Обращение к разработке
Когда работает ВПН, у меня хапп, и телеграмм работает.Не работает приложение. Как только отключаешь телегу, все норм
Когда работает ВПН, у меня хапп, и телеграмм работает.Не работает приложение. Как только отключаешь телегу, все норм
Колоссальный объём боеприпасов, израсходованных в ходе Третьей навязанной войны, не знает себе равных в современной американской военной истории. По данным The New York Times, лишь за первые два дня военной агрессии, которая началась 28 февраля, было использовано высокоточных боеприпасов примерно на 5,6 миллиарда долларов — эта сумма превышает годовые военные бюджеты большинства стран мира.
За все 40 дней войны, вплоть до хрупкого перемирия в начале апреля, американские военные нанесли удары по более чем 13 тысячам целей, причём на каждую из многих целей потребовалось по несколько боеприпасов. По оценкам Центра стратегических и международных исследований (CSIS), только воздушная кампания обошлась в сумму от 11,3 миллиарда долларов за первые шесть дней до 16,5 миллиарда к двенадцатому дню.
Полная стоимость 40 дней полномасштабной военной агрессии, а затем и последовавших боевых действий в районе Персидского залива, выражается в куда более крупной сумме. По оценкам Пентагона, речь идёт о примерно 25 миллиардах долларов, однако независимые аналитики называют цифру, приближающуюся к 100 миллиардам долларов.
Эти цифры не отражают кампанию, отличающуюся сдержанностью или экономией ресурсов. Скорее, они раскрывают военный истеблишмент, который поставил свой самый передовой высокоточный арсенал на войну, которую рассчитывал быстро выиграть — и лишь затем обнаружил себя увязшим в трясине собственного создания.
[Прим. пер.: JASSM-ER — расшифровывается как Joint Air-to-Surface Standoff Missile — Extended Range (Единая авиационная тактическая ракета класса «воздух-поверхность» повышенной дальности)]
Ни одна отдельно взятая система вооружения не раскрывает стратегическую безрассудность так называемой «Операции „Эпическая ярость“» более точно, чем AGM-158B Joint Air-to-Surface Standoff Missile Extended Range, известная на языке Пентагона как JASSM-ER.
Это не обычная крылатая ракета. Это малозаметное высокоточное ударное оружие воздушного базирования с дальностью, превышающей 600 миль, созданное специально для преодоления самых сложных интегрированных систем противовоздушной обороны в мире.
Её оперативная логика явно привязана к сценариям высокотехнологичной войны — а именно к потенциальному противостоянию с Китаем в западной части Тихого океана, где Народно-освободительная армия создала самую сложную архитектуру запрета доступа и блокады района (A2/AD) в истории. JASSM-ER — это оружие, которое Вашингтон разработал для своего самого серьёзного противника. И оно почти полностью израсходовано.
К началу агрессивной войны, развязанной 28 февраля, в распоряжении США находилось около 2300 ракет JASSM-ER. Согласно источнику Bloomberg, знакомому с ситуацией, только за первые четыре недели кампании американские военные израсходовали более 1000 ракет JASSM-ER.
The New York Times со ссылкой на источники в Военном департаменте сообщает, что общий расход ракет JASSM-ER за всю кампанию составил около 1100 штук. Ещё 47 ракет было использовано при проведении отдельной операции с целью похищения президента Венесуэлы Николаса Мадуро.
Согласно Bloomberg, в конце марта был отдан приказ опустошить тихоокеанские арсеналы ради кампании против Ирана: ракеты изымались с американских объектов по всей континентальной части США и перебрасывались на базы CENTCOM и авиабазу Королевских ВВС Фэрфорд в Великобритании.
Подсчёт не оставляет сомнений и суров. Из 2300 ракет JASSM-ER, имевшихся до войны, в распоряжении для остального мира осталось около 425 штук — это примерно 18 процентов от довоенного запаса. Что касается базовой версии JASSM с меньшей дальностью, то, по данным Bloomberg, в иранской кампании было задействовано около двух третей всех ракет обеих версий вместе взятых.
Согласно расчётам Центра стратегических и международных исследований (CSIS), примерно 25 процентов всех имевшихся ракет JASSM обеих версий было потрачено всего за 40 дней боёв.
Одна ракета JASSM-ER стоит 1,1 миллиона долларов. Базовый вариант JASSM при нынешних объёмах закупок — 2,6 миллиона долларов за штуку. Следовательно, около 1100 ракет JASSM-ER, выпущенных в ходе последней войны, — это примерно 1,2 миллиарда долларов, потраченных на высокоточные ударные боеприпасы в кампании, которая так и не смогла уничтожить иранскую инфраструктуру баллистических ракет, не сломила её командную структуру и не изменила стратегический баланс сил на Ближнем Востоке.
По мнению экспертов, восполнение запасов будет небыстрым. За последние десять лет ВВС США закупали ракеты JASSM в среднем около 500 штук в год, а поскольку часть заказов уже оформлена и находится в работе, запасы JASSM удастся восстановить быстрее, чем по другим системам. По оценкам CSIS, на замену базовой версии потребуется «от нескольких месяцев до года».
Однако этот график предполагает отсутствие новых войн, отсутствие дополнительного расходования в ходе кампаний и полное финансирование Конгрессом США запроса на военные закупки на 2027 финансовый год, который ещё не был утверждён.
Крылатая ракета BGM-109 Tomahawk Land Attack Missile (TLAM) [Прим. пер. - крылатая ракета BGM-109 «Томагавк» для поражения наземных целей] является старейшим и наиболее проверенным в боевых условиях высокоточным ударным оружием в арсенале Военно-морских сил США, использовавшимся в каждой крупной американской военной операции со времён операции «Буря в пустыне» 1991 года.
Её универсальность — запуск с надводных кораблей и подводных лодок, способность барражировать и перенацеливаться в полёте, дальность около 1000 миль — делает её основным инструментом ВМС для проецирования силы на большую дальность.
Война против Ирана израсходовала её в исторически беспрецедентных масштабах.
По данным The Washington Post, за первый месяц Третьей навязанной войны корабли ВМС США выпустили более 850 «Томагавков». Позже The Wall Street Journal уточнил: за весь период кампании до перемирия эта цифра превысила тысячу.
По данным анализа CSIS, только за первые шесть дней боевых действий было израсходовано 319 ракет TLAM — это около 10 процентов от довоенного запаса «Томагавков» менее чем за неделю.
До войны в распоряжении США находилось около 3200 ракет «Томагавк». Таким образом, расход более тысячи штук — это примерно 31 процент довоенного запаса, потраченного за 40 дней, что более чем в десять раз выше ежегодного объёма закупок.
