Дольмены - это небольшие каменные "дома", в которых древние народы хоронили своих умерших. Но это предположительно.

Тысячи их разбросаны по Западному Кавказу, от Тамани до Абхазии. И это, куда интереснее, чем любая египетская пирамида.

Мой знакомый рассказывал, что стоял перед одним из них, и при этом, чувствовал себя идиотом. Потому что не понимал, как это сделано. И никто не понимает.

Всего на Западном Кавказе известно около трех тысяч дольменов, включая разрушенные. Изучено - не более 6 %

Самые крупные скопления — в Мостовском районе Краснодарского края. Кизинская группа — 564 мегалита, самая многочисленная на Кавказе.

Возраст — 4–5 тысяч лет. Конец IV — II тысячелетие до нашей эры. Они ровесники, либо постарше египетских пирамид. Примерно на пятьсот лет. А это уже не шутки.

Выглядят они как карточные домики гигантов. Вертикальные каменные плиты плотно подогнаны. Отверстие на фасаде — круглое или овальное, закрывалось каменной пробкой. Внутри — камера. Пустая. Или с останками.

Кто их строил?

Большинство ученых сходятся на предках современных абхазов и адыгов. Местные автохтонные народы, говорившие на абхазско-адыгских языках. Не атланты, не пришельцы, не славяне. Просто люди, которые жили здесь задолго до нас.

Адыги называют дольмены "испун" — "дом испа". Исп — это дух, покровитель. То есть буквально — "дом духа". Абхазы — "псаун", "дом души". Они знали, что это. И относились с уважением.

До Кавказской войны 19 века дольмены не разрушали. Адыги приносили к ним жертвенную пищу. Потом пришли русские казаки. И начали использовать плиты для строительства домов, для жерновов, для катков. Такова история. Одни строили, другие ломали.

Главное — как?

Вот здесь начинается самое интересное. И самое непонятное.

Плиты для дольменов выламывали из скал. Предполагают, что с помощью деревянных колышков. Забивали колышки в ямки по контуру, поливали водой. Колышки разбухали и отламывали плиту.

Потом эти плиты — весом от трех до тридцати тонн — надо было доставить к месту стройки. По горам. Без дорог. Как? Никто не знает. Одни говорят — на катках, с помощью животных. Другие — волоком на быках. Третьи — вообще не верят, что такое возможно.

Потом плиты обрабатывали каменными молотами. Подгоняли друг к другу. Делали пазы. Собирали коробку. Заднюю и переднюю стенки, боковые, крышку. Все без раствора. Просто камень на камень.

Нам долго нечем было гордиться в плане древности. На Руси не строили пирамид. Колизея — тоже. Не наше это. К сожалению.

Но дольмены — наши. Ну, почти, как-бы. Кавказ — это ведь Россия. И на ее территории есть мегалиты, которые постарше египетских пирамид.

Это, знаете, немного греет душу. Когда-то мы говорили: "У нас нет Стоунхенджа". А теперь можем сказать: "У нас кое-что не хуже".

Дольмены - как объект поклонения

А теперь про неоязычников. И это отдельная "мутная" история.

Дольмены стали "местами силы". Сюда едут анастасийцы, родноверы, йоги, экстрасенсы, просто искатели духовности. Они считают, что дольмены — это порталы в иные миры. Что они помогают "духовному развитию". Что это места предков, "славянских", конечно.

Возле дольменов проводят "славянские праздники". Читают лекции. Организуют йога-лагеря. И продают все это как "возрождение традиций". Экскурсии, книги, занятия. Бизнес на извращенном чьем-то сознании.

Археологи недовольны. Местные жители тоже. Но анастасийцы и неоязычники приходят снова и снова. Они хотят чуда. Они хотят связи с прошлым.

Дольмены — это гениально и грустно одновременно. Гениально, потому что люди, не имевшие железа, строили из камня то, что стоит тысячи лет.

