Франкенштейн (2025) | 6/10 | Когда смотреть на монстра интереснее, чем его бояться
Когда смотреть на монстра интереснее, чем его бояться.
Это уже второй фильм дель Торо (после «Аллеи кошмаров»), который вызывает у меня одну и ту же ассоциацию.
У моей мамы была музыкальная шкатулка для украшений. В детстве я открывал её, там поднималась маленькая пластиковая балерина и начинала играть красивая, немного грустная мелодия. В целом, каждый раз мне нравилось, но под конец я постоянно ловил себя на том, что эта мелодия ни разу меня не удивила. Как, собственно, и «Франкенштейн».
Отдаю все должные, фильм выглядит роскошно. Барочные особняки, тяжёлые костюмы в золотистом полумраке свечей, заснеженный фрегат посреди ледяной пустыни. Будто лучшие мастера викторианской эпохи решили построить сказку и Netflix выдал им неограниченный бюджет. Ну правда. В фильме много кадров, которые я могу поставить в рамку, поэтому первые минут сорок я с удовольствием рассматривал грим, платья и лепнину, и всё ждал, куда же меня поведут дальше.
А потом оказалось, что дальше неожиданностей не предвидится.
Как и в романе, историю нам рассказывают два ненадёжных свидетеля. Половину времени говорит Виктор Франкенштейн, половину его создание. Каждый по-своему объясняет произошедшее и каждый, как это бывает, немного переписывает прошлое.
Скорее всего вы знаете сюжет романа, даже если не открывали книгу. Молодой учёный пытается победить смерть после тяжёлой утраты, и в высокой башне создаёт жизнь из мёртвой материи, получая на свет чудовище. Однако постепенно он и все вокруг приходят к мысли, что самое страшное создание в этой истории всё же могло выйти вовсе не из под ударов молнии.
Забавно, что фильм даже не делает из этой метафоры вопрос. В один момент близкие героя буквально тычут носом в мысль: настоящий монстр здесь ты, Виктор. Но этой сцене я окончательно смирился с тем, что смотрю сказку. Очень красивую, но сказку.
В сказке монстр может сдвинуть корабль, но не может разбить оковы на руках (нужно подкачаться). В сказке кудрявый герой влюбляется после одного взгляда в женщину, подозрительно похожую на мать. В сказке человек годами идёт к мстительной цели, а потом за пару часов откровений перепрошивает своё сердце.
У Мэри Шелли меня цепляла тема трагической ответственности. Даже не сам факт создания монстра, а то, что некоторые ошибки невозможно исправить ни раскаянием, ни пониманием. Как мы знаем, иногда понимание – это и есть наказание. Дель Торо как будто смягчает этот посыл и почти что утешает – ты можешь натворить ужасных вещей, потом всё понять, простить и быть прощённым. Звучит очень красиво, но реальная жизнь вокруг менее снисходительна к нашим решениям.
И даже мелочи работают на это ощущение. Виктор пьёт молоко с видом, будто в нём спрятан секрет бессмертия. Монстр взрывает себя динамитной шашкой, но даже одежда чудом остаётся в порядке. Подобных моментов немного, но они каждый раз ломали для меня магию кино и напоминали, что передо мной слишком аккуратная легенда.
Если бы я увидел этот фильм лет в десять вечером по СТС, возможно, он оставил бы другие впечатления. Тогда я любил костюмированные сказки (правда советские) и хотел верить, что люди обязательно осознают свои ошибки.
С возрастом и опытом психолога я узнал, что иногда монстром оказывается не тот, кого создали. Иногда ответственность переживает любовь и мы понимаем всё уже после катастрофы, когда получать прощение будет не у кого.
Наверное, поэтому все два часа я смотрел на это великолепное чудовище с уважением и без особого восторга. Оно прекрасно выглядит. Но лично я хотел бы, чтобы оно кусалось.
6 из 10
За фильм, который построил роскошный замок из свечей и мрака, поселив внутри слишком добрую сказку.
___________
Якомаскин Андрей, психолог терапии принятия и ответственности, автор книг. Обитаю здесь – t.me/yako_way