В 2026 году Пентагон заказал всего 190 новых «Томагавков» — это чуть больше половины от того числа, которое было выпущено за первые шесть дней войны. ВМС США запросили 785 «Томагавков» в бюджете на 2027 финансовый год, что значительно больше, чем в предыдущие годы, однако, по оценкам CSIS, эти ракеты начнут поступать на склады США только в марте 2030 года, после 34 месяцев производственного цикла.
Арсеналы «Томагавков» в США восстановятся до довоенных показателей не ранее конца 2030 года.
Финансовые последствия усугубляют стратегические. Каждая ракета Tomahawk Block V стоит приблизительно 1,87 миллиона долларов. Таким образом, более 1000 «Томагавков», выпущенных в ходе недавней войны, представляют собой около 1,9 миллиарда долларов ударной морской мощи, израсходованной против страны, которая на момент перемирия сохранила свой потенциал запуска баллистических ракет, подземную инфраструктуру производства ракет и способность контролировать судоходство через Ормузский пролив.
Нехватка «Томагавков» наносит стратегический ущерб и в союзническом измерении. Япония недавно модернизировала эсминец для запуска TLAM и закупила 400 ракет в рамках исторического поворота к более жёсткой позиции обычного сдерживания против давления со стороны Китая. Однако, по имеющимся данным, Токио сообщили, что поставки могут быть отложены на неопределённый срок, поскольку США должны в первую очередь восполнить свои собственные истощённые запасы.
Австралия тоже закупила более 200 «Томагавков», а Нидерланды — 175. Теперь все эти союзнические заказы выстроились в очередь после потребностей США в пополнении своих арсеналов, что ослабляет общий потенциал сдерживания американской союзнической сети в Западной части Тихого океана именно в тот момент, когда эта сеть испытывает наибольшее давление.
[Прим. пер.: Patriot — зенитный ракетный комплекс, THAAD (Terminal High Altitude Area Defense) — система противоракетной обороны театра военных действий]
Хотя расход наступательных ударных ракет привлёк к себе много внимания со стороны аналитиков, истощение запаса американских ракет-перехватчиков систем ПРО может обернуться ещё более тяжёлыми стратегическими последствиями в долгосрочной перспективе.
Эти системы — включая громко разрекламированный Patriot PAC-3 MSE, систему противоракетной обороны THAAD, а также ракеты SM-3 и SM-6 Standard — нельзя заменить более дешёвыми аналогами. Они представляют собой незаменимые элементы эшелонированной системы противоракетной обороны, созданной для отражения угроз от баллистических и крылатых ракет со стороны противников, сопоставимых или близких по уровню развития.
Применительно к тихоокеанскому театру военных действий — это именно те системы, которые должны будут защищать американские передовые базы, авианосные ударные группы и территории союзников от залпов китайских баллистических ракет в первые часы любой войны. Однако вместо этого их расходуют в Персидском заливе.
Ракета-перехватчик Patriot PAC-3 MSE, которая стоит около 4 миллионов долларов за штуку, стала одной из самых активно применяемых систем ПРО в недавней войне, которая была навязана Ирану.
Согласно сообщению The New York Times, в ходе агрессии было израсходовано более 1200 ракет-перехватчиков Patriot. По оценкам Центра стратегических и международных исследований, применение Patriot наряду с продолжающимися поставками перехватчиков на Украину сократило довоенные запасы PAC-3 до критически низкого уровня.
Бюджет Сухопутных войск США на 2027 финансовый год предусматривает закупку 3203 ракет Patriot — это число наглядно показывает, насколько велик дефицит. Однако, по оценкам CSIS, поставки начнутся только в мае 2029 года, а для полного восстановления довоенных запасов потребуется три года или больше, считая от сегодняшнего дня.
Текущее производство Patriot составляет приблизительно 650 перехватчиков в год, причём примерно половина уходит на союзнические заказы. Lockheed Martin намерена нарастить производство до 2000 в год, но достижение этого объёма требует нескольких лет расширения производственных мощностей и оснастки.
В переходный период перед США встаёт ряд решений о распределении ресурсов, и все варианты плохи: отдавать приоритет пополнению собственных истощённых арсеналов, продолжать поставки на Украину или же выполнять заказы 17 других стран, на вооружении которых стоит система Patriot и которые сейчас видят, что их собственные поставки откладываются на неопределённый срок.
Швейцарские власти уже пригрозили отменить свою закупку Patriot и найти другого поставщика, когда им сообщили о задержках с поставками. Трения между союзниками, которые возникают из-за этого производственного дефицита, были прямо признаны CSIS и свидетельствуют о реальном размывании союзнического единства в момент острой стратегической неопределённости.
По оценке CSIS, ситуация с системой THAAD — самая критическая из всех. THAAD представляет собой верхний уровень американской системы противоракетной обороны: он перехватывает баллистические ракеты на бо́льших высотах и дистанциях, чем Patriot.
Перехватчики THAAD дороги, их мало, и на момент нынешнего хрупкого перемирия их запасы катастрофически истощены. По оценкам CSIS, в ходе последней войны и связанных с ней наступательных действий было израсходовано от 52 до 81 процента довоенного запаса перехватчиков THAAD, а до этого около 150 перехватчиков THAAD уже были потрачены во время 12-дневной войны в июне 2025 года.
С августа 2023 года новых поставок ракет-перехватчиков THAAD не было. Возобновление поставок не планируется ранее апреля 2027 года. Бюджет Сухопутных войск США на 2027 финансовый год предусматривает закупку 857 перехватчиков THAAD, однако, по прогнозам CSIS, они не смогут восполнить потери, понесённые в ходе недавней войны против Ирана, раньше конца 2029 календарного года.
Проблему нехватки перехватчиков усугубляет тот факт, что во время иранских ответных ударов по американским объектам в регионе были повреждены или, возможно, уничтожены несколько радиолокационных систем AN/TPY-2, которые служат основой наведения для батарей THAAD.
Всего Соединённым Штатам было поставлено только 13 радаров AN/TPY-2. Потеря или ухудшение характеристик даже двух-трёх из них создаёт качественный разрыв в боевых возможностях, который невозможно залатать одними лишь запросами на закупки. США также поддерживали в общей сложности только восемь батарей THAAD — число, которое считалось недостаточным для одновременного развёртывания на нескольких театрах ещё до того, как война против Ирана израсходовала перехватчики этих батарей со скоростью, многократно превышающей мощность производства по их замене.
