурс. Теперь последствия управленческого решения отражаются непосредственно на трудовом коллективе.
Ситуация показывает и другую проблему: передача муниципальных маршрутов частному перевозчику затрагивает не только организацию общественного транспорта, но и занятость и доходы работников муниципального предприятия.
Сейчас власти обещают сохранить коллектив и разработать план дальнейшей работы «Экспресса». Водители, со своей стороны, требуют конкретных гарантий и уже продемонстрировали готовность использовать забастовку как средство давления.
Продолжение конфликта будет зависеть от того, сможет ли город обеспечить МУП стабильным объёмом работы и восстановить приемлемый уровень доходов его работников.
Предприятие не только производит продукцию и платит налоги, оно дает ещё и ЧИСТУЮ прибыль. Это прибыль которая осталась после уплаты всех налогов и текущих расходов(амортизация оборудования, зарплата, аренда и т.д. и т.п.).
В гос.предприятиях, тех, которые принадлежат государству (т.е. по факту всем гражданам государства), чистая прибыль уходит профильным министерствам, а оттуда в бюджет государства, откуда эти средства в свою очередь тратятся на больницы, школы, зарплату госслужащим, армию и т.д. - на текущие нужды государства. При Союзе, когда все предприятия были государственными, вся чистая прибыль так и уходила в бюджет. После грабительской прихватизации 90-х эта ЧИСТАЯ прибыль уходит в карманы разных Дерипасок, Потаниных, Ковалевых, а в бюджет деньги начали тянуть из кошельков простых работяг.
В России вступил в силу закон, который ограничил десятью годами срок для оспаривания приватизации государственного и муниципального имущества.
Если с момента перехода завода, земли или другого имущества в частные руки прошло больше десяти лет, суд должен отказать государству в требовании вернуть его. Исключения предусмотрены для антикоррупционных и антиэкстремистских дел, а также для имущества религиозного назначения.
Во время обсуждения закона депутат КПРФ Алексей Куринный заявил, что государству предлагают отказаться от претензий на активы примерно в 100 триллионов рублей. По его словам, это около двух с половиной годовых бюджетов страны. Это оценка депутата, а не сумма, указанная в самом законе.
КПРФ предлагала: если выяснится, что предприятие при приватизации продали значительно дешевле его реальной стоимости, нынешний собственник должен выплатить компенсацию. Не может выплатить — имущество полностью или частично возвращается государству. Поправки не приняли.
За закон проголосовали 305 депутатов, против — 55, ещё 20 воздержались.
Заводы строила вся страна. В 90-е их получили единицы. Теперь эти сделки ещё и закрыли от пересмотра.
Владимир Полеванов рассказал, что на деле значил термин «шоковая терапия». Коллаж АиФ
«Китайцы поступили мудрее: они сохранили компартию в качестве ведущей силы и не отменяли смертную казнь. Да, компартия обогатилась в ходе приватизации, но при этом она не дала возможности грабить до бесконечности», — говорит академик РАЕН Владимир Полеванов, занимавший в 1994–1995 годах в правительстве РФ должность вице-премьера и председателя Госкомимущества.
В интервью «АиФ» Владимир Павлович рассказал, какой ценой страна переходила на рыночные рельсы и что на деле значил термин «шоковая терапия»
Переход квартиры в собственность должен был заставить людей поверить в необратимость перемен. Десятки миллионов, и я в том числе, мгновенно приватизировали квартиры.
Мария Позднякова, Aif.ru: В июле исполнилось 35 лет, как Верховный совет РСФСР принял закон о приватизации жилищного фонда. Квартиры, в которых жили люди, стали их собственностью. Что тогда стало толчком к решению, которое (в отличие от многих других тех лет) народ до сих пор вспоминает с благодарностью?
Владимир Полеванов: Это было решение Ельцина в рамках борьбы с КПСС. Разумный шаг, если учесть, что в идеологии компартии существовало табу на собственность. Жилплощадь была в найме у граждан. Переход квартиры в собственность должен был заставить людей поверить в необратимость перемен. Десятки миллионов, и я в том числе, мгновенно приватизировали квартиры. Если бы у Ельцина, как у Горбачёва, были только разговоры и мало дел, он бы так же быстро потерял власть. А если бы о приватизации объявила компартия, а не Ельцин, она бы, уверен, до сих пор была бы руководящей силой.
