Здесь начинается математика, которая объясняет всё.

По данным МЭА, экспорт дизеля из России и с Ближнего Востока рухнул более чем на 60% — с 4,7 до 0,82 млн баррелей в сутки. Высокие цены уже начали разрушать спрос: в третьем квартале 2026 года мировое потребление сократилось на 750 тыс. баррелей в сутки — до 28,7 млн баррелей в сутки.

Российские поставки в рамках сделки — 1 млн тонн в месяц, или около 250 тыс. баррелей в сутки. Это лишь малая часть выпавших объёмов. Поэтому дефицит предложения сохранится как минимум до второй половины 2027 года.

Неудивительно, что баррель дизеля в Европе, Азии и Северной Америке закрепился выше $200.

Рынок дизеля — это не рынок нефти. Здесь дефицит ощущается острее, а логистика играет большую роль. Даже если Россия поставит все обещанные объёмы, это не закроет дыру, образовавшуюся из-за выпавших поставок из России и Ближнего Востока.

Американская ловушка

Самое интересное в этой истории — позиция США. Штаты сами являются крупнейшим экспортёром дизельного топлива в мире. Но их нефтепереработка сейчас находится в состоянии «золотой лихорадки»: маржа переработки — разница между ценой дизеля и сырой нефти — удвоилась. Эта сверхприбыль оседает в карманах НПЗ.

Для государства это даёт скромный плюс к внешнеторговому балансу. Для реальной экономики дорогой дизель стал тяжёлым бременем.

Проблема США в том, что их внутренний рынок глубоко интегрирован в мировой. Запретов на экспорт нефтепродуктов в Штатах нет, поэтому цены на заправках в Нью-Йорке невольно приходят в равновесие с ценами в Париже. Единственный способ сбить цену внутри страны — увеличить глобальное предложение. Разблокировать Ормузский пролив быстро не получается, поэтому Белый дом ищет альтернативу.

Вот здесь и становится понятна реальная роль российской сделки. Это не столько про товар, сколько про инструмент психологического давления на котировки и попытку показать рынку, что дефицит можно частично закрыть. Пиар здесь не менее важен, чем сами тонны.

При текущих ценах на топливо потенциальная выручка от сделки может превысить $7 млрд.

Но главный финансовый нюанс — не в объёмах, а в приостановке антироссийских санкций. На время действия соглашения российские компании избавляются от принудительных дисконтов, которые ранее съедали часть маржи. А значит, появляется возможность зафиксировать полноценную выручку, а не отдавать часть её на «скидку за риск».

Именно снятие дисконтов — самый недооценённый эффект сделки. Даже при скромных объёмах поставок это может дать больше, чем кажется на первый взгляд. Дисконт — это скрытый налог на экспорт, и его отмена работает на маржу сильнее, чем рост объёмов.

Кто выиграет больше всех

Бенефициарами сделки станут компании с высокой долей нефтепереработки.

В первую очередь — «Башнефть» и «Татнефть». У них доля переработки в бизнесе традиционно выше, поэтому рост маржи и снижение дисконтов дают наибольший эффект.

Также в плюсе — «Роснефть», «ЛУКОЙЛ» и «Газпром нефть». У них самая развитая сеть НПЗ и широкая география экспорта. Снятие принудительных дисконтов и восстановление объёмов поставок принесут им дополнительную выручку, хотя масштаб выгоды будет чуть скромнее, чем у «Башнефти» и «Татнефти».

Наибольший позитивный эффект компании могут получить не в четвёртом квартале 2026 года, а в первом квартале 2027-го. Причина — возможное ослабление рубля из-за изменения параметров бюджетного правила. Для экспортёров слабый рубль — это дополнительный плюс к рублёвой выручке.

Рынок любит реагировать на новости сразу. Но здесь эффект может быть отложенным. Если вы смотрите на нефтяников, стоит держать в голове не только текущий квартал, но и начало следующего года.

И ещё один момент, который может оказаться важнее самой сделки. Если удары беспилотников по российским НПЗ прекратятся или хотя бы ослабнут, отрасль получит второе дыхание. Это позволит сэкономить деньги на экстренный ремонт и восстановление, а также нарастить загрузку НПЗ до проектных уровней.

Это, пожалуй, самый значимый долгосрочный эффект. Сделка — это про месяцы. А прекращение атак — про годы. Если риски для инфраструктуры снизятся, нефтяники смогут работать с нормальной загрузкой, а не в режиме постоянного ремонта.

Мораль сей басни такова - дизельная сделка — это не «прорыв», а тонкая настройка. Она не обвалит цены и не вернёт Россию на прежние объёмы экспорта. Но она может помочь нефтяникам заработать на марже и дисконтах. Следите за отчётностями и за тем, прекратятся ли атаки на НПЗ. Именно там скрыт главный долгосрочный эффект.

А ведь Калининградская область - это край морей, портов, рыбаков и глубоких морских традиций. По логике вещей, в приморском эксклаве рыбопродукты и деликатесы должны быть если не дешманскими, то хотя бы максимально доступными для местных жителей. Неужели продавцы реально рассчитывают, что калининградцы побегут выстраиваться в очереди за икрой по 40 тысяч?