Ситуация с корабельными ракетами Standard выглядит несколько менее острой, но всё равно серьёзной. По оценкам Центра стратегических и международных исследований, за время недавней войны было израсходовано от 31 до 60 процентов довоенного запаса ракет SM-3, а расход SM-6 составил от 16 до 32 процентов.
Производственный цикл обеих ракет составляет от 36 до 39 месяцев с момента подписания контракта до первой поставки. Запасы не восстановятся до довоенного уровня раньше начала 2029 года — даже несмотря на то, что в ходе 40-дневной агрессивной войны их использовали относительно меньше, — что объясняется накопительным эффектом многолетнего недостаточного финансирования закупок ещё до начала войны.
Совокупная финансовая стоимость боеприпасов, израсходованных в ходе недавней войны против Ирана, рассчитанная на основе стоимости единицы продукции и сообщённых данных о расходе, представляет собой одну из самых дорогостоящих провальных военных кампаний в истории современной войны.
Основные статьи расходов, согласно данным CSIS и отчётности Пентагона, выглядят следующим образом. Более 1100 ракет JASSM-ER ценой 1,1 миллиона долларов за штуку — это около 1,21 миллиарда долларов. Более тысячи «Томагавков» по 1,87 миллиона долларов — это примерно 1,87 миллиарда. Более 1200 перехватчиков Patriot PAC-3 MSE по 4 миллиона долларов — это около 4,8 миллиарда долларов. Более тысячи ракет Precision Strike Missiles и ATACMS, каждая из которых стоит от 500 тысяч до 1,5 миллиона долларов, добавляют к общей сумме ещё от 500 миллионов до 1,5 миллиарда долларов.
Перехватчики THAAD и израсходованные ракеты SM-3 и SM-6 прибавляют к этой сумме ещё несколько сотен миллионов долларов, если считать по их цене за единицу. Общая стоимость боеприпасов, затраченных на войну, значительно превышает 10 миллиардов долларов, причём в эту цифру входят только сами ракеты — и не входят эксплуатационные расходы носителей, с которых они запускались, разведывательная инфраструктура, обеспечивавшая целеуказание, или дипломатические ресурсы, потраченные на получение разрешений на развёртывание баз и право пролёта.
Сам военный министр Пит Хегсет в своих показаниях перед Комитетом Сената США по вооружённым силам признал, что на восстановление запасов уйдут «месяцы и годы, в зависимости от типа системы вооружения». CSIS: консервативный сценарий — в рамках этой оценки, пессимистический — дольше.
Если свести воедино данные по всем семи категориям критически важных боеприпасов, то картина получается следующей: ни по одной из самых важных систем США не восстановят довоенные запасы раньше 2028 года, а по «Томагавкам», THAAD и Patriot на это потребуется три года или больше, считая от сегодняшнего дня.
Формирование запасов до уровней, которые военные планировщики определили как необходимые для высокоинтенсивной войны с равным противником, — уровней, которые уже считались недостаточными ещё до войны с Ираном, — потребует дополнительных лет сверх этого срока.
Стратегический смысл этих цифр выходит за рамки самой войны против Ирана. JASSM-ER была разработана не для ударов по иранским ядерным объектам, а для преодоления китайских интегрированных систем противовоздушной обороны, защищающих военные цели в Тайваньском проливе и Южно-Китайском море.
«Томагавки» накапливались не для боевых действий в Персидском заливе — их поддерживали как главное средство ВМС для ударов на большие расстояния на случай кризиса в Западной части Тихого океана. Перехватчики THAAD, израсходованные над Ираном, — это те же самые перехватчики, которые находились в Южной Корее и на Гуаме для защиты от северокорейских и китайских баллистических ракет. Их перебросили, а на их замену уйдут годы.
Ещё до войны против Ирана, как показывают оценки, запасы боеприпасов США считались недостаточными для боевых действий против равного противника в западной части Тихого океана, согласно выводам засекреченных военных игр Специального комитета Палаты представителей по Китаю.
Теперь этот дефицит стал драматически более острым. Когда аналитический центр характеризует сложившуюся ситуацию как «окно уязвимости» для возможной войны в Западной части Тихого океана — это не является алармистской риторикой, а представляет собой прямолинейный арифметический вывод, сделанный на основе сроков закупок и данных о запасах, которые его исследователи рассчитали из общедоступных бюджетных документов.
Последствия для стратегических расчётов Китая значительны, и их нелегко игнорировать. Военные планировщики Пекина наблюдали в реальном времени, как США израсходовали свой основной запас ударного оружия большой дальности — те самые возможности, которые были предназначены для того, чтобы держать под угрозой китайские активы в случае кризиса вокруг Тайваня, — в 40-дневной войне, не достигшей своих стратегических целей.
Они увидели, что совокупные запасы JASSM и «Томагавков», доступные для тихоокеанских кризисов, теперь составляют лишь часть от их довоенного уровня. Они увидели, что батареи THAAD были выведены из Южной Кореи — что снижает противоракетное прикрытие ключевого союзника США на периферии Китая — и что их замена отдалена на годы.
И они увидели, что производственные мощности Америки, скованные десятилетиями закупок в режиме мирного времени и производственными сроками, которые исчисляются годами, а не месяцами, не способны быстро ликвидировать ни один из этих дефицитов — сколько бы денег ни выделил на это Конгресс США.
Это картина отнюдь не здоровой сдерживающей силы. Скорее, это картина военной машины, которая истратила свои лучшие, ориентированные на Китай системы на второстепенном театре военных действий, не добившись того решающего результата, который мог бы оправдать такие затраты, и теперь столкнулась с многолетним периодом структурной уязвимости — за это время её способность реально угрожать применением силы в Тайваньском проливе окажется существенно ослабленной.
В докладе CSIS делается осторожное замечание: Китай хорошо осознаёт, что у него нет недавнего боевого опыта, в то время как вооружённые силы США были вовлечены в войны на нескольких фронтах, и что это различие в опыте может сохранять сдерживание до тех пор, пока запасы не будут восстановлены. Но это тонкая соломинка для достоверности расширенного сдерживания США в Индо-Тихоокеанском регионе.
Оперативное мастерство имеет реальную сдерживающую ценность, но оно не может заменить те самые физические ракеты, на которых держится позиция сдерживания. А стратегические расчёты Пекина определяются скорее простой арифметикой запасов, нежели оценками тактического превосходства американцев.
Администрация Трампа ответила на кризис с боеприпасами серией рамочных соглашений с крупными оборонными подрядчиками — Lockheed Martin, Raytheon, Boeing, — обязавшись нарастить производственные мощности по всему ассортименту критически важных боеприпасов.