При этом свой кусок пирога компартия во время приватизации успела отхватить. Впервую очередь комсомольские вожаки. Посмотрите биографии олигархов: сколько среди них бывших комсомольских лидеров.
Президент СССР Михаил Горбачев и Председатель Верховного Совета РСФСР Борис на IV съезда народных депутатов, 1990 г. Фото: РИА Новости/ Сергей Гунеев
— Были ведь ещё и иностранные инвесторы. Конструктор Герберт Ефремов, создатель знаменитого «Авангарда», рассказывал в интервью «АиФ», что, когда в начале 1990-х их предприятию перестали поступать оборонные заказы, к ним пришли американцы с идеей розлива газировки. Вкладывали 5 миллионов долларов сразу, но... только если газировку будут разливать в главном ракетном цехе. По словам Ефремова, он тогда понял, что цель американцев — развалить предприятие. От их «помощи» отказались. Предприятие спасли контракты с индийскими партнёрами.
— Полностью согласен с конструктором Ефремовым. В своём докладе главы Госкомимущества на имя премьера Виктора Черномырдина в январе 1995 года я написал, что главная цель приватизации — уничтожить наш ВПК. Привёл тому массу примеров. Был такой НИИ «Графит» — единственное в стране предприятие, выпускавшее графит, необходимый для покрытия бомбардировщиков-невидимок, которые мы к тому моменту уже создали. Американцы купили 30% предприятия и парализовали выпуск графита, чтобы мы не создавали им конкуренцию. Предприятие «Пермские моторы», которое выпускало двигатели для истребителей, было мгновенно приватизировано и нейтрализовано. Исчезали целые отрасли промышленности. Так, до 1991 года в стране была авиационная промышленность, а потом исчезла. На авиазаводах стали выпускать кастрюли и сковородки, одновременно закупая за двойные-тройные деньги «боинги» и «аэробусы».
Аукцион по продаже фабрики «Большевик» за приватизационные ваучеры, 1992 г. Фото: РИА Новости/ Алексей Бойцов
Я выступил резко против приватизации градообразующих предприятий в моногородах, где, по подсчётам, проживало порядка 20 миллионов человек. В ответ на опасения, что эти люди просто вымрут, мой тогдашний начальник, первый вице-премьер Анатолий Чубайс, в личной беседе заявил: «Вас беспокоят 20 миллионов человек? Родятся новые. Зато приватизацию проведём быстро, без сучка и задоринки». Мой доклад тогда отправили в долгий ящик, а меня через три дня уволили.
Расстрельная должность
— В «шоковой терапии», как назвали её младореформаторы, шок явно преобладал.
— У народа не должно было быть времени и сил задумываться о происходящем. Простым людям бросили подачку в виде приватизации квартир, а несметные богатства страны поделили другие. В экономике страны намеренно поддерживался хаос, как сейчас Америка поддерживает хаос по всему миру. Это выгодно для неё как для супердержавы.
— Был ведь ещё фактор криминала в приватизации.
— В борьбе за один из алюминиевых комбинатов, которых в стране всего-то несколько, за два года были убиты или пропали без вести 35 директоров. Двоих я лично знал.
Борьба шла за предприятие, без продукции которого не может существовать сегодня практически ни одна сфера. Алюминий нужен везде.
— Я видел свою роль в том, чтобы, наоборот, крепить связи с федеральным центром.
В СССР фигура парторга, по сути, была почти равноценной директору на любом предприятии. А партийная система была скелетом государства. Как только партию убрали, единый контроль над всем народным хозяйством исчез.
Будучи губернатором, и госграницей занимался: на обустройство участка с Китаем не хватало средств. Придумал попросить денег у... Японии. У нас были журавли, которых мы называли японскими: птенцов выводили в Амурской области, а в Японию они летали на зиму. Написал японцам, что в России из-за недостатка финансирования могут пропасть японские журавли.
