Сегодня воздушные такси — это уже не фантастика, а реальный транспорт будущего, но есть один нюанс: посадочных площадок почти нет. Строить вертодромы в городах сложно, дорого и долго.

Китайская компания AutoFlight предложила неожиданное решение — плавающий вертипорт на солнечных батареях. Представьте баржу, которая сама вырабатывает электричество, движется по воде и служит мобильной гаванью для электрических самолетов вертикального взлета eVTOL.

На такой платформе можно не только садиться и заряжать летательный аппарат, но и использовать ее как центр управления, пункт спасательных операций или стартовую площадку для воздушного туризма. А главное — она полностью электрическая и не требует строительства наземной инфраструктуры.

В ноябре AutoFlight впервые показала это решение на озере Дяньшань. eVTOL взлетел прямо с водной станции и продемонстрировал, как может выглядеть экологичная воздушная мобильность в будущем.

Больше интересной информации про источники энергии и энергетику в телеграм-канале ЭнергетикУм

День 69. Прощальный экзамен реки, дом на горизонте и ужин в комариной осаде.

Пройдено: 44 километра.
Всего: 1627 километров.
Полный маршрут: карта.

Утро под аккомпанемент дождя.

Меня разбудили капли, стучавшие по тенту палатки. Впрочем, дождь затих уже через минуту, после чего наступила тишина. Часы показывали шесть утра, и я решил ещё немного подремать. Окончательно проснувшись через сорок пять минут, я приступил к завтраку, наблюдая за свинцовыми тучами, маячившими на горизонте.

В течение следующих тридцати минут облака ушли куда-то по своим делам, выглянуло солнце, и стало очень жарко. Некоторые вещи всё ещё были сырыми, так что я развесил их на просушку и заодно поставил аккумуляторы на зарядку от солнечной панели. Примерно через час всё было готово, и я, уложив снаряжение в каяк, отправился в путь.

Догонялки с грозовым фронтом.

Передо мной стояла задача достичь противоположного берега. И как только я начал удаляться от суши, река тут же взбунтовалась — налетели большие волны, серьёзно затруднявшие продвижение.

Преодолевая это сопротивление, я всё же добрался до цели. И что вы думаете? Как только я приблизился к берегу, волны, которые весь путь бросали каяк из стороны в сторону, моментально утихли. Словно их единственной задачей было помешать мне пересечь реку.

Погода позади стремительно портилась — небо затягивали ливневые тучи, из которых уже вовсю проливался дождь. Впереди же было ясное небо с белыми пушистыми облаками.

Я поднажал на весло, пытаясь удрать от надвигающегося ливня, но, обернувшись минут через десять, увидел, как меня уже почти настигла иссиня-чёрная громада. Вода из неё хлестала с такой силой, что мир позади просто исчез, растворившись в белой пелене.

Увы, моя гонка со стихией была проиграна ещё до старта — туча оказалась быстрее. Понимая, что в этот раз избежать непогоды не удастся, я быстро надел непромокаемую куртку прямо поверх жилета. Через минуту меня накрыла стена дождя, которая с неистовой силой забарабанила по спине.

К счастью, на этот раз была и ложка мёда в бочке воды: косые струи падали строго сзади, так что лицо оставалось сухим, а обзор не заграждался каплями на ресницах. Ливень был настолько же яростен, насколько и короток — вскоре туча ушла в сторону, и вновь начало припекать жаркое солнце.

В последующие несколько часов игра в догонялки продолжилась. Мне раз за разом удавалось ускользать от дождей, наблюдая со стороны, как они проливаются ровно в тех местах, откуда я только что уплыл.

Здравствуй, Татарстан! Возвращение в родные воды.

По пути стали всё чаще попадаться знакомые места, мимо которых я проходил два года назад во время похода в Мариинский Посад.

Из воды то и дело выпрыгивала рыба, успевая блеснуть чешуёй на солнце, прежде чем с громким плюхом упасть обратно. Левый берег, превратившийся в настоящий архипелаг из островов, был усеян многочисленными палаточными городками и домиками, стоящими у самой воды.

Река превратилась в оживлённый водный конвейер. В обе стороны тянулись вереницы барж и сухогрузов. Среди этих промышленных гигантов стремительным силуэтом промелькнул мой вчерашний знакомый — «Валдай», летящий на своих крыльях в сторону Чебоксар. Я проводил его взглядом, мысленно пожелав удачи экипажу, который так выручил меня вчера.

Однако водная суета была не единственным представлением на реке. Вокруг продолжали свой медленный танец свинцовые тучи, и я то и дело видел, как в нескольких километрах от меня берега и реку накрывает стена ливня. К счастью, мне удавалось оставаться в сухом «коридоре», лавируя между дождевыми завесами.

Разглядывая очередную такую дождевую завесу, я опустил взгляд на противоположный берег и заметил на склоне буквы, складывающиеся в название: «КОЗЛОВКА — ЧУВАШИЯ». Эта надпись тут же напомнила мне вчерашнюю, на дамбе в Новочебоксарске. Похоже, в Чувашии это добрая традиция — обозначать свои города прямо на берегу. Этакая визитная карточка для проходящих по реке.