Lockheed Martin согласилась увеличить производственные мощности по перехватчикам THAAD в четыре раза — с 96 до 400 в год. Raytheon обязалась нарастить производство «Томагавков» до более чем 1000 в год, а выпуск Patriot MSE — до 2000 в год.
Это весьма амбициозные планы по наращиванию производства, и если их удастся реализовать, они значительно ускорят восстановление арсеналов по сравнению с нынешними темпами.
Однако, по мнению военных экспертов, мощность — это ещё не производство, а производственные соглашения — ещё не поставленные ракеты. Основное ограничение — не финансовое, а временное. Производственный цикл для передовых ракетных систем — период между заключением контракта и первой поставкой — составляет от 34 до 39 месяцев для наиболее критически важных систем. Строительство новых производственных мощностей, квалификация новых цепочек поставок, обучение дополнительного квалифицированного персонала и устранение узких мест в специализированных компонентах, таких как системы наведения и ракетные двигатели, — это процессы, измеряемые годами, а не кварталами.
Оборонный бюджет на 2027 финансовый год, даже если он будет полностью и незамедлительно утверждён Конгрессом, который ещё не голосовал по нему, не произведёт ни одного дополнительного перехватчика THAAD или «Томагавка» раньше 2030 года. Окно уязвимости уже широко открыто.
Оценка, которую сам Хегсет дал перед Комитетом Сената по вооружённым силам — что на восстановление уйдут «месяцы и годы, в зависимости от типа системы», — это на тщательно сглаженном языке исполнительной ветви власти признание того, что США согласились на период стратегического риска в обмен на военную операцию, которая так и не достигла того результата, который обещали её авторы.
Вопрос, на который американские стратегические планировщики не могут ответить к удовлетворению Пекина, заключается в том, как долго остаётся открытым это окно уязвимости — и что стратегические интересы Пекина в сочетании с этим окном возможностей могут породить.
Перевод с английского языка.
Об этом сообщает Reuters. Речь идёт о десятках шахт, бункерах, аэродромах и узлах связи, которые должны обеспечить сохранение управления ракетами даже в случае возможного удара со стороны США. Аналитики называют проект беспрецедентным по масштабу: укреплённая инфраструктура охватывает тысячи квадратных километров.
Спутниковые снимки показывают более 80 площадок, которые, вероятно, предназначены для мобильных ракетных комплексов и систем ПВО, число которых Китай активно наращивает. На фотографиях также видны объекты для радиоэлектронной борьбы, спутниковой связи и командных операций. Масштаб строительства указывает на значительное расширение защитной инфраструктуры наземных ядерных сил КНР.
Наверно верят в мирные инициативы США
ПВО-ПРО — противовоздушная и противоракетная оборона. Основная задача этих войск ПВО России — защита воздушно-космического пространства над территорией страны, уничтожение баллистических ракет. На данный момент эти войска входят в состав Воздушно-космических сил (ВКС)
Немного истории
СССР оказался единственной страной в мире, создавшей полноценную ПРО для борьбы с МБР. По договору с США от 1972 года эта система была развернута только в одном районе (вокруг Москвы). США вышли из договора по ПРО в 2002 году, чем развязали руки не только себе, но и России.
В ВКС РФ имеется 9я дивизия ПРО, штаб которой находится в подмосковном Софрине. В том же Софрине находится РЛС "Дон2Н" (дальность обнаружения – до 3,7 тыс. км), а в поселке Чернецкое (также Московская область) – РЛС "Дунай3У" (дальность обнаружения – до 4,6 тыс. км). Дивизия оснащена системой ПРО А135, принятой на вооружение в 1995 году. В систему входят ракеты 53Т6, способные поражать цели на высотах от 5 до 100 км и на дальностях от 20 до 100 км.
Фундаментальным недостатком системы А135, как и предшествовавших ей систем ПРО Москвы, является то, что ее ракеты оснащены ядерной БЧ. Задачи, решаемые ПРО, исключительно сложны потому, что необходимо поразить БЧ вражеских МБР уже после их разделения перед входом в атмосферу или даже в атмосфере. В этот момент БЧ обладают очень малыми размерами и очень высокой скоростью, что делает прямое попадание в них почти невозможным. Ядерный заряд на ракете ПРО должен гарантированно уничтожить БЧ противника без прямого попадания. Однако это означает ядерный взрыв (пусть и малой мощности – примерно 10 кт) над собственной территорией. Поэтому необходима разработка мощных обычных БЧ или даже систем наведения, обеспечивающих прямое попадание в БЧ противника и полное ее разрушение за счет кинетической энергии удара.
Принципиально новым шагом в создании системы ПРО должно стать принятие на вооружение ЗРС С500. Считается, что она будет способна поражать БЧ МБР на нисходящем участке траектории, при этом не будет привязана к шахтным ПУ и к РЛС СПРН, а будет мобильной и с собственными средствами разведки целей, как и нынешние С300 и С400, что позволит создать систему ПРО всей страны, а не только столицы. По видимому, БЧ ЗУР С500 должна быть неядерной. Однако пока неясно, когда эта ЗРС будет принята на вооружение и удастся ли при ее создании добиться заявленных ТТХ.
В силу указанных обстоятельств даже нынешние ракеты ПРО с ядерными БЧ должны быть обеспечены совершеннейшими средствами разведки. Время полета МБР ВВС США в Россию составляет примерно полчаса. За это время необходимо зафиксировать старт МБР, рассчитать их траектории и выдать целеуказание системам ПРО. Если же удар по России наносят американские ПЛАРБ или Ракетные войска НОАК, то время на обнаружение, расчет и выдачу целеуказания сокращается как минимум вдвое. Поэтому система предупреждения о ракетном нападении (СПРН), находящаяся в ведении Командования Космических войск РФ, не менее важна, чем собственно система ПРО. Создание этой системы (как и системы ПРО) началось в СССР в 60е годы. В конечном варианте она представляла собой несколько огромных надгоризонтных РЛС, размещенных по периметру СССР. После распада СССР это создало для России большие проблемы, поскольку часть РЛС, причем наиболее современных, оказалась за пределами страны.
Сначала были построены РЛС "Днестр", которые затем модернизировались в "ДнестрМ", "Днепр" и "ДнепрМ". Их дальность обнаружения составляла от 2,5 до 4 тыс. км. Все "Днестры" к настоящему времени устарели и демонтированы. "Днепры" остались в Севастополе и Мукачеве (на Западной Украине). Россия отказалась от их использования в 2008 году, после чего обе РЛС были заброшены (Украина оказалась не способна их использовать, НАТО они были не нужны). После возвращения Крыма в состав России появилась теоретическая возможность восстановления РЛС в Севастополе, но затем было принято решение, что это нецелесообразно (поскольку состояние РЛС очень плохое). РЛС "ДнепрМ" функционируют сейчас в Оленегорске Мурманской области (в модернизированном варианте) и на полигоне СарыШаган в Казахстане (около озера Балхаш).