Через три дня пришли 400 тысяч долларов. И японцы предложили сделать меня почётным гражданином города Киото. Но, поскольку Ельцин не был почётным гражданином Киото, я, естественно, отказался. Он бы мне этого не простил.
Амурская область, Благовещенск. Вид на китайский город Хэйхэ с набережной реки Амур. Фото: РИА Новости/ Александр Чипурин
Главный вопрос
— Как вы оцениваете китайскую модель приватизации, которая началась почти одновременно с нашей в начале 1990-х?
— Там сохранили компартию в качестве ведущей силы в отличие от нас. Напомню, что в СССР фигура парторга, по сути, была почти равноценной директору на любом предприятии. А партийная система была скелетом государства. Как только партию убрали, единый контроль над всем народным хозяйством исчез. Другое отличие — в Китае не отменили смертную казнь. Там каждый год казнят несколько сот человек на стадионах и зарабатывают ещё на этом деньги, продавая билеты. Сама компартия, конечно, обогатилась. Но не дала воровать до бесконечности другим. Ещё в Китае сохранили самые крупные банки под контролем государства. Это они финансируют строительство дорог, скоростных поездов, аэродромов — всё то, что не окупится быстро, но даёт мощный толчок развитию государства. И планы — а я, будучи губернатором Амурской области в 1993–1994 годах, видел эти документы — в Китае строятся на 100 лет вперёд.
Сегодня в истории современной России дата, которую многие вспоминают с неоднозначными чувствами. Именно в июле 1994 года официально завершился первый, так называемый «ваучерный» этап приватизации, и страна перешла к денежному этапу. Это событие стало водоразделом, который навсегда изменил экономический ландшафт страны и судьбы миллионов людей.
Как это было.
В начале 90-х руководство страны поставило амбициозную цель — превратить государственную экономику в рыночную. Идеология была простой: каждый гражданин должен был стать «собственником» части государственного имущества. Инструментом этого процесса стал приватизационный чек — ваучер.
Многие из нас помнят эти бумажки номиналом 10 000 рублей. Обещания «двух «Волг» на ваучер» звучали из каждого утюга. Но когда пришло время обмена, реальность оказалась куда прозаичнее.
К лету 1994 года стало ясно: ваучерная модель не привела к появлению «эффективных собственников» в лице рядовых граждан. Большая часть населения либо продала свои ваучеры за бесценок, либо вложила их в сомнительные чековые инвестиционные фонды, которые массово лопались.
Переход к денежному этапу приватизации означал, что теперь заводы, фабрики и предприятия должны были продаваться на аукционах за живые деньги. Это открыло путь к тому, что в народе позже назовут «приватизацией залоговых аукционов». Именно в этот момент начали формироваться будущие финансово-промышленные группы и зарождаться состояние олигархов.
Что это значило для страны?
Смена собственника: Огромный сектор советской промышленности перестал быть государственным.
Инфляционный хаос: Попытки быстрой трансформации экономики в условиях гиперинфляции привели к тому, что многие предприятия были проданы по цене, которая даже близко не соответствовала их реальной стоимости.
Социальный разлом: Иллюзия «всеобщего народного богатства» сменилась суровой реальностью рынка, где одни стали владельцами активов, а другие — участниками болезненного процесса адаптации к новым условиям.
Взгляд из будущего
Сегодня можно бесконечно спорить о том, была ли у России альтернатива. Одни считают, что приватизация была единственным способом не допустить возврата к плановой системе, другие называют её «величайшей аферой века». Одно остается фактом: 5 июля 1994 года страна окончательно сожгла мосты, отделявшие её от советской экономики, и шагнула в неизвестность капитализма, последствия чего мы ощущаем до сих пор.
А что вы помните о приватизации 90-х? Удалось ли вашей семье распорядиться ваучерами с выгодой, или они так и остались «фантиками» на память? Делитесь своими историями и воспоминаниями в комментариях — это наша общая история.
Ну а если вам тоже интересно копаться в истории, подписывайтесь на мой телеграм. Там я каждый день рассказываю об интересных событиях и фактах. Обсудим, подискутируем, а может и понастальгируем!