Грустно, потому что мы о них ничего не знаем. И не хотим знать. Нам проще верить в пришельцев и "места силы", чем в предков, которые просто умели работать руками.

Такова история. Одни строили дома для души. Другие превратили их в туристический объект. Третьи — в место для медитаций.

А дольмены стоят веками. Молчат по-прежнему.

В мире техники много неоднозначного. Канал о технологиях для серьезных людей. Без хайпа и видео.

Чтобы сравнить места силы Костромской области с прочими известными объектами, мы отправились в путешествие по другим регионам.

1. Дольмены

Дольмены есть почти во всех уголках Земного шара: Бельгия, Сицилия, Испания, Швеция, Болгария, Нидерланды, Ирландия, Индия, Африка, Корея, Китай, Япония, Перу, Боливия… даже в Австралии и Северной Америке существуют эти древние гробницы. На Кавказе найдено около 3000 дольменов, из них 400 находятся в Сочи. Ничего себе плотность населения, учитывая, что в одном дольмене могут находиться останки нескольких десятков человек. Почему большинство жителей Земного шара, имеющих различное мировоззрение и исповедующих разные культы, решили использовать данные сооружения для погребения усопших, является загадкой. Современные жители этих стран пытаются разгадать загадки древних гробниц, наделяя их фантастическими свойствами. Нам зачастую трудно понять особенности быта людей, которые жили 5000 лет назад. Так же те, кто будет жить через 5000 лет после нас, будут через призму своего привычного мировоззрения пытаться понять жизнь наших современников. Просто у каждого поколения свои привычки и традиции. Но вернёмся к дольменам.

Наиболее энергетически сильным из тех, что мы посетили, я считаю дольмен с визиром «Целитель», он же дольмен «Пирамида» в урочище «Мамедова щель». Он отмечает (возможно, случайно) точки восходов и заходов солнца в дни солнцестояний. Дольмен наиболее живописный, поскольку высечен в большой скале, нависающей над ущельем. Сооружение, действительно, обладает сильной энергетикой, но фактов исцеления около него я не знаю. Нам он тоже не помог, хотя я отметил, что энергетическое воздействие данного сооружения превосходит по силе потоки от мест силы нашей полосы. Другие посещаемые нами дольмены такого воздействия не имеют. Возможно, это связано с большим потоком паломников, которые, что называется, «намолили» дольмен (хотя в случае с плещеевским псевдо «синь-камнем» это не сработало). А возможно, из-за того, что в древности дольмен являлся местом проведения ритуалов.

Возвращаясь к нашему опыту, стоит подчеркнуть, что энергетическое воздействие дольменов не всегда поддаётся логическому объяснению. Иногда оно проявляется как лёгкое, или сильное покалывание, прилив сил и энергии внутри организма или просто внутреннее умиротворение. А иногда — как глубокое ощущение связи с чем-то древним и неизведанным. Возможно, именно в этом и заключается их главная ценность — в способности пробуждать в человеке чувство сопричастности к истории, к тем, кто приходил на эту прекрасную планету до нас.
Кроме того, нельзя забывать о том, что восприятие энергетики дольменов во многом субъективно и зависит от внутреннего состояния посетителя, его настроя и открытости к новым впечатлениям. Для кого-то это просто каменные глыбы, для других — врата в иной мир. И в этом многообразии смыслов и проявляется уникальность этих сооружений.
Продолжая наше путешествие по местам силы, мы не могли обойти вниманием и другие древние объекты, которые, несмотря на различия в культуре и времени, несут в себе схожую энергетику и загадочность. Каждое из таких мест — это своего рода ключ к пониманию глубинных пластов человеческой истории и духовности, которые, возможно, ещё предстоит открыть и осмыслить. Сравнить с местами силы Костромской области и рассказать вам.