Вторым поколением РЛС СПРН стали "Дарьял" и "ДарьялУ" с дальностью обнаружения до 6 тыс. км. В настоящее время такие РЛС функционируют в Оленегорске (как доработка "ДнепраМ") и в Печоре (Республика Коми). От РЛС в азербайджанской Габале Россия отказалась в 2012 году по той же причине, что от двух украинских РЛС в 2008 году – изза непомерных финансовых запросов Баку и Киева соответственно.
Кроме того, в единственном числе существует РЛС "Волга" (дальность обнаружения – 4,8 тыс. км), развернутая в пос. Ганцевичи около г. Барановичи в Белоруссии. Россия оплачивает ее содержание путем передачи Белоруссии информации с этой РЛС и предоставления белорусской ПВО для учений российского полигона Ашулук.
В 2008 году Россия имела всего две РЛС СПРН на своей территории, причем на одном и том же направлении (в Оленегорске и Печоре) и по одной пусть и в дружественных, но зарубежных государствах (Белоруссии и Казахстане). Данная ситуация была совершенно нетерпимой, к тому же вообще не просматриваемыми оставались югозападное и восточное направления. В связи с этим было начато строительство РЛС нового поколения "Воронеж" модификаций М и ДМ с дальностью обнаружения не менее 6 тыс. км (для ДМ по вертикали – до 8 тыс. км). Благодаря модульной конструкции они строятся гораздо быстрее, чем РЛС предыдущих поколений. В настоящее время введены в строй РЛС "Воронеж" в пос. Лехтуси (Ленинградская область), в Армавире (Краснодарский край), в пос. Пионерский (Калининградская область), в Орске (Оренбургская область), в Барнауле (Алтайский край), в Енисейске (Красноярский край), в пос. Мишелевка рядом с г. Усолье Сибирское (Иркутская область). Строится РЛС в пос. Воргашор рядом с Воркутой (Республика Коми). Возможно, она заменит "Дарьял" в Печоре, хотя не исключено, что там будет построен еще один "Воронеж". Также предполагается построить аналогичные РЛС в Оленегорске (для замены имеющейся старой РЛС) и в Севастополе (с той же целью).
Дополнением к этим РЛС должны стать загоризонтные РЛС "Контейнер" (дальность обнаружения – 3 тыс. км). Первая из них в 2013 году была введена в строй в пос. Ковылкино в Мордовии, вторая строится у г. Зея Амурской области. Загоризонтные РЛС эффективнее надгоризонтных именно тем, что позволяют видеть цели под радиогоризонтом, а не только над ним, но они гораздо сложнее как в изготовлении, так и в эксплуатации.
Большие проблемы у России имеют место с космическим эшелоном СПРН. ИСЗ предыдущего поколения "Око1" вышли из строя, сейчас на орбите находятся три ИСЗ нового поколения "Тундра". Но для надежного функционирования космического эшелона нужно иметь хотя бы 5–6 таких спутников, оптимально – до 10.
Все без исключения наземные РЛС СПРН, от "Днепров" до "Воронежей" и "Контейнеров", являются неподвижными, направление их наблюдения устанавливается при строительстве и в дальнейшем изменено быть не может. В частности, именно поэтому НАТО отказалось пользоваться украинскими "Днепрами" (их было невозможно развернуть в сторону России).
На заседании клуба "Валдай" президент России Владимир Путин заявил, что Россия сейчас оказывает Китаю помощь в создании системы СПРН. Какую именно помощь, пока совершенно непонятно. При этом ясно, что Китаю не нужны технологии старых гигантских РЛС типа "Волга" или "Дарьял", не говоря уже о "Днепрах". Теоретически он мог бы приобрести у России РЛС типа "Воронеж" (в готовом виде или технологию производства). Разумеется, для России предпочтительнее первый вариант, ем более что в этом случае она могла бы контролировать направление действия китайских РЛС. Если они будут "смотреть" на юг и восток, это не создаст даже теоретических проблем для России с точки зрения безопасности. Более того, одним из условий поставки РЛС могло бы стать предоставление Китаем России информации от них, когда РЛС будут поставлены на боевое дежурство. Это позволило бы России значительно отодвинуть на юг и восток рубежи обнаружения пусков ракет из акваторий Тихого и Индийского океанов.
Вариант предоставления технологий гораздо менее благоприятен для России, поскольку Китай, в полном соответствии с национальными традициями, изготовив несколько РЛС по лицензии, затем перешел бы к безлицензионному производству "собственных" РЛС аналогичного типа. "Собственные" китайские РЛС уже могут быть повернуты в сторону России. Впрочем, в данном случае угроза для безопасности России ограничена потому, что РЛС СПРН предназначены в первую очередь для обнаружения МБР и БРПЛ. В случае же войны между РФ и КНР обеими прежде всего будут использоваться БРСД и ОТР, а также крылатые ракеты, против которых СПРН малоэффективна.
Сегодня
Москва
В ближайшее время на боевое дежурство заступят новые ракеты ПРО, сообщил в интервью газете "Красная звезда" командир соединения противоракетной обороны генерал-майор Сергей Грабчук. "Успешно ведутся работы по отработке перспективных противоракет. Это позволит в ближайшее время расширить боевые возможности и улучшить характеристики новой системы ПРО", — отметил он.
Эта противоракета станет частью обновленной системы ПРО Москвы, которая сегодня состоит на вооружении Воздушно-космических сил (ВКС) РФ и предназначена для защиты от ограниченного ядерного удара межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР) или случайных запусков. Однако информации об этих противоракетах, аналогов которых в мире нет, в открытых источниках очень мало, а официальные сообщения военного ведомства, как правило, не содержат каких-либо подробностей.
Еще в 2017 году журналисты американского издания The National Interest назвали нашу столицу единственным в мире городом, защищенным от ядерного удара. В рейтинге защищенности мегаполисов Москве с ее особой системой ПРО уступил даже Вашингтон.
Войска ПВО и ПРО ВКС имеют серьезный технический и технологический задел в области разработки и применения средств ПРО. Проводится модернизация информационных средств системы, ведутся научные и опытно-конструкторские разработки по созданию перспективных средств. О том, что Россия испытывает элементы новой системы противоракетной обороны А-235 "Нудоль" (такое название часто фигурировало в СМИ), стало известно в 2014 году. Она придет на смену системе А-135.
