А это не пух. И даже не плесневые грибки – это буковые шерстяные тли (Grylloprociphilus imbricator), также известные как буги-вуги-тля. Эти крошечные североамериканские насекомины большими группами собираются на ветвях американского бука и самым наглым образом питаются его соками.

Тело тли имеет голубоватый оттенок, но его почти не видно, так как насекомое выделяет из брюшка длинные, густые нити из белого воска. Когда сотни, а порой и тысячи особей облепляют ветви бука, то образуют сплошной пушистый ковёр, и со стороны кажется, будто часть дерева посреди лета засыпало снегом или кто-то в шутку облепил её сладкой ватой.

Для самих тлей эта «вата» служит щитом: хищник, попытавшийся закусить насекомым, быстро уходит не солоно хлебавши, в лучшем случае набрав лишь полный рот безвкусного воска. Но главная фишка этих тлей – даже не сомнительная пригодность в пищу, а их реакция на опасность, так что до забивания чьих-то жадных ротков «ватой» дело обычно и не доходит.

Когда к колонии приближается хищник или ветку задевает человек, огромные группы насекомых одновременно поднимают свои покрытые белым пухом пятые точки и начинают синхронно раскачиваться из стороны в сторону. Этакая членистоногая дискотека или лесной флешмоб. Специалисты полагают, что такой массовый «танец» сбивает с толку хищников и мешает им «навести прицел» на конкретную жертву. Да и вообще, ни черта не понятно, что оно такое, а значит лучше и не трогать.

Для своих несерьёзных размеров буковая тля поглощает очень серьёзное количество древесного сока. Гораздо больше, чем может в ней поместиться. Но зачем? А дело в том, что сахаров в соке гораздо больше, чем других питательных веществ, без которых насекомым не выжить, вот и приходится добирать количеством. Излишки сахара тля выделяет в виде липкой медвяной пади, которая капает с конца брюшка и скапливается на листья и ветках буков.

Но в природе ничего не пропадает зазря, и на этой сладкой подложке вырастает уникальный сажистый гриб Scorias spongiosa. Он разрастается до размеров крупных черных губок, покрывая нижние ветви и землю под деревом, напоминая куски угля или мокрой золы.

Можно подумать, что из-за действия тлей буки должны сильно страдать, но это не совсем так. То количество сока, которое способна вытянуть даже крупная колония тлей для большого дерева не является существенной потерей, да и растущий на его нижних ветвях грибок не является паразитом и не проникает в ткани растения, питаясь исключительно медвяной падью. Впрочем, справедливости ради стоит сказать, что если массивная сажистая «шуба» покроет молодую буковую поросль, развивающуюся под взрослым деревом, то ей навредить она вполне способна.

Зато пока гриб ещё не затвердел и выглядит как золотисто-жёлтые игольчатые кристаллы, то он сам может послужить источником пищи для многих насекомых. Свежие скопления гриба буквально пропитаны сахарным сиропом, что привлекает кучу летающих и ползающих букашек, которые используют поверхность гриба как «столовую». Ну до чего же круто всё в природе взаимосвязано!

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс

После 16 месяцев лечения и восстановления этого андского кондора по кличке Сайани наконец-то выпустили в дикую природу, после того как в 2012 году в аргентинской провинции Катамарка Сайани подобрали волонтёры. Он находился в критическом состоянии из-за сильнейшего отравления ядохимикатами, и, к сожалению, такие случаи – не редкость.

Туши павшего скота, начинённые ядом, раскладывают в Андах местные фермеры, пытающиеся таким незаконным образом защитить свои стада от нападений хищных млекопитающих. Хотя приманки нацелены на пум и лис, сильнее всего от этого варварского метода страдают андские кондоры – священные для региона и находящиеся под угрозой исчезновения птицы, поскольку именно туши погибших животных составляют основу их рациона.

Лысые головушки кондоров – это как раз одно из важнейших свидетельств их падалепоклонничества. В процессе питания кондоры засовывают голову и шею прямо внутрь туши, и если бы на их головах были перья, то они испачкались бы в крови и разлагающихся тканях, что привело бы к размножению бактерий и вероятной гибели птицы. Голую же кожу гораздо проще содержать в чистоте. А вот мясистый лысый гребень на черепушке имеется только у самцов и является элементом полового диморфизма.

Но почему падаль, а не охота? Казалось бы, такие возможности, а главное – такие габариты…

Андский кондор действительно входит в пятёрку самых крупных летающих птиц в мире и является самой тяжёлой летающей птицей. Вес взрослого самца достигает 15 кг, а размах крыльев – 3,3 м. Да, самцы некоторых дроф или лебедей-шипунов, живущие в парках, могут отъедаться до 18-20 кг, но в этом случае они уже неспособны подняться в воздух. А кондор летает! Однако такие габариты, а ещё строение когтей делают его совершенно никудышным охотником.

В отличие от подавляющего большинства Ястребообразных – отряда, к которому относятся андские кондоры – когти у этих громадин относительно прямые и не заостренные, а пальцы слабые, что не позволяет им эффективно хватать, удерживать и убивать добычу. А также переносить её по воздуху.

Но самое главное, что при такой огромной для птицы массе, взлёт и активный полёт требуют от кондора колоссальных усилий, поэтому погоня за живой жертвой если не невозможна, то энергетически невыгодна. Зато андские кондоры – настоящие боги парения.

О том, что кондоры преимущественно парящие птицы, говорят особенности их анатомии – относительно небольшой киль на грудине и, соответственно, слабые грудные мышцы, столь необходимые для активного полёта. Набрав высоту, кондоры очень редко делают взмахи крыльями, вместо этого используя энергию воздушных масс и тем самым экономя свою собственную.

И как экономя! Орнитологи из аргентинского Национального университета Комауэ выяснили, что андские кондоры входят в число позвоночных с наименьшими затратами на свое передвижение. В процессе исследования они навесили на восемь кондоров треккеры, фиксирующие все параметры полёта и даже частоту взмахов крыльев, и получили крайне любопытные данные: 75% взмахов крыльев у андского кондора приходится на момент взлёта.

А непосредственно во время полёта эти птицы практически не машут крыльями, используя восходящие потоки воздуха для планирования, и способны таким образом держаться в воздухе длительное время, не прилагая особых усилий. Рекорд, который был зафиксирован биологами в ходе этого исследования, составил 5 часов полёта на расстояние в 172 километра без единого взмаха крыльев. Впечатляет!

Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс