Может пригодится родителям и педагогам, как яркий пример взаимовыгодного сотрудничества прямиком из природы

На коралловом мелководье жила-была рыбка под названием бычок. С быками она ничего общего не имела, а название получила просто заодно в честь каких-то своих дальних родичей, у которые на жаберных крышках были выросты, похожие на рожки. Говорят, в случае опасности эти самые дальние родичи могли растопырить жабры с "рожками" и отпугнуть слабохарактерных врагов, за что и получили прозвище "бычок". Но бычок, о котором этот рассказ, так делать отродясь не умел. Он был просто… бычок.

С размерами этому бычку тоже не повезло – если другие родичи вырастали до 20-40 сантиметров, то этот доходяга дотягивал всего до 5-8. В лучшем случае до 10. Отмеряйте сейчас пальцами 10 сантиметров и станет ясно, что с такими размерами ты точно не боец. Да и не пловец – если крупная рыба поблизости зевнёт, то тебя попросту засосёт внутрь её пасти, хвостом махнуть не успеешь. Неудивительно, что маленькому бычку приходилось быть крайне осторожным и следить в оба. Для "следить в оба" необходимо как минимум хорошее зрение, потому те бычки, которые видели никудышно, закончились первыми – их съели морские окуни, крылатки да мурены. В конце концов остались лишь самые зоркие и лупоглазые, и со временем острое зрение у маленьких бычков стало их отличительной чертой. Но даже огромные глазищи не всегда спасали кроху от хищной пасти.

Как-то один такой бычок, удирая от окуня, нашел себе временное убежище между толстыми бочонками асцидий.

Асцидий в подводном мире не сильно уважали: они были глупыми и невкусными. Но зато безобидными – потому прятаться среди них было удобно. Эти странные животные торчали на одном месте и только и делали, что фильтровали воду: втягивали её в одно отверстие и выпускали через другое. Всё вкусное, что при этом попадалось – в основном это был микроскопический планктон – оседало в желудке. Судачили, что раньше асцидии были более подвижными – может быть у них был даже хвост. А упростились они до фильтрующего мешка с желудком из-за изобилия еды в воде. Ну, и потому, что самих асцидий никто особо не ел, разве что в самый голодный год. А в природе так: если у тебя отпала надобность искать еду и убегать от желающих сделать едой тебя – то становится не нужен ни хвост, ни мозг. Сиди себе на месте, как мешок с двумя дырками, фильтруй да переваривай. Естественно, в компании таких существ бычку скоро стало скучно.

Вдруг, внимание рыбки привлек слабый шум. Если вы думаете, что под водой звуков нет или рыбы ничего не слышат – то это не так. Вода отлично проводит звук. Мало того, он распространяется даже быстрее, чем в воздухе (почему так - узнаешь на уроках физики). А насчёт слуха у рыб – так у них есть уши, хоть они и не торчат лопухами, как у нас. Уши у рыб внутренние и не имеют ни выходов наружу, ни ушной раковины или барабанной перепонки, а звуковые колебания передаются непосредственно через рыбью голову. Но это еще не все: рыбы способны «слышать» звуки не только своим котелком, но и телом. Хотя слухом это можно назвать с натяжкой: скорее, это некое чувство, позволяющее воспринимать низкие вибрации. Позволяет это делать так называемая боковая линия, расположенная, судя по названию не где-то, а на боках рыб. А ещё, некоторым помогает слышать плавательный пузырь... В общем, рыбы отнюдь не глухие, забудьте об этом.

Бычок прислушался. Шуршал песок и мелкие камешки. Это могло быть что-то вкусное: может, артемия копошится, или креветка – любимая еда бычка. Бесшумно петляя между асцидий, он поплыл на звук. И действительно обнаружил креветку! Но только эта креветка оказалась размером с половину бычка и не поместилась бы ему в пасть (что было, конечно, жаль). А шумела она потому, что рыла нору.

Глядя, как ловко креветка это делает, бычок невольно позавидовал её конечностям. Их было много, они были разные: пара ногочелюстей, пара клешней покрупнее, клешни помельче (похожие на ловкие щипчики), грудные ходильные ноги и еще какие-то мелкие плавательные ножки под брюшком. Креветка лихо управлялась со всем этим НОГОчисленным хозяйством: как маленький бульдозер выталкивала груды песка подальше от входа в жилище, деловито отбрасывала клешнями крупные осколки ракушек. Потом исчезала в темноте норы и возвращалась с новой порцией строительного мусора.

«Вот бы мне такие инструменты,» - подумал бычок, скосив лупатый глаз на свои мягкие плавники, совершенно непригодные для рытья. Будь у него такие приспособления - не нужно было бы постоянно убегать или искать куда спрятаться: можно было бы сделать убежище самому, в любом уголке кораллового рифа. Так, наблюдая за работой креветки и мечтая о паре клешней, бычок умиротворённо задремал - очень уж он устал улепётывать сегодня от окуня. Сон у рыбок сильно отличается от сна человека. Рыбы не имеют век, поэтому их глаза открыты всё время, и в период сна они способны в какой-то мере следить за окружающей действительностью, благодаря чему могут спастись от хищников. Но наш бычок так заснул, что за действительностью не уследил. Пока ему на голову не прилетел сюрприз - креветка-строитель вывалила на него целый бархан песка и мелких камешков.

– Э, ты чего??? – возмутился бычок. (А вот говорить ни рыбы, ни креветки не умеют, но мы немного пофантазируем, чтобы понять, что произошло дальше)

– Кто здесь? – подпрыгнула креветка. Её длинные прозрачные усы стали быстро ощупывать дно вокруг.

– Кто-кто… Рыба. – подозрительно косясь одним глазом на креветку, ответил бычок. – На которую ты высыпала кучу мусора.

– Прости, рыба! – креветка в раскаянии заломила тонкие клешни. – Я обычно живу в темноте норы, и потому очень плохо вижу…

– А чего тогда вылезла? – проворчал бычок, отряхивая плавники. – Я-то тебя не съем, потому что не по размеру, но тут неподалёку здоровенный окунь охотится.

Креветка ещё больше занервничала и засеменила своими многочисленными ногами.

– Так нору нужно постоянно обновлять, иначе она обрушится. И я тогда останусь не только полуслепая, но и без убежища.

Креветка потрогала бычка усиками, чтобы убедиться, что перед ней действительно маленькая рыбка.

– Сочувствую, – признался бычок, терпеливо позволив креветочным усам ощупать свои глазищи. Он как никто другой понимал проблемы креветки.

И тут ему пришла идея.

– Слушай, а давай я покараулю. Я всё равно тут собирался поохотиться. Ты работай, а усами постоянно держи связь с моим хвостом - вон они у тебя какие длинные. Я вижу хорошо, и если что – подам знак. Дерну в сторону хвостом - значит нужно улепётывать в нору.

Креветка в восторге всплеснула клешнями.

Так и поступили. Расположившись недалеко от норы креветки, бычок стал охотиться за вкусной артемией, которой в этом месте оказалось предостаточно. Креветка, не спуская усов с его хвоста, продолжила ремонт норы.

Идиллия длилась, пока из-за поросшего кораллами камня не показалась губастая морда морского окуня. Бычок, в пасть которому только что угодила жирная артемия, оказался к такому повороту не готов. Он успел дёрнуть хвостом, предупредив креветку, но самому ему до зарослей асцидий было слишком далеко. Потому малец тоже ткнулся в креветкину нору. Где благополучно застрял. Но зато окунь проплыл мимо, не заметив его дрожащий хвост.

Если вы думаете, что история на этом закончилась – то нет. Креветка откопала застрявшего бычка, тот благополучно выбрался, но они не поспешили расстаться.

Прятаться вместе в одной норе бычок и креветка продолжают и по сей день. По обоюдному согласию. Бычок стоит на страже, охотясь поблизости от их общего жилища. Креветка сделала проход пошире, и, ухаживая за норой, она держится длинным усиком за хвост своего зоркого соседа. Как только появляется хищник - оба прячутся в норку. Также креветке перепадают остатки трапезы бычка (чему она несказанно рада, так не нужно слишком далеко отходить от дома), и за это она очищает своего товарища от паразитов своими ловкими щипчиками.

Когда подводном мире темнеет, бычок с креветкой баррикадируются в уютной норе – и никакие ночные хищники им не страшны. Так, благодаря сотрудничеству, слепая креветка обзавелась зоркими глазами, а маленький бычок – умелыми клешнями. Кстати, некоторые такие парочки даже приобрели одинаковую окраску, от чего выглядят потрясающе стильно!

В ролях: креветочный бычок (или бычок-сторож) и креветка-щелкун семейства Альфеиды.

— Что-то не так, Мэй. Почему я ставлю лапки на миску, но она не перевернулась, как обычно?— Давай я попробую, Рокс!Мэй с большим энтузиазмом тоже поставила лапки на бортик. Ничего не происходит. Но почему?— Мы разучились переворачивать мисочки, или наша Хозяйка решила нас обхитрить? — задумчиво высказалась Рокси, глядя на кровать, где всё ещё спала девушка. — Тогда пойдём посмотрим, сможем ли мы, как обычно во время питья, уронить бутылочку.И они принялись дёргать зубками носик поилки. Свинки очень старались, и да, им удалось её свалить. С победным шумом бутылочка ударилась о пол...

А началось все одним прекрасным солнечным утром. Рокси и Мэйбл, зевнув и потянувшись хорошенько, вышли из домика. Всё вокруг им было непривычным, новым, но таким интересным.
— Рокс, здесь так здорово жить, скажи? — радостно прыгнув на мостик, сказала Мэй.
— Ммм… Да, нормально, пойдёт. Можно было сделать домик и побольше, — как всегда отличаясь своим королевским нравом, ответила Рокси.
Хозяйка попросила знакомого сделать загон из дерева для своих принцесс. Она хотела, чтобы у них было много места и чтобы новое жилище было безопасным для них.
Конструкция получилась большой. Когда к девушке приходили гости, они почему-то думали, что это не вольер для свинок, а кроватка для маленького ребёнка. Ну они почти угадали, ведь любимицы были как дети для своей Хозяйки. У девчонок было много сена, а на полу лежал мягкий коврик для их нежных лапок.
Хозяйка поставила девчонкам тяжёлую керамическую миску под корм, потому что знала этих маленьких разрушительниц. Когда они кушали корм из тарелочки, то ставили свои прекрасные передние лапки на её край, их привычная мисочка была слишком лёгкой и опрокидывалась, и весь корм высыпался наружу.
— Что-то не так, Мэй. Почему я ставлю лапки на миску, но она не перевернулась, как обычно?
— Давай я попробую, Рокс! — с большим энтузиазмом отозвалась Мэй и тоже поставила лапки на бортик. — Ничего не происходит, но почему?
— Мы разучились переворачивать мисочки, или наша хозяйка решила нас обхитрить? — задумчиво высказалась Рокси, глядя на кровать, где всё ещё спала девушка. — Тогда пойдём посмотрим, сможем ли мы, как обычно во время питья, уронить бутылочку.
И они принялись дёргать зубками носик поилки. Свинки очень старались, и да, им удалось её свалить. С победным шумом бутылочка ударилась о пол. Хозяйка сразу же проснулась и в испуге стала смотреть по сторонам.
— Ой, девчонки, у вас упала бутылочка, бедняжки. Надо что-то придумать, как бы её получше зафиксировать.
Ну, а девчонки были рады, что их хозяйка наконец-то соизволила проснуться.
— Так, что мы тут ещё можем уронить? — задумчиво осмотрелась Рокси.
Девчонкам очень нравилось проверять всё на прочность, в том числе и нервы своей Хозяйки. Ведь они продолжали ронять бутылочку и дальше, пока девушка думала, как бы её лучше закрепить. А ронять её они любили, особенно ночью.
Потихоньку девчонки осваивались в домике и проводили в нём ревизию, указывая Хозяйке на не совсем прочную конструкцию того или иного предмета в нём.