В 2018 году сообщалось, что новая противоракета сможет справиться и с одиночными, и с групповыми ракетными ударами, а также способна противостоять МБР нового поколения, оснащенным различными комплексами средств преодоления ПРО.
По данным из открытых источников, речь идет об испытаниях усовершенствованной противоракеты 53Т6М (по классификации НАТО — Gazelle), которая уже применяется в системе противоракетной обороны. У модернизированной ракеты — новая силовая установка и высокотехнологичная бортовая радиоэлектронная аппаратура, которая гарантирует точный перехват целей. По словам военного обозревателя ТАСС, А-235 является продолжением противоракет, созданных советскими конструкторами Львом Люльевым из екатеринбургского МКБ "Новатор" и Петром Грушиным из подмосковных Химок — машиностроительное конструкторское бюро "Факел".
Первая противоракета "Факела" (тогда он назывался ОКБ-2) В-1000 перехватила и уничтожила боевой блок баллистической ракеты Р-12 на высоте 25 км и на расстоянии 60 км еще 4 марта 1961 года. Как потом заявил с трибуны ООН первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев, попала "мухе в глаз". Американцы сделали это только через 30 лет и до сих пор попадают ракетой в ракету через раз.
Известно, что модернизированная система ПРО будет иметь неядерные средства перехвата ракет. В 2014 году генеральный конструктор концерна ВКО "Алмаз-Антей" Павел Созинов заявлял, что в России создается аналог комплекса ПРО THAAD, который позволяет решать задачи по перехвату баллистических ракет средней дальности и в ограниченном масштабе — боеголовок МБР. Также создается аналог и другого американского комплекса ПРО — GMD с ракетой-перехватчиком GBI. При этом он будет в мобильном варианте.
Сейчас Москву защищает система противоракетной обороны А-135 или «Амур», которая также начала разрабатываться еще в советский период отечественной истории и, по разным данным, была принята на вооружение примерно между 1989 и 1995 гг. В основе системы — РЛС 5Н20 «Дон-2Н»; противоракеты; командно-вычислительный пункт 5К80 с вычислительной системой «Эльбрус».
Для России
В 2007 году был принят на вооружение ЗРК С-400 «Триумф». Его появление стало новым словом в истории отечественной противовоздушной и противоракетной обороны. Целый ряд зарубежных военных экспертов был вынужден признать превосходство С-400 над американскими системами ПВО.
В 2021 г. на вооружение принята зенитная ракетная система С-500 «Прометей», предназначенная для гарантированного уничтожения существующих и перспективных (появление в ближайшие 20–25 лет) средств воздушно-космического нападения вероятного противника. Она предназначена для поражения боевых блоков, а также МБР и БРСД на конечном, а в ряде случаев и на среднем участке их траектории. Для создания единой многоуровневой и глубоко эшелонированной системы защиты охраняемого объекта система включена в существующую систему ПВО/ВКО (военно-космической обороны) наряду с комплексами С-400 и С-300, состоящими на вооружении ВС РФ в настоящее время.
Новейший ЗРК С-500 «Прометей» в экспертном сообществе относят к первому поколению систем противокосмической обороны. Аналоги С-500 у других стран, включая и США, пока отсутствуют. В американском журнале The National Interest в одной из статей приводилось экспертное мнение о возможности С-500 перехватывать до 10 боеголовок, летящих из космоса.
Для испытаний на казахском полигоне Сарышаган был развернут многоканальный стрельбовый комплекс «Амур-П», который представляет собой подмосковную систему противоракетной обороны в миниатюре. «Амур-П» состоит из многофункциональной РЛС «Дон-2НП», командного пункта с вычислительной системой «Эльбрус», стартовых позиций противоракет и систем передачи данных и связи.
Предшественники «ПРС-1М» противоракеты «53Т6» были изготовлены еще в советские времена. Фактически, в середине 2000-ых годов у них истек срок службы. Для продления срока службы «53Т6» проводились регулярные испытания, однако, так не могло продолжаться бесконечно.
Концерн «Алмаз-Антей» в 2010 году возобновил производство двигателей для «53Т6». Параллельно шли работы по возобновлению серийного производства противоракет и их модернизации.
«ПРС-1М» – противоракета с новым двигателем, новейшей бортовой аппаратурой, корпусом из высокопрочных сталей и композитных материалов. Новая ракета стала быстрее: 4 километра в секунду против трех у предшественницы. Возросли и возможные перегрузки с 200 до 300g. Для сравнения ракеты современных ЗРК «держат» перегрузки в 30g.
Зона поражения «ПРС-1М» увеличилась в полтора раза по высоте и дальности. Теперь уничтожение боевых блоков вражеских межконтинентальных баллистических ракет будет осуществляться практически в космосе.
Новая противоракета оснащена осколочной боевой частью направленного действия. «ПРС-1М» сделает московскую ПРО А-135 системой совершенно другого уровня, значительно усилив броню противоракетного зонта над Центральной Россией.
ПРС-1М входит в состав системы противоракетной обороны А-135 "Амур". Она способна развивать скорость до 14,5 тысячи километров в час. Ранее СМИ сообщали, что ПРС-1М может перехватывать боевые блоки межконтинентальных баллистических ракет на дальности свыше 100 километров и на высотах от пяти до пятидесяти километров.
Заключение
Согласно информации на сайте Минобороны России, в отечественной классификации под ПРО в первую очередь понимается система защиты от баллистических целей, в том числе от боевых блоков межконтинентальных баллистических ракет.
Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь ссылками в социальных сетях. Спасибо за внимание!
Проект создания американской системы глобальной противоракетной обороны (ПРО) «Золотой купол» несет угрозу стратегической стабильности. Такое мнение высказал глава МИД России Сергей Лавров в видеообращении к участникам Московской конференции по нераспространению.
«Значительную угрозу для стратегической стабильности несет реализация проекта создания американской системы глобальной ПРО "Золотой купол", предусматривающей развертывание ударных средств перехвата космического базирования уже к 2028 году»,— уточнил господин Лавров.
Российский министр добавил, что «в результате деструктивных действий США и их союзников заметно возрастают риски милитаризации космоса и его превращения в зону конфликта».
Инициатива Дональда Трампа под названием «Золотой купол» направлена на развертывание перехватчиков в космосе для защиты материковой части США от ракетных атак. Цель состоит в совместной разработке ракет-перехватчиков и создании спутниковой сети. Предполагается, что они смогут перехватывать большегрузный транспорт и БПЛА, разработанные Китаем и Россией, которые летают в пять раз быстрее скорости звука. К концу марта 2028 года планируется создать спутниковую группировку для сбора информации, обнаружения и отслеживания движущихся целей. Их запуск будет происходить поэтапно, начиная с апреля 2026 года.
Информация от человека непосредственно связанного с американским ВПК — Келли Грико. Тётка работает старшим научным сотрудником в Stimson Center, а также адъюнктом в центре исследований в области безопасности Джорджтаунского университета. Это не просто НКОшки, это американские «think tanks» на службе Пентагона.
Так вот Келли говорит, что ОАЭ сбили 92% из всего того, что запустил по ним Иран, «однако финансовые затраты на поддержание этой обороны настолько огромны, что дают основания полагать, что тактическая победа маскирует дорогостоящее стратегическое истощение». Далее она даёт раскладку по костам:
Иран запустил 165 баллистических ракет, 2 крылатые и 541 дрон.
ОАЭ сбили 152 ракеты, включая обе крылатые и 506 дронов.
Иранская баллистическая ракета стоит $1-2 млн, крылатая — $1.5 млн, шахед — $20-50 тыс. На ракеты персы потратили $168-333 млн, а на шахеды всего $11-27 млн. Общие расходы оцениваются в диапазоне от $177 млн до $360 млн.
Тем временем один американский перехватчик PAC-3 MSE стоит $4-5 млн. Причём предполагается, что для гарантированного поражения используется доктрина двух выстрелов, поэтому расходы только на противоракетную оборону оцениваются $1.2-1.5 млрд. А сбить шахед стоит от $500 тыс до $1.5 млн, это плюс ещё $253-759 лямов. Итого: $1.5-2.3 млрд расходов на ПВО.
На каждый доллар, потраченный Ираном на беспилотники, ОАЭ потратили примерно 20-28 долларов, сбивая их. Это суть стратегии Ирана, и она не нова. Это та же самая математика, которую Россия применяет против Украины в течение 3 лет.
Задумайтесь о цене войны американским оружием… ОАЭ сожгли пару ярдов баксов всего за три дня! А Иран долбит вообще весь регион. Саудовскую Аравию, Кувейт, Бахрейн, Катар, Кипр, Иорданию и, конечно же, Израиль.
Арабы уже говорят о запасах и жалуются, что дядя Сэм подзабил на них ради евреев. А южнокорейская Chosun пишет, что США хотят перевезти местные установки THAAD и Patriots на Ближний Восток. Сеул поднапрягся, Ким угарнул.
Вот вам и триллионные бюджеты на обороту… с дивидендами от Lockheed Martin и остальных.
https://x.com/ka_grieco/status/2028198669460095017
Тут один пикабущник написал что..
Хорошо работали? Но почему на деле ситуация была далеко не такая однозначная?
Эффективность максимум 60%. И такой результат при почти идеальных условий для Пэтриотов. Нет ложных целей, радиопомех, массового пуска ТБР. Поэтому можно сказать что даже тогда он был не идеальной системой ПРО, не говоря уже сейчас. При этом скажу сразу, я не считаю что Пэтриоты плохие или хлам. Нет, это передовая и качественная система. Но считать его чуть ли супер-оружием не стоит.
Ссылка
Перехват баллистической ракеты — сложная задача, которая и в наше время нередко вызывает трудности даже у самых современных комплексов ПВО и ПРО. Что уж говорить про 1950-е, когда БР еще были в новинку — летели они еще не так далеко и не особо точно, но защиты от них просто не существовало. На фоне того, что ЗРК, созданные для борьбы с самолетами, на тот момент еще только начинали развиваться, комплексы для поражения баллистических целей считались чем-то фантастическим. Но не для советских конструкторов.
В этом посте я расскажу, как 65 лет назад, 4 марта 1961 года на полигоне Сары-Шаган впервые в истории была перехвачена баллистическая ракета средней дальности.
Впервые возможность создания системы противоракетной обороны исследовалась в СССР в 1945-1949 годах в рамках проекта «Анти-Фау». Однако до практической реализации он не дошел по объективным причинам: баллистические ракеты на тот момент еще не считались серьезной угрозой, приоритет был отдан созданию системы ПВО Москвы, да и уровень развития технологий не позволял реализовать задуманное.
Фау-2 — первая в истории баллистическая ракета, применявшаяся в боевых действиях. Послевоенные ракетные программы СССР, США и других стран стартовали после окончания Второй Мировой войны с прямого ее копирования
К вопросу разработки систем ПРО вернулись в 1953 году после письма в ЦК КПСС от семи маршалов Советского Союза, включая министра обороны Жукова и начальника Генштаба Соколовского. Высокопоставленные военные указывали на необходимость разработки средств против баллистических ракет, которые в скором времени могут появиться на вооружении у вероятного противника. Опасения были не беспочвенны: в 1954-1955 годах в США начались работы над баллистическими ракетами средней дальности «Тор» и «Юпитер».
3 февраля 1956 года начальник СКБ-30 (ныне ПАО «МАК «Вымпел»») Григорий Васильевич Кисунько выступил с докладом на президиуме ЦК КПСС с обоснованием возможности создания системы ПРО. 17 августа того же года вышло постановление о ЦК КПСС и Совмина СССР о создании экспериментальной системы ПРО «А» и обустройства полигона для ее испытаний. Кисунько, в свою очередь, был назначен главным конструктором системы.
Коллективам, подключенным к разработке, предстояло провести большую комплексную работу. Требовалось создать:
противоракету В-1000 и пусковую установку для нее;
РЛС дальнего обнаружения;
РЛС наведения противоракет;
центральную вычислительную станцию;
систему передачи данных.
Конечно, все компоненты нужно было еще и увязать между собой, а также обеспечить бесперебойную работу. При перехвате баллистической цели счет идет на доли секунды и любая ошибка может привести к провалу, поэтому задача, стоявшая перед конструкторами, была по-настоящему сложной.
Помимо разработки составляющей системы, большое внимание уделялось исследованиям характеристик баллистических ракет и их головных частей на финальном участке траектории. Для этого на полигоне Сары-Шаган в 1957-1958 годах ввели в строй две экспериментальные РЛС РЭ-1 и РЭ-2. Для исследований проводились реальные пуски ракет.
Система «А» была готова к боевой работе на полигоне осенью 1960 года. Перед рассказом о ходе испытаний предлагаю немного разобраться в принципе ее действия.
Приемная часть РЛС ДРЛО «Дунай-2». Источник: http://vpk-news.ru
РЛС дальнего обнаружения «Дунай-2» (дальность до 1200 км) засекала цель, после чего она бралась на сопровождение. Вычислительная станция с заданной периодичностью определяла координаты цели и передавала данные на центральную вычислительную станцию (ЦВС). На ЦВС данные обрабатывались, после чего вычисленные на их основе упрежденные координаты цели передавались на три РТН — радиолокационные станции точного наведения.
