Пост сделали и комменты отключили. У - уровень знают что в комментах им в панамку напихают! Надеются найти тех кто о них не знает? Не на тот ресурс вылезли! P. S. Не дали добавить тег моральные уроды.

Зашел сегодня почитать, что пишет иностранная пресса про текущую ситуацию, как оказалось не зря. Наткнулся на дневник российского десантника Павла Филатьева о первых днях СВО. Я не мог этого не запостить. Переведено гуглом в браузере, кому интересно продолжение ссылка воть: https://www.washingtonpost.com/world/2022/08/21/ukraine-russ...

15 февраля: Подготовка к вторжению

Вернуться в меню

Я прибыл на полигон [в Старый Крым, Крым]. Весь наш отряд, около 40 человек, все жили в одной палатке с досками и одной самодельной печкой. Даже в Чечне, где мы жили только в палатках или землянках, наши бытовые условия были организованы лучше. Здесь нам негде было помыться, и еда была ужасной. У тех, кто приехал позже остальных, меня и еще человек пять, не осталось ни спальника, ни камуфляжа, ни доспехов, ни касок.

Наконец-то я получил свою винтовку. Выяснилось, что у него порвался ремень, он был ржавый и постоянно застревал, поэтому я долго чистил его в масле, пытаясь привести в порядок.

Примерно 20 февраля поступил приказ всем срочно собираться и выдвигаться, собираясь налегке. Мы должны были совершить марш-бросок в неизвестном направлении. Некоторые шутили, что сейчас мы нападем на Украину и за три дня возьмем Киев. Но уже тогда я подумал, что не до смеха. Я сказал, что если что-то подобное произойдет, мы ничего не захватим за три дня.

23 февраля: готовлюсь к чему-то серьезному

Вернуться в меню

Приехал командир дивизии и, поздравляя нас с праздником [Защитника Отечества], объявил, что с завтрашнего дня наша зарплата в день будет составлять 69 долларов. Это был явный признак того, что должно произойти что-то серьезное. Поползли слухи о том, что мы собираемся штурмовать Херсон, что мне показалось бредом.

Все изменилось в тот день. Я заметил, как люди стали меняться, некоторые нервничали и старались ни с кем не общаться, некоторые откровенно казались напуганными, некоторые, наоборот, были необычайно веселы.

24 февраля: вступление в войну без плана

Вернуться в меню

Около 4 утра я снова открыл глаза и услышал грохот, гул, вибрацию земли. Я почувствовал резкий запах пороха в воздухе. Я выглядываю из грузовика и вижу, что небо ярко освещено залпами.

Было непонятно, что происходит, кто откуда и в кого стрелял, но усталость от отсутствия еды, воды и сна исчезла. Через минуту я закурил, чтобы проснуться, и понял, что огонь идет на 10-20 километров впереди нашей колонны. Все вокруг меня тоже стали просыпаться и курить, и послышался тихий ропот: «Началось». У нас должен быть план.

Конвой оживился и начал медленно продвигаться вперед. Я видел, как включается свет в домах и люди выглядывают из окон и балконов пятиэтажек.

Уже рассвело, наверное, в 6 утра, взошло солнце, и я увидел, как по полю проехало с десяток вертолетов, с десяток самолетов, бронетранспортеров. Потом появились танки, сотни единиц техники под российскими флагами.

К часу дня мы выехали на огромное поле, где наши грузовики увязли в грязи. Я занервничал. Огромная колонна, стоящая посреди открытого поля полчаса, просто идеальная мишень. Если враг нас заметит и будет рядом, нам пиздец.

Многие стали вылезать из грузовиков и курить, переворачиваясь один от другого. Приказ идти на Херсон и захватить мост через Днепр.

Я понимал, что происходит что-то глобальное, но не знал, что именно. Много мыслей крутилось в голове. Я думал, что мы не можем просто напасть на Украину, может быть, НАТО действительно мешало, и мы вмешались. Может, в России тоже идут бои, может, украинцы напали вместе с НАТО. Может быть, на Дальнем Востоке что-то происходит, если Америка тоже начала войну против нас. Тогда масштабы будут огромные, а ядерное оружие тогда обязательно кто-нибудь применит, блин.

Командир пытался всех развеселить. Мы идем вперед, оставляя застрявшее оборудование позади, сказал он, и все должны быть готовы к бою. Он сказал это с притворным мужеством, но по его глазам я увидел, что он тоже сходит с ума.

Было совсем темно, и нам сообщили, что мы остаемся здесь до рассвета. Мы залезли в  спальные мешки, не разуваясь, легли на ящики с минами, обняв винтовки.