Очевидно же, что подавляющее большинство просто вычеркнет её из новогоднего меню. Но цены снижать никто не спешит. В итоге деликатес просто останется пылиться на прилавках, а местный покупатель в очередной раз убедится: жить у моря - вовсе не значит иметь возможность ставить морские продукты на свой стол.

В волну постов на извечную тему, что Москва обкрадывает регионы.

Я сама родилась в Подмосковье, но потом уехала в Омск и уже 20 лет тут живу. И искренне считаю, что Омск лучше Москвы.

Но давайте всё же будем объективны.

Мне в комментариях пишут:

Вот, Москва всё забирает, нам ничего не остается. А у нас в Якутии алмазы! А где-то ещё нефть!
Это коллониализм! Метрополия жирует, а мы с голоду пухнем!

Ну то есть, люди, живущие в провинции считают, что они зарабатывают миллиарды, но у них их почти все забирают.

На самом деле, всё прямо наоборот. Если посмотреть 10 главных налогоплательщиков моей области:

1. АО «Газпромнефть – Омский НПЗ» — традиционный лидер по объему налоговых отчислений и перечислениям НДФЛ.

2. ООО «Омсквинпром» — один из крупнейших производителей алкогольной продукции в стране (омский раз).

3. АО «АБ ИНБЕВ ЭФЕС» (AB InBev Efes) — крупная мировая пивоваренная компания.

4. АО «Омсктрансмаш» — предприятие машиностроительного комплекса (омский два).

5. ООО «Газпромнефть – Снабжение» — дочерняя структура компании «Газпром нефть».

6. ООО «Сибгазполимер» — новичок первой десятки рейтинга (тоже какой-то кусок "Газпрома").

7. ПАО Сбербанк — крупнейший банк страны.

8. Логопарк «Звёздный» — крупный логистический комплекс (новичок топ-10).

9. ООО «Автоматика-Сервис» — сервисная компания в сфере IT и автоматизации (и это тоже кусок "Газпрома").

10. ОАО «РЖД» (Российские железные дороги) — транспортная компания.

(источник, гугловский ии, его основной источник)

И мы видим, что 7 из 10 - это компании "метрополии", в основном нефтегазовые. Плюс Логопарк, который построили оренбуржцы (это по нему позавчера прилетело?) и только две омских компании. Ну как, их вобще-то тоже построила "метрополия", просто давно - в советские годы.

Ну получается, что кормят регион в первую очередь компании, построенные метрополией. По факту. Да, большая часть прибыли уходит в Москву, но тут опять же - налоги на ресурсы идут полностью в федеральный бюджет, а не в бюджет Москвы. И из федерального бюджета деньги опять же идут обратно в регионы - в виде дотаций, дорог, мостов и прочих федеральных проектов. НДФЛ и несколько других налогов полностью идут в бюджет региона.

И эти 10 компаний - 80% местного бюджета. Львиная доля.

А всё, что зарабатывает регион сам, все сельское хозяйство, промышленность и т.п. и т.д. - ни в какое сравнение не идут. Так что нет никаких мифических миллиардов, которые зарабатываются регионами самостоятельно, но отбираются "метрополией".

Мне на это в коментариях отвечают, что всё бы это построили бы и сами, если бы не Москва. И все доходы остались бы нам, провинции.

Но правда в том, что для начала, централизация в нашей стране такая высока неспроста. На большей части нашей замечательной родины довольно суровый климат. И там, где много ресурсов - жить то почти невозможно зачастую. Нужно многое завозить, отапливать помещения и т.д. и т.п. Централизация помогает решать проблемы всем миром.

И если бы не было Москвы, то регионы не жили бы сами как Москва. Они бы жили бы как Монголия. Вот у неё нет Москвы. Это просто идеальный пример, как бы жил сибирский регион без "метрополии".

Точнее как:

В период с 1924 по 1991 годы Монголия получила крупную финансово-экономическую помощь от СССР. На пик оказания этой помощи приходится одна треть её ВВП. После 1991 года и в следующем десятилетии экономика Монголии испытала сильный спад с последующей стагнацией.

(с) Википедия

Вот ей никто не мешает самой добывать ресурсы и это основной источник дохода. Но своего НПЗ они построить не смогли. Нефть продают Китаю, а продукты переработки вынуждены закупать. В основном у нас.

А что с газом?

Основные геологические исследования в стране были сосредоточены на твердых полезных ископаемых (уголь, медь, золото) и отчасти на нефти, тогда как масштабная разведка газовых пластов требует огромных финансовых вложений.
В стране есть крупные запасы горючих сланцев, из которых теоретически можно получать сланцевый газ, но эта технология требует огромных инвестиций и развитой инфраструктуры, которыми страна в нужной мере пока не располагает.

(гугловский ии)

Нету у них Газпрома...

Так что главная причина того, что регионы в азиатской части страны живут не как Москва всё-же в первую очередь в географии, климате и т.п. А не в том, что кто-то грабит регионы.

Централизация и крупные корпорации нам помогают жить так как мы живем, а не мешают. У нас есть НПЗ, железные дороги, авиация, газ, хоть и не везде ещё, и много всего другого, чего без централизации не было бы. Денег бы без неё в регионах было бы меньше, а не больше. Не нужно себя обманывать.

Давайте жить дружно и уважать друг друга. Всех целую.

Панамку приготовила - жгите!