РТН были расположены в углах равностороннего треугольника с длиной стороны 150 км. Каждая из станций имела в своем составе антенну наблюдения за целью (радиолокационный канал цели — РКЦ) и антенну наблюдения за ракетой. Точное определение координат цели и ракеты производились методом «трех дальностей» — по усредненному показателю от трех РТН.
РТН брали цель на сопровождение и на дальности порядка 700 км выдавали на ЦВС ее уточненные координаты. Далее оператор по радиолокационным образам выделял из комплексной цели головную часть МБР и передавал ее на сопровождение РКЦ в режиме точного наведения. Что это значит? Например, после отделения головной части на экране оператора появлялось две цели: боевой блок и отделившаяся ступень ракеты. Оператору требовалось определить именно боеголовку и взять ее на сопровождение.
Антенна наблюдения за целью в ходе монтажа. Источник: http://vpk-news.ru
Далее ЦВС по данным от РТН вычислял, попадает ли ракета в зону обороны стартовой позиции и рассчитывал данные для старта противоракеты (углы разворота пусковой установки и момент пуска) и ее траекторию выхода на цель. Пуск ракеты производился автоматически.
После старта В-1000 бралась на сопровождение станцией визирования противоракеты (РСВПР). ЭВМ, обрабатывавшая данные с трех РТН и РСВПР, сопоставляла координаты цели и перехватчика и формировала команды управления для вывода противоракеты в точку начала точного наведения — на траекторию, близкую к пролонгированной (предполагаемой) траектории полета цели.
На финальном участке за управление противоракетой отвечали РТН. В-1000 брали на автосопровождение и в режиме точного наведения выводили в точку встречи с целью. В нужный момент осуществлялся подрыв боевой части противоракеты, снаряженной поражающими элементами. Именно в результате их попадания боевой блок баллистической ракеты выводился из строя.
Уже в 1957 году начались первые испытания противоракеты В-1000. Сначала это были бросковые пуски макетов изделия в разных конфигурациях, а в последний день августа 1958-го впервые была запущена В-1000 в штатном варианте с использованием систем наведения. В ходе полета ракета достигла скорости 1500 м/с (5400 км/ч).
Первая попытка боевой работы по реальной цели — БРСД Р-5 — состоялась 5 ноября 1960 года. Осуществить перехват не удалось, поскольку из-за неисправности ракета-мишень на полпути сошла с траектории и не достигла полигона.
Следующий пуск состоялся меньше, чем через месяц. 24 ноября 1960 года В-1000 разошлась на расстоянии 21 метра от цели. Из-за неготовности на противоракете была установлена нештатная боевая часть. Расчеты показывали, что при детонации штатной БЧ перехватчика головная часть БРСД была бы уничтожена.
После оптимистичного начала последовали неудачи: по разным причинам девять попыток перехвата закончились неудачно. При этом в последних четырех (включая пуск 2 марта) наземные системы сработали безотказно, поэтому следующую попытку решили не откладывать и назначили на 4 марта.
В качестве мишени выступила БРСД Р-12 с весовым макетом БЧ массой 500 кг. РЛС «Дунай-2» обнаружила ее на дальности в 975 км и взяла на автосопровождение. После выполнения всех необходимых расчетов в определенный системой момент стартовала противоракета.
«Встреча» В-1000 и головной части Р-12 произошла на дальности около 60 км от стартовой позиции и в 26,1 км от условной точки падения цели с промахом в 31,8 м влево и 2,2 м вверх. Но эти 30 метров не повлияли на результат: в результате подрыва БЧ головная часть Р-12 была успешно разрушена. Отмечу, что в момент поражения скорость головной части БРСД Р-12 перед составляла 2,5 км/с, а скорость противоракеты — 1 км/с.
Интересно, что главный конструктор Григорий Кисунько только утром узнал, что сотворил историю — на проявку пленок кинофоторегистрации требовалось время. После череды неудачных пусков, проблем с работой программного обеспечения при старте 4 марта (пришлось заново запускать стартовую программу) и новости о скором приезде из Москвы нового главного инженера он ожидал «разбора полетов» и скорого закрытия программы.
Однако утром раздался звонок начальника полигона, который ознакомился с готовыми пленками и поздравил Георгия Васильевича с успехом.
«Весть об успехе быстро разнеслась по полигону, и к домику потянулись с поздравлениями военные и промышленники. Спирт по вкусу запивали или разбавляли водой и закусывали прямо сырыми яйцами и ломтиками сала. Так пошла в дело вся провизия, закупленная мною вчера на сары-шаганском рынке», — вспоминал спустя годы сам Кисунько.
После пуска 4 марта 1961 года состоялось еще несколько (по некоторым данным, 10) успешных перехватов Р-5 и Р-12. Кроме того, в 1961-1962 годах состоялись испытания серии «К» с ядерными взрывами на высотах до 300 км для исследования влияния высотных ядерных взрывов на работу радиоэлектронных средств. На высоту ядерные боеприпасы доставлялись ракетами Р-12. Проводились и другие исследования, например, в интересах разработки боевой системы ПРО А-35 (принята на вооружение в 1970-х).
Система «А» была выведена из эксплуатации в 1964 году и демонтирована. Отдельные компоненты передали для использования на других объектах. Считается, что систему не приняли на вооружение из-за ее экспериментального характера. Кроме того, ее главный конструктор настаивал, что работы остановили из-за противодействия со стороны недоброжелателей в лице конструкторов Расплетина и Челомея, а также руководства Минрадиопрома.
Памятник ракете В-1000 в Приозерске, полигон Сары-Шаган. Источник: http://militaryrussia.ru/forum
Впрочем, свою главную задачу система «А» в любом случае выполнила — показала принципиальную возможность перехвата баллистических ракет с ядерными боеголовками. Отработанные технологии в будущем будут использованы в новых комплексах ПВО и ПРО.
Напоминаю, что также мои материалы на тему военной техники и военного кино доступны в Telegram, MAX и Дзене.
Telegram: https://t.me/ivanartuchannel
Дзен: https://dzen.ru/ivanartu
При желании можете поддержать автора рублем через донаты.
При написании поста использовались различные источники. Но особенно отмечу большой материал с огромным количеством информации на сайте MilitaryRussia.Ru, а также книгу Кисунько Г. В. Секретная зона: «Исповедь генерального конструктора». Если тема вас заинтересовала, рекомендую ознакомиться.