2. Кромлехи

Данные сооружения так же есть во многих странах мира, в том числе и в России, но мы с Кларой прокатились в Абхазию к Эшерским кромлехам, подлинность которых научно подтверждена.
Справка: два кромлеха были обнаружены случайно во время земляных работ на пришкольном участке Эшерской средней школы. Один сохранился хорошо, второй был разрушен почти наполовину. В таком состоянии они находятся и сейчас. Раскопки производились в 1969 и 1970 годах под руководством советского абхазского археолога Георгия Кучиевича Шамбы.
Обследование показало, что оба памятника являлись местом коллективного погребения. Погребальный инвентарь представлен керамикой, кинжалами, наконечниками стрел, булавками, подвесками, пряжками, бусами и прочим материалом. Позже кромлехи существовали уже как культовые сооружения. Безусловно, культ предков, обеспечивающих связь людей с потусторонним миром, распространён у всех народов. Даже в церквях особым местом почитания являются мощи святых. В древности захоронения, особо отличившиеся сородичей, безусловно являлись культовыми местами. То, что кромлехи выложены рядами по кругу, говорит о том, что, возможно, предки имели представление о бесконечности. Можно допустить массовые моления, когда сородичи стоят по кругу — каждый у своего камня, а жрец в центре, символизируя ось (центр) Мироздания. Энергетика у места присутствует, но не могу сказать, что она очень сильная. Возможно, это связано с тем, что археологи нарушили структуру комплекса. Целительной способностью сооружение, по нашему мнению, не обладает.

Именно эта связь с предками, с их вечным покоем и мудростью, ощущается и сегодня, когда стоишь среди этих древних камней. Несмотря на прошедшие тысячелетия, несмотря на разрушения, нанесенные временем и человеческой деятельностью, в воздухе витает нечто неуловимое, напоминающее о тех, кто когда-то воздвиг эти необычные сооружения. О их мировоззрении. Возможно, это отголоски тех самых молений, тех самых ритуалов, которые проводились здесь, когда жизнь и смерть были неразрывно связаны, когда мир живых черпал силу из мира ушедших. И хотя мы не можем точно знать, какие именно божества или духи почитались здесь, сама форма кромлехов, их круговая композиция, наводит на мысль о стремлении к гармонии, к единству, к постижению вечности. Это не просто камни, сложенные в определенном порядке, это свидетели ушедших эпох, хранители тайн, которые, возможно, никогда не будут полностью раскрыты. И в этом их особая, притягательная сила, заставляющая задуматься о месте человека в этом бесконечном потоке времени.

3. Святилища

Посетили мы и другие культовые сооружения Абхазии, в том числе родовые языческие святилища этого народа, и взяли интервью у верховного жреца Абхазской традиционной веры Масика Чичбы, который рассказал нам о молениях на горе Дыдрыпш-ныха, одном из семи святилищ Абхазии.
Под священной горой раскинулось тихое абхазское селение Ачандара. Дом жреца находится на краю села. Нас встречает простой приветливый человек, наследник жреческого рода, проводит в дом, угощает. Абхазское гостеприимство. Идеально владеет русским языком.

— Масик, как вашему народу удалось сохранить свою веру??
— Были времена, когда деятельность всех святилищ была запрещена, только Дыдрыпш-ныха функционировало.
— Что оно из себя представляет?
— Древнее святилище находится на самой макушке, но это высоко, трудно добраться. Поэтому несколько камней спустили ниже и устроили мольбище. Мы туда поднимаемся, делаем обряд, потом жители делают у себя во дворах. Посторонних туда не пускаем, потому что раньше они ходили туда делать проклятие. Мы должны знать, если кто-то из наших пошёл делать проклятие — зачем и почему, виноват ли человек. Мы, жрецы, являемся хранителями этих традиций, проводниками между миром людей и миром духов. Наша задача – поддерживать гармонию, следить за тем, чтобы наши действия соответствовали воле Анцва. Поэтому мы так трепетно относимся к тому, кто приходит на святилище. Это не просто запрет для посторонних, это защита самого места, его энергии. Когда-то, как я уже говорил, люди использовали силу святилищ для своих нужд, иногда недобрых. Мы же стремимся к чистоте намерений, к искренности в молитве. (От Масика начинает ощущаться энергетика, видимо, он мысленно переносится на священную гору.) Насчёт того, что это главное святилище, я не согласен, просто в нём больше силы, потому что оно не оставалось без присмотра, даже когда были запреты. К тому же оно осталось в первозданном виде.
— Помимо Верховного Бога Анцва, каких богов вы благодарите?
— У охотников свой обряд, его проводит их старейшина. Бог Ажвейпшаа помогает им. Ажвейпшаа представляется в образе глухого бородатого старца, одетого в шкуру оленя. Он - покровитель зверей и охоты, владыка леса.
(Видимо, аналог древнерусского Велеса)
— Как проходит ваш обряд?
— Мы первые проводим обряд. Приносим в жертву годовалую тёлку, делаем мамалыгу, вареники, кашу, делаем подношения в пятницу, без выпивки. Поднимаемся в воскресенье на святилище и проводим обряд. Потом по всем улицам местные жители делают обряд. Приносится в жертву бычок, он не должен быть чёрным или рябым.
— Заур Чичба всё же принёс в жертву белого бычка во время войны?
— Принёс. Это было при первом президенте. Тогда же совет старейшин решил возродить святилища и назначить жрецов. Они решили каждый год осенью собираться на одном из святилищ и в присутствии жрецов и глав всех администраций проводить обряд. Традиция эта соблюдается. Возрождение святилищ после долгих лет забвения – это не просто возвращение к прошлому, это обретение корней, это укрепление нашей идентичности. Когда совет старейшин принял это решение, это было как глоток свежего воздуха для всего народа. Мы почувствовали, что возвращаемся к себе, к своим истокам. И то, что главы администраций участвуют в обрядах, показывает, что эта традиция важна не только для верующих, но и для всего общества. Это объединяет нас, напоминает о том, что мы – единый народ с общей историей и общими ценностями.
— Когда проводятся обряды?
— Мы делаем в конце мая, кто-то делает в марте. На Лых-ныха открывают свой зарытый кувшин с вином в Пасху. (Святилище Лых ныха находится прямо на территории христианской церкви). Эти обряды символизирует изобилие, плодородие, новую жизнь, и просьбы о дальнейшем благословении.
- Что из себя представляет святилище, есть ли фотографии?
- Там нельзя фотографировать. На поляне стоит дерево, кругом сложены четыре ряда камней. Зажигаем свечи, не церковные. Их должна делать пожилая женщина. Подношения кладём на стол. Кусочек жертвенного хачапур должен попробовать каждый. Хачапур выпекается на углях без дрожжей. Там мы молимся за всю страну, просим прощения за всех людей. Каждый должен сказать пожелание, можно про себя, можно вслух. Держать в себе зло плохо, мы молимся о прощении, о доброте. Каждое святилище имеет свою уникальную энергетику, свою историю. Дыдрыпш-ныха – это сила, стойкость, незыблемость. Мы стараемся поддерживать их все, заботиться о них, чтобы они продолжали служить нам и будущим поколениям. Это наша ответственность, наш долг перед предками и перед теми, кто придет после нас. И когда мы поднимаемся на гору, когда совершаем обряд, мы чувствуем эту связь времен, эту неразрывную нить, которая соединяет нас с прошлым и ведет в будущее.

Мы попрощались с прекрасным человеком и его супругой и отправились по другим местам силы, чтобы рассказать вам о них и сравнить с Местами силы Костромской области.

В.Шамов

ссылка на источник:

https://proza.ru/2026/05/20/554

Сходили на водопады Жане и гору Нексис в феврале. Погода была теплой.

Посетили деревню, где живут люди, которые продают различные обереги, мыло, масло, камни и т.д.

На горе Нексис было два красивых дольмена: Лунный (женский) и Солнечный (мужской).

Спустились через карьер, где добывают мергель. Увидели узкоколейку и оставшийся паровоз.

Потом заехали на море в Архипо-Осиповку.