Через некоторое время я встретил хаусбот, на палубе которого за столом отдыхали пассажиры. Я помахал им рукой, и на меня тут же обрушился шквал вопросов: откуда, куда, как долго. Я успел ответить лишь на некоторые, после чего мы разминулись, и каждый продолжил свой путь.

Вскоре я миновал город Волжск, укрытый от меня островами, и, в последний раз перейдя границу регионов, покинул Чувашию, вступив в свой родной Татарстан.

Обогнув небольшой полуостров, застроенный домами у воды, который всё ещё относился к Марий Эл и клином врезался в Татарстан, я увидел слева Зеленодольск. В центре города показался знакомый железнодорожный мост, связывающий берега.

Как часто бывало в этом путешествии, мост создавал обманчивую иллюзию близости, но мне понадобилось значительное количество времени и сил, чтобы наконец достичь его.

Пройдя под металлическими пролётами, я проплыл мимо огромного паромного причала, с которого доносилась громкая музыка.

И тут, на расстоянии почти в 30 километров, я увидел их — тянущиеся к небу вышки Верхнего Услона, расположенного прямо напротив Казани. Именно тогда, глядя на далёкие силуэты, меня пронзило осознание: я почти дома.

Последняя ночёвка и ужин в комариной осаде.

Был уже восьмой час вечера, понемногу начинало темнеть. Я сверился с картой и стал искать место для последней ночёвки в этом походе. Вскоре мне на глаза попался отличный песчаный берег, разделённый на небольшие уютные зоны растущими на нём кустарниками и деревьями. Но это место уже успели частично занять отдыхающие, приехавшие на машинах, которые стояли недалеко от воды.

Подумав и ещё раз изучив карту, я принял рискованное решение: найти более уединённое пристанище и отправиться дальше, несмотря на сгущающиеся сумерки и перспективу ставить лагерь в полной темноте.

В восемь часов вечера, возле одного из островов, я совершенно неожиданно наткнулся на одиноко стоящую на якоре баржу. Я впервые встретил такое в пути, и подобрался поближе, чтобы лучше рассмотреть находку.

Внимательно изучив безмолвного гиганта, выглядящего так, как будто он стоит здесь достаточно давно, я снова сосредоточился на поиске места для лагеря.

Ближе к половине девятого я начал серьёзно сомневаться в правильности своего решения. Правый берег оказался в двух километрах от меня, а левый, вдоль которого я шёл, зарос непроходимой травой. Остров, к которому я держал путь, издалека выглядел негостеприимным, и я не был уверен, что смогу найти там песчаный пляж, который так хорошо просматривался на спутниковых снимках. Тем временем быстро темнело.

К счастью, информация на карте оказалась верной. Обогнув западную оконечность острова, я нашёл небольшое, но вполне подходящее для ночлега место, к которому сразу же причалил. Вытащив каяк на песок, я несколько раз полностью обрызгался репеллентом — комаров здесь оказались несметные полчища. Я надел куртку, натянул капюшон, чтобы хоть как-то защитить голову от назойливых насекомых, лезущих в уши, и так быстро, как только мог, поставил палатку.

Заскочив внутрь, я поужинал холодными консервами. Идея выйти наружу, чтобы что-то разогреть, даже не рассматривалась — это было бы равносильно тому, чтобы добровольно предложить себя в качестве главного блюда на этом комарином пиршестве.

После ужина я занялся записями. Когда закончил, то измерил оставшееся до дома расстояние и выяснил, что мне осталось пройти всего 24 километра.

Ощущая невероятную радость от того, что завтра вновь окажусь дома, я вскоре заснул.

Итоги дня:

• Гонки с грозой: Весь день играл в догонялки с дождевыми тучами, но один раунд всё-таки проиграл.

• Возвращение в Татарстан: Пересёк последнюю на маршруте границу регионов и оказался в родных краях.

• Дом на горизонте: Впервые за долгое время увидел знакомые вышки Верхнего Услона, что стало мощнейшим эмоциональным моментом.

• Рискованный манёвр: Отказался от хорошей, но многолюдной стоянки в пользу неизвестности, и не прогадал.

• Комариный пир: Последняя ночёвка прошла в компании несметных полчищ комаров, которые вынудили меня ужинать холодными консервами в палатке.

• Финишная прямая: Осталось всего 24 километра до завершения моего грандиозного путешествия.

Завтра меня ждёт финальный рывок! Но Волга, кажется, не спешит прощаться и устроит мне погодный саботаж в виде затяжного утреннего ливня, который сдвинет старт на вторую половину дня. Я увижу футуристичный теплоход, проплыву мимо стен древнего Свияжска и, наконец, выйду на финишную прямую, где на горизонте во всей красе предстанет родная Казань. Вы узнаете, как ощущаются последние километры, когда счёт идёт уже на минуты, и, конечно, я поделюсь самым главным моментом — долгожданной встречей с семьёй на берегу, которая поставит точку в этом 70-дневном путешествии от самого истока Волги! Об этом — в заключительном посте!

На этом пока всё! Ставьте плюсы и подписывайтесь, чтобы не пропустить заключительную главу этого грандиозного похода по Волге! Расскажите в комментариях, какое чувство охватывает вас, когда долгое и значимое путешествие подходит к концу?

До встречи в финале!